Под прицелом прошлого

Когда они сидят за столом, Мартина выглядит так, словно это они находятся у нее дома. Гордая, с высоко поднятой головой она внимательно слушает то, о чем ей рассказывает Чарли. Мейвис же сидит рядом, опустив взгляд в тарелку. По плечам пробегают мурашки, когда она вспоминает эту жуткую сцену из выложенных спиралью мертвецов.

Ее на самом деле поразил поступок Чарли, но еще больше Мейв поразило то, что тетя согласилась помочь. В конце концов у нее были те уважение и власть, которых не было ни у Мейв, ни у Чарли. Ко всему прочему, в ней было и то, что Франческо, как представитель старых устоев, оценит больше всего — Мартина чистокровная итальянка.

Когда Чарльз говорит Мейвис, что она с ними не пойдет, она не спорит. Девушка замечает промелькнувшее в его глазах удивление, поэтому спешно добавляет, что не хочет видеть человека, который сотворил такое с Бертолдо и его людьми. В конце концов люди Маранцано чуть не убили и ее саму. Но в глубине души, она хотела быть там. Боялась, что Франческо может лишить жизни ее последних близких для нее людей. Мейв утешает себя тем, что вряд ли глава Семьи Сальвини позволит собой манипулировать или подвергнет себя опасности. Мысль о том, что тетя помогает Чарли только ради нее греет ей душу. Возможно, когда все это кончится (и, если это кончится хорошо), они могли бы отдохнуть где-нибудь в Портофино, только она и Мартина. Наверстать упущенное время друг с другом.

После долгих обсуждений деталей, большую часть которых Мейвис пропускает мимо ушей, Мартина уезжает в свой отель. Оставшись наедине с Чарли, девушка старается не показывать сводившую ее с ума тревогу. Навязчивые мысли постоянно лезут в голову — десятки вопросов без ответов.

Что она скажет Ванессе? Готова ли она отыграть роль лучшей подруги снова, чтобы узнать правду, прежде чем вцепиться ей в глотку? Сможет ли она защищаться, если Ванесса раскусит ее или придет не одна?

Все мысли утихают, когда тяжелая рука Чарльза опускается на ее талию, собственнически прижимая в себе. Грустно улыбнувшись, Мейв закрывает глаза, наслаждаясь тем, как Чарли дышит ей на ухо. Это пробирает до мурашек, и девушка даже не собирается бороться с этим. Сцепив их пальцы между собой, Мейв сжимает ладонь Чарли как в последний раз и засыпает.

Утром, когда Чарльз собирается на встречу, она не может найти себе место. Никогда еще она не волновалась настолько сильно, что у нее кружится голова. Расхаживая из угла в угол, Мейв считает собственные шаги, чтобы отвлечься. Кусая ноготь большого пальца, она начинает переживать, что вот-вот откусит его.

Во-первых, Чарли и Мартина собираются поехать прямо в логово врага. Их шансы выжить пятьдесят на пятьдесят, и такой расклад не предвещает ничего хорошего.

Во-вторых, Мейвис собирается встретиться лицом к лицу с прошлым отца и собственным настоящим, которые переплелись в одном лице — лице Ванессы Дэвис. Она знает, что собирается подвергнуть свою жизнь опасности, но ничего не может сделать с уверенностью, крепко укоренившейся в ее сердце. Уверенностью, что она хочет и должна сделать это сама. Ее отец начал это много лет назад, и она хочет быть той, кто положит этому конец.

Это ее личная вендетта.

— Я оставлю двух парней приглядывать за квартирой, — говорит Чарли, стоя у дверей. На нем идеально сидящий по фигуре черный костюм, шелковая рубашка и солнцезащитные очки. Сердце Мейв сжимается в груди. — Пожалуйста, оставайся здесь и постарайся не думать о плохом.

Стоя напротив него, Мейвис пытается улыбнуться, но вся ее смелость осталась в постели сегодня. Этим утром она проснулась маленькой напуганной мышкой, собирающейся отправиться в мышеловку. Тем не менее, она кивает, хоть ничего и не говорит. Чарли кладет ладонь на ее щеку и целует в лоб, заставляя дыхание Мейвис сбиться.

