Глава 19
Плана у них не было. Или они не хотели озвучивать его... Я подумала, что, скорее всего, двое собирались наведаться в Цитадель и решить всё там. Всё это время меня мучили странные мысли: какой-то непонятный страх поселился в сердце. Я так и не сомкнула глаз. Хотя ушла рано, так и не выпив вместе со всеми. Вильгельм заявился в спальню глубокой ночью; думая, что я сплю, лёг рядом и обнял меня. С закрытыми глазами я продолжала думать, что будет, когда всё закончится, и как именно разрешится проблема. Да и разрешится ли?
Я до сих пор гадала о причинах поступков Темпус: она запутала меня ещё при первой встрече. Но сейчас стала будто бы одержима идеей создания нового мира... Ради этого она не пожалела собственных товарищей — богов, что с начала времён вершили судьбу мира.
Даже в объятиях любимого я не смогла уснуть. Возможно, он заметил это, но продолжал обнимать меня.
Я лежала закрытыми глазами, предпринимая попытки погрузиться в сон, но всё было тщетно. Вильгельм гладил моё плечо — я уютно устроила голову на его груди. Судьба этого мира казалась такой же неясной, как и наша личная... Могла ли я поверить, что между нами всё будет хорошо?
Устало вздохнув, я крепче обняла Вильгельма. Он оставил поцелуй на моей макушке.
— Что тебя беспокоит? — ласково спросил он и приник щекой к моей голове.
— Будущее пугает, — пробормотала я, — а тебя ничего не беспокоит?
Мужчина вдохнул аромат моих волос; взяв мою руку, он сплёл наши пальцы.
— Будущее изменчиво, — пророкотал он над моей головой, — в данную секунду оно меняется. Никто не может заранее знать, что произойдёт. Но сейчас есть то, что уже решено, — Вильгельм провёл по моему лицу прохладными пальцами, взяв за подбородок. Он притянул меня к себе и прошептал в губы: — Тебе не нужно об этом беспокоиться. Пока я рядом, всё будет хорошо.
Я кивнула, смотря на него, и потянулась за поцелуем. Сейчас, в данную секунду, на душе стало легче. Прикосновение губ Вильгельма унесло все мысли куда-то далеко, и я наконец смогла уснуть.
***
Следующий день отозвался тяжестью в голове, словно круговорот странных мыслей в ней так и не прекращался. Я проснулась одна. Вильгельм рядом не было, но имелась небольшая записка.
«Я скоро вернусь, будь с Фабианом».
В этот раз он предупредил так... видимо, я слишком крепко спала.
Когда спустилась в гостиную, там было пусто: ни намёка на присутствие кого-либо. Стоило выйти через коридор на кухню, как там обнаружился хмурый Фабиан, который неспешно пил кофе, сидя за обеденным столом.
— Доброе утро, Спящая красавица, — улыбнулся он, отсалютовав мне чашкой. — Выглядишь так, будто не спала вовсе.
— Доброе утро, — зевнула я, подходя к кофеварке, отдающей ароматом американо. — Вы сегодня чертовски проницательны, мистер Леман.
Наполнив чашку бодрящим напитком, подошла к обеденному столу и села рядом с богом Мудрости. Я не стала спрашивать, где Клаус и Руэд — даже подумать об этом сил не было. Сделав пару глотков, почувствовала, как энергия понемногу восстанавливается, и в животе заурчало. Пришлось встать с места и заглянуть в холодильник, где я нашла хлеб, масло и сыр. Сообразив на скорую руку сэндвичи, утолила свой голод.
— Какие планы на сегодня? — спросила я, почувствовал прилив хорошего настроения.
— Думаю о том, чтобы прогуляться по Парижу, — как бы невзначай хмыкнул Фабиан. — Как насчёт того, чтобы сходить по магазинам? Вильгельм всё оплатит. — Мужчина положил на стол чёрную пластиковую карточку. — Собирайся, буду ждать тебя в гостиной.
Фасады старинных зданий, украшенные коваными балконами и зелёными растениями, создавали впечатление уюта и утончённости. Витрины были оформлены с изыском и вкусом, и каждая из них предлагала посетителям шедевры модного искусства. Здесь можно было найти всё: от дорогих брендов до уникальных предметов ручной работы. Роскошные бутики украшали улицу, словно драгоценные камни — корону королевы. При входе в каждый из них царила атмосфера богатства и великолепия; девушки-консультанты в строгих платьях и на высоких каблуках казались настоящими моделями. Шёлк и кашемир, атлас и шифон — всё это сливалось в одно целое, создавая неповторимые образы.
