34. На пределе возможностей
Чонгук
Это были... очень непростые три часа. Три или даже четыре, точнее не засек время. Безумная тренировка на грани психических возможностей Джейд. Впрочем, мне на ее страдания тоже было очень тяжело смотреть. Стоило мне только снять очки, как она застыла на месте и в ужасе уставилась на меня. У нее заметно задрожали руки, она начала пятиться и в целом вид имела такой, будто сейчас грохнется в обморок.
– Нет... Нет... – бормотала она себе под нос. – Не надо... Пожалуйста... Не надо так говорить!..
Я с интересом ученого наблюдал за Джейд, гадая, что же конкретно она видит в наваждении, насылаемом моими глазами. Этого самого Кая? Но почему тогда Джейд просит его о пощаде? Нацепил на себя очки буквально за секунду до того, как Джейд грохнулась бы в обморок. Она пошатнулась, но осталась стоять на ногах, только за голову схватилась, скорчившись от боли.
– Ты видела Кая в кошмарном наваждении? – негромко уточнил я. – Что именно он тебе говорил?
Но Джейд лишь покачала головой.
– Не помню... Ничего не помню... Давай еще раз!
Не помнила она так раз восемь подряд. А после девятого полуобморочного состояния вдруг медленно произнесла:
– Он говорит мне: «Это ты виновата. Всё из-за тебя. Как ты могла быть такой беспечной?»
Я нахмурился.
– Твой некогда бывший жених говорит?
Джейд медленно кивнула. Мыслями она явно пребывала где-то очень далеко.
– Когда смотрю в твои глаза, то вижу Кая, который обвиняет меня во всем произошедшем. В его смерти. Он обвиняет меня и говорит, что если бы не мои глупые эмоции, он мог бы продолжать счастливо жить и быть со мной...
– Звучит так себе, – скептично хмыкнул я.
– Он не говорил таких слов тогда, в тот день, – вздохнула Джейд, вытирая платком холодный пот со лба. – То есть это не воспоминания, а нечто, дорисованное воображением. Хотя ты прерываешь влияние на меня своих красных очей, но уверена, что дальше я бы видела непосредственно, как эффунды пожирают Кая на моих глазах, и я ничего не могу с этим сделать. Скорее всего именно на этом моменте наваждения я и упала в обморок тогда, в день нашего с тобой знакомства. Потому что это, в самом деле, была ужасная картина и видеть такое я никакому врагу не пожелаю.
Она решительно посмотрела на меня.
– Не прерывай наваждение. Дай мне досмотреть его до конца.
– Но ты можешь упасть в обморок, – осторожно сказал я.
Джейд отмахнулась.
– Здесь кругом мягкие маты, да и ты меня подхватишь, если что. Не разобьюсь, благо я пока не хрустальная ваза. Мне надо пройти это полностью.
Я тяжело вздохнул и в очередной раз потянулся к дужкам очков. В обморок Джейд падала... А я даже не знаю, сколько раз. Пару раз ее вырубало так, что мне приходилось по несколько минут возвращать ее в сознание. Потом она перестала падать в обморок, но плакала навзрыд так громко и жалостливо, что у меня сердце разрывалось на части.
– Джейд... Джейд! – тряс я ее за плечи, когда она уселась так на полу и захлебывалась слезами, спрятав лицо в ладонях. – Джи! Я тут, я с тобой.
Обнимал ее и гладил по шелковистым белоснежным волосам, чувствуя, как Джейд потихоньку успокаивается в моих объятьях. Пол вокруг сейчас был усыпан бумажными носовыми платками, Джейд громко высморкалась и яростно швырнула в горстку платков еще один использованный.
– Может, остановимся на этом? – негромко предложил я. – И продолжим завтра, например?
– Я хочу закрыть эту тему сегодня! – рявкнула Джейд таким тоном, что у меня не возникло желания настаивать дальше на прекращении эксперимента.
Упорная дамочка. Упорная и упоротая. Как раз в моем вкусе. А в какой-то момент, спустя несколько часов этой безумной тренировки, я заметил, что зрачки Джейд перестали расширяться от страха. Да и кричать и умолять о пощаде она перестала. И в очередной раз, когда я снял с себя очки, она лишь криво улыбнулась и произнесла:
– У тебя очень красивые глаза. Знаешь... Даже хорошо, что в них никто не может смотреть. Только я смогу ими любоваться, как сокровищем.
– Тебе больше не плохо? – взволнованно спросил я.
Сердце аж заходилось в бешеном ритме. Для меня это действительно был волнительный момент. Сам не знаю, отчего так перенервничал... Но до сего момента мои глаза навевали на всех только страх и боль, поэтому столкнуться с другой реакцией было волнительно. Наверное, обычному человеку сложно это понять.
