Экстра 2.
Запомнившаяся свадебная церемония
Генерал Д'арэн танцует в коридоре у лестницы. Его движения легки и грациозны. Рослый стан, большие руки, твердые ноги – все двигается в такт музыки. На нем золотистый камзол с орденами, грубые ботинки, подошва которых громко стучит при его движениях. Темные волосы, так долго укладываемые этим утром в покоях, растрепались, но так он выглядит даже свежее и моложе.
Привычно угрюмое лицо разгладилось. В глазах трепет и радость от происходящего. Некоторые девушки, несмотря на то что это свадьба, смотрят на Д'арэна с открытыми ртами, не отрывая страстного взгляда. Они явно завидуют невесте.
Д'арэн женится. Марселла не может поверить в то, что ее брат совсем скоро станет мужем. И хотя она сама давно жена, они с Нортоном так привычно много времени проводили вместе, что их свадьба стала чем-то ожидаемым. Брат же устраивал со своей возлюбленной тайные свидания, долго не желая раскрывать правду об украденном сердце. Марселла и не думала, что ему придет так скоро время жениться.
Правда, с самого утра все пошло не по плану. Наверно, даже с прошлого вечера, поэтому сейчас Д'арэн вместо того, чтобы вести невесту под руку в тронный зал к святочу, танцует в коридоре фейрийский танец для услады гостей. Марселла и несколько подруг невесты устроили выкуп, который совершенно не планировался. И теперь девушки не знали, сколько времени хватит гостям, чтобы прознать про то, что все конкурсы – чистая импровизация.
Выкуп отправились смотреть далеко не все гости. В основном, все остались в тронном зале выпивать и беседовать, ожидая начала церемонии. Приближенные придворные, высшие чиновники и богатые купцы, как важные гости, наблюдали за неожиданным торжеством, устроенным королевой, принцессой Кассандрой, госпожой Амелотой и принцессой Подводного Царства.
Музыкант замолк, ударив по струнам арфы в последний раз. Д'арэн, тяжело дыша и улыбаясь, останавливается, поправляя рукой прическу. Марселла громко аплодирует. Она находит глазами в толпе Нортона. Тот с прищуром смотрит на нее. Он разоблачил их ложь самым первым, Марселла уверена в этом.
Внезапно рядом с ней возникает Кассандра, хватает ее за рукав платья, видимо случайно запнувшись, и глупо хихикает. Марселла наклоняется к ней, и Кассандра обдает ее своим дыханием, в котором еще чувствуются нотки золотого вина.
– Эделаида уже одевается, платье никак не лезет на нее, но Араэль должна помочь. Как только она придет, можно отводить жениха в спальню.
– Почему не лезет? – нахмурилась Марселла, сжимая руку Кассандры, чтобы та точно не упала. Она из всех девушек протрезвела хуже всего. Она смотрит большими глазами на королеву и глуповато хлопает ресницами, будто Марселла спросила какую-то несуразицу.
– Думаю, она просто все еще пьяна.
Марселла понимающе кивает. Хотя ей хочется только плакать. Если она сорвет свадьбу брата, он ей этого не простит.
Из-за загруженного рабочего графика девушкам встретиться заранее не удалось. К тому же все давно жили порознь, на свадьбу во Дворец прибыли только пару дней назад. Вчера ночью Марселла, Кассандра, Амелота, Араэль и Эделаида собрались в выделенной сестре посла спальне (приняли решение, что свадьбу высокопоставленного чиновника будут играть именно во Дворце) и отмечали ее последний день свободы. Изначально они планировали просто вместе почитать, примерить наряды на свадьбу и скучно, но дружно, провести время вместе, но все вышло иначе.
Амелота принесла алкоголь. Когда все девушки удивленно уставились на бутылки золотого вина в ее руках, она лишь бросила: «Вы правда хотите провожать этот день трезво?» – будто и не думала, что они планировали устраивать вечерние посиделки без алкоголя.
И они напились. Марселла не считала, что они совершают что-то плохое. Все девушки взрослые, и они всего лишь провожали очередную подругу замуж. Марселла не хотела становиться затворницей после того, как на нее возложили корону. Она отдавала трону очень много сил, поэтому в недолгом расслаблении с подругами, тем более по такому вескому поводу, не было ничего страшного. Вот только девушки совершенно не рассчитали время, проспали рассвет и очнулись, когда до самой церемонии оставалось несколько часов.
