49. Счастье в руках
– В этом ядре хранится твоя украденная радость, – сказал Чон, протягивая мне странный жемчужный шарик света.
Я смотрела на него с удивлением, не решаясь коснуться.
– И... Что с этим делать?
– Просто сожми в ладони. Твоя радость сама тебя найдет.
Мы стояли в подвальных помещениях замка Темного Странника на пятом уровне сновидений. Здесь уже находились наши сумрачные коллеги, куда Хоби указал путь. Коллеги успели обезвредить всех наших бойцов из ранее похищенной боевой группы: после гибели Темного Странника с них не сразу спали контролирующие чары, так что пришлось немного повозиться, приводя воинов в сознание, некоторые из них были ранены, и их потихоньку возвращали в реальный мир. Также наши коллеги уже прошерстили вдоль и поперек сам замок, сковали тех магов, кто прислуживал тут Темному Страннику. Их следовало допросить и выяснить, не сбежал ли кто еще из числа приспешников. Вот уж где наверняка понадобится процедура лайминель.
Намджун был потрясен до глубины души, увидев Поднебесный Сумрачный Тотем Чонгука во всей красе. Самого Чонгука Намджун вообще слушать не хотел, а вот с Хоби спорить не стал, очень серьезно отнесся к его словам и беспрекословно выполнял все его приказы.
В гибель Темного Странника, кстати, Намджун тоже поверил только благодаря подтверждению Хоби, убежденный в том, что Поднебесный Сумрачный Тотем на такие темы шутить не будет. Ректор был сражён наповал информацией о существовании более глубоких уровней сновидений. Он осторожно поинтересовался у Хоби, а как на них попасть, как научиться по ним переходить, на что получил исчерпывающий ответ:
– Научиться ходить по глубинным уровням можно только с помощью проводника. Пока этими знаниями из вас всех обладают только Чон и Джейд, я считаю их достойными носителями знаний. Станешь ли ты когда-нибудь достойным – зависит только от тебя. Всё в твоих руках.
Намджун скрипнул зубами, но промолчал. У него на лице большими такими буквами было написано, как сильно он хочет получить эти тайные знания, за которые готов душу продать. Что ж, ему действительно придется постараться, чтобы кто-нибудь из нас захотел стать его проводником. О том, что стать таковым рано или поздно придется, я не сомневалась, потому что рассуждала так: уж лучше кто-то из нас будет проводником и таким образом сделает своим должником Намджуна, чем он обозлится и попробует найти эту информацию где-нибудь на стороне. Но это потом, потом... Когда-нибудь... Когда Намджун действительно постарается. Это будет даже забавно. В любом случае, кажется, мы задолжали Хоби целую ванну арахиса в шоколаде. Надо будет оформить заказ на орешки сразу же, как вернемся в реальный мир.
Я чувствовала себя ужасно вялой, разбитой, но от меня никаких активных действий и не требовалось. Я лишь шла бледной тенью рядом с Чонгуком, который показывал коллегам, где находятся нужные нам подвалы. Сам Чон теперь прекрасно помнил, где и что тут располагается, поэтому охотно сдавал всю информацию, указал на особо опасные лаборатории, помог осторожно вскрыть подвальные помещения, на которых была навешана масса охранных чар. Я не заметила среди коллег какого-то недоверия и пренебрежения к Чонгуку как к ожившему кошмару Кая. Кажется, их всех вообще здорово впечатлила демонстрация битвы с Темным Странником, к которому никто из здесь присутствующих вообще подобраться так и не смог. Видок у нас с Чонгуком был изрядно помятый, но никакие сражения не планировались, а если бы на нас тут и напала какая-нибудь нечисть, то вокруг было полно сумрачных странников, которые вступили бы в бой, дав уйти вусмерть уставшим нам. Энергетические сети, которые в этом измерении наплёл Темный Странник, привязывая к сумрачному измерению Усть-Шот, Хоби уже порвал, наши коллеги заканчивали начатое им дело. Мы с Чонгуком как раз прибыли сюда в тот момент, когда Усть-Шот постепенно исчезал из этого измерения и возвращался в реальный мир. Нам еще предстояло как следует проверить пострадавший город, всех их жителей, оценить потери, понять, как много человек развоплотились, впервые оказавшись на пятом уровне сновидений. Но это были уже не мои заботы, а проблемы инквизиторов в первую очередь.
Замок теперь был бесполезен, здесь оставалось только одно дело, которое следовало завершить как можно скорее: выпустить наружу все жемчужины души тех людей, чью радость успел похитить Кай. Вот в подвальных помещениях с этими самыми жемчужинами мы и стояли нынче. Это был длиннющий коридор, заканчивающийся тупиком, с низким потолком без окон, с одной лишь маленькой дверью.
