Экстра 3.
Рожденные друг для друга
Такие тихие погожие вечера теперь случались редко. Дел было слишком много, чтобы наблюдать за изменениями в природе и ее красотами. Но те редкие моменты, когда удавалось вырваться из тяжелых будней (назвать их серыми и скучными точно язык не повернется), так крепко оседали в памяти, что запоминались навечно.
Солнце практически село. Багряные лучи ласкали лица королевской четы, сидящих на берегу реки и устроивших романтическое свидание. Солнце пригревало, заставляя щуриться. Оно медленно исчезало за горизонтом, растягивая этот сладкий вечер. Водная гладь была не спокойна. Сильное течение реки создавало волны и монотонный шум. Впереди виднелся темный лес. Верхушки деревьев исчезали высоко в небе. Оттуда доже доносились звуки: зверей и насекомых. Справа был мост, по которому в такое время уже не ездили повозки, и место было уединенным и тихим.
Нортон и Марселла сидели на клетчатом пледе. Между ними стояла открытая бутылка золотого вина и два полупустых бокала. В сторону были сброшены кожаные сумки. Лошади, привязанные к дереву, ржали позади.
Изначально они хотели поехать к озеру Утопия, но поздно освободились и не решились возвращаться по лесу в темноте. Впрочем, и здесь было неплохо. Бурлящая река напоминала яркую, не стоящую на месте, жизнь Марселлы.
Марселла запрокинула голову к небу и вздохнула свежий вечерний запах. В простой одежде: брюках и рубашке, без короны на голове она казалась настоящей и живой. По-настоящему проживала каждое мгновение. К тому же рядом был Нортон. На нем тоже не было привычной пафосной мишуры: короны, дорогих сюртуков. Обычный Нортон, каким он был до того, как занял престол.
– Знаешь, мне так нравится здесь, – вздохнула полной грудью Марселла, обращаясь к Нортону.
– Давай приезжать сюда почаще.
Марселла опустила взгляд и обратила внимание, что Нортон все это время смотрел на нее. Какие бы вокруг ни были пейзажи, произведения искусства и развлечения, он всегда смотрел только на свою любовь.
Марселла улыбнулась. Та нежность и любовь, вкладываемая в эту улыбку, отражалась в его взгляде. Привычно холодные черные очи стали самыми эмоциональными. Стоило взглянуть Нортону на Марселлу, как все эмоции тут же читались на лице.
– Почему ты всегда смотришь на меня? – ухмыльнулась Марселла, чуть наклонившись в сторону Нортона. Ее темные волосы спали на лицо. – Вокруг ведь такой пейзаж! Ты только глянь на эту реку, вслушайся в ее шум, будто в музыку, посмотри на солнце. Оно словно убегает, и тебе хочется его догнать.
– Это все очень занятно, – отмахнулся Нортон, загадочно улыбаясь. – Но не придумали еще ни одного пейзажа красивее тебя. Так зачем мне тратить свои взоры на то, что не привлечет меня?
– Ты преувеличиваешь мою красоту, – хмыкнула она, щурясь от луча солнца, который упал на ее лицо. Нортон придвинулся чуть ближе и заправил прядь волос Марселле за ухо нежным прикосновением.
– О нет, это ты приуменьшаешь ее. Даже солнце ласкает тебя так, будто ты ангел Царства Света.
Марселла улыбнулась шире и отвела взгляд. Ей было до сих пор неловко слушать такие романтичные комплименты от мужа. Его прикосновения обдавали жаром, словно в первый раз.
– Знаешь, Нортон, я очень рада, что мы встретились, что познакомились при дворе, что ругались и мирились. Это часть нашей истории, я ни на что не променяла бы ее.
– Я тоже счастлив с тобой.
– Нортон, может, это покажется странным, но... – Марселла отстранилась от Нортона и потянулась к сумкам.
– Что такое? – обеспокоенно спросил он.
