16. Ещё не время
Пока я в сильно сокращенном варианте обучала Чонгука специфике работы с ожившими кошмарами, две копии Лесании крутились вокруг своих жертв-хозяев и методично выносили им мозги.
– Кто мой сладенький котик? – щебетала одна из блондинок, почесывая Чимин за ушком. – А кто такой худенький, кого надо откармливать как следует? – сюсюкаясь, произнесла вторая блондинка, потрепав Джина за щечку. – Мои изголодавшиеся садовые цветочки не любят кушать тощих котиков, моим цветочкам нужно полноценное здоровое питание!.. – А кому шерстку надо вычесать? Из лишней шерстки я свяжу теплый плед и буду укрывать им мои любимые садовые цветочки, чтобы они не мерзли холодными зимними ночами!.. – А кого, такого миленького, беленького и пушистого, надо отвезти на кастрацию, чтобы не смел сбегать к другим кошечкам из моего плотоядного садика?..
Две блондинки на шпильках несли полную чушь, какую-то совершенную околесицу, странную смесь из сюсюканья и попыток запугать. Тараторили безостановочно, глядели на своих жертв влюбленными глазами и не замечали никого, кроме них. Со стороны это выглядело очень глупо, но вполне забавно, хотя самим жертвам ночных кошмаров было совсем не весело. Джин с Чимином сидели на стульях-креслах с такими страдальческими физиономиями, будто их тут сейчас заставляли не сидеть смирно и стоически выносить все издевательства блондинок над собой, а терпеть какие-нибудь прилюдные унижения.
– За что мне всё это? – бормотал Чимин, мученически возводя глаза к потолку, когда одна из копий Лесании нацепила на него пушистый ободок с белыми кошачьими ушками и начала вычесывать длинные волосы инквизитора щеткой. – А то ты не знаешь, – тяжело вздыхал Джин, с тоской глядя на кошачью миску молока, которую поставила перед ним вторая блондинка. – Будем считать, что это нам прилетел такой своеобразный бумеранг за наш с тобой мерзкий характер. – Нет, ну про твой мерзкий характер всё понятно – тебя минимум половина инквизиции тихо ненавидит за твою дотошность и умение мастерски докопаться до любой запятой в отчетах, но я-то тут при чем? Ко мне это не относится, – ехидным голосочком пропел Чимин. – Ой, молчал бы лучше, а? – фыркнул Джин, раздраженно отмахиваясь от копии Лесании, которая попыталась силой наклонить его голову к миске с молоком. – Кто бы говорил! Еще вопрос, у кого из нас характер хуже... – Сам молчи – и пей молочко, пока тепленькое! – съехидничал Чимин. – Ты у нас тощий, тебя откармливать надо...
В иной ситуации я бы хохотала в голос, наслаждаясь идиотизмом ситуации, но сейчас только мысленно умилялась, не более. Я была сосредоточена на работе. Передо мной стояла задача в максимально сжатые сроки донести важную информацию до Чонгука, обучить его особому боевому приему и проконтролировать уничтожение оживших кошмаров. Та еще непростая задачка, когда ты находишься в стрессовой ситуации, и твое тело похитил некто неизвестный.
– Не отвлекайтесь, оба, и не пытайтесь сопротивляться своим кошмарам, – шикнула я, заметив, что при попытке Джина отмахнуться от надоевшей копии Лесании, та пошла крупной рябью и на мгновенье перевела на нас с Чонгуком злой взгляд. – Если они почувствуют от вас усиленное сопротивление, то переключатся на нас и будут пытаться уничтожить. Не хотелось бы развязывать эту битву раньше времени. Эти ожившие кошмары прекрасно чуют, что мы готовимся их развоплотить, но пока не кидаются на нас, так как их внимание сосредоточено на вас, как на главных жертвах, породивших эти кошмары. Дайте мне еще несколько минут. Чон, передай им эти слова. И сосредоточься на плетении чар. – Так слова передавать или на деле сосредоточиться? – хмыкнул Чон, который в это время под моим руководством пытался сплести одно мудреное заклинание. – Я, знаешь ли, не умею делать кучу дел сразу! – Языком молоть одновременно у тебя прекрасно получается, – проворчала я. – Хорошо, что Заэль меня не видит, – вздохнул тем временем Чимин, не сопротивляясь попытке копии Лесании приковать его к себе наручниками. – Я бы тогда сгорел на месте от стыда...