Вдоль мрачных каменных стен стояли стеклянные шкафчики, на полках которых стояли многочисленные стеклянные банки с одинаковыми жемчужинами света. Они светились очень ярко и были единственными источниками света в коридоре. В каждой стеклянной банке было по десятку таких жемчужин, лишь одна банка в самом конце коридора стояла особняком на отдельной полочке, и в ней вибрировал всего один шарик света. Вот к этой полке Чон и отправился в первую очередь, и огорошил меня информацией о том, что это и есть моя похищенная радость. Шарик был теплый, даже горячеватый. Он действительно выглядел как жемчужина, только светящаяся ровным желтоватым светом изнутри. Едва я сжала его в ладони, как он тут же лопнул, моя ладонь на миг засветилась желтоватым светом, и я почувствовала, как от руки по всему телу растекается жар. А потом... Потом...
Я судорожно втянула носом воздух, ощущая запах сырости подземелья. Вообще все запахи резко стали ярче, четче. А Чон, как вкусно пахло от Чонгука!.. Не удержалась: шагнула к нему и уткнулась в шею, проводя кончиком носа по нежной коже. Чон даже как-то растерялся поначалу.
– Ты чего? – спросил он, смущенно улыбаясь.
Ну потому что я впервые позволила себе так проявить эмоции на глазах у других коллег, которые толпились за спиной, но мне на них сейчас было плевать. Меня интересовало только то, что творилось сейчас внутри меня.
– Ты вкусно пахнешь, – пробормотала я, принюхиваясь к мятно-цитрусовому аромату так, будто впервые в жизни его вдыхала. – А еще у тебя улыбка красивая... А еще... Ох, а ты видел, как очаровательно переливаются внутренним светом эти жемчужины человеческих душ?
Я смотрела на всё вокруг так, будто впервые в жизни видела эти вещи и восхищалась ими так, будто каждая вещь была каким-то сокровищем. Я даже Намджуну вполне искренне улыбнулась! Потому что он мне показался ужасно забавным и милым со своей перекошенной физиономией. Мне вообще резко всё вокруг стало казаться милым, интересным и забавным. А еще цвета показались ярче, будто кто-то в моей голове резко выкрутил палитру мира на максимум. Неужели я так долго видела мир таким тусклым, и мне это казалось нормальным?.. Чон, посмеиваясь, обнял меня, целуя в висок.
– У тебя сейчас несколько дней может быть повышенное восприятие реальности, имей в виду. Хм, даже, думаю, в твоем случае это будет не несколько дней, а несколько недель или даже месяцев, потому что ты, в отличие от всех других жертв, дольше всех провела времени без своей жемчужины души. И отдача у тебя будет ярче всех, для тебя многое будет в новинку, даже самые простые вещи будут казаться необыкновенными. К тебе сейчас резко вернулась способность радоваться жизни, так что все действия и эмоции будут ощущаться ярче обычного. Ведь ты столько лет провела, медленно и незаметно для себя угасая...
– Странно... – всхлипнула я, не в силах сдержать непонятно откуда взявшиеся слезы. – Вроде радость вернулась, а я почему-то плачу...
– Это от счастья, – хмыкнул Чон.
Я недоверчиво покачала головой.
– Давно забытое чувство, если честно. Чон... Ох, Чон...
Я качнулась вперед, накрывая его губы своими. Целуя мягко и нежно, силясь этим поцелуем передать всю ту гамму эмоций, которую сейчас испытывала. Если этот ураган нежности вообще возможно было передать... Но я очень старалась! И впервые в жизни меня совершенно не трогал тот факт, кто за моей спиной всё еще топчутся коллеги и открыто пялятся на нас, а Намджун так и вовсе тихо закипает от бешенства. Пусть смотрят и бесятся. У меня мой любимый человек рядом, живой и почти здоровый, и пусть весь мир подождет!
– А что делать со всеми этими сотнями шаров? – спросила я, когда некоторое время спустя отлепилась от Чонгука. – Сколько их тут... Тысяча? Больше?
– Сколько бы их ни было, а каждую жемчужину надо вернуть своему хозяину. Представляешь, сколько людей сегодня станет более счастливыми? Как насчет того, чтобы осчастливить их вместе? – с улыбкой предложил Чон и кивнул на одну из полок справа. – Смотри, вот эти жемчужины принадлежат твоему брату Джину Киму и твоему Наставнику Чимин Паку.
– А как ты это вообще понимаешь? По мне, так все жемчужины почти одинаковые.
– Чувствую их в силу своей, э-э-э, кошмарной специфики. У них совершенно разные вибрации и четкие отпечатки аур.
Он подошел к этой полке, взял с нее еще одну отдельно стоящую баночку с двумя жемчужинами света. Достал обе, положил на ладонь и протяжно дунул на них – жемчужины быстро обратились в золотистый ветер и полетели в сторону единственного выхода из подземелья.
– Вот так надо сделать с каждой жемчужиной. Джин и Чимин уже через несколько минут почувствуют себя иначе и смогут выйти из карцера, думаю, они скоро попробуют с тобой связаться. Работы тут много, но в несколько рук быстро справимся. Приступим?