Душераздирающие крики горящих заживо гостей Эшвуда эхом раздаются в голове, а мертвые люди Бертолдо и его собственные глаза всплывают жуткими образами в голове девушки. Она передергивает плечами от страшных воспоминаний.

Слыша, как мужчина поворачивает замок на двери, Мейв распахивает глаза и тяжело дышит.

— Чарли! — он поворачивается, когда девушка хватает его за локоть. Встретившись с ним глазами, Мейв говорит чуть тише, слыша гулкое биение своего сердца. — Ты единственное счастье, которое осталось в моей жизни. Помни об этом, прежде чем сделать какую-нибудь глупость.

На его губах появляется мягкая улыбка, источающая такую нежность, какой Мейвис еще никогда не видела. Никто не смотрел на нее так как Чарли. Наклонившись, он шепчет ей прямо в приоткрытые губы.

— Я тоже люблю тебя, Мейви. И я думаю об этом каждую секунду своей жизни.

Она чувствует, будто срывается в бездонную пропасть и летит вниз, пока Чарли целует ее. Вцепившись пальцами в его шею, Мейв прижимается к нему так сильно, что ей нечем дышать. Но это все неважно, пока он держит ее в своих руках и говорит вещи, от которых бабочки выпархивают из ее тела, окутывая их своим трепетным теплом.

Чарли уходит, забирая с собой частичку ее души. Стоя перед закрытой дверью и нервно сжимая и разжимая кулаки, Мейв выравнивает дыхание и обещает себе, что, когда они снова встретятся, она скажет ему, что это взаимно.

                                                         Ее трясет изнутри. Отрицать страх глупо, но Мейв изо всех сил старается скрыть дрожь в руках. Прошмыгнуть мимо караулящей на другой стороне дороги машины было не так-то просто, но ей это удалось. Сложив в рюкзак пистолет и нацепив темную толстовку, Мейв завязывает волосы в пучок, пряча их под капюшоном, и выскальзывает на улицу, низко опустив голову и сделав вид, что читает что-то в телефоне. Она выходит из подъезда вслед за двумя болтающими женщинами и, примкнув к ним, проходит несколько домов, а затем скрывается в подземном переходе.

Спрятав лицо под маской, которая уже стала частью нее, Мейв прыгает в такси и, заплатив наличными, добирается до нужного места к полудню. Прошмыгнув на пустующую стройку, она кладет рюкзак на большой паллет с мешками цемента и, нервно потирая ладони друг о друга, ходит из стороны в сторону, бросая тревожные взгляды на приоткрытые ворота.

Ожидание кажется вечностью. Мейв прокручивает в голове множество версий предстоящего диалога, но все может пойти иначе, чем она себе представляет, поэтому, в конечно итоге, девушка сдается. Усевшись на один из десятков поддонов, она нервно постукивает ногой по бетонному полу. Ковыряя кроссовками мусор, Мейвис думает о том, что сейчас происходит с бизнесом отца. Есть ли у нее шансы на то, чтобы однажды возобновить былую славу «Андромеды» или эти дни упущены навсегда? Затем мысли уносят ее к Чарли, и остаток времени девушка думает о том, как сейчас проходит встреча с Франческо и его людьми.

Погрязнув в размышлениях, она забывает следить за входом, поэтому, когда чьи-то шаги нарушают царящую на стройке тишину, Мейвис подскакивает на ноги. Сердце заходится в бешеном ритме, когда, скинув капюшон, Мейв осматривается. Засунутый за пояс пистолет холодит металлом разгоряченную кожу. Пальцы на руках заледенели от страха.

— Эй? Есть тут кто?

На мгновение Мейв перестает дышать. Образ Ванессы и мимолетные воспоминания сами собой появляются в голове. Встряхнув ею, Мейвис заставляет себя сосредоточиться на реальности. Паршивой, удушающей реальности.

— Мейв?

Выйдя из-за колонны, девушка гордо поднимает голову и обнимает свои плечи руками. Она столько раз представляла себе, как снова увидится с лучшей подругой, как утонет в ее объятиях и часами будет рассказывать обо всем, что с ней приключилось. О горе, что оставило дыру в ее сердце, о тяжести утраты, что никогда не восполнит утерянный пазл души. О любви, в которую она окунулась с головой.

