грешник

ДЖИСУ

В свой первый день на посту Виртуального Ким Тэхена я провела много времени в Интернете. Не только потому, что публиковала обновления, но и из-за того, что исследовала то, каким образом Тэхен  смотрел на мир. Я вдруг осознала, что знаю всего несколько его песен, так что я слушала музыку в одном наушнике, пока инструктор курса СПМ показывал фильм в темной комнате. Оставшиеся песни я слушала по дороге к «Блаш». Я никогда не читала его интервью, поэтому открыла сайты и пролистывала их, пока Кристал  прикалывала к моей одежде разные куски ткани в подсобке. Пока она их откалывала, я прослушала часть материалов «Наркотика: за группой». После того, как она отпустила меня закрыть магазин, я посмотрела видео групп, которые Тэхен хвалил в своих записях или упоминал в интервью

Я узнала, что маленький жест рукой, который я заметила в первом эпизоде, значил, что Тэхен собирался представить что-то новенькое или вычудить какой-то виртуозный музыкальный отрывок или танец. Я записала это. Или, вернее, сделала мысленную заметку, что он никогда случайно не показывал этот жест, когда был со мной. Он не принадлежал реальному Тэхену, а был частью его шоу. Он, должно быть, был придуман для этого

Я узнала, что у него была вечная шутка с журналистами, которая заключалась в том, что они каждый раз спрашивали, чего он боится, а он всегда отвечал «ничего»

Из интервью двухлетней давности я узнала, что большинство песен он написал в машине или в душе, или во время сеанса в кинотеатре, или обжимаясь с девушками на одну ночь

После этого я больше не хотела узнавать что-то еще. Так что вместо этого я посмотрела Бэ Джухён

Ближе к концу своей смены я позвонила Тэхену. Когда он ответил, я услышала легкую музыку на заднем фоне, включающую в себя записанный голос Тэхена. Этот звук пустил странные слабые мурашки по моей коже

— Ты закончил со своей домашней работой?

— Почти. Она усложнилась. Тем не менее, я и правда хочу свою золотую звездочку

— Почти не считается, — ответила я. Я нажала на гиперссылку статьи о Джухён. Ее лицо улыбалось мне, открытое и доброе, рядом с заголовком о смерти ребенка

— Я практикуюсь в том, чтобы быть тобой. Что бы ты никогда не сказал в своем интервью?

Он ответил немедленно
— «Извините»

Мне не нужно было видеть его лицо, чтобы знать, что он доволен своим ответом

— Господи, ты невероятен. Эти фразы просто приходят тебе в голову или ты и вправду представляешь, как бы твои слова смотрелись напечатанными, прежде, чем сказать их?

— Какой суперспособностью это могло бы быть. Типа как облако мыслей?

Я не отступала
— Ты вообще говоришь что-либо, не думая о том, насколько хорошо это звучит?

— Даже не представляю, зачем бы я в ином случае открывал рот

— Ага. Знаешь, вся эта чушь, когда журналисты спрашивают, чего ты боишься и ты отвечаешь «ничего», — сказала я. — Это такое вранье

Тэхен молчал. Было невозможно сказать, это потому что он рисовал умный ответ в облаке мыслей над своей головой, или потому что делал что-то еще, пока разговаривал со мной, или потому что ему было нечего ответить

Наконец, он ответил совершенно другим голосом, чем было до этого
— Это не вранье. Это очень умно. Вот почему я все еще на этой планете. Я удивлен, что ты до сих пор не сопоставила это, с твоими-то мозгами. Это загадка. Типа того, как доставить мой Мустанг обратно сюда, не разговаривая с моими родителями. Это пазлы, Джису, и я думаю, тебе стоит сложить их для меня

Его голос снова стал нормальным. Чересчур нормальным

— Я не люблю пазлы, — сказала я ему

— Это потому что ты сама — пазл, — ответил Тэхен, — а ты не любишь таких, как ты. Это нормально. Я тоже не люблю других «меня»

Я не поверила ему. Тэхен отлично ладил с зеркалом.

— Разве у тебя нет домашней работы?

