#3:［Интриги баскетбольного клуба］
Дагу пытался помочь Джеюну сблизиться с Даби, но тот, совершенно непонимающий, чё ему делать, только тупил, тушевался и сбегал, а Дагу приходилось отдуваться перед сестрой, объяснять, что Джеюн, мол, слегка приболел, поэтому странно себя ведёт. Даби не понимала, зачем ей это знать, ведь Джеюн для неё так и остался лишь лучшим другом брата и товарищем в «Радио-клубе», но из вежливости выслушивала всё.
В один день Дагу утянул Джеюна за собой, чтобы в обед присоединиться к столику Даби и Сонхуна, которые уже мило беседовали, никак не надеясь на компанию, которую эти двое им любезно предоставили. Сонхун тактично поздоровался, но несложно было догадаться, как недоволен он был их присоединением. У него, кажется, даже аппетит пропал: он отложил ложку и откинулся на спинку стула, хмуро наблюдая за парнями. Даби же попыталась проявить больше дружелюбия, но нормального разговора не вышло: смущённый Джеюн большую часть времени молчал и даже активный Дагу не сумел заставить его говорить, а на вопросы Джеюн отвечал односложно и тихо.
Через пару дней после этого Чонвон снова провёл собрание в «Радио-клубе». Он сообщил:
— Обязательных новостей на неделю совсем мало, поэтому придётся искать самим чего-нибудь. Я разделю вас на пары. Или по трое, у нас неравное количество человек. Короче, Пак Ыльби с Со Минджуном... — и продолжил перечислять, пока не дошёл до последнего трио — Пак Сонхуном с У Даби, — Чонвон замолчал, а потом спохватился — А, точно, и к вам Шим Джеюн.
Уже обрадовавшийся Сонхун покосился на Джеюна, у которого сердце в пятки ушло: не то от счастья, не то от волнения. В любом случае, выбора ни у кого не было, и на следующий день ребята из «Радио-клуба» начали встречаться на переменах, чтобы разнюхивать любопытные новости из школьных будней.
С наступлением первой перемены Сонхун бесцеремонно умыкнул Джеюна из-под носа Дагу, который хотел зависнуть с лучшим другом в видеоигре. У класса их уже дожидалась Даби. При появлении парней она тепло улыбнулась. Сонхун застенчиво улыбнулся в ответ, махнув рукой в знак приветствия, а вот Джеюн опять оторопел, всё ещё чувствующий себя убитым рядом с Даби. Наблюдавший за ними через застеклённую стену класса Дагу дал себе рукой по лбу, но решил, что помочь ему ничем не сможет — уже пытался. Да и вообще, Дагу не хотел расстраивать Джеюна, но было очевидно, что, как минимум, он влюбился невзаимно, как максимум — Даби нравился Сонхун, а она — ему. Может, Джеюн переболеет, когда сам увидит это. Дагу на это рассчитывал.
Джеюн громко выдохнул и постарался взять себя в руки, неловко махнул:
— Привет, — и криво улыбнулся.
— Да, привет, — добродушно ответила Даби — Рада тебя видеть.
Джеюну стало тепло от её слов, но в следующее мгновение она уже отвернулась от него и обратилась больше к Сонхуну:
— Ну что, мы идём?
— Ага, а то так перемена кончится, — сказал Сонхун, покосившись на Джеюна.
Джеюн глянул в окно: солнечно. Джеюн, наверное, впервые за последние несколько лет не чувствовал себя слишком подавлено в такой день. Он улыбался. И вдруг задумался, как же У Дагу, такой верный друг, возился с ним всё это время? Ведь Джеюн уже как по привычке в ясные солнечные дни терялся, почти не говорил, будто от одного его слова могло произойти что-то страшное. Как несколько лет назад, когда в такой день ему захотелось мороженого, которое он увидел в лотке на противоположной стороне улицы. Маленький и глупый он побежал через дорогу, мама — за ним. С тех пор Джеюн ни разу не ел мороженое. Но сейчас, в такой день, лишь увидев Даби, Джеюн ощутил, как мысли его окрашиваются в яркие цвета, вместо бесцветной печали и вины.
Сейчас он глядел на красные волосы Даби и улыбался. Он влюбился в неё, но не мог в это поверить уже несколько дней. Но сейчас ему показалось, что в этом нет ничего плохого, потому что от одного взгляда на неё становилось легко и просто. Джеюну даже казалось, что проблем в жизни никаких нет, ведь есть У Даби — так какие вообще могут быть проблемы?