Марселла никогда не забудет, как, отрыв глаза, она обнаружила, что на кровати принцессы спят вместо одной девушки сразу пятеро. Все они выглядели, мягко говоря, неподготовленными к знаменательному празднику. Марселле пришлось брать все в свои руки и разыгрывать спектакль с конкурсами для брата, чтобы отдать ему невесту.
Марселла натянула кривую улыбку, чувствуя, что другие гости смотрят на них, потому что королева являлась организатором. Марселла наклонилась к уху подруги и зашептала, чтобы никто из придворных случайно не услышал ее.
– Почему она не протрезвела? Она казалась мне грустной и уставшей, но точно не пьяной с утра.
– Я немного налила ей, – также заговорщицки прошептала Кассандра. Марселла закатила глаза и хохотнула.
– Похоже, и себе тоже!
– Ой, да ладно тебе! – пихнула она ее в плечо. – Ты помнишь, что было на твою свадьбу? – она ухмыльнулась. Марселла попыталась спрятать взгляд. На официальную свадебную церемонию королевской четы весь двор напился так, что половина той ночи не помнили, а остальная половина лишь отрывками. Марселла всегда категорично относилась к пьяным празднествам, пока не познала тяжесть труда и скудность отдыха. – А Эделаида моя подруга, с которой я училась с первого курса, ее выдавать замуж, будто выдавать свою дочь.
– Хорошо, уговорила, – бросила Марселла, быстро сдаваясь. – Приведи Амелоту, куда она запропастилась? И когда уже Араэль появится... У меня заканчиваются конкурсы!
– Кольца? – шепотом продолжила Кассандра.
– Точно! – радостно воскликнула Марселла и, подняв голову, с притворной улыбкой продолжила вести свадьбу. – Генерал Д'арэн, мы поняли, что вы жених достойный Эделаиды, но осталось вам найти кольца! Как же вы обручитесь без колец?
Толпа с воодушевлением зашепталась, переговариваясь и размышляя, куда, создавая квест, удумала королева с подругами невесты запрятать кольца. Д'арэн, похоже, чувствовал себя в своей тарелке, и ожидание перед встречей с невестой, наоборот, только сильнее разжигало в нем пламя страсти и чувств.
– А кольца-то где? – резко наклонилась Марселла к Кассандре. Кажется, она отдала сегодня коробочку Амелоте, та передала принцессе, чтобы она, зная Дворец, перепрятала их.
– Как где? У Альвгейра в шапке.
– Что? – хлопнула глазами Марселла.
– Что? – не понимающе уставилась на нее Кассандра. – Я спрятала коробочку с кольцами в шапочку Альвгейра, сына Араэль. Она сама мне предложила это!
– Пьяные дуры, – отмахнулась Марселла, захохотав. – Итак! – Марселла хлопнула в ладоши, чтобы привлечь внимание взбудоражившейся толпы. Похоже, они никогда не были на похожих конкурсах перед церемонией бракосочетания, поэтому для них все это было очень интересно. – Кольца находятся у наследника целого королевства!
Подсказка была понятной, практически прозрачной, однако, Д'арэн задумался. Впрочем, и правда было странно прятать кольца у шестимесячного ребенка. Кассандра упорхнула искать Амелоту, пожелав Марселле удачи. Да, она ей точно понадобится.
Д'арэн почему-то решил, что наследником целого королевства внезапно стал Нортон. Парни странно поглядели друг на друга, общаясь взглядами, и Нортон церемонно похлопал себя по праздничному сюртуку, намекая, что никаких колец у него нет. Толпа зашепталась.
Нортон незаметно юркнул между людьми к Марселле. Она сделала вид, что не замечала настырного взгляда мужа. Улыбнувшись ему, она положила руку на его локоть. Толпа во главе с Д'арэном двинулась куда-то по коридору в поисках колец.
– Ты не ночевала в покоях, – прошептал Нортон, наклонившись к Марселле. Его брови сошлись на переносице.
– Мы заболтались с Эделаидой, – отмахнулась она. – Так вышло. Ты потерял меня? Скучал? – она игриво прищурилась, пытаясь забрать себе инициативу в разговоре.