— Эй, это ты мне позвонила

— Скажи мне, что рассказать миру

— Скажи им, — начал Тэхен, но остановился. — Скажи, что я готовлю им подарок. И скажи мне, что станцуешь под него

***

ТЭХЕН

Той ночью я вернулся в квартиру слишком уставшим, чтобы беспокоиться. Это был тот тип усталости после того, как закончил что-то, от опустошения самого себя. Это чувство настигало меня и прежде: после модных или дешевых напитков, таблеток, которые замедляют тебя. Но также, как кайф от наркотиков никогда не сможет вполне заменить кайф от создания музыки, вынужденные минимумы никогда не смогут заменить тот настоящий покой, который приходит после творчества

Если бы я всегда писал альбом, то никогда не был бы несчастлив

Я завалился на свою кровать, надел наушники и слушал трек на повторе. Было невозможно устать слушать новую песню в первый день после того, как я воплотил ее в жизнь. Я написал Джису. Я выполнил свое домашнее задание

Она ответила: проверяю твою работу

В конце концов, я извлек неидеальную аудиозапись из видеоматериала Канмина и использовал ее как скрипучее вступление. Тогда мы сделали более сложную версию с местами жестким оперным пением. Это звучало, как будто мы собирались обернуть все таким образом изначально

Я был рад, что Джису проверяла мою работу. Но мне не нужен был кто-то еще, чтобы сказать, что я получил проходной балл

Я задремал под играющую в моих наушниках песню. Мне снилось, что я дремал под песню в моих наушниках

Я проснулся от звука открывающейся двери

Джису...

Я услышал хриплое хихиканье

Не Джису

Я думал, что закрыл дверь. Я был уставшим, но помнил, как закрывал замок

Мои наушники зашипели, батарейка в плеере сдохла. Я вытащил их из ушей и услышал еще одно короткое фырканье. Смешки путешествовали в пакетах. Возникло ощущение, что я в воспоминании

Мои волчьи уши услышали, как кто-то моет руки за стеной. Пахло духами и потом. Свет приблизился

Трое девушек топлес стояли на территории моей гостиной, пялясь на меня через прозрачную книжную полку из Икеи в моей спальне. На груди одной из них было искусно написано мое имя. «Тэхен» — на одной. «Ким» — на другой

— Думаю, вы не туда попали, — любезно сказал им я, не садясь. Это вызвало очередной приступ хихиканья. Они остались в моей квартире. Они остались топлесс. Я остался в постели

В прежние времена это не стало бы проблемой. Скучающий, возбужденный и под кайфом, я бы развлек их всех, если не себя, а потом бы вырубился на крыше

Но сейчас я был не только под наблюдением камер, я очень сильно хотел, чтобы Ким Джису продолжала отвечать на мои звонки. Я тяжело и целеустремленно трудился для своей золотой звезды, и ничего в этой ситуации не поможет мне ее достать

— Я уверен, что закрыл дверь, — сказал я садясь

Одна из девушек подняла ключ. Она послала мне улыбку на миллион долларов

Ох, Джухён

Девушка с моим написанным именем проинформировала меня, что была девственницей

— Горжусь тобой, — сказал я. Я поднял палец и позвонил Джису, одним глазом наблюдая за своими полуголыми посетительницами. — Тыковка, Виртуальный Тэхен  при тебе?

— Тыковка, — повторила Джису

— Ага. Да. Тыковка, — я встал, радуясь, что уснул полностью одетым

— Да, но я за рулем. Я совершенно уверена, что меня преследует папарацци. Разве не забавно?

Девушки приблизились шаткой походкой. Они были пьяные в хлам. Каждая камера в квартире запечатлела грудь. Я был так равнодушен, что определено чувствовал себя святым. Я не понимал, как меня могла так убивать одетая Джису и насколько не заинтересовывают эти девушки

— Сегодня все забавно, — ответил я. — Не могла бы ты сообщить миру, что есть лучшие способы выказать свою поддержку моим стараниям при создании альбома, чем показаться на моем пороге? И почему ты за рулем? Определенно, в мире тебе некуда так далеко ехать, кроме как ко мне

Я услышал раздражительный гудок за окном. Три девушки и я выглянули в окно. Внедорожник Джису заезжал в переулок за квартирой. За ним подъехал фургон с Лией внутри

