Глава 11
Когда мы приземлились, я не почувствовала облегчения — наоборот, ощутила, как натянулась будто струна каждая клеточка моего тела. Напряжение не спадало и после выхода из аэровокзала.
Утро во Флоренции было волшебным и красочным. Над городом раскинулось голубое небо, словно бесконечное полотно, не испещрённое ни единым облачком. Солнце ласкало улицы своими тёплыми лучами, пробуждая в каждом уголке города живую палитру оттенков. Воздух пропитался ароматами цветущих растений.
— Лета, — Рейчел коснулась моего плеча, выдернув из нарастающей дремоты. — Билл поймал нам такси.
— А, да! — вздрогнула я. — Хорошо, я иду.
Мистер Роуз обнаружился у открытого багажника и забрал мой чемодан. Рейчел уже устроилась на заднем сиденье.
— Дорогая, садись здесь, — она похлопала по месту рядом и чуть громче добавила: — Билл, ты будешь сидеть впереди.
Как только я заняла своё место, Рейчел приобняла меня за плечи, прижав к себе.
— Мы довезём тебя до отеля, — тихо проговорила она, — а сами поедем и узнаем, как там Кайл. — Я попыталась запротестовать, но она сжала мои плечи чуть сильнее. — Тебе надо поспать! И никаких возражений, дорогая!
Поджимая губы, я попыталась подавить внутреннее желание спорить, но оно исчезло, словно мгновенно испарившись. В этот миг казалось, что усталость давит на мои плечи, обрушившись на них своим весом, словно неудержимое цунами, захлестнувшее меня.
Я наблюдала проносящиеся мимо пейзажи, предаваясь фантазиям и стараясь отвлечься. Узкие улочки, мощёные камнем, вели меня к сердцу города, где каждый камень, казалось, хранил в себе истории веков. Флоренция окутывала меня своим очарованием, и постепенно напряжение стало отступать, сменяясь чувством глубокого умиротворения и восхищения.
Дальнейшая дорога прошла более молчаливо — лишь изредка мистер Роуз спрашивал у таксиста что-то о местных достопримечательностях, будто стараясь отвлечься от тяжёлых мыслей.
Такси плавно скользило по узким улочкам, обрамлённым старинными зданиями, где ветви виноградных лоз переплетались с балконами и окнами. Вдалеке маячили старинные башни и купола соборов, словно островки в океане красок.
Каждый поворот открывал новую картину — площади с фонтанами, уютные кафе, отдающие ароматом свежесваренного кофе, парки с цветущими магнолиями. Виднелась гордая силуэтная крыша Дуомо — символ величия и красоты этого удивительного города. Вдалеке возвышались величественные купола и шпили, добавляющие городу особый колорит и величие.
По мере приближения к отелю за окном всё чаще мелькали зелёные парки и скверы, украшенные цветущими розами и пышными деревьями.
В номере гостиницы царил уют и комфорт. Стены были выполнены в тёплых оттенках, мягкий ковёр приглушал звуки шагов. В центре комнаты стояла удобная кровать с пушистыми подушками и мягким одеялом.
Большое, занимающее почти всю стену окно открывало живописный вид на центр города, откуда доносился шум улиц. В углу стояло уютное кресло с пушистым пледом, рядом с ним я и оставила свой чемодан.
В ванной комнате царили чистота и порядок. Белоснежные полотенца висели на подогревателе, а аромат свежих цветов наполнял пространство.
Мне было лень даже думать о душе. Сбросив с себя одежду, я спряталась под тёплое одеяло. Мой разум не мог бороться с усталостью, которая обволакивала его мягкими путами. И я погрузилась в глубокий сон.
***
Приглушённая и протяжная вибрация побеспокоила мои грёзы. Не открывая глаз, я нервно зашарила рукой по одеялу в поисках источника звука. Пусто. А дребезжание продолжало раздражать слух.
Со вздохом я подняла голову, тяжело приподнявшись на локте, и потёрла слипшиеся веки. Пару раз моргнув, осторожно оглянулась вокруг, стремясь разгадать загадку неожиданного шума. И тут до меня дошло — источником была моя сумка, небрежно брошенная на кресло.
