Судьба изгнанников

Солнце стояло высоко, разливая по земле густое тепло, когда гостей проводили к их временным жилищам. Каждому из них выделили отдельную хижину — не из жестов недоверия, но скорее из вежливой дистанции, присущей здешним обитателям.

Постройки стояли в тени высоких деревьев, будто сама природа охраняла покой прибывших. Каждому из гостей выделили отдельную хижину — не из жеста недоверия, а скорее по традиции.

Провожала их высокая женщина в наряде, который невозможно было не заметить. Её голову венчал изящный золотой убор с рогами, украшенный рубинами, цепочками и тонкими подвесками, блестевшими на солнце. Лицо было открыто, взгляд спокойный. Всё её тело — руки, плечи, шея — были покрыты тонкими узорами, будто вытравленными на коже. Они шли вдоль костей, обвивали суставы, и придавали ей вид живого символа — как будто сама земля оставила на ней свои письмена.

— У каждого будет свой дом, — сказала она негромко. — Внутри всё готово: гамаки, вода, еда. Если что-то потребуется — просто дайте знать. Мы уважаем тех, кто приходит с открытыми руками.

Ария вошла в хижину первой. Внутри было просто, но со вкусом: в углу висел широкий гамак из плотной ткани, расшитый красными и золотыми нитями. У стены стоял невысокий стол, вырезанный из цельного ствола, рядом — кувшин с водой и миска с фруктами. Воздух пах свежими травами, будто кто-то нарочно разложил их под потолком, чтобы отгонять насекомых и дарить спокойствие.

Снаружи женщина в рогатом уборе, что сопровождала их с самого берега, обратилась ко всем сразу:

— Пусть это будет вашей временной пристанью. У нас нет привычки навязываться, но если возникнут вопросы — я рядом. Зовут меня Лай'ма. Я одна из хранителей Севры — рощи, что отделяет нас от остального мира.

Мэрэй кивнула вежливо, чуть сдержанно:

— Благодарим. Мы не ожидали столь внимательного приёма.

— Са'Нара не всегда принимает, — спокойно сказала Лай'ма. — Но если уж приняла — значит, чувствует в вас что-то нужное.

Юта огляделся, сдерживая лёгкое недоумение:

— Остров чувствует?.. Звучит почти как легенда.

— Здесь легенды и правда живут ближе, чем вы привыкли, — мягко ответила Лай'ма.

Милит, стоявшая чуть позади, сглотнула и неловко поправила ремень сумки. Глаза у неё чуть расширились — не от страха, скорее от тихого изумления, будто она и правда поверила, что остров может чувствовать. Она была молчалива, но на лице читалось всё: усталость, волнение, и лёгкое трепетное восхищение.

— Мы пришли с уважением, — произнёс Тайро, наконец. — Нам интересна ваша культура, но мы не собираемся вмешиваться. Это не наша цель.

Лай'ма кивнула, коротко, будто одобряя.

— Тогда оставайтесь спокойно. Ваши хижины готовы, у каждого — своё пространство. Примите это как жест доброй воли, — сказала она. — Са'Нара наблюдает, но не вмешивается. И всё же... она ждёт.

Её взгляд задержался на Юте и Милит, но дольше всего — на хижине, в которую зашла Ария. Там, казалось, был ключ к чему-то большему.

Лай'ма развернулась и ушла в сторону Севры, а её украшения негромко звякнули, как колокольчики, скрытые в складках ткани.

Тайро остался у порога, глянул на Мэрэй, затем на Милит, которая заметно нервничала. Он положил ей руку на плечо — коротко, спокойно. Она кивнула, будто благодаря за это молча. И тогда он шагнул в хижину, прикрыв за собой дверь.

В хижине стало жарче. Плотная ткань дорожной одежды липла к телу, и Ария почувствовала, как солнце острова проникает даже сквозь стены. Она выдохнула, осмотрелась и села на край гамака. В углу аккуратно лежали несколько отрезов ткани — явно оставленные для гостей. Цвета были насыщенные: охра, терракот, приглушённая бирюза. Скромные, но удивительно праздничные — с тусклым блеском нитей, вшитых в края.