– К чему весь спектакль с конкурсами для Д'арэна? – настаивал на своем Нортон. Марселла на мгновение замерла. Лгать Нортону ей не хотелось, но и рассказывать правду тоже. Вряд ли он бы похвалил ее за пьяную ночевку в ее возрасте и положении королевы.
– Чтобы было веселее.
– Что-то с Эделаидой? – нахмурился он.
– Все в полном порядке! – чересчур эмоционально воскликнула Марселла. Д'арэн вел людей на второй этаж.
– Ты лжешь мне? – он угрожающе наклонился, и его тон, будто холодная сталь, коснулся кожи Марселлы, вызывая мурашки. Она не боялась Нортона, но за ложь было совестно. Она чувствовала себя девочкой-подростком, скрывающей от родителей первую вечеринку. Его лицо было совсем рядом. Марселла втянула воздух через нос и выдохнула. Нортон нахмурился пуще прежнего. – От тебя несет золотым вином. Да ты пьяна! – усмехнулся он, но в голосе не слышалось злобы. – Вы что, так напились вчера, что теперь достопочтенная и такая правильная Эделаида не может выйти замуж за своего суженного?
– Прекрати издеваться, Нортон! – толкнула его Марселла. В их сторону повернулось пару вельмож, и Марселла натянула улыбку. Ухмылка Нортона стала еще игривей. Кажется, ситуация его забавляла.
– Ваше Величество королева! – вдруг окрикнул ее Д'арэн. В его голосе слышалась неловкость. – Во Дворце присутствует единственный наследник целого королевства – принц Альвгейр. Вы же не хотите сказать...
– А почему нет? – невинно улыбнулась Марселла. Нортон устало вздохнул и провел ладонью по лицу. Такое выкинуть могла только его жена.
– Вы что, отдали кольца младенцу?
– Они спрятаны от него, ребенок в безопасности.
– И как ты требуешь больше свободы, если ты буквально отдала свадебные кольца брата шестимесячному ребенку? – покачал головой Нортон, покосившись на жену. Она прыснула от смеха. Звучало и правда нелепо.
– Во-первых, это не я. А, во-вторых, я не специально.
Тут возникла новая проблема. Мать принца Альвгейра находилась сейчас в покоях Эделаиды, а все слуги были направлены в тронный зал для обслуживания гостей на церемонии. Дети были предоставлены либо сами себе, либо родителям.
Спальня Альвгейра была распахнута. Сквозь толпу протиснулись Кассандра и найденная принцессой Амелота. Они удивленно хлопали глазами, глядя на дверь.
– А где принц?
Нортон так шумно вздохнул, что у него вены на лбу вздулись. Марселла похлопала его по плечу, стараясь поддержать и намекая, что это не самая страшная их выходка.
– Ребенок уже неплохо ползает, – раздалось в толпе. – Конечно, он не захотел оставаться один.
В коридоре за поворотом раздался детский смех. Все переглянулись, одарили друг друга многозначительными взглядами, и Д'арэн неожиданно понесся по коридору, видимо крайне сильно желая заполучить несчастные кольца и наконец-то жениться на Эделаиде.
Несколько девушек вместе с принцессой и королевой понеслись вслед за генералом. Он завернули за угол, едва войдя в поворот. Альвгейр на мгновение испугался такого внимания, а затем, оценив всех взрослых большими карими глазами, развернулся, приняв все за игру, и пополз дальше, хохоча как никогда раньше.
Марселла никогда бы не подумала, что ей понадобится нестись по коридору Дворца, ловя чужого ребенка. Наконец, им удалось схватить маленького проныру. Смех немедленно прекратился. Д'арэн ловко вытащил из шапки бархатную коробку, проверил кольца. Марселла пыталась удержать на руках вырывающегося младенца. Она протянула его Кассандре, но та отшатнулась, изумленно уставилась на ребенка, а затем с осуждением бросила королеве.
– Не губи дитя, не подпускай его ко мне.
Тут появилась Араэль. Она глянула на сына, на его скорчившуюся гримасу, готовую разразиться слезами, и немедленно забрала ребенка. Она бросила многозначительный взгляд на королеву, и Марселла кивнула.
– Что ж! Д'арэн, ты большой молодец, достоин забрать невесту из Дворца, пойдем уже в покои. Все затянулось, – недовольно буркнула Марселла, будто это ее брат слишком долго выполнял ее просьбы.