Джейд медленно покачала головой.
– Кошмар больше не властен надо мной. Он еще рыпается где-то там, на задворках сознания, но я уже легко от него отмахиваюсь. Уверена, что скоро он и рыпаться перестанет. И тошноты уже нет. И душевной боли. И физической. Никакой боли. Только опустошение... Меня как будто выпотрошили.
– Это нормально, – кивнул я. – Ты сейчас за несколько часов выдала такой бурный спектр эмоций, что пустота в душе нормальна и естественна. Ты прожила много раз подряд самые жуткие минуты своей жизни и, вероятно, полностью или почти полностью избавилась от их угнетающего воздействия на свою психику. Смогла, наконец, прожить тот страх, боль, обиду, глядя ему в глаза... В прямом смысле того слова, – хмыкнул я. – После бурных эмоций всегда следует пустота, эдакая эмоциональная яма.
Но Джейд будто не слышала меня и продолжала на своей волне:
– Опустошение и... невыносимое желание сделать вот так.
Она качнулась вперед, неожиданно накрывая мои губы поцелуем. Очень неожиданно. Честно говоря, я думал, что после такого жесткого морального опустошения Джейд способна только уйти куда-нибудь в сновидение и смотреть там в одну точку ближайшие несколько часов. Или дней. И послать меня куда-нибудь в сумрак, чтобы я даже не думал на пушечный выстрел к ней приближаться. А тут...
Она поцеловала меня с такой внезапной нежностью, что меня мгновенно захлестнуло волной ее вкусных эмоций. Тоже обнял ее, прижал к себе и охотно отзывался на поцелуй, зарываясь пальцами в длинные волосы, вдыхая аромат парфюма с легкой мятно-цитрусовой ноткой, наслаждался этими моментами единения.
Потом Джейд отстранилась, но не отскочила куда-то в сторону, а продолжила обвивать руками мою шею и с улыбкой смотреть в глаза. Жуть как непривычно было смотреть на нее не через стекла очков. И видеть не страх и боль в глазах, а улыбку – счастливую такую улыбку человека, который ни о чем не жалеет. А еще – который что-то хочет сказать. И опасается это сделать.
– Знаешь... – медленно начала Джейд. – Кажется, я влюбилась в тебя по уши. Или даже – по самую макушку? Я пока не определилась.
Сердце пропустило удар.
– Ты это говоришь на большой эмоциональной волне?
Но Джейд медленно покачала головой.
– Давно на языке вертится. Просто все время бегала от своих эмоций, так как привыкла жить в коконе своего крошечного мира. А еще я перестала бояться, оттолкнешь ты меня или нет...
– Оттолкнешь? – мои брови взлетели вверх. – Ты всерьез думала, что я способен тебя оттолкнуть? Я, тот человек, который с первого дня нашего знакомства называл тебя своей девушкой, потому что влюбился с первого взгляда и почувствовал в тебе своего человека?
– Ну а вдруг за это время передумал? – улыбнулась Джейд.
Я громко фыркнул и много чего еще вознамерился сказать, но в этот момент Джейд громко ойкнула и отскочила в сторону.
– Ай-яй!..
Но смотрела она при этом не на меня, а на свою руку, с которой стремилась поскорее снять мой перстень, с которым она продолжала ходить эти дни. Сделала это очень быстро и швырнула вещицу на пол.
– Он будто раскалился добела! – воскликнула Джейд, удивленно глядя на перстень, который в самом деле аж красноватым выглядел от нагрева. Я улыбнулся и наклонился, чтобы поднять свой перстень. Едва коснулся его, разгоряченного, как он тут же остыл и стал обычным украшением.
– Как я и говорил, ты сама почувствуешь, когда следует его снять.
– Да он сам... снялся! – возмущенно произнесла Джейд.
С такими вот надутыми губками и нахмуренными бровками она меня ужасно умиляла.
– Просто он выполнил свою функцию по восстановлению тебя и попросился обратно к своему хозяину, – хмыкнул я, надевая перстень.
От него, кстати, по телу пробежало приятное тепло, видимо, отголосками магии Джейд. А та продолжала дуться, потирать саднящий от раскаленного перстня палец и смотреть на украшение, как на своего лютого врага.
– Ну не расстраивайся так, я тебе попозже другое колечко подарю, – издевательским голосочком произнес я.
– Такое же агрессивно против меня настроенное? – буркнула Джейд.
– Неее. Другое. Обручальное, – сказал серьезно, наслаждаясь ошалелой физиономией дамы моего сердца. – А пока что, я ужасно проголодался, да и ты наверняка тоже. Время ужина как раз, ты идешь?
С этими словами я поспешил выйти в коридор, оставив Джейд на некоторое время в тренировочном зале, чтобы дать возможность в тишине переварить мои слова.