Она сняла верхнюю одежду, оставшись в тонкой светлой рубашке. Ткань выцвела от времени и почти не скрывала фигуру — просвечивалась до малейших контуров тела. Ария подняла волосы, перехватила их тесёмкой и начала что-то мастерить из найденных тканей, накидывая одну на бедра, другую перекидывая через плечо, аккуратно закрепляя узлы.

Она не заметила, как в дверях появился Тайро.

Он молча прислонился к косяку, наблюдая, как она двигается — уверенно, привычно, словно знала, что делает. Его взгляд остановился на её открытой спине — кожа была чистой, гладкой, и контрастировала с тяжёлой тканью, обвивавшей бёдра. Она стояла к нему спиной, не зная, что он здесь. Тайро сдвинул брови, в голосе прозвучала сдержанная нота сомнения:

— Что это было?

Ария вздрогнула, резко обернувшись плечами, но тут же отвернулась, прикрываясь руками. Она не ожидала увидеть его. Грудь всё ещё была открыта, хотя нижняя часть тела была прикрыта тканью.

— Я не понимаю, о чём ты, — тихо сказала она. — Можешь подождать снаружи?

Тайро промолчал несколько секунд, затем отступил от двери.

— Жду у себя, — бросил коротко и ушёл.

Ария стояла на месте, чувствуя, как дрожь пробежала по позвоночнику. Потом медленно выдохнула и продолжила завязывать ткань. В этот момент её лицо оставалось скрытым, но в глазах плескалась напряжённая тень.

Она закончила. На ней теперь был лёгкий, изумрудно-зелёный наряд, струящийся по телу, словно созданный для этого климата. Полупрозрачная ткань мягко ложилась на кожу, обнажая линию талии, плеч и бёдер. Один из отрезов обвивал грудь, пересекаясь наискосок и уходя за спину, оставляя её почти полностью открытой. Второй лёгкими складками ниспадал с талии, образуя асимметричный подол и высокий разрез по бедру.

Материя просвечивалась, особенно в области живота и бока — едва заметный намёк на наготу, не переходящий границ приличия, но придающий образу почти ритуальную лёгкость. В движении ткань играла, словно живая, — мягко, но смело.

Собрав волосы повыше, Ария закрепила их так, чтобы шея оставалась открытой. Она надела лишь несколько украшений. Немного, но этого хватало.

Образ был завершён. Странно лёгкий, почти праздничный — и в то же время такой, будто он всегда был её.

Не дав себе времени на раздумья, Ария подошла к его хижине. У двери она остановилась. Простояв в нерешительности несколько мгновений, всё же постучала. Внутри раздалось короткое:
— Заходи.

Она медленно открыла дверь. Внутри было темно. Тайро опустил на окна плотные занавеси, и лишь сквозь узкие щели в деревянных стенах пробивался редкий, тусклый свет. Этого едва хватало, чтобы разглядеть фигуру, сидевшую на полу.

Ария не хотела закрывать за собой дверь, но он сказал твёрдо:

— Закрой.

Она подчинилась, хоть и с тревогой. Оглядевшись, заметила, что маска Тайро лежала у входа, на его сумке. Это значило лишь одно — он был без неё. Сердце Арии забилось чаще. Её глаза ещё не привыкли к полумраку, но она успела заметить, как он слегка повернул лицо в профиль. Чёткий нос с горбинкой, пухлые губы. Раньше ей не удавалось разглядеть даже этого.

— Почему они так на тебя смотрели? — раздался спокойный голос Тайро, хрипловатый от долгого молчания.

— Кто? — спросила Ария, делая шаг ближе.

— Ты прекрасно знаешь, — сказал он. — Лай'ма и Нира. Они смотрели на тебя как на кого-то, кого знали. А ты не проронила ни слова. Ты их знала? Или они тебя?