Но я решительно помотала головой.
– Нет... Пусть наши коллеги этим занимаются, они справятся без нас. У нас с тобой есть одно дело поважнее.
Брови Чонгука взметнулись вверх.
– Это какое же?
– Хочу кое-куда наведаться с тобой. Ты вернул мне способность радоваться жизни – теперь я хочу помочь тебе улучшить твое качество жизни. И я, кажется, знаю, как.
Ничего не понимающий Чон проследовал за мной, не задавая лишних вопросов, заинтригованный донельзя. Мы оставили коллег разбираться с жемчужинами радостной энергии, а сами вышли из замка и шагнули в сумрачную воронку телепортации, возвращаясь в реальный мир.
– Где мы? – спросил Чон, когда мы оказались где-то в густой чаще леса. – Ты решила меня закопать тут где-нибудь по-тихому, пока никто не видит? А что, неплохой вариант улучшения качества моей жизни, согласен.
Я громко фыркнула.
– Это лес в окраинах Исканде́ра.
– Ого! – присвистнул Чон. – Далеко забрались, другая часть материка! И для чего? Что ты ищешь?
А я действительно была занята поисками, причем весьма странно выглядевшими со стороны: осторожно шагала вперед по лесной тропинке, широко раскинув руки в стороны и водя ими по воздуху, будто пытаясь нащупать что-то невидимое.
– Когда я второй раз попала не седьмой уровень сновидений и встретилась со странным человеком по имени Бестиан, он в ответ на мой вопрос, где найти нужного мастера для решения одной проблемы, повторял какой-то странный набор цифр, помнишь, я тебе рассказывала об этом?
– Ну да, конечно, помню. И что? А, погоди, кажется, я сам догадался, – спохватился Чон, глаза его загорелись огоньком любопытства. – Он тебе диктовал координаты?
– Именно! – хмыкнула я. – У меня ушло некоторое время на расшифровку его цифр в сочетании с точками-паузами, которые тот человек отбивал своей тростью, но в конце концов мои поиски привели меня сюда. Точнее, я задавала этот поисковый запрос через сон и нашла ответ. Здесь должна быть потайная дверь. Я видела, кто именно и как входит сюда, поэтому... Ага, вот оно!
Я нащупала в пустоте дверную ручку, и едва коснулась ее, как золотистая ручка, а вместе с ней – и массивная дверь из красного дерева стали видимыми. Дверь тоже висела в пустоте, и я уверенно потянула ручку на себя, но та не поддалась.
– Нам поможет один мой знакомый подросток, – говорила я, одновременно с этим пытаясь подобрать заклинание, которое бы открыло дверь.
– Подросток? – нахмурился Чон.
– Ну да, ему четырнадцать лет.
– Ты уверена, что нам стоит обращаться за помощью к подростку? – с сомнением произнес Чон.
– Это не обычный подросток, – я покачала головой. – Он сын Чимин Пака, и он кое-что знает о теневой магии, и именно он объяснил мне нюансы твоей сущности... Да как же она открывается, со стороны так просто выглядело...
– Наверное, он использовал какое-то теневое заклинание, которое мы можем не знать, – сказал Чон, наблюдая за моими бесполезными попытками открыть дверь.
– Гнар-р-р!! Что же делать?
– М-м-м, а как насчет постучаться?
С этими словами Чон протянул руку и громко постучал кулаком в дверь, а всего через несколько секунд она распахнулась, чуть не ударив меня по лбу, я едва успела отскочить в сторону. На пороге стоял очень злой Калипсо. В красной шелковой рубашке, черных брюках, недовольно скрестил руки на груди, белые длинные волосы были откинуты за спину. Высокий даже для своих лет, по-юношески нескладный. Но его серые глаза метали молнии и не обещали ничего хорошего. На пороге чего он стоял – это сложно было сказать. Потому что внешне никакое здание не проявилось, но за спиной Калипсо совершенно точно виднелся длинный коридор, ведущий в некое помещение.
– Ты что тут делаешь? И как ты меня нашла вообще? – недружелюбно спросил он.
– Это было трудно, – хмыкнула я. – Один забавный сновидец нашептал мне эту твою точку тайного логова... Да не бойся ты так, я просто была на таком особом уровне сновидения, где можно получить ответы на некоторые вопросы, если правильно их задать и уметь слушать ответы.
– Эй, я тебя не приглашал! – воскликнул Калипсо, когда я грубо отодвинула его в сторону, шагнула в некий коридор и поманила Чонгука за собой.
– Да мне не нужно приглашение, я и сама войду, можешь не утруждаться, – отмахнулась я. – У меня к тебе дело есть. Очень сложная головоломка, всё как ты любишь.
У меня было веселое приподнятое настроение, и никто сейчас не мог его сломить, а вставать на моем пути было смертельно опасно. Калипсо что-то возмущенно говорил, пытаясь выпроводить незваных гостей, но я даже не пыталась слушать его.