— Привет, Несс.

Ласковое прозвище слетает с языка с куда большим усилием, чем Мейв ожидала. Но взяв себя в руки, она перестает скрывать дрожь в голосе и подходит ближе.

Ванесса выглядит так же, как и в их последнюю встречу: идеальная укладка на голове, безупречный макияж, изысканный выбор одежды. Практически подбежав к ней, Ванесса втягивает Мейв в крепкие объятия, утыкаясь носом в ее шею. На какую-то долю секунды в голове Мейвис проскальзывает мысль о том, что все это просто недоразумение. Этому все еще могло быть достойное объяснение. Не так ли?

Но, вспомнив лицо маленькой Виттории на фото, она моргает и отступает, выпуская подругу из объятий. Сделав пару шагов назад, Мейвис натягивает улыбку. Ванесса, в отличие от нее, отыгрывает свою роль безупречно — Мейв почти верит в эту боль от разлуки в глазах девушки.

— Я так рада видеть тебя! Ты себе представить не можешь, как я скучала!

Она улыбается, а в ее глазах горят огоньки. Вот только, присмотревшись, Мейвис замечает, что это вовсе не искорки счастья. Это то, чего она так боялась. Подруга лжет, в ее глазах на самом деле плещется страх.

Томится в ожидании больше нет сил, поэтому Мейв распрямляет плечи и чуть наклоняет голову набок. Улыбка на ее лице совершенно фальшивая.

— Я тоже рада видеть тебя, Ванесса, правда, — она делает шаг назад, глядя бывшей подруге прямо в глаза. Выдержав паузу, она все же добавляет. — Или мне звать тебя Виттория?

Ее ладони потеют, и Мейв незаметно трет их о ткань толстовки, когда скрещивает руки на груди. Удивление мелькает в глазах Ванессы лишь на долю секунды. Она выпрямляется, и улыбка моментально сходит с ее лица. Изучая Мейв взглядом несколько секунд, Ванесса вдруг медленно поднимает руки и лениво хлопает. Звон ее ладошей эхом расходится по пустующему этажу. И этот звук посылает рой мурашек по спине Мейвис.

— Маленький умный мышонок Мейвис, — с расцветающей на лице улыбкой вдруг произносит Ванесса. — Твой цепной пес хорошо постарался, — радостно говорит она, скрещивая руки на груди и оглядываясь. — Где он кстати? Самое время сказать ему «к ноге!».

Злость пульсирует внутри, распространяясь по венам вместе с кровью и вытесняя страх. Реакция Ванессы совсем не та, что ожидала Мейв. Подруга вовсе не боялась разоблачения — она этого ждала. Раньше ее шутки о Чарли вызывали смешки, но сейчас Мейв буквально закипает от гнева, не желая позволять той говорить о мужчине в таком тоне.

— Его здесь нет, — собрав все свое хладнокровие, Мейв отвечает так равнодушно, как только может. — Только ты и я, Ванесса. Как в старые добрые времена.

— Как жаль, а я надеялась покончить и с ним тоже, — веселье в ее тоне медленно растворяется, и Мейв с трудом узнает голос некогда самого близкого человека. — Чарли, Чарли, Чарли. Верный пес, всегда готовый служить перед святыней лжи семейства Моранто. Как жаль, что его кожа не слезла с его лица во время пожара.

Каждое ее слово вызывает все больший прилив ярости, и Мейв, опустив руки, сжимает ладони в кулаки. Ее грудь вздымается и опускается все чаще, а дыхание сбивается с каждым услышанным словом. Лучшая подруга медленно умирает в ее глазах, уступая место незнакомке, вызывающей отвращение.

— Ты вынашивала этот план всю жизнь? — Мейв пытается скрыть страх и злость за усмешкой. Голос Чарли, велящий ей контролировать эмоции, звучит в голове. — Росла с мыслью о том, как уничтожить мою семью? Разрушить всю мою жизнь?

— Иисусе, Мейвис, — Ванесса вдруг фыркает, закатывая глаза и делает шаг к ней. Мейв не двигается с места. — Ты все еще думаешь, что мир крутится вокруг тебя? Пора проснуться! Я не собиралась разрушать твою жизнь. Я собиралась отнять ее.