Это совпадение было издевательством

— Думаю, вам следует уйти, — сказал я девушкам, которые полностью вторгались в мое личное пространство бессознательным образом. Я начал направлять их обратно туда, откуда они пришли. Я остановился, чтобы оторвать одну от своей руки. — Это становится неприятным

Как по сигналу, дверь распахнулась, звук идеально совпал со взрывом в моем сердце

Ким Джису шагнула внутрь, щеголяя в обрезанном леопардовом топе, черных кожаных штанах и паре ботинок на каблуках, чтобы проткнуть узурпаторов. На ней также были вязанные перчатки, доходившие ей по локоть. Ничего в ней не было не к месту. Не было слов в этом мире, чтобы передать насколько она была сексуальнее этих полуголых девок

Мне не верилось, что у Джухён  было столько желчи, чтобы разрушить этот момент тремя фанатками топлесс. Я сразу почувствовал себя старше и более уставшим. Сколько жизней я прожил, чтобы попасть в место, где эти смешки причиняли неудобство?

Джису поджала свои красные губы. Девушки смотрели на нее с бесстрашием пьяного. Лиа со своей камерой подсматривали через дверь

— Ты опубликовала мой специальный запрос? — спросил я Джису

Я чувствовал странную нервозность по поводу того, что Джису не поверит в мою невиновность.

— Да, — сказала она, — Тыковка. — Она глазами нашла мое имя, покачивающееся на злоумышленниках. Я не был ханжой, и история подтвердит это, но в тот момент мне было очень некомфортно с таким количеством голых грудей в одной комнате. Как будто весь мой тяжело заработанный цинизм был убит, оставив сиротой более наивного шестнадцатилетнего Тэхена, переживавшего, что его увлечение не согласится с ним погулять

Это место казалось очень опасным для возвращения того Тэхена

Пожалуйста, не злись. Ты должна знать, что это не по-настоящему. Пожалуйста, Джису...

Я не был уверен, что сказать, только не с камерой Лии, тщательно наблюдающей за нами снаружи квартиры. Камеры внутри тщательно наблюдали отовсюду

— Думаю, вам стоит вернуть мне этот ключ, — сказал я девушкам. — И вам не следует принимать ключи у незнакомцев. Никогда не знаешь, что тебя ждет по другую сторону двери

— Давай-давай, — предложила Джису, ее голос был таким холодным, что стоящее рядом полутропическое растение упало замертво

— Ты — его девушка? — спросила девушка с ключом. Ее голос был отвратительным. — Потому что, вообще-то...

Джису прервала
— Не говори ничего, о чем мы обе потом пожалеем. На самом деле, ты можешь отдать ключ мне

Она протянула властную руку в перчатке. Девушка оставила ключ с каким-то шипением. Девственница протолкнулась мимо Джису. Третья, выходя, плюнула Джису на ботинок

Повисла пауза. Плевака остановилась прямо за Лией с вызовом на лице

Джису рассмеялась, угрожающе и пренебрежительно. Внезапно у меня появилось полное представление о том, какой она была в старшей школе

— Ох, пожалуйста, — сказала она

Она захлопнула дверь прямо перед лицом Лии

Тишина

Мое сердце грохотало в груди. Я практически не верил, каким нервным я был, не сделав ничего плохого, не волнуясь о том, что кто-то думал, проведя так много времени в онемении

— Давай немного поговорим в твоем офисе, — сказала она, указав рукой в направлении ванной комнаты. Я не мог сказать, о чем она думала.

Я закрыл за нами дверь и, как только она открыла рот, приложил палец к своим губам. Лиа со своей камерой вошла в квартиру. Мой волчий слух мог уловить ее дыхание по ту сторону двери, а потом и шарканье, пока она работала над тем, чтобы засунуть микрофон так близко к нашим голосам, как только возможно

Джису пошла к раковине и повернула кран на полную мощность резким и злым движением запястья. Я направился в душ и покрутил ручки

Потом, с белым шумом текущей воды между нами, мы подошли к туалету, наклонив головы поближе к друг другу

— Боже, ты классно пахнешь, — сказал я низким и приглушенным голосом, потому что кто-то должен был сказать это, и чтобы позволить некоторым своим тревогам сбежать

— Ты пахнешь как... — Джису остановила себя. Она сказала, — Собственно, что здесь происходит?