Я быстро дошла до конца коридора и с любопытством оглядела помещение, в котором оказалась. Довольно просторное помещение без окон в стенах, зато со стеклянным потолком. Вдоль стен – шкафчики с открытыми полками, на которых в тусклом свете поблескивали стеклянные бока склянок с различными зельями. Посреди помещения стоял большой стол, и это явно был центр Вселенной этого кабинета: столешница завалена кипой записей, в одном конце стол заставлен непонятными мне приборами, в другом конце стояла тарелка с недоеденным куском вишневого пирога. Пол равномерно усыпан какими-то клочками бумаг, фантиками от имбирных конфет и разбитыми колбами, стеклянная крошка которых неприятно похрустывала под ногами.
Калипсо, смирившись с незваными гостями, обогнал меня и в первую очередь вцепился в кипу бумаг на столе, ревностно прижимая их к груди, с опаской поглядывая на меня и явно прикидывая, куда бы деть бумаги, чтобы я их не отобрала и не испепелила.
– Можешь не прятать свои сомнительные записи, мне все равно, что ты балуешься с запретной теневой магией, я не собираюсь тебя никому сдавать, – прямо сказала я. – Я пришла за помощью.
– За помощью? Ко мне? – тонкие брови Калипсо взлетели вверх. – Ты уверена, что не перепутала меня с Наставником?
– Если бы мне нужен был наш Наставник, я бы к нему сразу и побежала. Но мне нужно... В общем, вот, – я посторонилась и демонстративно указала руками на Чонгука.
Чон
– Мы сегодня говорили тебе о человеке с красными глазами, – повернулась Джейд к Калипсо. – Так вот, его зовут Чон, и он...
– Оживший кошмар, получивший особое материальное воплощение в реальности, я помню, – перебил Калипсо.
Он отодвинул Джейден, жадно вглядываясь в меня. Даже свою кипу бумаг положил обратно на стол, хотя это явно были очень ценные для него заметки. Калипсо жадно в меня вглядывался, а я смотрел на него с любопытством. Этот парень вызывал у меня смешанные эмоции. Я не понимал, чего от него ожидать, видел перед собой вроде бы обычного подростка, но мои ощущения говорили о том, что это очень сильный маг. Еще не верховный, но если он будет развиваться такими темпами, то верховным станет очень рано. Он подошел ко мне близко, взял меня за руку, беспардонно изучая каждый палец, крутил мою ладонь, как какой-нибудь экспонат, приговаривая:
– Какая потрясающая работа мироздания... Какая тонкая материя... Как удивительно переплелись подсознание с темной, сновидческой и теневой магией, и как оно красиво закрепилось благословением Поднебесного Тотема...
– Ну ты еще с лупой меня поизучай, – недовольно проворчал я.
И тут же осекся, потому что этот странный паренек действительно достал из кармана очень странную лупу с темно-фиолетовой линзой и принялся рассматривать меня через нее, разве что в рот не залез, хотя явно хотел. Потом убрал лупу в сторону и скомандовал:
– Очки сними.
– Если я их сниму, то...
– Я попросил просто снять очки, а не объяснять мне что-то или искать оправдания, чтобы не делать этого, – ядовито произнес Калипсо.
И такой у него тон был, что мне прям захотелось нарочно проучить этого нахального паренька своим кошмарным взглядом. Но каково же было мое удивление, когда у Калипсо лишь на миг расширились глаза, но в целом он никак не изменился в лице при взгляде на меня без очков. Притом я был уверен, что оказываю сейчас на него негативное влияние – вон, и Джейд немного напряглась инстинктивно – но просто Калипсо очень быстро переборол в себе это негативное воздействие и отбросил его в сторону, будто отгородившись от него железным занавесом. Секунды за две. Фантастика какая-то! Как он это сделал?
– Тебя породила сама материя сновидений, – бормотал он, разглядывая мои глаза теперь уже через свою странную фиолетовую линзу. – И так как это было сделано очень грубо через теневой аспект, то вот такой побочный эффект проявился в глазах, что они на других людей агрессивно влияют... И еще телесность серьезно повреждена...
– Вот с этим ты нам и поможешь, – твердо произнесла Джейд. – Помоги Чонгуку избавиться от этого недуга и сохранить телесность. Я знаю, ты можешь.
– А если я откажусь? – с хитрым прищуром глянул на неё Калипсо.
– Разнесу тут всё к гнарровой матери и доложу твоему отцу в подробностях, чем ты тут занимаешься, – не моргнув глазом произнесла Джейд с широкой улыбочкой, будто позаимствованной у меня. – Чимин от тебя места мокрого не оставит, если узнает, как далеко ты тут зашел в изучении теневой магии и какими опасными экспериментами развлекаешься на досуге. Я тебя хорошо знаю, ты не выглядишь чокнутым ученым, и я верю, что ты в состоянии с умом подходить к изучению этой магии, а не кидаться в нее с головой, но на фоне событий с Тёмным Странником у тебя нет шансов уйти от своего разгневанного отца.