Ее слова будто тысячи маленьких лезвий режут сердце Мейв, заставляя его снова кровоточить. Она стоит там, удерживая яростное желание вцепиться ей в лицо и выдавить глаза, чтобы больше никогда в них не смотреть. Ванесса Дэвис окончательно умерла. Теперь перед ней стояла Виттория Бользонаро.

— Ты следила за мной, поступила туда же, куда и я, втерлась ко мне в доверие, притворила в действие свой отлично продуманный план, совершив убийство моего отца и сотни других преданных ему людей и филигранно спрятав улики в пожаре. Поступила также, как он однажды поступил с твоей семьей.

Сделав паузу, Мейв смотрит в лицо Виттории, в глазах которой плещется нескрываемое превосходство.

— И как к этому отнесся твой папочка? — с вызовом в голосе бросает ей Мейвис, держа себя в руках из последних сил. — Тот, что еще живой.

Когда она добавляет последнюю фразу, это срабатывает. Будто триггер, переключающий что-то в голове Виттории, эти слова заставляют мерзкую улыбку сойти с ее лица. Мейв видит, как подрагивают мышцы на лице девушки. Когда она отвечает, ее голос полон сочащейся злобы:

— Мой отчим чудесный человек. Тот, кем никогда не было твой мерзкий папаша. Кстати, ты знала, что именно он финансировал Андромеду? Благодаря его связям с разработчиками, мы смогли взломать ее.

— С ними ты тоже трахалась? Как и с Лукой?

Мейв делает шаг к ней, впиваясь собственными ногтями в кожу на ладонях. Еще чуть-чуть и они начнут кровоточить.

— Лука был посредственностью, она знал, на что идет.

— Знал, что ты бросишь его умирать?

— Его жертва навсегда останется в моем сердце, — приложив руку к груди, Виттория делает вид, что утирает пальцами слезу из-под глаза. — А вот по тебе никто плакать не будет. Ты сдохнешь здесь, расплачиваясь за грехи своего отца.

— Вот незадача, я все еще жива.

В мгновение, когда Виттория достает раскладной нож и одним движением раскрывает его, перед глазами Мейв действительно проносятся лучшие воспоминания ее жизни. Когда девушка бросается на нее с воинственным криком, Мейвис едва успевает перехватить ее руку. Страх сковывает тело, но это ощущается совсем иначе, и она вспоминает, как сражалась за свою жизнь в доме Джино. Вскинув голову, она смотрит Виттории в глаза, пытаясь отыскать в них свою лучшую подругу. Но находит там лишь собственное напуганное отражение.

Виттория делает шаг в сторону и бросается на нее снова, размахивая ножом. Мейв отскакивает в сторону, но лезвие скользит по ее плечу, рассекая плотную ткань кофты и оставляя кровавую полосу на коже. У нее нет времени, чтобы подумать о пронзившей тело боли. Она уворачивается снова и снова, пока не улавливает момент для удара. Размахнувшись ногой, Мейвис ударяет Витторию прямо в живот, и та, отшатнувшись, сгибается пополам.

— Почему, Мейв?! Почему ты просто не позволила пламени сожрать твою душу? — крик Ванессы, пронизанный отчаянием, разлетается вокруг и оседает в сознании Мейвис прочным убеждением, что это конец.

На этот раз, она уверена в своем желании. Рука тянется за спину, чтобы вынуть пистолет из-за пояса, но Виттория оказывается рядом слишком быстро. Перебросив нож из правой руки в левую, она с размаха бьет Мейв в лицо, заставляя ту отшатнуться. Она успевает лишь поддеть пистолет из-за ремня, но тело вздрагивает от удара, и оружие валится за пол.