— Нет, — ответила Ария, стараясь держать голос ровным. — Я никогда не была здесь и не встречала этих людей.

— Что-то ты скрываешь, — продолжил он. — Что-то знаешь, но не говоришь?

Ария напряглась. Хорошо, что было темно, иначе он увидел бы, как побледнело её лицо. Но она собрала силу воли:

— Я ничего не скрываю. Ты и так знаешь обо мне всё. Всё, что тебе нужно знать.

— Мне кажется, ты всё-таки что-то оставляешь при себе, — сказал Тайро глухо. — Я должен знать всё, что может помочь найти мага.

— У всех есть секреты, — резко сказала Ария. — И у тебя тоже. Но мои никак не касаются нашей цели. Я не понимаю, почему ты вдруг говоришь со мной так, будто я враг. Я давно доказала, что мне можно верить. Или ты забыл?

Голос её дрогнул, но не от страха — от злости. От обиды. Тайро молчал, а потом вдруг встал.

Свет от щели в стене осветил его глаза. Он подошёл к ней ближе, так близко, что она услышала его дыхание. Затем протянул руку и аккуратно взял прядь её волос, выбившуюся из причёски, и задержал её в пальцах. Его прикосновение было неожиданно мягким, почти бережным. Он изучал эту прядь так, будто искал в ней ответ на неозвученный вопрос.

Затем посмотрел прямо ей в глаза.

Они были не такие, как всегда. В них больше не было настороженности. Лишь усталость. Синяки под глазами выдавали бессонные ночи. А в самой глубине таилась тишина — странная, печальная.

— Извини, — сказал он тихо. — Я просто устал. Всё это... оно выматывает. Я должен быть уверен. Должен понимать. С каждым днём надежды становится меньше.

Он отпустил прядь, отступил на шаг и сел обратно, в темноту.

Ария молчала. А потом, глядя на него в полумраке, выдохнула:

— Не сомневайся во мне.

И в её голосе не было ни обиды, ни страха. Только спокойствие. И решимость, которую он не сразу заметил в ней — но теперь видел ясно.

Он стоял молча, не отводя взгляда. Свет, пробивавшийся сквозь щель, ложился на его лицо — подчёркивая усталость, резкие черты, и глаза, в которых смешались тревога и что-то ещё... слишком человеческое.

— Ты не такая, как я думал, — тихо произнёс он, почти себе под нос. — Слишком...

Он не договорил. Будто сам не знал, какое слово подойдёт.

Ария чуть склонила голову.

— Привыкай.

Она повернулась и вышла, оставив за собой темноту и запах нагретой ткани.

Он так и остался стоять, глядя ей вслед. Ни шагом, ни словом не остановил.

Ария вышла из хижины Тайро, плотно прикрыв за собой дверь. Воздух снаружи был свежее, чем внутри, но от него не становилось легче. Она выдохнула и только тогда заметила фигуру, стоявшую неподалёку.

Милит.
Она будто ждала.

Вид у неё был потерянный — глаза опущены, губы поджаты. Когда Ария вышла, Милит подняла взгляд и... замерла. Взгляд пробежался по наряду подруги — изумрудная ткань, открытые плечи, приталенный силуэт, полуоткрытая спина. Девушка не скрыла удивления:

— Вот это да... — тихо сказала она. — Это тебе кто дал? Или ты сама?..
Ария немного смутилась:
— Сама. Просто... захотелось.
Милит слегка улыбнулась, а потом, с неожиданной искренностью, добавила:
— Поможешь и мне? Всё, что было со мной, осталось там... — она кивнула в сторону, где, далеко за горами, прятался подземный Галлантир. — Ни одежды, ни вещей. Даже простых штанов нет. Я... как-то неловко себя чувствую.

Ария кивнула.
— Пойдём ко мне. Что-нибудь подберём.

Они пошли вместе, и по дороге Милит немного приободрилась. Когда Ария начала доставать ткани, Милит рассматривала их с осторожным любопытством. Пока Ария подбирала и раскраивала отрезы, девушки разговаривали.