Ароматы дорогих духов и свежих цветов наполняли воздух, делая прогулку по улице настоящим наслаждением. Недалеко от бутиков нашлись кафе с уютными террасами, где можно было отдохнуть от шопинга, наслаждаясь бокалом шампанского и видом на проезжающие мимо автомобили. Звуки французского языка и смеха наполняли улицу, создавая чувство праздника и беззаботности.
— Так куда мы направляемся? — спросила я у идущего рядом Фабиана. На нём был стильный костюм тёмного оттенка, который идеально ложился по фигуре и выгодно подчёркивал её. Хлопковая белая мужская рубашка с аккуратно раскрытым воротником добавляла образу изысканности.
— Мы гуляем, — улыбнулся он, смотря вперёд. — Хочешь что-нибудь купить или посмотреть достопримечательности?
— Честно говоря, нет, — замотала головой я.
— Расслабься, Лета, — вздохнул мужчина, — ты слишком много думаешь.
— Как будто это так легко, — пробурчала я. — Да у меня в голове не укладывается происходящее!
— Для этого и нужно перестать думать, — подтвердил Фабиан. Остановившись на тротуаре, мужчина взглянул на великолепную витрину роскошного бутика. Не заметив этого, я чуть было не врезалась в его спину. Золотые манекены в невероятных нарядах, блестящие украшения и дорогие аксессуары украшали пространство перед нами.
— Красиво, — заворожённо пробормотала я.
— Согласен, — кивнул он и указал на один из манекенов, на котором висело тонкое белоснежное платье средней длины, украшенное кружевом и бисером; оно казалось произведением искусства. Каждый кристалл, каждая страза сверкали и переливались на солнце, словно звёзды на бескрайнем небосводе. — Мне кажется, оно бы тебе очень подошло.
С этими словами мужчина, схватив за руку, потащил меня внутрь бутика.
— Здравствуйте, чем я могу вам помочь? — промурлыкала на французском девушка-консультант, как только мы переступили порог.
— Моей близкой подруге уж очень понравилось белоснежное платье на витрине, — заискивающе пропел Фабиан, подтолкнув меня вперёд.
— Оно в единственном экземпляре, — предупреждающе ответила она и оценивающе осмотрела меня с ног до головы, — но я думаю, что размер соответствующий.
— Замечательно, — обворожительно улыбнулся мой, так называемый, друг.
— Проходите в примерочную, — обратилась консультант ко мне, — я принесу наряд.
Небольшая кабинка встретила меня светлыми стенами и широким зеркалом, расположенным в стене, создающим ощущение простора и позволяющим разглядеть себя в полный рост. Яркие лампы освещали примерочную, добавляя света. Когда я надела то самое платье, то словно превратилась в другую женщину. Оно сидело на мне идеально, словно было создано именно для моей фигуры. Я почувствовала себя принцессой из сказки, готовой отправиться на бал.
— Я хочу его купить, — произнесла я по-французски, восхищённо пялясь в зеркало.
Это была самая быстрая покупка в моей жизни, и от этого она почему-то казалась ещё более приятной. Но выйдя на улицу, мы были вынуждены прервать прогулку.
— Нужно кое-куда сходить, — вздохнул Фабиан, взяв меня за руку, и повёл в переулок, — я перемещу тебя в гостиную, домой. Хорошо?
Мгновенно согласившись, я оказалась внутри знакомого строения. Внезапно с верхнего этажа раздались ужасающие звуки... Таинственный грохот повторился несколько раз, заставляя сердце биться быстрее. Оставив пакет на мягком диване, я ринулась наверх, стремясь к источнику странного шума. Тот доносился из комнаты Вильгельма, дверь в которую была приоткрыта.
Я подкралась ближе к стене; сердце бешено барабанило в груди. Как только до меня донёсся голос Темпус, мои глаза расширились, и я медленно приблизилась к узкой щели, чтобы лучше разглядеть, что происходит за ней. Высокомерная богиня в своём строгом брючном костюме стояла неподвижно, словно скульптура, спиной к входной двери. В её руках блеснуло острое копьё — символ власти и непоколебимости. Перед ней, еле удерживая равновесие, стоял бог Смерти, и его глаза излучали ужасную силу, словно сама тьма застыла в этом взгляде. Неужели она его ранила?!
Я, словно камень, замерла у полуоткрытой двери, не в силах сдвинуться ни на миллиметр, и продолжила внимательно следить за тем, что происходило в комнате.
— Среди руин старого мира останутся лишь боги, — зловеще воскликнула Темпус, — мы начнём всё заново! Создадим идеальную жизнь! Ты и сам прекрасно знаешь, что этот мир давно гниет в войнах, голоде, разрушениях и человеческой алчности! Разве ты сам не осознаешь необходимости всё переделать?!
