грешник

ТЭХЕН

К тому времени, как я добрался до студии со свитой операторов, я уже отправил музыкальные концепции Джошуа и Чонхи и продумал, какой должна быть серия. Я понял, что, до тех пор, пока я делал их интересными, Джухён  не попытается сделать что-то неприятное

Сайт www.sharpt33th.com работал таким образом: каждый «сезон» длился шесть недель, и, в большинстве, было шесть-девять серий, которые могут появиться в любое время. Это не казалось самым логическим способом выпуска шоу, но так было до того, как я прибыл, и я полагал, что шоу будет работать таким образом и после того, как я уйду. Джухён получила мощную аудиторию при помощи приложения «SharpT33th» для разный девайсов, и эти зрители была вознаграждены за свою преданность тем, что первыми узнавали о новых нерегулярных сериях. Идея была в том, что, когда объект разрушений Джухён делал что-то гениальное, это незамедлительно выкладывали в Интернет, и если ты пользовался своим телефоном, то мог стать первым, кто узнает. После первой взрывной публикации в сети серии добавляли в архив, и их мог смотреть кто угодно и когда угодно. Идеально было раз в неделю, но в моем контракте указано, что меня могут привлекать два раза в неделю «если материал и спрос будут оправданы»

Эти дополнительные эпизоды обычно появлялись, когда ее объект опускался на дно

Я не собирался этого делать

Студия звукозаписи, тесная, серая и бездушная, была непривычной для меня, но хорошо знакома Чонхе, которая, когда мы приехали, пожала руку звукооператору и сразу полезла искать чайный гриб в холодильнике. Лиа и Канмин притаились со своими камерами

— Привет, чел, — сказал звукооператор. Я — Данте. Как оно?

Мы с Джошуа обменялись взглядами

— Бывало и лучше, — ответил я. — Сколько у нас времени?

Что Чонха, что Данте выглядели оскорбленными тем, что разговор сразу пошел о делах, но правда была такова: студии делали меня беспокойным. Я не говорил, что мне там не нравилось; просто, когда я занимаюсь музыкой, всегда наступает дедлайн. Не имело значения, сколько времени было у «Наркотики»; в конце всегда получался новый альбом, втиснутый в определенное количество часов, проведенных в студии, до того, как мне было назначено снова возвращаться в тур. Времени никогда не хватало на то, чтобы сделать песни такими, как я хотел. Ничто никогда не выливалось в катастрофу, но было близко. Достаточно близко, чтобы я никогда не забыл, каковы были ставки

Также, в студии было жутко холодно. Как системный тест для моих натянутых волчьих нервов

— Вы хотите, это, ну типа, ознакомиться с оборудованием? — спросил Данте. — Я имею в виду...

— Чего я хотел бы, — сказал я, — так это положить свою аппаратуру, и чтобы те двое там начали подключаться к вашему оборудованию, пока ты открываешь свою страницу в Википедии, чтобы я мог понять, с кем ты уже записывался и увидеть, станем мы лучшими друзьями или смертельными врагами в конце сессии

Данте посмотрел на меня. Чонха посмотрела на меня. Камеры посмотрели на меня. Джошуа поставил свой кейс на пол и открыл защелки, чтобы достать свой бас

Никто не двигался

Джошуа  поднял взгляд. Он любезно и очень удивленно произнес
— Оу. Вы не знали? Тэхен  не говорит по пустякам

Иногда я мог быть мудаком. Иногда мне было плевать

Все принялись делать то, что я сказал

— Также, — добавил я, — можно ли сделать это место более теплым? Я не чувствую свои чертовы пальцы

Джошуа встал и поправил ремень своей бас-гитары. Он сыграл монотонный риф и остановился, чтобы настроить

— Прямо как в старые времена

— Почти, — сказал я. Я не говорил о Чимине, но думал об этом. Мои глаза были устремлены на Чонху, пока она возилась с барабанной установкой

— Какую из тех штук мы делаем? — спросил Джошуа. Он имел в виду файлы, которые я отправил. — Я побаловался с некоторыми из них

— Какие ты прочувствовал?

Джошуа взглянул на камеры. Они в ответ взглянули на меня. Он спросил
— В зависимости. Каким способом?