Пришлось встать с постели и заглянуть внутрь, выудив телефон, на экране которого светился входящий вызов.
— Рейчел! — вмиг проснулась и нажала «ответить» я. — Алло!
— Дорогая, я тебя не разбудила? — голос женщины был уже не таким поникшим, как утром.
— Нет, я уже встала, — приврала я, — есть новости?
— Да! — радостно прокричала Рейчел. — С Кайлом всё хорошо, обещают скоро выписать. Приезжай по адресу, который я сейчас прислала; Билл встретит тебя у входа.
— Хорошо, — я наконец-то почувствовала облегчение, мои губы дрогнули в легкой улыбке. — Скоро буду.
Раскрыв чемодан, извлекла из него свою любимую косметичку, джинсовую юбку с милыми пуговицами и лёгкий летний топ. И скрылась за дверью ванной, где очень быстро закончила водные процедуры и переоделась. Через мгновение, бросив телефон в сумку, я покинула номер.
Спустившись к ресепшену, вежливо обратилась к сотруднику, чтобы узнать о наиболее удобном способе добраться до госпиталя, где Кайла уже перевели в обычную палату. В груди бушевала тревога, но я старалась не показывать её. Мне помогли вызвать такси и, с улыбкой поблагодарив администратора, я покинула здание отеля.
Добралась до больницы быстро: здание медицинского учреждения располагалось всего в нескольких кварталах. Такси остановилось у главного входа, и я сразу заметила фигуру мистера Роуза. Он стоял, прислонившись к колонне, и задумчиво смотрел вдаль. Его лицо выражало смесь облегчения и беспокойства, и я поняла, что новости о Кайле не могут быть полностью хорошими.
Я кусала губы, нервничая перед визитом. Мы действительно давно не виделись, и мне, с одной стороны, не терпелось поскорее увидеть Кайла, но с другой... с другой, меня обуяли странные ощущения. Нужна ли нам вообще эта встреча?
Почему сомневаюсь?! Он мой друг, и я за него переживаю! Тем более, если мы так давно не проводили время вместе — я радовалась возможности увидеться, пусть и при таких обстоятельствах!
— Ты быстро, — поприветствовал меня мистер Роуз и, дождавшись, пока я поднимусь на один с ним уровень, направился внутрь здания. — Пойдём, Кайл уже ждёт.
— Хорошо, — пробормотала я, следуя за мужчиной по белому стерильному холлу больницы прямо к лифту. Когда поднялись на третий этаж, перед нами раскинулся узкий коридор, почти в самом конце которого стояла и с кем-то разговаривала Рейчел; на её плечах висел белый медицинский халат, такой же обнаружился на собеседнике. Это был высокий темноволосый мужчина в тёмно-синем костюме. Чем ближе мы подходили, тем чётче выделялись их образы.
— Лета! — радостно воскликнула Рейчел и, когда я подошла, схватила меня за руки. Женщина забыла о разговоре и радостно обратилась ко мне: — Ты не представляешь, как хорошо, что все мои опасения не сбылись! Я так рада, что всё в порядке! — она вытерла платком проступившие слёзы и подтолкнула меня к двери палаты. — Ой, пойди поздоровайся с Кайлом.
Я была немного удивлена такому поведению, но, видимо, всему виной переживания. Ведь сколько бы нам ни исполнилось лет, для родителей мы всё равно оставались детьми. Как только дверь за моей спиной захлопнулась, я вздохнула и осмотрелась.
Палата была маленькой, но уютной: на столике стояли цветы и фрукты, приносящие каплю радости в стерильную обстановку; белые стены отражали слабый свет лампы, создавая атмосферу спокойствия;. Занавеска, висевшая на окне, тихо колыхалась на ветру, окрашенная яркими оранжевыми лучами предзакатного солнца.
Лёгкий шум листвы за окном дополнял картину, создавая ощущение, что палата находится не в больничных стенах, а в уютном домике на окраине леса.