Вильгельм, сжимая кулаки, поднялся с места и, придерживая кровоточащую ногу, продолжил буравить женщину взглядом.
— Не тебе одной решать судьбу мира. Обновление имеет собственные циклы! Стоит запустить раньше времени хоть один из витков, и последствия будут необратимыми! Ты хоть понимаешь это?! — рыкнул Вильгельм, сжимая кулаки. Мужчина с трудом стоял на ногах, но не подавал вида.
Внезапно я отступила от двери, прижимая руку к груди, пытаясь унять разбушевавшееся сердце. Мои пальцы дрожали, а за рёбрами раздавался беспокойный барабанный ритм. Я глубоко вздохнула, пытаясь собрать мысли и найти внутреннюю опору перед тем, как вернуться к наблюдению.
— Смертные всегда нарушали, и продолжают нарушать баланс! — богиня и дальше говорила на повышенных тонах, её голос звучал пронзительно и мощно. — Это необходимость! А ты мешаешь... Я ведь почти всё подготовила к перерождению каждого!
Не дожидаясь ответа, она в мгновение ока ринулась вперёд, в направлении Вильгельма, держа копьё над головой. Её глаза сверкали яростным огнём, а волосы развевались за спиной, будто языки пламени. В воздухе витало напряжение, словно назревающий разряд молнии, предвещая нечто необратимое.
Сильно сжав кулак, я вдруг почувствовала под пальцами нечто твёрдое и необычное. Осторожно опустив взгляд, обнаружила в своей дрожащей руке злополучный пистолет, украшенный золотыми руническими письменами.
Словно вихрь, несущаяся сквозь мрак, я безмолвно толкнула ногой дверь с неожиданной решимостью. И в тот же миг из оружия вырвался молниеносный выстрел, эхом отразившись внутри меня. Я даже не успела задуматься: всё произошло так быстро, а словно время замедлило свой бег.
Пуля со свистом пронеслась сквозь пространство комнаты, с удивительной точностью отрикошетила от копья Темпус и с грохотом вонзилась в стену. Оружие в руках женщины задрожало, заставив свою хозяйку замереть в недоумении. Богиня резко обернулась в мою сторону, забыв обо всём, что творилось вокруг, и, словно выпущенная тетивой стрела, бросилась ко мне.
— Лета, беги! — громогласно прокричал Вильгельм. Опомнившись, я стремительно отскочила в сторону, отдаляясь от двери, в которую с силой вонзилось копьё Темпус. Я приземлилась на колени, ухватившись за кровать. Глаза богини были наполнены гневом и яростно метали во все стороны искры.
Меня ослепила вспышка света, неожиданно возникшая посреди комнаты, вынудив зажмуриться. Я почувствовала, как яркое сияние проникло сквозь веки, заливая всю комнату лучами.
— Простите за задержку, — пропел голос Фабиана, заставивший меня распахнуть глаза, — я не опоздал?
Вспышка рассеялась, а вместо неё посреди комнаты, между Темпус и Вильгельмом, возник Фабиан, на руке которого висел кулон бога Смерти. Мужскую фигуру обрамляло сияние, превращая её обладателя в подобие ангела с оружием в руках. Вмиг кулон начал мерцать, меняя форму, — теперь вместо него в лучах света появилась коса, готовая исполнить смертный приговор.
Глаза богини округлились, наполняясь ещё большим гневом. Она лёгким движением руки вытащила копьё из деревянного плена и направила его на бога Мудрости.
— Вот значит как, — протянула женщина, смотря на соперников, — вы восстали против Верховной! Знаете, что за этим следует?!
Фабиан метнул косу в сторону Вильгельма. Воздух наполнился таинственной энергией, когда рука бога Смерти коснулась своего оружия. Метаморфоза внезапно охватила Вильгельма, и его ненадолго скрыло серебристое сияние, но через секунду всё прекратилось — он принял божественное обличье.
— Фабиан, — пророкотал Вильгельм, — я сам с ней разберусь. Помоги Лете.
Бог Мудрости кивнул и медленно двинулся в мою сторону... Нас разделяло несколько метров, но Темпус держала копьё наготове. Богиня могла сотворить что угодно, лишь бы исполнить задуманное.
Вильгельм ринулся в бой, с невероятной скоростью занося косу над женщиной; я, затаив дыхание, наблюдала за этой сценой. Как только богиня отвлеклась, Фабиан оказался рядом со мной.