Джейд, в довесок к своим словам, положила ладонь на кипу бумаг с записями, оставшихся на столе, и демонстративно постучала по ним костяшками пальцев. С пальцев сорвалось несколько искр, предупреждая о том, что таких искр может оказаться целый сноп, которого будет достаточно для сожжения бумаг.
– Это шантаж, вообще-то, – хмыкнул Калипсо.
Хотя по его лицу и поджатым губам было заметно, что он очень дорожит этими записями и меньше всего хочет увидеть, как они превращаются в пепел.
– Он самый, – сухо произнесла Джейд.
– Джейд... Может, не будем тратить на это время? – нарочито неуверенно произнес я, нутром чуя, что этого Калипсо можно только брать на слабо́. – Я не уверен, что эта затея увенчается успехом. У этого парнишки наверняка ничего не получится. Прости, малец, но ты же всего лишь подросток... Чем ты можешь нам помочь? Если взрослые маги в этом не разбираются, то ты точно не справишься с такой сложной задачкой. А такие маги, как Джин Ким и Чимин Пак, не справились, я консультировался с ними на эту тему, они лишь развели руками.
– Это я-то не справлюсь?! – мигом взбеленился Калипсо, глаза его метали молнии, ноздри гневно раздувались. – Да как ты смеешь так мерзко думать обо мне?! Кажется, этот смешной паренек был по-настоящему уязвлен. Забавно.
– Ты же любишь головоломки? – веселым голосом добавила Джейд. – Вот тебе очень сложная головоломка. Дерзай, решай ее! А я Искрой клянусь, что никому не расскажу о том, что будет происходить сейчас в этих стенах.
Она прищелкнула пальцами правой руки, и на них на миг вспыхнул синий огонек в качестве подтверждения нерушимой клятвы на своей магической Искре. Калипсо сощурился и заинтересованно посмотрел на Джейден.
– А как же ты тогда будешь отвечать всем коллегам и родственникам на вопросы о том, кто вам так помог?
– Совру, что нашла ответ на глубинных уровнях сновидений, – пожала плечами Джейд. – Все равно, кроме меня и Чонгука, это пока никто проверить не может.
– Хитро́, – хмыкнул Калипсо. – Одобряю. Но учти, я буду использовать теневую магию. Это вроде как... немного незаконно, – осторожно добавил он. – Не то чтобы официально, но это очень опасная магия, не одобряемая ни нашим обществом в целом, ни моим отцом в частности. Теневая магия действительно влияет на изменение магической Искры волшебника, поэтому с такой силой шутить нельзя. Если ошибиться, можно сгореть заживо.
– Можешь использовать хоть серо-буро-малиновую магию, – хохотнула Джейд. – Мне все равно. Я просто хочу помочь Чонгуку быть полноценным человеком, помочь ему сохранить телесность и перестать бояться смотреть на мир глазами без очков.
Калипсо развернулся лицом к Джейд и хмуро уставился на нее, скрестив руки на груди.
– Кто ты и зачем приняла облик Джейд? Для настоящей Джейд у тебя слишком довольная физиономия. Джейд рассмеялась, и Калипсо глянул на нее, как на психически нездорового человека, отчего смех Джейд стал еще громче.
– Ты действительно можешь помочь мне избавиться от моего недуга с глазами? – взволнованно спросил я. – И я прям смогу смотреть людям в глаза... не через стекла очков?
– Разумеется, сможешь, – раздраженно произнес Калипсо. – Это не так сложно на самом деле. Это что-то вроде проклятья, которое надо просто снять. Просто так как проклятье наложено через теневой аспект, то обычной белой и черной магией его не снять – только теневой, вот и всё. А специалистов таких в нашем мире попросту не существует, это почти неизученная область магии.
– Но тобой все-таки немного изученная, – хмыкнула Джейд.
– Ну-у-у, у меня есть некоторые наработки, которые могут быть нам полезными, – уклончиво ответил Калипсо, отведя взгляд в сторону. – Но учтите, что это все-таки будет эксперимент.
– А если ничего не получится, или получится как-то криво? – уточнил я.
– Тогда прибейте меня прямо тут, чтобы мне стыдно не было за свою позорную никчемность, – мрачно произнес Калипсо.
– Кстати, а ты можешь сказать, почему Чон не умер вслед за Темным Странником? – спросила Джейд. – Я была уверена, что Чон погибнет, но...
Она кратко пересказала последние события, Калипсо внимательно выслушал и сказал:
– Да всё просто: ваша связь истинной пары удержала Чонгука в этом мире, плюс благословение Поднебесного Тотема не дает пока что распадаться на части. Да, пока что – я не для красивого словца это сказал. Вас обоих сильно потрепало, у Чонгука телесность находится на грани развоплощения. Поэтому я зафиксирую его телесность на тебе, Джейд, чтобы избежать проблем с развоплощением в связи с разорванной связью с Темным Странником.