— Думаю, Юте понравится, — с лёгкой улыбкой сказала Ария, примеряя кусок ткани на плечо Милит. — Он будет в восторге.

Милит чуть смущённо отвернулась, поправляя прядь за ухо.
— Ты правда думаешь, ему понравится?
— Даже не сомневайся, — улыбнулась Ария. — Он и так на тебя смотрит, как будто боится пропустить хоть один шаг. А в этом наряде вообще с ума сойдёт.
Милит тихо усмехнулась.
— Просто... иногда кажется, что он заботится потому, что я вызываю у него  жалость. Знаешь, как бывает — человек сочувствует, и всё путается. Не хочется верить в это, но...
— Милит, — перебила Ария мягко, — он не из тех, кто путает жалость с влечением. А ты — не из тех, кому нужно сочувствие. Поверь, ты нравишься ему настоящей.

Наступила небольшая пауза. Ария, поправляя ткань, посмотрела на неё сбоку:
— Милит, ты почти ничего о себе не рассказывала. Хотелось бы узнать. Правда.
Та на мгновение замерла. Слова явно застали её врасплох. Но она всё-таки ответила:

— У меня не так интересно, как у вас, — пробормотала она, глядя на свои руки. — Я родом с окраин, из деревни за Галлантиром. Обычное место. Родители держали коней, скот. У нас было много детей — три сестры, четыре брата. Я — самая младшая.
Ария перестала двигать ткань.
— И?..
— И никто особенно не обращал на меня внимания. Все были заняты своими делами. Я ухаживала за лошадьми, и, пожалуй, только они мне и были близки. — Милит улыбнулась, но глаза у неё были печальными. — В какой-то момент мне стало невмоготу. В одну ночь просто собрала вещи и ушла. Захотелось пропасть. Никто и не заметил, думаю.
Она на секунду сжала губы.
— Может, и к лучшему.

— Ты не заслуживала такой тени, — тихо сказала Ария.

— Привыкла. — Милит пожала плечами. — В Галлантире я почти не успела начать жить, как меня сразу схватили. Обвинили в магии. Хотя я... я не маг. Наверное.
Она замолчала.
— И там я встретила Юту. У меня была сломана нога. Он ухаживал за мной. Очень внимательно. Мне казалось, что ему просто было жаль меня... но может, не только это.
— Такая прекрасная девушка могла понравиться любому, — сказала Ария твёрдо. — И вы друг другу подходите. Видно по вам.
Милит опустила взгляд.
— А ты... правда так думаешь?
— Я уверена. И знаешь что? — Ария положила ладонь ей на плечо. — Теперь у тебя есть новая семья. Мы. И я — точно. Я всегда буду рядом.
Милит не ответила, но её глаза стали чуть влажными. Она только кивнула.

— А ты, Ария? — тихо спросила Милит, когда ткань на её боку уже была аккуратно закреплена. — Давно лечением занимаешься? Откуда ты вообще?

Ария на мгновение замерла, поправляя складку на поясе Милит.
— Я из Полтвора. С севера, — просто ответила она. — Родителей убили, когда я была маленькой. Меня приютила знахарка из нашей деревни. Так и осталась у неё.

— И ты сразу начала лечить людей? — с интересом уточнила Милит.

— Почти. Она никого не заставляла, но хочешь не хочешь, живя рядом, учишься. Сначала помогала по мелочам, потом начала сама читать, пробовать... Затянуло.

Милит чуть улыбнулась, глядя на неё:
— Ты правда молодец. У меня нога уже даже не болит. И не хромаю, будто никогда и не ломала.

Ария чуть смутилась, но улыбнулась в ответ.
Милит замялась, словно решаясь, и вдруг тихо сказала:
— Я... тоже хочу учиться. Понимаю, у тебя полно своих дел, но если вдруг будет возможность... ты бы не могла меня учить?