Моё сердце бешеным стуком заплясало в груди, когда я увидела Кайла, сидящего на кровати с ноутбуком в руках. Лёгкий аромат лаванды наполнял воздух, создавая ощущение умиротворения. Кайл был одет в больничную пижаму, но, несмотря на это, взгляд друга был ясным и полным жизненной энергии. Его короткие золотистые кудри сбились в гнездо, придавая образу такой домашний вид.
— Даже сейчас ты не перестаёшь работать, — по-доброму усмехнулась я, подойдя ближе. Парень повернул голову ко мне, и его взгляд наполнился удивлением.
— Мелочь? — Кайл отложил гаджет и тут же попытался встать.
— Сиди! Не вставай! — засуетилась я. Взяв у стены стул, присела рядом с кроватью и вывалила на друга свои вопросы: — Как ты? Что случилось? Твои родители так перепугались; говорили, что ты в реанимации. Рассказывай всё.
На миг он опешил, но потом широко улыбнулся.
— Ничего страшного не произошло, — закатил глаза он, — просто невнимательно переходил дорогу и меня сбила машина. А в реанимации оказался из-за операции, — Кайл указал на свою загипсованную руку, — сказали, что собирали её по кусочкам.
— Ты с такой лёгкостью говоришь об этом, — ужаснулась я, прикрыв рот.
— Всё уже случилось, мелочь, — его голос приобрёл более серьёзный тон. — Лучше расскажи, что произошло в командировке. Почему интервью отменили?
— Какое интервью? — захлопала глазами я.
— Из-за которого тебя в командировку отправили.
— Честно говоря, уже времени прошло достаточно... — отмахнулась я. — Не помню.
— Странно, — Кайл задумался, нахмурив брови, — ты просила меня собрать информацию перед поездкой... вообще не помнишь?
Я отрицательно мотнула головой. Даже не понимала, к чему он ведёт. Уже не было разницы, что произошло, сам ведь сказал: «Всё уже случилось». Виски кольнуло болью.
— Ты скажи мне: может, тебе привезти что-то, — перевела тему я, — и какой прогноз от врачей, скоро выписка?
Парень замолчал и внимательно посмотрел на меня, но тут же наклонился к тумбочке и достал оттуда маленькую флешку. Вложив её в мою ладонь, он улыбнулся, но так неестественно.
— Всё норм, мелочь, через два дня выпишут, — Кайл сжал мои пальцы в кулак, наклонился ко мне и шепнул: — А это твоё, не потеряй.
Я кивнула, но вдруг мою голову пронзила необычайно сильная боль. Такая, что аж в глазах потемнело. Поднявшись с места, я ухватилась за спинку стула, стараясь не выдать своего состояния.
— Сейчас вернусь, — на подкашивающихся ногах я вышла в коридор. В глазах темнело, дорога, казалось, возникала вспышками. Я шла, держась рукой за стену, пока всё вдруг не погрузилось в темноту.
Постепенно мои глаза к ней привыкли, но я смогла различить лишь силуэты и устрашающие звуки. Обстановка стояла угнетающая, заставляющая погрузиться в апатию и поддаться пустоте в душе.
Под моими ногами что-то хлюпало, но я не могла ясно разглядеть, что это такое. Внезапно нечто словно схватило меня за ноги, и я едва смогла сделать шаг вперёд... Опустив взгляд, увидела рыбий хвост, обвивший мою ногу и пригвоздивший к месту. Задёргавшись в попытках освободиться, я не заметила, что лишь глубже погрузилась в трясину. И продолжала сопротивляться до тех пор, пока моя голова полностью не оказалась под водой.
В своих отчаянных попытках выбраться я ощущала, как жизненная сила покидает моё тело, словно кто-то жадно выжигал из меня каждую каплю воздуха.
Это нечто ускорилось и потянуло меня на дно; я пыталась кричать и сопротивляться под водной толщей, пока запасы воздуха в лёгких окончательно не сошли на нет. Стремление вырваться из объятий сущности, пусть и безуспешное, не угасало, но водные потоки казались непроницаемыми. Несмотря на это, в них, казалось, проплывали белесые силуэты с жуткими мученическим гримасами. Время будто остановилось — создавалось впечатление, что я находилась в воде вечность, и странным было то, что я не теряла сознание, как бы ни было тяжело дышать.
