[не] идеальное крещендо

Просыпаться от звуков готовки Джина по утрам было невыносимо. Этот дребезжащий звук блендера, его старомодные записи джаза, звон тарелок – вся эта какофония делала больно моему острому слуху. Однако сегодня утром было одно отличие – смех Плюшки Пак!

Я моментально вылетел из постели, накинув халат на плечи. Суен не говорила мне, что навестит меня так рано утром. Но смех точно принадлежал ей или у меня начались слуховые галлюцинации из-за шума Джина. В любом случае, мне нужно было проверить...

Да! Это была Плюшка Пак! Она помогала моему брату готовить панкейки с медом и шоколадным кремом. А еще я заметил на столе большой букет белых лилий и радужных роз в любимой маминой вазе.

- Плюшка Пак, тебе настолько не терпелось увидеть меня? – улыбнулся я Суен, как только вошел на кухню.

- Я рада тебя видеть, но я пришла не к тебе – ответила Пак, щедро поливая панкейк шоколадным кремом.

- Да, она пришла ко мне – подтвердил Джин, махнув в сторону цветов: - Смотри! Какой красивый букет Суен принесла.

Они будто пытались соскочить с темы. Я не стал допытывать у них больше информации. У меня было занятие поважнее – обнять Плюшку Пак со спины. Она очень приятно пахла цветами. И я вдыхал этот аромат с прикрытыми глазами. Если игнорировать звук готовки Джина, то можно представить, что в этом мире остались только мы...

- Ты решила попросить моей руки у Джина с этим букетом? – ухмыльнулся я, уткнувшись носом в шею Суен. – Как мило...

- Нет! – перебила меня она со смехом. – Я думаю, тебе лучше переодеться. И можешь покормить Регги? Я принесла ему кукурузу.

Джин со стуком положил тарелку с панкейками на стол, пока Плюшка Пак подталкивала меня наверх ко второму этажу. Я бы предложил ей составить мне компанию в душе, но моя девушка ясно дала понять, что пока не настроена настолько сильно сближаться со мной. Мне нужно было завоевать ее доверие снова. А еще Джин вечно недовольно закатывал глаза, когда я флиртовал с Суен в его присутствии.

После душа я спустился к своему брату и Плюшке Пак уже переодетый. Они сидели, склонившись над какими-то листами. Это был флаер. Очень яркий флаер мультфильма. А если еще точнее, то анимэ...

- Что это вы рассматриваете? – спросил я у них, плюхнувшись на стул.

Джин с Суен переглянулись, как будто общались без слов. И хотели сообщить мне какую-то новость.

- Слушай, Тэхен – повернулся ко мне Джин. – Ты же знаешь, что мы с Суен всегда мечтали записать саундтрек к мультфильму?

- Да. К чему ты ведешь?

- Нам это удалось! – шлепнул флаером Джин перед моим носом. – Мы записали! И наши имена числятся среди авторов.

- Это анимэ «Рукики – воин из мастерской»! – добавила сияющая Плюшка Пак. – Мы закончили пару недель назад. И анимэ выйдет уже осенью. Думаю, я смогу посмотреть в Токио...

Я продолжал рассматривать флаер со смешанными чувствами. С одной стороны, это было потрясающе! Джин с Суен давно мечтали о таком проекте. И их мечта сбылась. Но с другой стороны, они это сделали без меня. Этой причины хватило, чтобы я почувствовал себя покинутым.

- Тэхен, что-то не так? – обеспокоенно спросила меня Пак. – Ты выглядишь немного... расстроенным. Ты же не расстроился?

- Только не говори мне, что ты ревнуешь – проницательно подловил меня братец. – Но в этом ты сам виноват! Ты же весь был погружен в эту свою клубную музыку.

Плюшка Пак успокаивающе сжала мою руку через стол:

- В следующий раз ты можешь присоединиться к нам. Просто мы подумали, что ты не заинтересуешься этим предложением, потому что не любишь мультфильмы. А еще ты все время торчал с...

Верно. Я все свое время тогда проводил с Лейлани. И я еще раз убедился, что зря терял свое время, пока Плюшка Пак усовершенствовалась в музыке. Мне нужно было наверстывать упущенное время, а не дуться на них за то, что они двигались вперед.

- Извини – поднял я глаза на нее. – Мне очень жаль. И я обещаю, что больше не буду таким высокомерным придурком. Я уверен, ваш саундтрек вышел великолепным. Сейчас я жалею, что тратил столько времени на бесполезное...