– А ты и такое можешь? – удивилась Джейд.
Калипсо коротко кивнул.
,
– Свяжу твою телесность с Чонгуком, этот ритуал поможет ему прожить столько же, сколько проживёшь ты. Так что умрете вы в один день, вне зависимости от того, будете ли при этом жить вместе, или к моменту смерти одного из вас будете находиться в разных точках мирах или вообще – разных мирах. Тебя не смущает такой тошнотворный пафос?
– Умереть в один день? Идеальная схема, – хмыкнула Джейд. – Можно будет не мучиться болью утраты.
– Отлично, значит, работаем. Итак...
– А телесный блок на теле Джейд? – вмешался я. – Ты о чем именно?
Я кратко описал ситуацию с Каем и блоком, который он поставил на теле Джейд. Калипсо подошёл к ней, какое-то время изучал ее через свою странную лупу, а потом уверенно произнес:
– Вижу, что блок был, но, видимо, он исчез вместе с гибелью Темного Странника, так что тут волноваться не о чем.
Я облегченно выдохнул. Это была отличная новость.
– А теперь заткнитесь все и делайте только то, что я говорю. Мне нужна тишина.
Следующие полчаса Калипсо натурально с лупой изучал чуть ли не каждый сантиметр моего тела и делал заметки в блокноте. Потом еще около получаса выводил какую-то километровую формулу, я сидел рядом с этим юношей и с интересом поглядывал в его записи, но совершенно ничего не понимал в этих цифрах. Наконец, Калипсо довольно хлопнул в ладони и подключил меня для объяснения дальнейших действий. Если честно, я не очень понимал, что делает со мной этот паренек, и ни за что не смог бы потом воспроизвести без него все те заклинания и ритуальные жесты, которые он заставил нас с Джейден повторять за ним. По мне, так это был бессмысленный и смешной набор букв, а не заклинания, ну да что я знаю о теневой магии? Правильно, ничего. Кроме того, что при надобности мне как-то удается почерпнуть ее немного из пространства и направить на усиление каких-нибудь чар. ,
Однако чем больше я наблюдал за Калипсо, тем меньше смеха вызывал у меня этот паренек. Несмотря на юный возраст, он был очень могущественным магом, я особенно остро ощутил это, когда Калипсо коснулся раскрытой ладонью моей точки солнечного сплетения и вместе с финальными словами заклинания влил в меня немного своей магии. Немного – но мне хватило, чтобы перестать снисходительно посматривать на этого сосредоточенного юного волшебника. А потом Калипсо неожиданно широко и тепло улыбнулся.
– Ну вот, все в порядке. Твоя телесность теперь стабильна, можешь не переживать, что развоплотишься в любой момент. И твой взор больше не является токсичным.
– Как, уже? – я недоуменно вскинул брови. – А... точно больше не токсичный? А то по внутренним ощущениям ничего не изменилось...
– Так и не должно, – фыркнул Калипсо. – Это же внешнее проклятие, а не внутреннее. Зато это чувствую я: мне больше не приходится отмахиваться от кошмарного наваждения, глядя тебе в глаза. И должна чувствовать Джейд, не так ли? – он вопросительно глянул на нее.
Джейд охотно покивала, лицо ее светилось счастьем.
– Никаких дискомфортных ощущений. Обычный взгляд.
Я растерянно покрутил в руках солнечные очки, которые вроде как были больше не нужны. Подумал немного и водрузил их обратно на переносицу.
– Мне так пока спокойнее, – виновато пояснил я, смущенно улыбаясь. – Привык смотреть на всё через призму этих линз. Наверное, мне нужно время, чтобы перестроиться...
Смешно сказать, но я сам пока побаиваюсь смотреть в глаза другим людям не через очки, как будто ожидаю, что им все равно станет плохо.
– Да я бы вообще на твоем месте не стремился оповещать всех о том, что твои глаза больше не несут опасность для других, – хмыкнул Калипсо. – Самым близким людям сообщи об этом и снимай очки по желанию, а остальные пусть продолжают благоговейно дрожать, думая, что при взгляде на тебя им станет плохо. Это неплохое психологическое оружие, не вижу смысла от него отказываться.
Я одобрительно усмехнулся.
– Пожалуй, воспользуюсь своим советом. Спасибо, Калипсо! Даже не знаю, как мне тебя отблагодарить?..
Но благодарности ему мои были глубоко безразличны. Калипсо вообще уже потерял ко мне интерес и повернулся к Джейд:
– И всё же... Ты как меня нашла? – напряженно спросил он. – Мне нужно знать, чтобы усилить свои защитные чары. Я считал свою лабораторию тщательно скрытой ото всех, но выходит, что это не совсем так. Так как ты меня нашла?