Налюбовавшись, Джеюн подошёл к Даби и Сонхуну и деловито сообщил:
— Я знаю, где можно узнать кое-что интересное.
— И где же? — уточнил Сонхун.
— В баскетбольном клубе. Я раньше в нём состоял, там постоянно всякие разборки. Особенно хорошо будет, если капитан команды не сменился: Ли Хисын — сомнительный тип, вокруг него бесконечно всякие скандалы.
— А... Ли Хисын! — вдруг осенило Даби. Парни одновременно обратили внимание к ней — Разве он не сын нашего директора?
— Точно! Я слышал что-то такое, — подключился Сонхун.
— Ну, вроде да, — пожал плечами Джеюн.
Но ребята слишком долго болтали, чтобы успеть сгонять до баскетбольного клуба и обратно, ведь он находился в отдельном спортивном здании на немаленькой территории школы. Договорились пропустить обед и сходить в большую перемену.
Когда настало это время, первым делом Джеюн побежал в столовую, чтобы купить для Даби питьевой йогурт и что-нибудь, вроде кимпаба. Однако, когда запыхавшийся и растрёпанный Джеюн прибежал к скамейке у входа в школу, где Даби обещала дождаться парней, он увидел, что она уже обедала чем-то, что ей ещё во время урока заказал Сонхун. Похоже, это была любимая еда Даби, потому что она откровенно наслаждалась ей, а Сонхун, сидящий рядом, наслаждался, глядя на девушку, которая ему так нравилась. Джеюн думал, что люди злятся из ревности, однако внутри у него было давящее опустошение. Джеюн спрятался за стеной, пока его не заметили, и прислонился к ней затылком. Перевёл дыхание, даже не подумав поправить пиджак или причесать волосы. Это казалось слишком неважным теперь. Через пару минут, когда Джеюну показалось, что стало легче, он приблизился к напарникам, деланно невозмутимо попивая йогурт.
— Ты где пропадал? — «любезно» встретил его Сонхун.
— В столовке очередь была. Хорошо, что вы еду заказали, а то мы бы так не успели в баскетбольный клуб, — ответил ровно Джеюн.
Даби постаралась скорее доесть, а после они втроём отправились к спортивному зданию. Как Джеюн и ожидал, зная баскетбольный клуб, обедали ребята прямо там, чтобы потными не приходить в столовку.
— Привет, Джеюн! — тут же окликнул его какой-то темноволосый длинный парень. Джеюн сначала не узнал его, а потом его лицо озарила улыбка, он воскликнул:
— Пак Чонсон! Я так рад тебя видеть! — и они обнялись.
Будто не замечая Даби и Сонхуна, Чонсон поинтересовался:
— А ты чего сюда пришёл? Хочешь вернуться к нам?
— Неа, дело есть, — и Джеюн коротко поведал ему причину визита.
Чонсон покосился в сторону Хисына, который сидел на полу с другими членами баскетбольного клуба и уплетал с голоду принесённую из столовки еду. Потом вернул взгляд Джеюну и покачал головой:
— Не думаю, что вы сможете унести отсюда что-то без последствий. Хисын ненавидит сплетни про наш клуб.
— Почему сплетни? — подала голос Даби — Расскажи просто что-нибудь интересное.
— Надо с Хисыном говорить, я серьёзно, — твёрдо стоял на своём Чонсон.
Джеюн и Сонхун переглянулись: ну, раз надо, поговорят.
— Пошли, — буднично сказал Сонхун.
— Как хотите, — сдался Чонсон и повёл их к Хисыну. Тот с некоторым недовольством оторвался от трапезы. Поинтересовался с набитым ртом:
— Чего?
— Они из «Радио-клуба», — кивнул на ребят через плечо Чонсон.
Хисын прожевал и поднялся, смерил троицу недобрым взглядом, повторил:
— Чё вы хотите?
— Как будто не понимаешь, — хмыкнул Сонхун.
Хисын пронзил его надменным взглядом, заметил:
— Не понимаю. Говорить не собираетесь? Выход прямо за вами, — и он отвернулся, но тут голос подал Джеюн:
— Прости, Хисын.
Хисын повернулся обратно, поглядел на Джеюна, пока его лицо не озарилось пониманием:
— А... Ты же... Ким Джеюн?
— Шим, — терпеливо поправил Джеюн.
— А, точно-точно, я помню тебя! Ты так классно играл в баскет, с чего вдруг ушёл из клуба?
Джеюн в задумчивости опустил взгляд, чтобы после признаться:
— Подумал, что зря теряю время. Мне всё равно никогда не стать профессиональным баскетболистом.
— С чего ты взял? — искренне изумился Хисын.