— Лета, я перенесу тебя подальше отсюда, — шепнул он, хватая меня за руку. Я испуганно схватилась за его ладонь и замотала головой. — Здесь опасно!
— Я не...
— Прошу тебя! — перебив меня, твёрдо сказал мужчина. Сглотнув подступивший к горлу ком, я кивнула.
***
Комната выглядела знакомой, словно я вновь оказалась в доме Вильгельма в пригороде Цюриха. Каждый предмет, каждый уголок помещения возвращал к странным обстоятельствам нашей встречи.
Я испуганно сжалась, обхватив себя за плечи, и прислонилась к стене. В гостиную вбежали Клаус и Руэд с оружием в руках. Стоило увидеть их, и захотелось плакать. Мужчины поняли, в чём дело, без объяснений. Клаус убрал пистолет в кобуру и подошёл ближе.
— Красотка, — мягко произнёс он, положив руку мне на плечо, — ты в безопасности.
— Он остался там, — всхлипнула я, понимая, что слёзы уже градом катятся из глаз, — это жутко! Она его ранила... Если бы не Фабиан, то не знаю, как бы всё обошлось. И теперь непонятно, что происходит. Я волнуюсь.
— Не сомневайся в нашем начальнике, — шутливо возмутился Руэд и подошёл ближе, — он сильнее всех!
— Угу, — кивнула я, шмыгнув носом. — А давно вы здесь?
— Нет, — задумчиво произнёс Клаус, — пойдём — будем лечить нервы.
Мы прошли в кухню, и я немного успокоилась, перестав плакать. Руэд присел за стол рядом со мной, а Клаус направился к столешнице, где, щёлкнув кнопкой чайника, открыл дверцу шкафа, издавшую тихий скрипящий звук. Оба моих спутника молчали, давая возможность привести чувства в порядок, поддерживая одним своим присутствием. В голове была каша из непонятных мыслей и эмоций.
Чайник издал протяжный свист, сообщая, что вода уже достигла нужной температуры. Клаус осторожно поставил изящный стеклянный заварник на подставку перед нами, внутри которого изящно танцевали чайные листья. Затем он взял поднос со сладостями со столешницы и разместил его рядом, после чего стал разливать чай; движения его были медленными и уверенными. Когда он подал мне одну из чашек, я почувствовала приятный аромат горячего напитка, который постепенно наполнял комнату. Я вдыхала запахи лесных ягод и чайных листьев в ожидании, пока мое питьё остынет... Сделав небольшой глоток, прикрыла глаза, чувствуя на языке сладковато-пряный вкус.
— Почему Фабиан отправил всех нас сюда? — вздохнула я.
— Мы столкнулись с ним на улице перед домом, — начал Руэд, — друг господина перенёс нас сюда и сказал, что ты тоже скоро окажешься здесь.
— Значит, он подозревал, что всё может так обернуться, — вздохнула я, хватая с подноса шоколадное печенье.
— Остаётся только ждать, — грустно подметил Клаус, — мы сейчас ничем не сможем помочь.
Я и Руэд одновременно закивали, соглашаясь с ним. Наши взгляды встретились, и смех звонко разнёсся по комнате — такой тёплый и чистый. В приятной компании я позволила себе хотя бы немного расслабиться и отвлечься.
***
Время тянулось предательски медленно; неизвестность настораживала, не давая покоя. Я ходила из стороны в сторону, меряя комнату шагами. Неожиданно я будто бы начала переставлять ноги на месте, а всё вокруг стало похоже на поверхность воды, и от каждого моего движения она покрывалась рябью. Что происходит?
Протянув руку вперёд, я ощутила, как кончик моего пальца легко коснулся пространства; прикосновение вызвало замысловатые вихри и волны, которые тут же заиграли перед глазами. Сердце забилось сильнее, и я одёрнула руку, прижав её к себе и испуганно ожидая, что же произойдёт дальше.
Будто разрезая пространство, передо мной появилась Темпус; её лицо исказила безумная гримаса, а по лбу потекла тонкая кровавая струйка. Глаза богини гневно смотрели на меня: казалось, их обладательница была готова голыми руками сломать мне шею.
— Посто... — я открыла рот, чтобы заговорить с ней, но незваная гостья подняла руку вверх, прерывая меня на полуслове и давая понять, что диалога не будет.
Этой же рукой она ударила меня так сильно, что я потеряла равновесие и упала на холодный пол. Подняв на неё взгляд, увидела разгневанное выражение лица, словно Темпус была вне себя от ярости. Стало так больно, что даже дышать оказалось невыносимо тяжело. Я почувствовала во рту солоноватый привкус: от удара мои зубы порезали внутреннюю сторону щеки. Лёжа на полу и чувствуя, как пульсирует боль и судорожно дрожат от непонимания и обиды руки, я не нашла сил, чтобы произнести хоть слово.