– Бес попутал, – хмыкнула Джейд. – Я действительно нашла координаты на тебя в сновидениях, но мне очень сложно объяснить, как именно это произошло. Давай мы с тобой как-нибудь встретимся во сне, и я расскажу тебе более подробно.
– Хорошо, – не стал спорить Калипсо. – Свяжись со мной в любой день и время с четырёх часов ночи до шести часов утра.
– Какой широкий диапазон, однако, – хохотнул я.
Калипсо безразлично пожал плечами.
– Это единственный промежуток времени, когда я точно сплю. Будет так себе, если Джейд пожелает усыпить меня в тот момент, когда я буду занят разработкой какого-нибудь заклинания. Поэтому я посчитал нужным указать конкретный временной диапазон, когда со мной точно можно связаться. Что ж, резонно.
– Ты вырастешь великим магом, Калипсо, – негромко произнес я, внимательно глядя ему в глаза.
– Ну разумеется, – лениво протянул он. – Иначе сам себя придушу за ничтожное существование. А теперь, господин и дама, будьте любезны, покиньте мою лачугу. Я свое дело сделал, а гостей, особенно незваных, я очень не люблю, светские беседы – не мое амплуа. Выход – там, – нелюбезно махнул он рукой в сторону двери. – И надеюсь на твое молчание об этом месте, Джейд. Ты вроде всегда держишь свое слово.
А сам вернулся к столу и начал раскладывать на нем свои записи в каком-то одному ему ведомом порядке. Джейд коротко попрощалась, но Калипсо не соизволил даже голову на нас поднять или обернуться.
– Спасибо! Не знаю, как тебя отблагодарить.. – повторил я. – Надеюсь, еще увидимся!
– Надеюсь, что нет, – бесцветным голосом произнёс Калипсо. – Ты больше не являешься нерешенной загадкой, а просто общаться с вами мне неинтересно.
Я громко фыркнул, Джейд прыснула в кулак и потянула меня за собой, держа за локоток.
– Чем мне всегда нравился Калипсо, так это своей прямолинейностью, – негромко сказала она, когда мы преодолели коридор и закрыли за собой дверь, тут же исчезнувшую за нами.
– Не сомневаюсь, – улыбнулся я. – Ты тоже остра на язык и любишь в лоб говорить собеседнику, что он тебя бесит. В этом плане вы с Калипсо – прям родственные души.
– Есть такое дело, – хмыкнула Джейд. – Ну что, возвращаемся к нашим в замок этого темняшки? Надо убедиться, что они там без нас справились.
Мы шагнули в сумрачную воронку, но вместо ожидаемой темной каменистой долины с возвышающимся замком с остроконечными башенками оказались на верху холма с потрясающим видом на зеленую долину. Далеко внизу извивалась лента бирюзовой реки, в которой поблескивали лучики закатного солнца. Джейд недоуменно огляделась, проводила взглядом пролетевшую прямо перед носом большую синюю бабочку и обратила взор на меня:
– Твои проделки?
– Ну а чьи же еще? – лукаво улыбнулся я.
– Ну и... Зачем ты утянул меня в этот сон?
– Хочу погулять с тобой по красивым местам и показать великолепный закат, – кивнул я на небо. – Гнарр с ними, с нашими коллегами, Джейд, они не маленькие, без нас разберутся. Если случится что-то срочное, Хоби мне сообщит.
Джейд попыталась было возразить, так что пришлось мне затыкать ее поцелуем и валить на траву, накрывая собой. После всего пережитого стресса я был слишком заинтересован в том, чтобы продолжить разговор с Джейд на языке тела. Да и Калипсо в своей лаборатории успел шепнуть мне на ушко о том, что проведенный с нами ритуал следует закрепить одной конкретной телесной практикой, а кто я такой, чтобы перечить мастеру?..
Поэтому я целовал Джейден так пылко, что она очень быстро размякла в моих объятьях, а я старательно делал всё, чтобы доставить максимум удовольствия своему лучезарному кошмару. И слаще ее нежного шепота и тихих стонов для меня больше ничего в жизни не было. А некоторое время спустя мы лежали в обнимку на траве, вернее, я лежал на своей мантии, а Джейд – рядом, положив голову мне на плечо и подушечками пальцев выводя невидимые узоры на моей груди. У нее было такое расслабленное и счастливое выражение лица... Век бы любовался этой ее улыбкой. Перебирал ее белоснежные локоны и счастливо улыбался, чувствуя, как изнутри распирает безграничным счастьем, которого было так много, что казалось невозможным уместить столько счастья в себе. Было тепло, уютно и совсем не хотелось вскакивать, куда-то бежать, что-то делать...
Рядом в траве валялись мои солнечные очки, которые теперь были простым аксессуаром. И еще одна маленькая коробочка рядом с очками поблескивала, к ней я и потянулся.