— Ну, я... — начал было Джеюн, но понял, что ответить ему нечего — Я просто не уверен.
— Но баскет то ты любишь?
Джеюн кивнул.
— Тогда возвращайся! — Хисын глянул на Сонхуна и Даби — Чё тебе в этом «Радио-клубе» делать?
Джеюн коротко глянул на Даби, которая в ответ посмотрела, поджав губы в полуулыбке. Если не в «Радио-клубе», то где он сможет так часто видеть её? Тем более, баскетбол был лишь его временным увлечением. Джеюн покачал головой:
— Спасибо, Хисын, но не думаю, что получится. В клубе всегда были игроки лучше меня.
Хисын, казалось, несколько разочаровался, хмыкнул:
— Ну, как знаешь. А чё вы от меня-то хотите?
— Просто что-нибудь, — пожал плечами Сонхун — Может, у вас случилось что-нибудь интересное?
Хисын немного подумал, потом как-то недобро хмыкнул. Прошёл взглядом по Сонхуну, удовлетворённо кивнул:
— В баскет играть умеешь?
— Зачем тебе знать? — хмуро уточнил тот.
— Устройте, типа, дуэль с Джеюном. Сыграйте в баскет, вот и будет вам событие, — внимательный Хисын обратил внимание к Даби, ухмыльнулся — Что у нас тут, любовный треугольник, я прав? Вот и побейтесь за даму!
— Чё ты несёшь? — процедил, теряя терпение Сонхун — Ты в своём уме?
— А что такого? Вы, может, и играете в свои странные игры, но все вокруг давно уже заметили ваши переглядки, треугольничек.
— Прекрати, это смущает, — тихо попросила Даби.
Хисын мило улыбнулся, но сказал нахально:
— Извини, красотка. Но так просто я ничего вам давать не собираюсь. Либо вы сами тут матч устраиваете, либо сваливаете!
Недолго думая, троица выбрала второе. Хисын лишь бросил им вслед: «Так и знал», думая, что это заденет гордость парней и заставить их вернуться, однако те даже не подумали остановиться.
На самом деле, может, идея Хисына и не была такой плохой, если бы речь шла о ком-нибудь другом, а не о Джеюне с Сонхуном, ведь первый в баскетбол играл хорошо, а второй – посредственно, если вообще не из рук вон плохо.
Оказавшись на улице лишь втроём, ребята разом ощутили возникшую между ними неловкость. Ведь Хисын сказал правду, которая уже давно догадкой висела в воздухе между ними. Сонхун и Даби думали, что нравятся друг другу, пусть никто пока так и не решился признаться, Сонхун замечал, что Джеюн к Даби также неравнодушен, пусть и старательно отказывался верить в это, а Даби делала вид, что поведения Джеюна не замечает и мысли свои направляла к Сонхуну. Ей хотелось, чтобы всё было как можно проще. Никто ей больше не нужен, кроме парня, которому нравится она, а, главное, который нравится ей.
Насчёт Джеюна? Он наивно заставлял себя верить, что ничего между Даби и Сонхуном нет, пусть и видел отчётливо — это не так. Но Даби ему так нравилась! Она стала его первой любовью. И Джеюн бы не хотел, чтобы теперь и пасмурный день приносил ему горечь, потому и сейчас первым решил разрядить обстановку. Улыбнувшись, он воскликнул:
— Что ж, попытаться стоило, но ничего страшного. В школе ещё много чего можно узнать.
— Может, про этого недоумка и написать? — бросил Сонхун — «Внимание, старшая школа «Аньян»! Не ходите в баскетбольный клуб, там глава — придурок Ли Хисын!»
Даби весело усмехнулась и легонько толкнула Сонхуна в плечо:
— И что это? Прекрати! — и всё же она смеялась, и из-за неё начал неконтролируемо улыбаться Сонхун.
Джеюн так и не понял, что такого смешного выдал Сонхун, но поджал губы, как бы уговаривая себя, что он просто не понял. А Даби поняла: потому и смеётся, потому и сохраняет руку на плече Сонхуна. Нехотя, но будто не имея возможности отказаться, Джеюн заглянул Сонхуну в лицо, а тот этого не заметил, утонувший будто в мыслях лишь о Даби, которая выглядела такой счастливой рядом с ним. Глаза у Сонхуна всё сверкали, и он, кажется, не мог отвести от Даби взгляда. Джеюн глубоко вздохнул и отвернулся. И всё-таки в груди было неприятно. Ныло, болело. Наверное, из-за голода. Так убедил себя Шим Джеюн.