Я понимающе хмыкнула. Заэ́ль – так звали нашего с Джином отца, и он был лучшим другом Чимина Пака. Зная их специфичные дружеские отношения и любовь к бесконечным подколкам, я могла в красках представить себе, как папа бы еще до конца года, как минимум, изводил бы своего друга едкими шуточками на тему «самых страшных ночных кошмаров великого верховного инквизитора».
– И, Джин, имей в виду: если ты расскажешь своему отцу об этом инциденте, то ты получишь от меня по полной программе! – пригрозил кулаком Чимин. – Ты что-о-о? – Джин с искренним ужасом в глазах помотал головой. – Он же и меня тогда насмешками изведет, а я не хочу позориться! Так что это будет страшная тайна, которую мы с тобой унесем в могилу... – Да-а-а, – с чувством произнесла я. – Другие верховные маги уносят с собой в могилу всякие там страшные магические секреты, а великие Чимин Пак и Джин Ким до конца жизни никому не расскажут о двух симпатичных блондинках, которые поили их теплым молочком...
Я покачала головой и вновь сосредоточилась на работе с Чонгуком.
– Смотри, лучше и быстрее всего уничтожать подобные кошмары сумрачными стрелами, – объясняла я, вставая в нужную позицию и показывая, как призывать энергетический лук. – Это похоже на призыв са́йрикса, да? – заинтересованно спросил Чон, когда в его руках дерганно пытался засиять голубым светом лук. – На этот ваш духовный меч. – Да, только сайрикс – он один-единственный у каждого сумрачного странника, другой можно призвать только после полного уничтожения первого, а вот стрелы – это просто рабочий инструмент, который мы берем из энергии сумрака. Не отвлекайся! К теории потом вернемся, пока будем работать сразу на практике. Локоть выше. Да, вот так. Тетиву сильнее натяни. Отлично. А теперь повторяй за мной слова заклинания...
Чон оказался способным, и правильный энергетический лук с сумрачными стрелами у него получилось создать не за полчаса, а всего за десять минут. Маленький такой лук, непривычно маленький для обычного лука, и сияющие голубые стрелы тоже были непривычно короткими, но именно такими плотными энергетическими сгустками и следовало уничтожать ожившие кошмары. И эти стрелы могли призывать из сумрака только те маги, в ком был хорошо развито умение ходить по сновидениям. Обычным волшебникам сей фокус был не по зубам. Так что не было ничего удивительного в том, что мой брат и Наставник не смогли самостоятельно избавиться от своих оживших кошмаров. За эти десять минут обе Лесании довели двух верховных инквизиторов до нервного тика. Они разве что в голос не выли, слушая запугивающие сюсюканья и обещания скормить плотоядным цветочкам, как только «котик как следует отъестся и причешется».
– А от этих цепей нехорошо сразу стало, кстати, – нахмурился Чимин, задумчиво глядя на запястье с металлическим наручником. – Да, Джейд, поторопись, мне тоже не нравится ощущение от этих цепей, – хмуро произнес Джин, на руке которого тоже красовался такой же экстравагантный аксессуар. – Мне кажется, что он потихоньку высасывает силы... И голова начала кружиться.
Ага, значит, цепи не просто физически сковывают, но еще и лишают магии, интересно. И весьма необычно в проявлении для оживших кошмаров.
– Не торопите нас, а то провозимся дольше требуемого, – я недовольно цокнула языком и вновь повернулась к Чонгуку, вставая позади него и поправляя его локоть для идеальной линии боевого удара. – Так, отлично, теперь бей прицельно и сразу же после этого запускай следующую стрелу, потому что второе наваждение после сигнала внешней угрозы моментально на тебя накинется.
Мне пришлось буквально приобнять Чонгука, чтобы показать ему правильную стойку.
– Ка-а-ак же мне нравится, когда ты меня так лапаешь, – тут же с издевательским придыханием протянул он. – Это так вдохновляет, м-м-м... – Не отвлекайся, – шикнула я, шлепнув Чонгука по плечу. – И помни, что затем ты должен...