- Кстати об этом! – выпрямилась Суен на своем стуле, отпустив мою руку. – Мы с Джином еще раз послушали твои клубные треки. И нашли там кое-что любопытное.

Джин откашлялся с легкой улыбкой:

- В твоих треках есть одна любопытная деталь. Если сложить отрезки с минуты десятой секунды до минуты тридцать второй секунды, то получается... невероятная мелодия. Уж не знаю, что происходило с тобой именно в этот промежуток времени, но ясно одно – ты в этот момент ловил вдохновение за хвост. Мы уложили это в один трек.

- Тэхен, ты не терял время зря – улыбнулась мне Суен. – Нам с Джином тоже нужно перестать быть высокомерными придурками. В этой твоей клубной музыке тоже есть своя гармония – она на этом моменте забавно поморщилась, прежде чем продолжить: - Но ты все-таки создан для пианино. Мне понравились твои последние песни. И музыкальные критики в этом со мной согласны.

- Спасибо? – полувопросительно выгнул я бровь со смешком. – Мне кажется, вы похвалили мою музыку. Да! Будем так считать. У нас нет клубничного джема?

Мы продолжили наш завтрак уже на более позитивной ноте. Джин пообещал мне скинуть созданную им подборку позже. Ни один из моих клубных треков так и не стал хитом или прорывом (какое счастье, что я выпускал их под псевдонимом). Однако Плюшка Пак и братец поселили в меня надежду, что все это было не зря.

- Тэхен, пойдешь со мной в музыкальный магазин? – попросила меня Суен после завтрака.

- Да, конечно. Мне нужно купить струны.

У нас намечалось замечательное свидание. Мы познакомились рядом с музыкальным магазином. Именно в «Flute Center of NY» я и повез нас на своей машине. Однако по дороге Плюшка Пак попросила меня остановиться рядом с «Bakery Street».

- Я написала родителям письмо – сообщила мне Суен с протяжным вздохом. – И рассказала им о тебе.

- Что они ответили? – спросил я ее с любопытством.

Семья значила для Плюшки Пак очень много. Я чувствовал себя очень польщенным тем фактом, что она решилась на такой важный шаг. Лично я давно рассказал маме о Суен. Кажется, это было на второй неделе после нашего знакомства. Я был слишком взволнован появлением Плюшки Пак в моей жизни. И просто выложил маме всю нашу историю. Теперь она время от времени спрашивала меня о Плюшке Пак.

- Они еще не ответили. Я собираюсь отправить им письмо – вытащила из сумки розовый конверт с золотистыми звездочками Суен.

- Голубиной почтой? – саркастично спросил я у нее, разглядывая конверт с шоком. – Надеюсь, письмо дойдет до следующего года.

- Я отправлю письмо почтой! Письмо от руки искреннее...

- Ох, как это мило – сжал я ее руку с благодарной улыбкой. – Это слишком мило даже для тебя, Плюшка Пак.

Мы с Суен вместе отпустили конверт в почтовый ящик. Я и не подозревал, что она говорила серьезно тогда в отеле. Пак действительно хотела быть честной со своими родителями. Мы сделали важный шаг вперед в наших отношениях. Странно, но я чувствовал полное удовлетворение и счастье вместо паники. Возможно, мы готовы...

- А теперь время Билли Джоэля! – прервала мое размышление Суен своим ликующим восклицанием. – Идем! Я покажу тебе, как научилась играть на губной гармошке!

- Я думал, ты шутишь!

- Я никогда не шучу, когда дело касается музыки, Тэхен. Билли Джоэл...

- Может, не надо? Я не хочу портить впечатление о нашей первой встрече в «Flute Center of NY».

- Не ной! Вот Билли Джоэл так не делал, даже когда над ним смеялся весь мир.

Мы все-таки поехали в музыкальный магазин, по пути споря о наших музыкальных предпочтениях. В последнее время Плюшка Пак очень сильно увлеклась Билли Джоэлем. Вообще-то он был моим кумиром, и я очень сильно восхищался им. Однако мы последние дни итак слушали его песни без перерыва. Пора было сделать паузу, антракт, остановку... Хотя кого я обманываю? Я мог слушать любую музыку, пока рядом со мной мой самый любимый человек на этой планете - Плюшка Пак.