Боже, я любил умных людей
— Особые гости, — сказал я, поворачивая свой телефон, чтобы он мог увидеть

— Мда, шумно, — подытожил Джошуа. — Ладно, этот третий файл. Надо делать так?

Он сыграл небольшой отрывок, чтобы я мог понять, какой именно он имеет в виду

— Слышишь это? — сказал я Чонхе, которая подняла взгляд с отвращением на лице. — Работаем с этим. Надевай свою мыслительную кепку

— Тэхен? — Данте спросил сверху, его голос доносился отовсюду. За стеклянной панелью я видел, как он двигался позади массы панелей и компьютерных мониторов. — Ребята, вы там слышите меня?

— Да

— Мои ребята надевают наушники. Дайте мне знать о громкости в ваших ушах, и потом я уравняю ее здесь. Мы все подключены. Какое рабочее название этого трека?

— Бензинная Любовь, — ответил я

Данте напечатал это
— Мило

— Предсказуемо, — ответила Чонха  из-за установки

Я ощетинился
— Нет ничего предсказуемого ни в бензине, ни в любви, дорогуша. Почему бы тебе не вернуться к плевать-что-будет-завтра состоянию?

Чонха пожала плечами и прошлась по установке.

Было неплохо. Но...

Я хотел Чимина

Я хотел Чимина

Я хотел Чимина

Я дал себе подумать об этом всего секунду, а потом поежился и развернулся к своим клавишам. Опасения все еще терзали меня. Я думал об открытом рте Джису  на моем, возвращаясь обратно в кондитерскую

Потом мы взялись за работу

Запись в студии даже отдаленно не похожа на живую игру. В живой — все и сразу. Никаких поправок, никаких устранений проблем, просто пропуск через себя. В студии, если подумать, все складывалось в пазл. Было легче сначала записать концы, но иногда ты еще даже не мог сказать, каковы они будут. Иногда самой тяжелой частью было решить, какой трек сводить первым — какой трек станет фундаментом. Вокал? Но что если они не попадали в такт или выходили за рамки положенного? Потом барабаны. Но они оставляют тебя ни с чем, все равно будто ты начал все заново с нуля. Потом клавиши создавали аккорды и тон. Их, должно быть, будут перезаписывать, но это было хоть что-то

Больше всего мне нравилось начинать и заканчивать самому, в любом случае

Мы работали около часа, в течении которого я ненавидел Чонху  все больше. Не было ничего неправильного в ее игре. Она была нормальной. Но Чимин был лучшим музыкантом среди всех нас. Другие группы всегда пытались украсть его у нас. Волшебные руки. Чонха  была просто человеком с барабанной установкой

Насколько глупым я был, решив, что я могу просто прийти в студию с любыми другими музыкантами и выйти с чем-то, хоть отдаленно напоминающим «Наркотику». Не глупым. Самоуверенным. Я был «Наркотикой», но также Джошуа и Чимин

Через час «Бензинная любовь» больше звучала как «Скипидарное безразличие»

Я был в ужасном настроении к тому времени, как стали приходить мои гости

— Я думал взять кофе, — сказал Хансоль, шагнув внутрь. Камеры шокировано повернулись к нему — беспомощные, потому что он не подписал соглашение и не собирался. — Но я подумал, что дети в это время, вероятно, пьют эти новомодные напитки вместо него

Он протянул мне энергетик. Я необоснованно был рад увидеть его

— Хансоль, я люблю тебя, — сказал я, принимая банку. — Женись на мне и сделай из меня лучшего человека

— Оу, ладно, — сказал Хансоль. Он протянул еще одну Джошуа, который покачал головой, но сказал

— Все равно спасибо, чувак, — он привез свою банку зеленого чая

Чонха шмыгнула носом и взяла свой чайный гриб
— Кто это?

— Особые гости, — ответил я

Она сказала без особого энтузиазма
— Все гости — особые

Вошли пассажиры Хансоля: двое копов из первой серии. В униформе. Один из них, как мне был известно, на самом деле закончил свое дежурство часом ранее, но согласился прийти в униформе, чтобы улучшить эффект от бомбы. Я не был идиотом. Я понимал, что никто не узнал бы их без униформы

Я надеялся, что Джухён  впечатлила моя хитрость. Конечно, ей пришлось признать насколько неимоверно блестяще было вызвать копов обратно. Мне правда хотелось попросить Хансоля участвовать в этом, но я знал, что он согласится, чтобы меня осчастливить, а потом возненавидит это, когда его узнают в продуктовом. Так что, я так и не попросил его, хотя, у меня в голове Хансоль видится великолепным периодическим персонажем в шоу. Брат/дядя/парень каждого

Но мне хотелось, чтобы Хансоль  был счастлив. Такова был миссия. Ну, одна из них.