– Ты помнишь, какая сегодня дата? Вернее, годовщина чего? – она неловко отвела взор. – Ладно, это все глупости, поэтому я просто подарю тебе подарок, ладно?
Марселла натянуто улыбнулась и достала из сумки маленькую коробочку. Она нервничала, потому что считала и годовщину, и подарок глупыми. Она подверглась собственным чувствам и теперь смущенно пыталась отдать то, что придумала на эмоциях.
Нортон принял от нее коробочку и тут же открыл. Внутри лежало украшение. Подвеска на длинной серебряной цепочке. Подвеска была сделана в виде узорного зеркала, крохотное стекло которого было лазурного цвета. Нортон повертел в руках подвеску и достал ее из коробочки крайне аккуратно.
– Она открывается, – Марселла прикусила губу. – Наверное, ты посчитаешь меня эгоисткой, но я так хотела, чтобы тебе понравилось... – Марселла сжала край одеяла. Ее еще никогда не охватывала такая неловкость.
Нортон открыл подвеску. Бережно, его пальцы двигались нежно, будто касались самой Марселлы, а не подаренного украшения. Внутри зеркала с одной стороны была надпись маленькими буквами: «Навечно твоя М. Д.», с другой – небольшой портрет Марселлы, который она попросила сделать художника, обучавшего при дворе Ониши. Она получилась на портрете совсем юной и нежной, не схожей с тем портретом, висевшим во Дворце, на котором ее грозный вид сразу говорил о стойком характере и строгой дисциплине.
– Я люблю тебя, – прошептал Нортон. – Люблю до такого безумства, что мое сердце сейчас разорвется, – он прижал медальон к груди. – Это вовсе не эгоистично! Ты всегда будешь рядом со мной, даже если захочешь уйти.
– С чего бы мне уходить? – хохотнула Марселла, облегченно выдыхая. Она так волновалась, что подарок Нортону не понравится! – Так просто ты от меня не отделаешься. Тебе правда нравится? – Марселла взяла медальон из рук мужа и расстегнула цепочку, чтобы надеть его на шею.
– Я счастлив, – выдохнул он и тоже улыбнулся. Марселла подалась вперед, чтобы надеть медальон. Нортон обхватил талию Марселлы руками и прижал к себе. Девушка хохотнула, обдав жаром дыхания его шею, и ловко застегнула украшение.
Они пробыли в объятиях друг друга некоторое время, после чего Нортон отстранился и заявил.
– Годовщина нашего первого поцелуя.
Марселла вздрогнула. Она удивленно уставилась на мужа большими глазами.
– Ты помнишь?..
– Мы поцеловались ровно год назад у озера Утопии. И я тоже приготовил подарок, подходящий твоему характеру.
– Мы ведь не договаривались! Ты хотел поставить меня в неловкое положение?
– А ты? – Нортон улыбнулся. – Я не планировал ничего получать от тебя взамен и даже не хотел напоминать про годовщину. К тому же я давно хотел подарить тебе это, – Нортон порылся в сумке. – О твоей оружейной знает весь двор, любуются гости и побаиваются слуги. Я хотел, чтобы у тебя было особенное оружие, которое говорило о том, что оно именно твое.
– Ты меня заинтриговал.
Нортон достал вытянутую бархатную коробочку черного цвета. Марселла медленно открыла ее и ахнула. Внутри лежал кинжал. Но это было не просто оружие, таким даже убивать жалко. Кинжал был длинным и острым. Его лезвие немного загнуто вперед. Рукоятка выполнена из темного дерева. На ней выдавлены инициалы «М. Д.», а вокруг буквы были выложены мелкими драгоценными камешками, которые переливались на свету.
– Нортон...Нортон, это правда шикарно! – воскликнула она, бросившись в его объятиях. – Мы подготовили подарки друг другу, даже не сговариваясь? – прошептала она ему куда-то в шею. Нортон хмыкнул и закивал.
– Может, мы и правда были рождены друг для друга?