– Смотри-ка, а эти облака немного похожи на буквы! – тем временем произнесла Джейд, с улыбкой вглядываясь в закатное небо. – Ой, не немного даже... Смотри, смотри, ну прям буква «в» полетела! А вон еще буква «д»! А вон там, видишь?..
Джейд осеклась и нахмурилась, когда облаков в виде букв стало больше, и они начали медленно складываться в слова. И не просто в слова, а в конкретное предложение, которое звучало как: «Ты выйдешь за меня?»
– Это... это что же?.. Она повернулась ко мне с немым вопросом в глазах.
– Ты выйдешь за меня? – повторил я уже вслух.
И раскрыл перед лицом Джейд ту самую маленькую коробочку, в которой поблескивало изящное золотое колечко в виде двух переплетенных виноградных лоз, которые тянулись к драгоценному камню. Джейд охнула и от удивления забавно прижала ладошку ко рту. – Когда ты успел обзавестись этим колечком?..
– Давно его приобрел, если честно. Лежало в моем сейфе, ждало своего часа. Был уверен, что рано или поздно надену его на твой палец. А потом, когда всё с этой процедурой лайминель закрутилось... В общем, я сбегал не только по делам – проверить энергетические сети, которыми Темный Странник удерживал Усть-Шот в сновидениях, – но и забрал заодно из сейфа кольцо, потому что, ну... Потому что оно как-то грело мне душу, – с обезоруживающей улыбкой признался я. – Был уверен, что скоро отправлюсь на смертельный бой с Темным Странником, но подумал, что если вдруг случится чудо, и я выживу, то это колечко непременно должно сегодня засиять на твоем пальчике.
– Слушай, мистер Ночной Кошмар, а откуда ж у тебя вообще деньги взялись, а? – с хитрым прищуром спросила Джейд. – На дорогие кольца, и не только?.. В смысле – на самом деле, как, если ты – оживший кошмар, а не обычный человек, у которого в течение жизни сформировалось несколько банковских счетов, хм-м-м? Ты ведь никем нигде не работал до момента осуществления в этом имре. И я сомневаюсь, что Темный Странник выплачивал тебе жалованье.
– Ты в самом деле хочешь прямо сейчас это узнать? – хохотнул я. – Может, сначала все-таки ответишь на мой вопрос?..
– Отвечу, но только после тебя, – широко улыбнулась Джейд, поигрывая бровями.
Я вздохнул, но все же пояснил:
– На самом деле это очень забавный нюанс, но это тоже относилось к страхам Темного Странника: он боялся появления в жизни более успешного, чем он, человека, который сможет его побороть, который завладеет твоим вниманием полностью... и который будет богаче его. Ты зря смеешься! Сейф с моими якобы сбережениями, как я о них думал, действительно является частью осуществления меня как ожившего кошмара Кая, такой вот сюр. Так что я кошмарно богат, назло всем врагам, хех! И хочу устроить любую пышную свадьбу, какую ты только захочешь... Ну, если ты, конечно, ответишь согласием, а то ты как-то подозрительно молчишь.
– А мне просто забавно, что ты с самого нашего знакомства уверенно называл меня своей девушкой и будущей женой, а сейчас ждешь моего ответа так, будто впервые заводишь об этом речь, – хохотнула Джейд.
– Так а я, может, поумнел и пристыдился? Стал окончательно овеществленным, проявились недостающие участки мозга... Не? Ну не надо так откровенно хохотать над моими недостатками! Я, может, вообще волнуюсь, – театрально вздохнул я.
– Всегда знала, что человек, которого я способна полюбить, просто не существует в реальном мире, – прыснула от смеха Джейд. – Поэтому пришлось овеществлять тебя из кошмаров. Только со мной могла произойти такая история...
– Скажи, а ты долго еще будешь надо мной издеваться и тянуть резину? – пробурчал я.
Джейд улыбнулась еще шире и наклонилась, чтобы нежно поцеловать меня в губы.
– Куда я от тебя денусь, мое кошмарное чудовище? – с улыбкой произнесла она, ласково проводя ладонью по моей щеке. – Хочу просыпаться в твоих объятьях на законных основаниях, да!
Я рассмеялся и с удовольствием, с каким-то трудно передаваемым удовлетворением медленно надел кольцо на палец Джейд, любуясь тем, как забавно она прикусила нижнюю губу, как у нее счастливо засияли глаза.
– А я хочу видеть тебя самой красивой на свете невестой в самом прекрасно свадебном платье на свете, – произнес негромко, целуя ее пальчики и раскрытую ладонь. – Самой красивой невестой – и только моей.
– Только твоей, – вторила Джейд на выдохе. – Твоей миссис... Э... А у тебя есть какая-то фамилия?
– Только имя. Так что фамилию мне придется брать твою, – усмехнулся я. – Надеюсь, ты не будешь против еще одного мистера Ким-Мина в вашей семье?
Вместо ответа Джейд сама потянулась ко мне за сладким поцелуем. А кто я такой, чтобы отказывать в ласке моей лучезарной королеве?