Виттория пытается вцепиться ей в волосы, и Мейв перехватывает ее руку. Позволив ярости затопить свой рассудок, она заламывает кисть девушки, и та с громким криком выпускает нож из руки. Волосы Мейв рассыпаются по плечам, она вскидывает головой, и, уловив звон лезвия, давит на руку Виттории сильнее. Та сгибается, припадая на одно колено, но неожиданно бьет Мейв в бок, и той приходится отпустить руку соперницы. Выпрямившись, Виттория разворачивается так быстро, что Мейв не успевает среагировать. Сбив ее с ног, Виттория наваливается сверху и, обхватив упавший нож обеими руками, замахивается с очередным яростным криком. Глаза Мейвис расширяются от ужаса, когда она, справившись с внезапной головной болью, поворачивается к ней. Руки инстинктивно взмывают вверх, и Мейв вцепляется в запястья Виттории, удерживая острие ножа в считанных сантиметрах от своего лица. Воспоминания о том, что она спасла Чарли из той же ситуации совсем недавно, заполняют голову. Но Мейв знает, что Чарли далеко и никто не спасет ее.

Овладевший ею страх, заставляет сопротивляться, но с влажными ладонями это делать сложнее. Мейв пытается вжаться головой в пол, чтобы отодвинуться как можно дальше от ножа, но холодный бетон не позволяет этого сделать. Она вертит головой в поисках спасения, когда взгляд выхватывает силуэт предмета на полу. Но голос Виттории заставляет ее вернуть внимание к ножу.

— Твой отец отнял у меня все, что мне было дорого! Жаль, он не может видеть, как я забираю единственное, что было дорого ему. Когда смотришь в бездну, Мейвис, — задыхаясь, говорит та, — поверь, она смотрит на тебя в ответ.

И Мейвис смотрит.

Тяжелый выдох, и она отпускает одну руку — Виттория оказывается сильнее, нож опускается ниже, царапая Мейв щеку, когда она поворачивает голову набок, лихорадочно водя рукой по полу. Она кричит. Кричит так громко, выпуская наружу всю ту боль, что копилась в ней все это время. Она чувствует тяжесть тела отца, умирающего у нее на руках, чувствует его горячую кровь на своем лице. Повернув голову к Виттории, она позволяет ножу вонзится глубже, и встречается с горящим ненавистью взглядом Виттории.

Эхом разнесшийся по пустой стройке выстрел заставляет все прекратиться. Мейв слышит лишь биение собственного сердца. Время вокруг замирает, и она чувствует, как давление на нож слабеет. Глядя в глаза Виттории, Мейв сильнее вжимает дуло пистолета в ее тело.

Собрав все силы, Мейв делает рывок, скидывая с себя девушку, и та падает на пол, роняя нож и прижимая обе руки к раненому боку. Опустив взгляд, Мейв наблюдает, как кровь расползается по одежде Виттории, проникает сквозь ее пальцы и окрашивает бледную кожу рук. Опираясь на ноющую от боли ногу, Мейв поднимается, все еще сжимая в руке пистолет. Тыльной стороной ладони она утирает кровь с щеки, лишь больше размазав ее по лицу, и не сводит глаз с Виттории. Подняв руку, Мейв делает пару шагов к девушке, крепко сжимая пистолет и понимая, что ее руки больше не дрожат.

— Мейв, я...

Мейвис стреляет снова.

Пуля попадает точно в голову, раскрошив череп, и Виттория замертво падает на бетонный пол. Поджав губы, Мейв стоит там еще несколько секунд, прежде чем убирает еще горячий пистолет за пояс и, прихрамывая, опускается рядом с телом девушки. Сев на колени подле нее, Мейв смотрит в застывшие глаза. В них больше нет самодовольства, нет ярости, нет жажды мести. Проведя ладонью, Мейвис закрывает ее веки уже навсегда.

Тихо вздохнув, она отпечатывает в памяти застывший в глазах подруги страх. Горячая слеза сбегает по израненной щеке, и Мейв зажмуривает веки. Она вновь чувствует ее — пожирающую изнутри боль утраты. Но вместе с ней приходит облегчение.

Она не чувствует раскаяния. Все ее сожаления были безвозвратно сожжены в объятом пламенем Эшвуде.

С прошлым было покончено. Оставалось лишь настоящее, над которым еще висела угроза.

Распахнув глаза, девушка вспоминает о Чарли. Встав на ноги, она подбирает нож и, сохранив его как трофей, сует в карман. Больше ни разу не взглянув на Витторию, Мейв срывается и бежит к выходу.