Они прошли по коридору к гостевым спальням. Разговоры гостей стали громче. Все хотели увидеть невесту. Марселла надеялась, что Араэль собрала ее, не позволив слишком много пить. Если сейчас она зайдет и увидит полуголую Эделаиду с бутылкой вина, как вчера...
Нет. Эделаида была одета. Даже в свадебное платье. И никакой бутылки в ее руках не было. Она сидела на столе и со скучающим видом болтала ногами. Ее длинное струящееся волнами белое платье, расшитое кружевами, подрагивало в такт ее движениям. Руки были открыты, платье с открытыми плечами могла позволить себе не каждая девушка, боясь осуждения, но Эделаида, всегда казавшейся скромной и тихой, оказалась не из трусливых. Впрочем, платье ей идеально шло. Оно смотрелось на ней как литое.
Д'арэн поднимает на руки невесту и выносит ее из спальни. Гости аплодируют. Д'арэн несет ее вниз. Марселла с принцессой и мужем направляется в конце процессии. Кассандра, держа Марселлу под руку, шепчет.
– Похоже, все обошлось. Куда делась Араэль? Она исчезла с сыном? Надеюсь, присоединится к празднику. Я уже боялась, что церемония сорвется, – она вытерла со лба незаметную капельку пота. – Этот позор тогда никогда бы не забыли.
– Мы и так его не забудем, – прыснула от смеха Марселла. – Кольца у ребенка... – причитала она. Кассандра попыталась сдержать смех и прикрыла рот ладошкой.
Перед началом церемонии представили королевскую семью. Марселла и Нортон восседали на троне, следя за проходящей церемонией. После обмена кольцами и довольно быстрой церемонией все заняли места за столом. От главенствующих мест короля и королевы расходились вельможи и придворные чиновники. Чем выше статус, тем ближе они к королевской чете.
Вернулась даже Араэль. Все принялись праздновать. Рекой лилось золотое вино. Текли без перерыва поздравления и напутствия молодым.
В тронном зале раздался детский смех. Все огляделись, но никакого ребенка не увидели. Переглянувшись, все срочно решили это обсудить.
– Вы слышали, ребенок смеялся? – спросил первый вельможа.
– Смех ребенка? – тут же подхватил другой вельможа.
– Это какое-то выражение?
– Переносный смысл? Вы думаете, намек на...
– Плач ребенка?
– Да нет же, смех!
– Смех? Наверное, из-за ребенка! Кто-то смеется, узнав про ребенка?
– Про ребенка? Вы хотите сказать, что наша госпожа беременна?
– Да что вы! – вельможа махнул головой в ее сторону. Марселла пила с Нортоном на брудершафт. – Не Ее Величество, а, наверное, невеста!
– Да-да, она сегодня и правда странно себя ведет.
– Невеста беременна? – послышалось из-за стола.
– Невеста? Ждет ребенка? – доносилось изо всех уголков.
Эделаида отложила приборы, оторвавшись от званного ужина, подняла взгляд и тыкнула себе пальцем в грудь.
– Я? Беременна? А почему я этого не знаю?
Д'арэн прыснул от смеха, вилка в его руках дрогнула. Он тоже отложил приборы, потянулся к жене и поцеловал ее в лоб.
– Не слушай этих выпивших сплетников, дорогая.
Вельможам стало неловко. И чего они распускают слухи про беременную невесту?
– А кто тогда ждет ребенка? – вдруг вновь зашептались за столом.
– Да кто вам вообще сказал, что кто-то ждет ребенка! – воскликнул некто.
– Вы же мне и сказали.
– А мне вон тот молодой человек...
Толпа вновь загалдела, но их разговор был унесен шумом. Все сидящие передавали друг другу информацию, пытаясь выяснить, кто же в итоге забеременел. Слухи во Дворце распространялись со скоростью света, причем каждый сплетник настолько приукрашивал предыдущую небылицу, что сам верил в это и уверовал других.
Советники, Аннет и Лоцеа, сидели к королю и королеве ближе всего. Лоцеа все время наклонялся к Нортону и что-то говорил ему, отчего у короля появлялась улыбка. Друг развлекал его разговорами о вельможах и их поведении.
