#2:［Новый член «Радио-клуба»］
На следующей неделе, когда после уроков снова нужно было тащиться в «Клуб звукозаписи школы «Аньян», что школьники между собой коротко называли «Радио-клубом», Джеюн попрощался с Дагу, который умчался по привычке в интернет-кафе, а сам без особого энтузиазма поплёлся в кабинет, отведённый для «Радио-клуба». Там уже собрались все остальные члены: пара ребят из выпускного класса, пара девчонок и парней из первого класса старшей школы, и Шим Джеюн с Пак Сонхуном — одноклассники второго класса.
Заправлял всем в клубе выпускник Ян Чонвон — отличник и «немного социопат», который всегда улыбался. Шуточки про его «социопатию» ходили по школе потому, что все думали, будто Чонвон пытается за своей добротой и улыбчивостью скрыть истинное негативное ко всем отношение. Но Джеюн думал о нём, как о хорошем сонбэ, который всегда всем помогал, особенно ребятам из клуба. Многие говорили, что круглые глаза у Чонвона холодные, но Джеюну было тепло. Как и остальным членам клуба. В их маленьком коллективе царила дружелюбная и уютная атмосфера, ведь все всегда помогали друг другу. Джеюн никогда не горел делом, на котором специализировался их клуб, однако единственной причиной, почему он его не поменял, было то, что в нём состояли добрые и понимающие ребята, терять которых Джеюн не хотел.
Чонвон на сегодняшнем так называемом собрании рассказал членам клуба о предстоящих новостях, которые нужны будет подготовить и озвучить в течение недели по школьному радио и громкоговорителям, развешанным по всем столбам на территории школы. Этим клуб, в общем, и занимался. Каждую неделю им передавали информацию, необходимую для озвучивания, а потом они искали также дополнительный любопытный материал, который мог заинтересовать школьников, чтобы они не так скучали во время занятий.
Часто объявления делал Пак Сонхун — довольно закрытый, но не менее доброжелательный, чем остальные члены клуба, парень, к тому же одноклассник Джеюна. Многие считали его красавчиком, что, в общем-то, было правдой. Высокий и стройный, с овальным белоснежным лицом и очаровательными родинками на переносице с обеих сторон, он имел правильные черты лица и пухловатые губы. Вне клуба они редко общались, но Джеюну казалось, что у них взаимное положительное друг о друге мнение. В любом случае, Джеюн считал Сонхуна порядочным и умным человеком, а что тот думал в ответ, мало его волновало.
Чонвон уже сообщил, что собрание окончено, и ребята начали собирать вещи, когда Чонвон же спохватился:
— А, да, кстати, ребят! К нам же должен присоединиться новый член! Странно, что она ещё не пришла? — пробормотал Чонвон, глянув на настенные часы, потом сказал — Сонхун, это ведь ты её пригласил. Не знаешь, где она?
— Сейчас позову, — просто ответил тот и сразу же ушёл, чтобы через несколько минут вернуться вместе с этой новенькой.
Джеюна это не особо интересовало, пока он не увидел, подняв глаза с пола к её лицу, что новенькой этой была У Даби, с которой он всю неделю тщетно надеялся нечаянно столкнуться где-нибудь в школе. От такой неожиданности сердце у Джеюна заколотилось как сумасшедшее, а дыхание перехватило, словно его резко лишили воздуха на пару секунд. Даби стояла перед ребятами со скромной улыбкой, но было видно, что она это делает не только из вежливости. Казалось, что её здесь ждали, и она об этом знала.
Тогда Джеюн вспомнил вдруг разговор Даби и Дагу в тот день, когда они работали у них дома над докладом по истории. Даби сказала, что кто-то пригласил её в «Радио-клуб», но Джеюн тогда не уловив смысла сказанного, потому и забыл. Теперь было очевидно, что этим «кем-то» был Пак Сонхун, который никогда так долго не улыбался, часто равнодушные глаза которого никогда так не сверкали, будто он глядел на чистейшее звёздное небо в самую ясную ночь. Однако смотрел он на Даби, призывая её представиться своим товарищам, в том числе, конечно, и Джеюну, с которым Даби лишь случайно встретилась взглядом. И, узнав его, Даби нисколько не изменилась в лице, лишь с той же улыбкой шепнула только для Джеюна:
— А, это ты? Рада тебя видеть, Шим Джеюн.
Джеюн не смог вымолвить ни слова, тупо моргая и глядя на неё, как на что-то совершенно необычное. Даби тогда неловко поджала губы, а после отвернулась, поклонилась и сказала:
— Всем привет! Моё имя — У Даби. Я буду очень стараться, поэтому, пожалуйста, позаботьтесь обо мне!
Сонхун мило хмыкнул, опустив взгляд. Даби, заметив это, немного стушевалась и покраснела, однако Чонвон дал понять, что всё в порядке.
— На сегодня мы уже закончили, — сообщил он.
— А... — протянула Даби и скромно усмехнулась — Кажется, я немного перепутала время.
— Всё нормально, — ободрительно улыбнулся Чонвон — Хорошо, что мы сумели познакомиться уже сегодня. Что ж, теперь точно всё! Увидимся завтра! — и Чонвон, махнув ребятам на прощание, ушёл первым.