Я обменялся любезностями с копами, просто вежливое вступление, типа спросить у них, прыгали ли они когда-то с парашютом или была ли у них лысая собака. Потом мы перешли к делу

Фишка была в том, чтобы найти что-то для копов, что они смогут осуществить в студии без особых практических навыков. Конечно, один из них плоховато играл на басу, но это было не суждено обрезать для студийного трека. Хотя, они могли бы взять на себя перкуссию. Это будет мешать барабанам, но, вообще-то, все, что раздражало Чонху, было бонусом

Все копы сидели на хлопай-топай штуковинах, и оказалось, что девушка-полицейский имела оперную подготовку, так что мы добавили немного дикости ко всему этому. Данте и понятия не имел о том, как использовать микшерный пульт или, может, у него не было ни единой идеи, как совместить нас, но все было в порядке, потому что кое-кто, чье имя звучало, как мое, был волшебником с синтезатором и мог управлять голосом, как будто это никого не касалось

Все превращалось в нечто довольно хорошее. Это не было синглом, но начинало звучать, как один из тех чуждый-условностям треков, которым поклонялись некоторые фанаты, культовая классика, которой каким-то образом удалось быть проигрываемой еще долго после треков покруче, взорвавших чьи-то колонки. Несколько часов внутри, и я был довольно хорошего мнения о жизни. Это было не совсем смыслом, — им была Джису — но это было подпунктом и хорошо работало

Потом пропало электричество

В искусственной темноте мы с Джошуа  переглянулись. Девушка-оперативник выругалась, просто одно короткое, грязное слово, типа крика. Кто-то вздохнул. Я подумал, что это Хансоль

Я произнес в темноту
— Скажи мне, что это автоматически сохранилось, Данте

Данте не ответил, потому что не слышал меня. Без электричества он был просто парнем за стеклянной стеной

Чонха сделала глоток своего чайного гриба — я слышал, как она делает это, что взбесило меня. Джошуа  заправил прядь волос за ухо

Потом электричество вернулось

Наушники все еще не работали, так что я стянул их и взял с собой в операторскую. Каждый компьютер пищал и жужжал, возвращаясь к жизни

— Есть хорошие новости? — спросил я

Данте посмотрел на меня. Вокруг его значков был только небольшой белый ободок. Он покачал головой

— Ничего из этого?

Он сказал
— Барабанный трек?

Потребовалась долгая минута, чтобы осознать правду: все странное и единственное в своем роде, что мы сегодня записали просто пропало. Мы могли перезаписать это, но оно звучало бы, как перезаписанное. Как будто сегодня никогда и не было. Как будто кто-то просто взял мое время и выбросил его. Как будто конечный срок, который всегда наступал, стал чуть ближе

— И тебе не пришло в голову сохранить это в процессе? — сказал я. — Ты работал с проектом из шести человек и не подумал, что «в какой-то момент после барабанного трека я нажму на некоторые кнопочки на этой чудо-машине и сохраню его»?

— Я сохранил, — настаивал Данте. — Отключение электричества все испортило. Типа как поврежденные файлы. Машина не хочет запускать все обратно снова

Я даже не был уверен, о какой машине он говорил. Я был уверен, что это сделала Джухён. Я также был уверен, что она сделала это, чтобы заснять, как я теряю самообладание, на камеру. Я был не менее уверен еще и в том, что она собиралась получить то, чего хотела

— Покажи, — сказал я. — Покажи мне поврежденные файлы

Данте прокручивал кучу пустых экранов
— Они пропали, чувак. Я не знаю...

— Это наиболее очевидная вещь, которую ты сказал за весь день. Это твоя работа? Видел ли ты что-то из этого раньше? Скажи мне, как так получилось, что у нас все еще есть барабанный трек

Если он был в курсе плана, то сейчас проделывал хорошую работу, выражая ложное удивление. Он просмотрел еще на несколько экранов и пробормотал
— Это вроде как последнее сохранение, которому уделялось внимание; я не знаю, я не знаю...