Попыталась встать, но Темпус придавила меня к полу коленом, с силой давя на живот. В её безумных глазах мелькнуло нечто странное и похожее на любопытство. Она схватила меня за ворот и притянула к себе.
— Мне без тебя не справиться, — прошипела она мне в лицо, и всё вокруг поплыло.
Вильгельм
Я с грустью призвал косу, зная, что это момент одновременно и битвы, и смертельной расплаты. Под её ударами мечи и копья смертных рассыпались в прах, обезоруживая воинов. Но в сражении с божествами я никогда не использовал это оружие, ведь с косой итог всегда один — смерть. Она — лишь крайняя необходимость или же средство свершения приговора... и я чувствовал эту необходимость, желание спасти смертную... Лету. Мне хотелось её защитить, быть рядом.
Темпус сильна и умна, но её пребывание подходило к концу, и, сжимая косу в руке, я ощущал это. Она изменила пространство вокруг нас... возможно, её волновало то, что смертные могли услышать шум.
Мощные удары рук и ног сопровождались звоном металла. Мой пульс участился, а мысли стали резкими и ясными, как никогда. В глазах этой женщины отражался безжалостный гнев, но искры решимости в моих не гасли.
— Когда ты успел размякнуть?! — с вызовом прокричала она сквозь шум ударов. Игнорируя вопрос, я продолжал череду взмахов в попытках обезоружить Темпус. Я заметил, что Фабиан переместился и достал своё копьё. Богиня раскатисто засмеялась: — Думаешь, не справишься со мной?
— Я не хочу убивать зазря! — рыкнул я, взмахом косы выбив копьё из её рук. Лезвие оказалось прямо у женского горла, но Темпус продолжала хохотать, как обезумевшая.
Фабиан ловко схватил и закрутил оружие, держа в руке. Когда богиня повернула к нему голову, её пальцы задрожали от удивления, ведь глаза моего друга сверкали неподдельным волнением.
— Боюсь, тебе стоит сдаться, — серьёзно проговорил Фабиан, — я всё ещё верю в твоё благоразумие, Верховная.
— Верь, во что хочешь, шут! — выплюнула она и вновь захохотала. Я не выдержал этого и уверенным движением двинул косу вперёд, рассекая воздух. Остриё оружия приближалось к изящной шее, и я чувствовал, как каждая моя мышца всё сильнее напрягалась. Темпус перевела взгляд на меня и с усмешкой растворилась в пространстве.
Лезвие вошло в дверь словно нож в масло.
— Проклятье! — я с силой пробил кулаком дерево, понимая, что Темпус сбежала.
— Она, скорее всего, в Цитадели, — раздался позади голос Фабиана, — её копьё здесь, но там есть оружие остальных...
Странное чувство отозвалось в глубинах моего сознания. Взмахом руки я убрал косу и повернулся к другу. В груди кольнуло с такой необычайной силой, что я пошатнулся, но Фабиан оказался рядом и придержал меня за плечо.
— Темпус только что была в моём доме, — прошипел я, — нам нужно туда.
Друг молча кивнул, поддерживая это решение; мы снова встретились в гостиной, где Клаус и Руэд, излучая замешательство, вели оживлённый разговор, наполненный нотками неуверенности.
— Но в этот миг она и Темпус исчезли, — с трудом проговорил Клаус, шагая из угла в угол комнаты. — Куда она её потащила?!
— Что же теперь будет с Летой... — пробормотал Руэд. — А что будет с нами?
Клаус заметил нас первыми, дёргая товарища повернуться.
— Простите, господин! — хором проговорили телохранители, поклонившись.
Я поднял руку, давая понять, что уже всё слышал и объяснения не требуются. Не сказал ни слова — глаза говорили за меня — всё уже было ясно, всё стало понято. Ощущение внутри не подвело: Темпус действительно заглянула в мой дом, забрав Лету и отправившись в неизвестном направлении.
Я был готов ринуться с места и переместиться в Цитадель, но Фабиан крепче сжал моё плечо.
— Дай тебя хотя бы подлатать, — прошипел он. — Темпус не убьёт Лету.
— Ты не можешь знать наверняка, — отозвался я, опускаясь в кресло.
— Да, но даже так я могу предположить, что Темпус, скорее всего, в Цитадели — перекрыла доступ к перемещениям! — вздохнул друг.
— Значит, пойдём пешком, — хмыкнул я.