Даби попрощалась отдельно со всеми, пока ребята покидали кабинет, но Сонхун уходить не спешил. По виду его светящемуся совершенно очевидно было, что он просто ждёт, когда останется один. Или не один, а наедине с У Даби. Как и Джеюн, однако последнему всё же пришлось подняться из-за вытянутого округлого стола, потому что у него не было оправданий для задержки. Однако его внезапно остановила сами Даби, вместо простого «до встречи», как всем остальным, сказавшая:
— Прости... Не знаю, что случилось в тот день, но я немного переживала за тебя... У тебя ведь ничего не случилось?
— А? — тупо выдал Джеюн, который кроме её искреннего лица, в котором читалось неподдельное переживание, ничего больше не видел, словно за спиной у Даби разлился яркий белый свет, ослепивший Джеюна. Несколько раз он моргнул, будто в попытке прогнать напрягающее его ведение. Его щёки залились румянцем.
— Даби... — вдруг подал голос озадаченный Сонхун, поднявшись — Вы что, уже знакомы?
— Ну, немного, — неловко произнесла Даби, растерянная из-за реакции Джеюна — Он друг моего оппы.
— А, вот как? — не скрыл облегчения Сонхун и повернулся к однокласснику, чтобы щёлкнуть пальцами перед его лицом. Тот только тогда и очнулся — Джеюн, ты чего завис?
Джеюн перевёл растерянный взгляд с Сонхуна на Даби, что заставило его сердце снова застучать почти до боли, затем вернул на Сонхуна и тряхнул головой:
— Мне нужно идти! — и пулей выскочил из кабинета.
Оставшись наедине с Сонхуном, Даби позволила себе поинтересоваться, глядя в коридор, куда только что сбежал Джеюн:
— Этот Шим Джеюн всегда такой? Он какой-то странный...
Стоящий у неё за спиной Сонхун глядел на неё с откровенной нежностью, произнёс:
— Нет, не всегда. Может, у него что-то случилось?
— Что такого могло случиться?.. — задумчиво протянула Даби, но думать об этом Сонхун, немного ревнующий, не позволил. Он вдруг робко сплёл вместе их пальцы, а, поймав изумлённый взгляд больших глаз Даби, пробормотал:
— Я бы хотел провести с тобой время... Я рад, что ты согласилась вступить в наш клуб.
Даби слегка смутилась. Ей было приятно прикосновение Сонхуна. Они познакомились лишь в начале второго семестра этого года, разница у них была в один год — Даби на класс младше. Они просто пересеклись взглядами во время школьной поездки на Чеджу и с тех пор думали друг о друге, пока, наконец, Сонхун не решился взять инициативу на себя. Он часто подсаживался к Даби на обеде и делился едой, пока подруги Даби смущались, а после рассказывали Даби, что Сонхун очень классный и что он, определённо, влюбился в неё. И они были правы, но Даби было сложно согласиться с этим, потому что она никогда ни с кем не встречалась и понятия не имела, как ведут себя по-настоящему влюблённые парни, а ей это было важнее всего. Она не хотела отношений без чувств. Или быть обманутой каким-то парнем.
Через несколько дней совместных обедов Даби впервые узнала голос Сонхуна, когда тот делал объявление по радио. Потом они стали встречаться после занятий. Опять по инициативе Сонхуна, который в свободные от «Радио-клуба» дни дожидался Даби у выхода из школы, а после провожал до дома, пытаясь что-то рассказывать и чем-то делиться. Даби плохо умела выражать эмоции: даже, если она была безумно рада чему-то со всей искренностью, лицо её могло остаться совершенно беспристрастным, потому Сонхун до сих пор не мог понять, взаимны ли его чувства. У него был, пожалуй, всего один вариант — признаться в любви и услышать ответ. Но пока он не решался, но очень надеялся, что Даби о его чувствах догадалась уже, и, конечно, мечтал, чтобы они оказались взаимны.
***
Джеюн умылся холодной водой, опёрся ладонями о раковину и взглянул на своё отражение. Его щёки до сих пор пылали, и он сам выглядел, как побитый щенок. Потом схватился за сердце, нещадно сжимая тёмно-синий школьный пиджак.
— Боже, да что со мной не так? — простонал он.
Ответ пришёл в виде улыбающегося лица Даби, что возникла перед Джеюном и, медленно моргая, глядела в его глаза. Улыбалась. И от её взгляда — внимательного, будто она пыталась душу его разглядеть, у Джеюна подкосились ноги, но он не упал, вцепившись в несчастную раковину. Сердце его колотилось, будто силясь отстучать своё за всю жизнь. Выражение у Джеюна было самое несчастное. Он судорожно набрал Дагу.
— О3, Джеюн! — воскликнул тот. По постороннему шуму и бесконечным вскрикам друга, Джеюн сразу понял, что тот заседал в интернет-кафе — Чё случилось? Да твою ж!.. Айщ!.. — раздосадовано последовало. Дагу, похоже, умер. В игре. Внезапно раздражённо бросил — Да что? Говори уже!