Ария удивлённо моргнула.
— Я никого раньше не обучала. Но если ты действительно хочешь — конечно. Лишние руки всегда пригодятся.

— Правда? — в глазах Милит вспыхнула искра.

— Правда, — кивнула Ария. — Начнём с простого. Посмотрим, выдержишь ли ты мяту, полынь и мой нрав.

Они обе рассмеялись, а в хижине снова стало тепло — не от огня, а от слов.

Милит резко обернулась, сделала шаг к Арии и обняла её крепко, по-настоящему.
— Спасибо, — прошептала она у её плеча. — За всё.

Ария ответила лёгким, но тёплым жестом.
— Иди. Он там, ждёт, даже если сам об этом не догадывается.

Милит улыбнулась, отступила, и, прижимая ладонь к груди — будто пытаясь удержать в себе охватившие её чувства — выскользнула за дверь. Ария подошла ближе и встала в проёме, скрестив руки на груди, и с лёгкой, невидимой никому улыбкой наблюдала за ней.

Милит уже бежала по тропинке вниз, ловко придерживая подол, чтобы не мешал движениям. На её лице светилось нетерпение, но не тревожное, а почти детское. Вскоре она остановилась под деревом, где Юта, стоя на цыпочках, с сосредоточенным выражением лица пытался сбить палкой спелый жёлтый плод, застрявший высоко в ветвях. Он даже не сразу заметил приближение Милит.

Ария прищурилась, всё ещё стоя в тени дверного проёма. Ветер легко тронул её волосы, и она чуть глубже вдохнула. День ещё не закончился, но в этот момент он уже казался по-своему цельным.

— Юта! — окликнула Милит, почти запыхавшись, когда добежала до него.

Он вздрогнул, палка едва не выскользнула из рук, но вовремя перехватил её и, обернувшись, застыл на месте. Его взгляд метнулся вниз — на Милит — и замер. Он даже не сразу нашёл, что сказать.

Наряд, лёгкий и непривычный, подчёркивал её фигуру, но не был вызывающим. Скорее — каким-то естественным, почти обрядовым, как будто она всегда носила подобное. Мягкие складки ткани, цвета густого янтаря, ниспадали с плеч, образуя перекрёст на груди, оставляя открытой шею и ключицы. Подол начинался высоко на бедре, давая свободу движениям, и в то же время казался продуманным. Это было не что-то случайное — это было для неё.

Юта, наконец, моргнул, с трудом отводя взгляд.

— Ты... это... ты что, новую одежду нашла? — спросил он, и голос его предательски сорвался.

— Ария сшила, — с улыбкой сказала Милит и приподняла подбородок чуть горделиво. — Помогла. У меня ведь ничего не осталось... А как тебе?

Юта на мгновение замешкался, но потом выдохнул и опустил палку.
— Честно?.. Ты выглядишь как из другой истории. Не знаю даже... как сказать правильно. Как будто ты всегда была такой. Только я почему-то раньше не замечал.

Милит рассмеялась — мягко, чуть смущённо — и опустила взгляд.
— А я вот боялась, что будет неловко. А теперь... даже нравится. Спасибо тебе.

— За что? — удивился он.

— За то, что посмотрел так. Не как все.

Юта ничего не ответил, но на его лице появилась лёгкая, немного растерянная улыбка. Он потянулся снова к ветке, но, не удержав равновесие, чуть не упал. Милит рассмеялась громче.

— Дай сюда палку, я сама тебе добуду этот плод. Я хоть и не высокая, но лёгкая — на дерево в два счёта влезу!

— Подожди, ты же ещё ногу недавно берегла! — возмутился он, уже инстинктивно делая шаг, чтобы её подхватить, если полезет.

Она подняла руки.
— Всё! Я здорова. Ария волшебница, не иначе.

Они оба рассмеялись — и в этом смехе уже не было ни следа прежнего напряжения. А Ария, наблюдая издалека, всё ещё стояла в дверях. И на её лице наконец появилось лёгкое облегчение.