Ах ты ж гнарр треклятый! Две копии Лесании накинулись на нас чуть раньше, чем я надеялась. Они не стали дожидаться, пока Чон выпустит хоть одну стрелу – они мгновенно накинулись на него. Слишком быстро. Кажется, наручниками они сковали Чимин с Джином не просто ради обездвиживания, а в первую очередь для того, чтобы подпитаться их силой. Очень нетипичное поведение для оживших кошмаров, слишком умное для каких-то наваждений. Видимо, на это влияла их плотность, связанная с порождением верховными магами. Не зря всё-таки мы боялись распространения кошмарной эпидемии на верховных инквизиторов, ох не зря...
А еще удивительным был тот факт, что обе разгневанные копии Лесании продолжали сохранять свой прекрасный человеческий облик. По идее, при переключении внимания на Чонгука они должны были начать терять телесность, частично видоизменяться, превращаться в каких-нибудь мерзких тварей с жуткими зубами и глазами... Но нет. Ничего подобного не происходило. У них только скорость прибавилась, став нечеловечески быстрой, да лицо перекосило лютой злобой, но в остальном – всё те же милые блондинки в блестящих алых платьях. Чон успел выпустить лишь одну стрелу, которая попала в цель и мгновенно развоплотила наваждение – оно просто вспыхнуло синим пламенем и исчезло, разлетевшись искрами. С рук Джина при этом исчезли наручники. И миска с молоком на столе тоже испарилась, будто ее и не было вовсе. А вот вторую стрелу Чон запустить ну никак не успевал, наваждение добралось до него быстрее. Чимин с Джином не сидели сложа руки и кинулись помогать: магией повлиять на оживший кошмар не могли, зато попросту силой удержали рассвирепевшую копию Лесании. Она активно вырывалась, будто желая выцарапать глаза Чонгука, шипела на него, как дикая тварь, но скинуть с себя удерживающих за руки Чимин и Джина легко и просто не получалось. Только поэтому Чон был еще жив, если честно. Наваждение успело выбить из его рук лук с сумрачными стрелами, он отлетел в угол кабинета и рассеялся в воздухе. Плохо дело. Придется заново лук формировать, а это драгоценные секунды. Как же плохо, что я не могла ничем помочь... Я попыталась, но даже не смогла ухватить за руку эту злобную копию Лесании, которая кинулась на Чонгука с очевидным намерением разорвать на части, судя по удлинившимся ногтям, острым, как лезвия. Действовать нужно было очень быстро...
Но как? Однако раньше, чем я успела попытаться пустить в ход одни заковыристые чары, Чон вдруг сам шагнул вплотную к взбесившемуся наваждению и буквально впечатал ладонь четко в солнечное сплетение копии Лесании. Руки его при этом засветились зеленоватым свечением. Этот самый зеленый свет будто впитался в наваждение, жуткая тварь в красном платье, уже ничем не похожая на Лесанию, замерла на месте, вся засветилась зеленым светом, будто наполнилась им изнутри. Чон отнял руку от наваждения, и я увидела в точке соприкосновения угасающую печать, похожую на изображение крыльев. Где-то я такую картинку уже видела, хм... Перевела взгляд на массивный золотой перстень, который на меня нацепил ранее Чон, и который он не рекомендовал снимать до завтрашнего дня. На перстне было изображение точно таких же крыльев. Наваждение тем временем засияло внутренним зеленым светом так ярко, что мне пришлось зажмуриться от ослепительного света. Раздался отчаянный нечеловеческий вопль, сверкнула ядовито-зеленая вспышка – и наваждение исчезло. Счастливый Чимин потирал запястье, на котором красовался след от наручников, как от небольшого ожога. Наставник вместе с Джином рассыпа́лись в бесконечных благодарностях Чонгуку и смотрели на него с искренним восхищением, забрасывали вопросами, панибратски похлопывали по спине, а я продолжала хмуро смотреть на то место, где только что стояла копия Лесании.
– Не поняла... Как ты убрал наваждение? – спросила у Чонгука.
Тот неопределенно пожал плечами. – Сам не понял, что за заклинание вдруг в голове всплыло... но повторить, если что, смогу! – радостно закончил он.