— Я влюбился, — ошалело, но убеждённо сообщил Джеюн и тут же опустил руку с телефоном. Повторил, будто пробуя слово на вкус — Влюбился?.. Я? В кого? В У Даби? Ха! — за нервным смешком последовало полное сосредоточения лицо — Ани4. Не может быть!
Из трубки громогласно раздалось:
— Что?.. В кого?.. Джеюн, алё! Повтори, чё сказал!
Джеюн вернул телефон к уху:
— Прости, забыл сбросить.
— Что? — почти негодующе выпалил Дагу — Ты где, придурок?! Я щас приеду.
— В школе, — просто сказал Джеюн и выключил телефон.
Посмотрел на себя в зеркало. Моргнул и криво улыбнулся:
— Да нет, не может быть.
Джеюну показалось, что отлегло, что, пожалуй, он и вправду ошибся, однако в следующее мгновение перед ним вновь нарисовалось лицо У Даби. И у Джеюна вновь перехватило дыхание. Он обречённо шикнул, не веря ещё, что взаправду так вляпался. А думал ведь, что до конца жизни своей с ним такого не произойдёт. Ошибся. И вдруг усмехнулся, как идиот. «Я влюбился в У Даби... Ну да, она же такая... красивая».
— Ага, — очарованно согласился вслух и снова очнулся, ещё разок прыснув в лицо холодной воды.
***
Дагу не успел перехватить Джеюна в школе, ведь тот уже уплёлся домой, размышляя, что же ему с новым открытием делать дальше. Дагу же обнаружил Даби с Сонхуном, которые уже около получаса были совсем одни в кабинете «Радио-клуба», где Дагу ожидал обнаружить лучшего друга.
Поймав несколько удивлённый взгляд Даби, которая прожёвывала токпокки, что они с Сонхуном заказали от голода, Дагу сразу подумал, как же Джеюна угораздило влюбиться в эту неряху, весь рот которой окрасился в оранжевый: так неаккуратно она ела.
— Видели Шим Джеюна? — беспардонно поинтересовался Дагу.
Сонхун объяснил, что Джеюн ушёл уже как минимум полчаса назад.
— Айщ! — взлохматил вьющиеся волосы Дагу, которому так не терпелось переговорить с другом с глазу на глаз. Влюбился бы и ладно, но не в сестру же лучшего друга!
Даби прожевала и из любопытства поинтересовалась:
— А ты зачем его ищешь?
— Так я тебе и сказал! — огрызнулся Дагу. Даби непонятливо нахмурилась. Дагу вдруг, как настоящий друг, заметил, как нетерпеливо посматривал Сонхун на Даби. И как он ласково посматривал. Потому решил просто так не уходить, прилип — А чё вы тут делаете? В школе почти нет никого.
— Заканчиваем работу в клубе, — как-то излишне холодно соврал Сонхун — Тебе не понять.
Даби несколько виновато перестала кушать. Дагу сразу заметил это. Знал, что сестра не любит (или не умеет) врать.
— Вы встречаетесь? — рубанул сплеча Дагу, чтобы у них не осталось путей отступления.
— Нет! — выпалила Даби. Сонхун несколько расстроенно взглянул на неё: слишком уж яро она это отвергла.
Дагу хмыкнул и вальяжно прошёл глубже в кабинет. Осмотрелся под мрачный взгляд Сонхуна, выразил мнение:
— Что-то я не вижу, чем вы можете тут заниматься вдвоём.
Сонхун закатил глаза:
— У нас свидание, — и резко замолк, будто из последних сил себя сдержал, чтобы не ругнуться при Даби.
Даби подавилась слюной и закашлялась. Оба парня мгновенно оказались рядом, но Даби выставила руку, чтобы ни один к ней не притронулся.
— Я в... порядке, — и, прокашлявшись, выдохнула.
— Прости, я не должен был... — начал было извиняться Сонхун, но Даби его перебила, обратившись к брату:
— Да, оппа, это свидание. Я думала, что это не так, но мне кажется, так оно и есть, — и она нежно улыбнулась Сонхуну, который посмотрел на неё удивлённо и робко, но от того не менее радостно.
Дагу думал, что рад будет их раскусить, но, услышав такое из уст сестры, в которую влюбился его лучший друг, стушевался и, ещё раз оглядев кабинет, поспешно ушёл, бросив лишь недовольное: «Флаг в руки! Увидимся дома».
— Извини, но твой брат немного странный, — беззлобно хмыкнул Сонхун.
— И Шим Джеюна этого портит, — согласилась с ним Даби.
Сонхуну не очень понравилось упоминание другого парня, он бережно взял Даби за руки и, успокаивающе выдохнув, уточнил:
— Даби... ты была серьёзна? Мы сейчас... на свидании?
Даби смущённо опустила голову, улыбнулась:
— А ты бы хотел?
Вместо ответа Сонхун притянул её к себе, заключив в крепкие объятия, и громко выдохнул, будто боялся, что она резко начнёт отрицать. Даби не сразу, но обняла его за талию, спрятав лицо в его груди. Вслух они не признавались в любви, но похоже, действия сказали им больше слов.