В конце концов, это была не та реакция, которую я ожидал. Не многое останавливало Джису в ее высказывании. Я поднес свою ладонь к руке и вдохнул

Волк

Земля и мускус, ночь и инстинкт

Я не знал, почему это появилось, только факт, что оно было. Как будто волк во мне просачивался через поры, выпущенный беспокойством. Часть меня подумала о волчьем теле и как всего минута в нем могла мгновенно облегчить все мои бушующие чувства

— Джису...

— Это не нормально, — перебила она. — Я не в порядке по поводу всего этого

— Это был не я. Джухён...

— Я знаю, что это была Джухён!

— Тогда я не понимаю

Мы посмотрели друг на друга. Мои пальцы чувствовались, как будто руки спали, а теперь просыпались. Каким-то образом, я был определенно невиновен и определенно в проблемах. Я все еще не мог сказать по ее лицу, о чем она думала. На ней было достаточно черного карандаша для глаз, чтобы скрыть большинство эмоций

— Я никогда не буду чувствовать себя хорошо, входя в комнату к тебе и трем полуголым девицам, Тэхен. Я не хочу увидеть это когда-либо снова

Проблема была в том, что это было частью того, как быть мной, быть Ким Тэхеном, иметь группу, петь, чтобы участвовать в телешоу для сплетников

— Я могу контролировать только себя

— Можешь?

— Я только что сказал это

— Ты можешь контролировать себя?

Разве я не сделал это только что?

— Ты не доверяешь мне... вот в чем дело?

Джису открыла рот, а потом закрыла его. Она отвернулась, скрестив руки на груди, хмурясь на душ
— Я не была с сотней других людей, Тэхен. Я не видела сотню других людей голыми. Я не знаю, что...

Она покачала головой, как безумная. Но я знал Джису, и я знал, что каждая из ее эмоций выглядела как гнев снаружи. Это было несправедливо, потому что я не приглашал девушек, и не знал Джису, когда спал со всеми остальными. Но я с самого начала знал, что мы были разными в этом важном вопросе: Джису провела свою юность, заботясь о том, кто дотрагивается к ней, а я — нет

— Я здесь не ради кого-нибудь другого, — сказал я. Это казалось слишком серьезным для восприятия, так что я добавил, — Джису. Я здесь из-за тебя

Она все еще не смотрела на меня. Свет пробивался через ее волосы, освещая ее щеку, подбородок и шею. Я все еще хотел свою золотую звезду, даже зная, что не было никакого способа получить ее этим вечером. Она ответила
— Меня и этого небольшого шоу, которым ты занимаешься

— Это моя работа

— Прятаться в ванной?

— Создавать музыку

— Я могла бы справиться с тем, чтобы быть девушкой кого-то, кто создает музыку, — сказала Джису. — Но не думаю, что твоя работа заключается в этом

Думаю, я мог припомнить такой разговор с Чонхой, и тогда он мне понравился не больше

— Никто не просто создает музыку. Невозможно жить, просто создавая музыку. Я думал, это будет лучше, чем лейбл. Я думал, что у меня будет больше контроля. Знаешь что? Я уже говорил все эти вещи. Я могу вспомнить свое лицо, когда я говорил это

Джису рассмеялась, так же скупо и слабо, как когда девушка плюнула, но я вздохнул с облегчением, потому что это хоть как-то смягчило ее. Она вытащила Виртуального Тэхена и принялась листать по экрану

— Ты думал, петь с Бэ Джухён  было бы лучше, чем в лейбле? Даже зная, что все ее люди закончили, дергаясь в луже слюней на полу. Ни у кого это не срабатывает

— Я не похож на всех остальных

Джису перестала листать. Ее голос был противоречивым и сексуальным, когда она сказала
— Спасибо, Господи

Мы посмотрели друг на друга. Ее подведенные глаза были немигающими. Я ненавидел то, что все еще мог чувствовать остатки тревоги, витающие во мне. Я не хотел отпускать ее, но мог сказать, как все произошло бы, как она стояла бы, и как Лиа снаружи пыталась бы подслушать, что она и делала

Я больше не хотел быть в одиночестве

Я хотел сказать ей: «Джису, останься». И я хотел сказать ей: «Джису, я люблю тебя»

Я ничего не сказал вслух, но Джису покачала головой, мол, не надо

Так что я просто сказал
— Что насчет моей золотой звезды?