Я недоверчиво покачала головой. Странно. Очень странная магия. Темная, нехорошая. Действенная, но разрушительная. Обычные сумрачные странники такой не пользуются. Я вновь посмотрела на перстень с изображением крыльев и перевела взгляд на Чонгука. Потопталась еще раз на его следе у него за спиной, пока Чимин с Джином разве что оды не пели своему спасителю. Нет, все-таки его след ни о чем мне не говорил. Хотя, если бы я сегодня не видела Темного странника, если бы он не пытался навредить мне, и Чон не спасал меня, то я прямо сейчас тащила бы своего подопечного куда-нибудь в карцер для пыток, ой, то есть – для допроса, да-да, я именно это хотела сказать. С подозрением на то, что Чон и есть тот самый анонимный маг, которого мы пытаемся обнаружить и отловить уже который год подряд. Потому что именно в исполнении Темного странника я видела однажды похожие по энергетике магические волны. Но нет, исключено. Да и чутье мое отрицало такой вариант развития событий, а чутье у меня было отличное. Кто же ты такой, Чон? Откуда у тебя все эти знания? Что с тобой произошло? Может, ты каким-то образом перешел дорожку Темному страннику, и тот что-то сотворил с тобой, стерев память и отправив в сон? А может, ты на самом деле – его сподвижник или ученик? А что, если тебя нарочно закинули в Академию сумрачных странников? Для... чего? Так, спокойно, Джейд. Давай-ка не будем нагнетать раньше времени? Не забываем о презумпции невиновности и смотрим на реальные дела человека. А реальные действия Чонгука пока что спасли мне жизнь. Так что просто мысленно ставим себе зарубку и продолжаем изучать своего подопечного. Чимин тем временем продолжал разливаться соловьем.
– Спасибо!! – с чувством произнёс он в который раз подряд, аж руки на груди сложив в благодарном жесте, чего за ним вообще не водилось.. – Ребята, спасибо, что избавили от этого разгулявшегося кошмара! Джейд, спасибо, что так быстро сориентировала подопечного, а вам, молодой человек, спасибо за быструю реакцию и умение ловить на лету! Боже, кто бы мне ещё вчера сказал, что я сегодня буду радоваться таким вещам...
Я усмехнулась. Да уж, день выдался богатый на странные и противоречивые эмоции.
– У Вас же наверняка нет пропускного жетона, да? – уточнил тем временем Джин. – Вы ведь попали в инквизицию через сон, минуя главный вход, верно? И, дождавшись кивка от Чонгука, продолжил: – У Вас тогда будут проблемы с выходом из здания Генерального Штаба, так что пройдемте вместе – я Вас выпущу. Не рекомендую Вам пока шастать через сон: направляйтесь в центральный парк, до него тут пешком пройти совсем недалеко. Проведёте время пока там, дождётесь от нас новостей – и потом уже сможете возвращаться в Вашу академию. Мы ее сейчас тщательно перетрясем, а Вам рекомендую отвлечься на занятия и с пользой провести освободившееся время. Вы, мистер Чон, чрезвычайно способный ученик, мое Вам почтение. Думаю, у Вас с Джейден получится великолепный тандем. – Я ей тоже так говорю, а она на меня почему-то шипит в ответ, – театрально вздохнул Чон.
Чимин с Джином вдвоем решили проводить нас до выхода из Штаба и проследить, чтобы к нам никто не прицепился по пути. Настроение у обоих было чуть ли не праздничное: кажется, кошмарные наваждения здорово успели достать инквизиторов за этот день. А после их исчезновения наступила такая легкость – словами не передать! Они без умолку болтали с Чонгуком, кажется, обо всем сразу: о его способностях, амнезии, о своих переживаниях насчет разгуливающих кошмаров, строили теории, как именно кошмары могли материализовываться. Меня слышать и видеть мог только Чон, а у меня не было настроения общаться через него с коллегами, так что я помалкивала и лишь с удивлением поглядывала на щебечущую троицу. Возникло у меня ощущение, что еще немного – и Джин с Чимин предложат Чонгуку в выходные встретиться в каком-нибудь баре или сауне потусить в их мужской компании. Да чем он их так очаровал, гнарр их всех раздери? Мы подошли к информационной стойке, и мой Наставник, сияя белозубой улыбкой, обратился к тем самым девушкам, с которыми мы общались ранее, с просьбой оформить пропуск на Чонгука для выхода из Генерального Штаба. Всё та же темноволосая девушка подозрительно уставилась на Чонгука, поджав губы.