Я махнул рукой в сторону Канмина, который стоял позади моего плеча

— Надеюсь, ты счастлив, что твоя полнейшая некомпетентность транслируется на всю планету

Я выбежал. В комнате звукозаписи Джошуа  паковал свой бас обратно, потому что он знал меня, а Чонха  все еще сидела позади своих барабанов, потому что не знала

— Мы можем перезаписать это, — предложил коп-басист

Девушка-оперативник покачала головой. Она знала

Хансоль  похлопал меня рукой по плечу, а потом достал свои ключи от машины

— Это было запланировано, — сказала Чонха. Она не выглядела удивленной, но было сложно сказать, это потому, что она была в курсе плана Джухён, или потому, что уже обжигалась, или потому, что она на самом деле верила, что это подстроено

— Я знаю, что ты пытаешься вынудить меня пнуть твою установку, — предупредил я, — но я слежу за тобой

Джошуа сказал полицейским, как рад он был тому, что они пришли и что, по крайней мере, камеры записали их вклад. Он убедился, что записал их номера телефонов. Пожал Хансолю руку. Закрыл за всеми ними дверь. В этом он был хорош

Я позвонил Джухён
— Это не тот способ, которым ты можешь заполучить меня на свою сторону

Она сказала
— Что?

— Ой, да ладно

— Я не телепат

— Я знаю, ты хочешь драмы. Но ты снова вмешалась в альбом, — сказал я, — и... — я остановился, потому что не мог придумать, как закончить предложение. У меня не было и пол-унции влияния. Я был ровно там, где начинал. Я думал, что был настолько умен, чтобы обойти систему и записать альбом без лейбла, в качестве покровителя, и теперь я снова был просто товаром

Я думал о том, как она была заботлива в начале

Я опрокинул одну из стоек для микрофонов. Она едва ли произвела звук в этой бессмысленной, универсальной студии. Это не было местом, где делают музыку. Это было местом, где записывают рекламу для музыки

Я понятия не имел, какого черта я себе думал

— И что, Тэхен? Я не люблю когда мне угрожают, еще и без причины. Я работаю. У меня звонок по второй линии. Я не знаю, что случилось, но буду рада помочь

Мне хотелось огрызнуться «Это война!», но запал уходил из меня. Мне не верилось, что трек пропал. Я просто не мог в это поверить. Какая пустая трата всего

— Я хочу свой Мустанг, — сказал я ей. — Вот как ты можешь помочь. Дай мне мой Мустанг

Я отключился. Я чувствовал себя собакой без зубов

Если бы Чимин  был здесь, я бы повернулся к нему и сказал: «Давай словим кайф»

Но его не было. И я был под прицелом камеры. И это больше было не для меня. Это больше было не для меня

Я взглянул на Джошуа

Он сказал
— Что думаешь?

Я сказал
— Я желаю, чтобы Чимин  вошел в эту дверь

Камера была направлена прямо на меня. Джухён выигрывала эту игру безальтернативно. Мой мозг заработал, в поисках какой-то тяги, какого-то способа обратить это в свою пользу, но ничего не вышло

Джошуа сказал
— Этого не случится. Мы должны работать с тем, что имеем, — он помолчал. — Какой способ, Тэхен?

Смехотворный вопрос, потому что это судно с треском уплыло прочь

Мой телефон завибрировал из-за сообщения. Оно было от Джису. В нем говорилось только: «Тебе лучше записывать что-то, под что я смогу танцевать»

Я так и делал, но оно пропало. Я представил, как звучал бы трек, пока она танцевала под него. Потому что это была и выдумка, и воспоминание, я четко знал, как будут чувствоваться ее бедра, прижатые к моим. Ким Джису, идеальная десятка

Я хотел эту золотую звезду
И тогда как будто туман в моей голове рассеялся. Я повернулся к камере Канмина
— Ты записывал все это время, верно
— Ох, эй, — встревоженно сказал он — Ты знаешь, это моя работа. Я...

Я махнул рукой, прерывая его
— Я просто хотел убедиться, что у тебя есть то, что мне было нужно. Давайте сделаем это

Джошуа усмехнулся