Эпилог.
В тронном зале, несмотря на огромное количество собравшихся, стоит полная тишина. Кажется, что все затаили дыхание. Из распахнутых окон доносится щебетание птиц и звук проезжающих экипажей.
На самодельном постаменте из дерева клянутся в любви друг другу Нортон и Марселла в кругу людей, которым они доверяют. Все гости и придворные нарядно одеты. На их лицах улыбки и несдерживаемые слезы счастья. И даже дети понимают торжественность сего момента, а потому молчат и внимают каждому слову.
Королевская чета пожелала, чтобы эту церемонию провели генерал Д'арэн и принцесса Кассандра. Руки девушки заметно дрожат, когда она смотрит на младшего брата. Похоже, она пропустила тот момент, когда он так сильно возмужал, и теперь называть его младшим братом – сущее оскорбление. Д'арэн улыбается. Его лицо впервые за долгое время не кажется строгим. Он разглядывает длинное белое платье младшей сестры, расшитый золотом костюм Нортона, их улыбки, рдеющие щеки и блеск в глазах. Он не сомневается, они любят друг друга.
– Готовы ли вы, графиня Марселла, стать женой, верной супругой, спутницей жизни для Его Величества короля Нортона? Готовы ли вы разделять счастье и печаль, слезы и смех? Быть рядом даже тогда, когда кажется, что небо вот-вот обрушится на землю?..
Кажется, Д'арэн хотел сказать что-то еще. Клятва, о какой спрашивала Кассандра у Нортона, тоже должна была растянуться на несколько минут. Но Марселла перебила брата заливистым живым смехом. Взяв ладони Нортона в свои, она счастливо и уверенно произнесла.
– Нечего и спрашивать! Я уже столько прошла с ним! Конечно, я согласна!
На секунду изумленный зал замолкает, а затем раздается радостными аплодисментами и шумными возгласами поздравления. Д'арэн качает головой. Сестра в своем репертуаре должна была выкинуть подобное. Придворные и гости начинают кидать цветы. Зал наполняется приятным запахом свежих цветов. Крики поздравлений застилают собой шум с улицы.
– Любовь моя, позволь же мне поцеловать тебя, – шепотом произносит Нортон. В его черных глазах плещется любовь, искорки и счастье. На его привычно бледных щеках легкий румянец, который Марселле всегда так тяжело было вызвать.
Она улыбается, обхватывает ладонями лицо Нортона и прижимается к нему со страстным поцелуем. Такую пылкость и страсть явно бы осудили в любой другой момент, но все уже знают темперамент новой королевы, а потому этот жест только забавляет народ. Никто не осуждает ее за любовь. Вот она, рядом с Нортоном и смеет целовать его перед сотнями других людей.
Нортон обнимает ее за талию, прижимает к себе. Марселла чувствует себя уютно и тепло, безопасно и комфортно. Она смеется сквозь поцелуй, отстраняется лишь на мгновение и вновь прижимается к Нортону. Она слышит, как бьется его сердце. И, кажется, что оно бьется в унисон с ее.
Пальцы Нортон обхватывают ее бедра. Мужчина отстраняется. Марселла замечает залегшую морщинку между бровью, он хмурится. Она нежно гладит его по щекам, желая расцеловать все его лицо, и ласково спрашивает.
– Что такое?
Он ощупывает твердые предметы на бедрах, а затем начинает смеяться, когда осознание приходит к нему.
– Ты что, спрятала под свадебным платьем кинжалы?
– Старые привычки, – отмахивается она, следя за нежной улыбкой на лице Нортона. – Вдруг ты решишь на меня напасть.
– Обязательно. Но эти кинжалы тебя не спасут, – хитро улыбается он.
Она хохочет и неловко ударяет его в плечо, прижимаясь к телу Нортона сильней, будто боясь, что он исчезнет, стоит ей отстраниться. Но этого не произойдет. Нортон будет рядом. Он будет любить ее и лелеять. И даже смерть не разлучит их.
Для Нортона это самые родные и приятные прикосновения, самая дорогая ему улыбка и самые важные слова, словно сладкая нега, которая растекается по телу, стоит только подумать о такой прекрасной девушке, как Марселла, которую теперь он вправе называть своей женой. Его любовью. Его королевой.
На душе становится так приятно, что хочется зацеловать эту радостную хохочущую Марселлу. Он ловко подхватывает ее на руки под удивленные возгласы людей и спускает с импровизированной сцены. Народ аплодирует и поздравляет. Засыпает их цветами. А Марселла хохочет и крепко прижимается к Нортону.
На душе так тепло и приятно, что их любовь, их яркие чувства передаются другим. Они не просто любят друг друга, они отданы и преданы друг другу, словно правда украли сердца. Они столько всего прошли и обязательно еще пройдут вместе, но их любовь выстоит перед любыми натисками. Ведь любовь – намного глубже грубого слова. Любовь – намного выше и духовнее, чем может казаться на первый взгляд. Они полны этой любви.
И, наконец-то, они среди тех, кого любят и уважают, с кем приятно и сражаться бок о бок, и проводить тихие вечера. Те, кто поддержит, обнимут и будут рядом несмотря ни на что. Те, кто поистине любит.