— Ха! — ее смех был горьким и раздраженным. — Джухён  забрала твою золотую звезду

— Ты хочешь, по крайней мере, услышать мою гениальность? Если бы ее можно было услышать?

Она не сказала «да», но не двигалась. Так что я выключил душ, протер полотенцем кафельные сиденья внутри, а еще одно полотенце сложил в качестве подстилки. Я кинул в раковину свои бесполезные наушники со сдохшей батареей. Потом я сел на сиденье в душе, вытянул свой МP3-плеер из заднего кармана и похлопал по месту рядом со мной

— Это должно прекратиться, — сказала она, но присоединилась ко мне, скрестив свои длинные ноги, когда села. Боже, она была так красива, что я не мог принять это

— Конечно, — согласился я. — Наушники? — она протянула мне свою сумочку и я поискал их (они были леопардовыми). Вставив их в свой плеер, я всунул один наушник в свое правое ухо и другой — в ее левое. Я поспешно придвинулся ближе, так что наши плечи соприкасались. Когда она поправила наушник, я проверил экран и нажал на «плей»

Первую минуту она слушала. Затем ее голова задвигалась, совсем немного, как воспоминание о танце. Она смогла сделать сексуальным даже это. Я наблюдал за ней: ее глаза были закрыты, она просто слушала, рот немного приоткрыт. Я не мог получить это. Было чувство, что я мог только унять сексуальное напряжение, когда думал об этом, но я был так же увлечен ею, когда она пыталась привлечь меня, как и тогда, когда нет

Песня повторилась; я забыл, что поставил ее на повтор

Джису открыла глаза

— Ну? — спросил я

Она поцеловала меня

Не было никакого обоснования для этого поцелуя

Никакое постепенное признание желания не передавалось через язык тела. Это было ничего, а потом — все. Она своей рукой тянула мою к ее оголенному животу и прижимала мою ладонь к своим ребрам, заставляя ощущать ее тазовую кость на поясе. Ее пальцы просили мои раздеть ее. Я едва мог дышать вообще, а ее рот не давал мне даже этого

Я поднялся, увлекая ее за собой таким образом, что она постоянно была не дальше провода от наушников. Я не хотел отрывать ее тело от своего. Пока песня звенела и топала в моем правом ухе и ее левом, мы целовались и целовались, ее теплый язык на моем, ее гладкая кожа под моими пальцами, ее ноги обвиты вокруг меня

Джису потянула меня в сторону двери
— Кровать

Я не стал спорить. Песня повторилась. Я нащупал дверную ручку

По ту сторону на нас смотрела камера Лии

Я уже и забыл. Джису даже не дрогнула, но ее глаза затрепетали и закрылись всего на мгновенье, оттеняя ресницы на щеке, а потом, когда она снова их открыла, то была готова для камеры, вся истина была стерта с ее лица

— Привет, Лиа, — сказал я. — Давно стоишь? Могу я предложить тебе кофе?

Джису слезла с меня. Лиа, которая, к слову, была лишенным чувства юмора бродящим эльфом, только сделала несколько шагов назад, позволяя нам выйти из ванной

— Я собираюсь уйти, — сказала Джису

— Ох, — запротестовал я, — это бред

Но забытый сюрприз в виде Лии и вправду произвел несколько пагубное влияние на мой любимый инструмент

Джису вынула наушник из моего уха и выдернула шнур из MP3-плеера. Она пошла за своей сумочкой, а я сердито посмотрел на Лию

— Не благодарю, — сказал я

Лиа выключила свою камеру
— В расчете

Джису вернулась. Она снова нанесла помаду. Я схватил ее на пути, но упустил. Тем не менее, она остановилась у двери, улыбка притаилась возле ее рта

— Думаю, тебе стоит найти новую работу

— И что мне делать?

— Музыку