Женщина рядом с Аннет подняла взгляд на советницу, хмыкнула, глядя на нее, и выдала так уверенно, что ближайшие вельможи тут же замолчали.
– Так это вы беременны?
Лоцеа немедленно повернулся к женщине. Его улыбка померкла, и он недовольно закатил глаза. Только он успел раскрыть рот, чтобы пресечь все слухи, взявшиеся из пустого места, Аннет шумно уронила вилку на тарелку. Ее руки дрогнули. Она схватила белую салфетку и сделала вид, что вытирает губы, закрывая лицо.
Явно подвыпившая Эделаида, алкоголь для которой с утра и уже за званным ужином сделал новую личность с отсутствием скромности, наклонилась вперед, схватившись за стол, хотя это запрещали правила этикета. Д'арэн хмыкнул, но не стал одергивать жену. С чего бы ему запрещать ей вести себя развязно? Она ведь пока способна контролировать себя.
Девушка, с прищуром глядя на Аннет, спросила.
– Ты что, беременна?
Аннет еще больше попыталась спрятаться за салфеткой. Д'арэн коснулся руки Эделаиды, наставляя ее вернуться на свое место. Девушка тут же поняла намек и замерла на месте, чинно сев за столом.
– Анни, в чем дело? – тихо спросил Д'арэн. По столу уже пронесся шепоток. Все косились в сторону советницы.
– Аннет? – окликнула ее Марселла, поднимаясь из-за стола. Она нахмурилась и бросила взгляд на старшего брата, но тот лишь пожал плечами. С чего Аннет так реагирует? Неужели дворцовые слухи настолько неприятны ей? Или, быть может, ей неловко от того, как много люди чешут языками не по делу?
– Дорогая, уже и я в растерянности... – пробормотал Лоцеа, глядя на жену. Его взгляд метнулся к королю. Марселла обратила внимание, как в глазах советника замелькало истинное беспокойство.
– Простите. Вы обратились ко мне слишком резко, – намекнула Аннет на рядом сидящую женщину, наконец-то подав голос. – Я не думала, что это вскроется так... – она подняла глаза на толпу людей, сидящих за столом, а также бросила взгляд на тех, кто просто находился в тронном зале и праздновал.
– Ты правда беременна? – воскликнул Лоцеа, не готовый совладать с собственным голосом. Сердце Марселлы замерло. Неужели...
– Да.
Аннет прошептала ответ так тихо, что лишь рядом сидящие услыхали его. Марселла вздрогнула. Она почувствовала, как краска отливает от лица. Ее любимая сестра, которая заменила ей мать, по-настоящему станет матерью. Нортон немедленно подал руку жене, позволив опереться на нее. Марселла медленно опустилась обратно в шикарный стул и махнула в свою сторону ладонью пару раз, чтобы освежиться.
Лоцеа потребовалась минута, чтобы переварить полученную информацию. Его глаза глупо хлопали, глядя на жену. Он не мог поверить, что это происходит именно с ним, что его любовь и жена только что призналась в том, что у них будет пополнение.
– Аннет, дорогая, – он, наконец, коснулся ее руки и сжал пальцы. Аннет подняла на него волнительный взгляд. – Слова так сильно раздирают меня сейчас, что я не могу и вымолвить ни буковки. Я так люблю тебя, моя дорогая. Мне хочется рассказать об этой новости не просто всему Дворцу, а всему миру.
Аннет улыбнулась. В ее нежном взгляде плескалась любовь. Ей тоже хотелось сказать, как же сильно она любит Лоцеа, о том, как она счастлива носить под сердцем их ребенка, что стоит лучше воздержаться от рассказа всему миру, но высказать все это вслух ей не дали: в тронном зале вновь послышался смех.
Все переглянулись. Вельможи, вновь услыхавшие смех, уже приготовились пускать новый слух, дабы вывести кого-нибудь еще на чистую воду.
Марселла же резко отдернула скатерть. Кажется, она догадалась, что за негодник стал ядром слухов. На полу сидел с улыбкой до ушей Альвгейр. Он держал украденный у кого-то калач и сосал его, потому что зубов не было.
Марселла подхватила на руки ребенка, посадила к себе на колени и, глянув на сестру, потом на Эделаиду и Араэль, которая не уследила за сыном, расхохоталась. Вот тебе и женился брат. И напились, и повеселились, и даже семейные новости узнали.