– А где ваш пропускной жетон, мистер? Как вы вообще попали в Штаб сегодня? Я не нашла вас в базе, и... – Просто оформите ему пропуск на выход, мисс Лейн, не задавая лишних вопросов, – с нажимом произнес Чимин, глянув на девушку-администратора так, что лично я бы под этим взглядом пожелала по-быстренькому провалиться сквозь землю. – Этот молодой человек только что помог нам с мистером Мином избавиться от наших оживших кошмаров, я лично ручаюсь за него. – О Пресвятая Мели́я! Какой ужас! – ахнула девушка, аж прижав ладошки к щекам и дикими глазами вытаращившись на Чимин. – Мистер Пак, неужели эта кошмарная дрянь и до вас добралась?.. Вы в порядке? Вам нужна помощь? – Как видите, я цел и невредим. Но да, встреча со своими кошмарами была не из числа приятных событий. Так что там с пропуском?
Мисс Лейн тут же зашуршала бумагами, обещая быстро оформить жетон, а Чимин с Джином тем временем обступили другие коллеги, которые в этот момент находились рядом и слышали разговор.
– А как выглядели Ваши ожившие кошмары, мистер Мин? Мистер Пак? – с тревогой в голосе спросил светловолосый инквизитор средних лет, нервно теребя кожаную защитную сумку для артефактов в руках. Я с любопытством посмотрела на брата и Наставника. Как они будут выкручиваться? – Простите за такие вопросы, но, думаю, вы понимаете, как мы все опасаемся, что Генеральный Штаб захлестнет эпидемия оживших кошмаров. Хочется понимать, к чему нам готовиться, какого рода кошмары могут ожить из снов столь могущественных магов, как вы. – О, это были жуткие неубиваемые существа, – с убийственной серьезностью протянул Джин. – Да-а-а уж, настоящие монстры, – протянула я, скрестив руки на руки. – Ух что бы было, если б они вышли в город! Всех граждан заставили бы лакать молочко из мисочек и играть с клубком шерсти!
Губы Чонгука подрагивали в улыбке. Да я и сама была на грани широкой улыбки, если честно. Вот уж правда – довели меня!
– Нам повезло, что рядом находился специалист, который смог предотвратить катастрофу, – продолжал Джин. – А я, между прочим, давно говорил, что нам нужен штатный сумрачный сотрудник, который экстренно помогал бы с подобными вещами! Чон, а вы не хотите наплевать на эту Вашу академию и к нам пойти, а? – Отличное предложение, но мне бы для начала вспомнить, кто я такой вообще, – усмехнулся Чон, выразительно поправляя очки на переносице.
Чон расставался с Чимин и Джином чуть ли не закадычными друзьями, я только диву давалась, как они так умудрились спеться за столь короткий срок. Пару минут спустя мы уже вышли из здания Генерального Штаба и направились вниз по аллее в сторону центрального парка. Мы отошли уже на большое расстояние, поэтому не могли слышать, как Чимин и Джин негромко переговаривались, стоя у входа в многоэтажное здание инквизиции и глядя нам вслед:
– Скажи мне... А почему ты не стал говорить Джейд, что они с Чонгуком теперь венчаны случайным магическим ритуалом? – обратился Чимин к коллеге. – Или ты сам этого не понял? – Понял, конечно, – возмущенно фыркнул Джин. – Но ты считаешь, что эта информация сейчас чрезвычайно обрадовала бы Джейден? – Насчет радости не уверен, – цокнул языком Чимин. – Но вот взбодрила бы – это да. – Она и так с утра взбодрившаяся дальше некуда, я решил пожалеть сестру. К тому же...
Джин умолк и какое-то время задумчиво смотрел вслед Чонгуку.
– Всему свое время, да? – понимающе хмыкнул Чимин. Джин коротко кивнул. – Джейд пока морально не готова принять такую новость. Сейчас она может на психозе наворотить кучу проблем в попытке разорвать связь. Но именно эта связь помогает ей сейчас не развоплотиться. Так что – всему свое время... Да... – Я так и не понял, что за ерунда творится с глазами этого молодого человека, и почему ты не смог заглянуть в его судьбу.
Джин поежился и скривился, как от зубной боли.
– Ты знаешь, мне не только рассуждать, но даже думать на эту тему неприятно. И, чувствую, что если все же буду углубляться в разговоры, то будет не просто неприятно, а еще и очень больно. Мироздание настойчиво отворачивает меня от этого человека. – Что всё это значит? – Что еще не время, Чим... Пока что – не время. И не я должен разгадать эту тайну.– А кто тогда? – Тот, кому будет по зубам подобная головоломка, – загадочно ухмыльнулся Джин.