И вот меня с нечеловеческой силой выбросило на серый песок; я, взмокшая и бледная, выкашливала из лёгких чёрную воду. Волосы и одежда прилипли к моим лицу и телу, создавая жуткое ощущение удушья.
Вокруг простирался пейзаж, будто вытянутый из самых мрачных кошмаров. Чёрное море, словно живое, беспокойно шевелилось, набегая на зловеще мерцающий серый песок. Небо, окружённое непроглядным туманом, казалось поглощающим любые крупицы света. Тишина была настолько густой, что создавалось впечатление, будто я всё ещё находилась в воде.
Внезапно перед моими едва открытыми глазами возникли чьи-то ноги, обутые в чёрные кожаные ботинки. Тёмные, словно принадлежащие другому миру, они стояли так близко, что при желании я могла рассмотреть узор на них.
Когда я подняла взгляд вверх, мои глаза наткнулись на фигуру в чёрном плаще, из-под которого вихревым облаком выползала, словно живая сущность, тьма. Таинственное лицо под капюшоном всколыхнуло внутри ужас, будто сама бездна заглядывала в мою душу. Его руки, напоминающие железные клещи, схватили моё тело, и я почувствовала, как меня поднимают над землёй, словно игрушечную куклу.
— Тебе не стоит здесь быть, огонёк, — мягко протянул до боли знакомый голос, который заставил сердце сжаться. Глаза защипало от слёз. Кем был этот мужчина? — Возвращайся.
Неожиданная вспышка света, родившаяся из тьмы, внезапно ослепила меня, словно жгучий огонь прошёлся по моему лицу. Я мгновенно погрузилась в безмолвие; глаза пытались проникнуть сквозь ослепительную пелену, что обволокла чувствительные зрачки.
Под воздействием этого светового шока в моём сознании промелькнули лишь фрагменты звуков и смутных образов. Голоса, говорившие на итальянском, медленно проникали в сознание, словно призраки вторгались в мою душу.
Когда зрение, наконец, прояснилось, я осознала, что лежу в палате, окружённая тремя фигурами в белых халатах.
— Синьорина, Вы меня слышите? — задал вопрос доктор, ослепивший меня фонариком. Я постаралась кивнуть; вышло не очень. Мужчина говорил с лёгким акцентом. — Вы меня видите?
Доктор был преклонного возраста, седые пряди проскальзывали из-под его колпака.
— Да, — прохрипела я, словно действительно пару минут назад откашливалась от воды в лёгких. Горло будто обожгло.
— Помните, что с Вами произошло? — доктор продолжил осматривать мою голову.
— Я шла в уборную, и вдруг в глазах потемнело, — прошептала я, не в силах говорить в полный голос. — Что произошло дальше... я не знаю.
Доктор повернулся и на итальянском что-то сказал медсёстрам, затем вновь сосредоточил внимание на мне. Одна из помощниц кивнула и вышла.
— У Вас случился обморок, — мужчина пожал плечами, — пока Вы были без сознания, мы не обнаружили каких-либо проблем, которые могли бы вызвать такое состояние. Сейчас поставим Вам капельницу. А пока ответьте на пару вопросов. Вы хорошо питаетесь? Достаточно спите?
Вернулась ушедшая медсестра, привезя с собой штатив с препаратом и всё необходимое для процедуры. Она выглядела чуть старше моей мамы — возможно, возраста Рейчел. Неглубокие морщинки уже тронули её лицо.
— Да, — голова перестала кружиться, и я смогла сесть на кушетке, но медсестра указала лечь обратно и взяла мою руку. Женщина быстро и безболезненно поставила капельницу. — Возможно, причиной стал долгий перелёт... и этой ночью я не спала.
— Весьма вероятно, — кивнул доктор. — Как только препарат закончится, нажмите на вон ту красную кнопку, и придёт Лаура. Только после возвращайтесь в отель и отдохните как следует.
Я кивнула в знак одобрения. Доктор очаровательно улыбнулся и удалился. По мере протекания процедуры моя голова медленно прояснялась, головокружение сходило на нет.
Больше всего меня волновал сон... он ли это вообще был? Всё казалось таким реальным, пугающе странным. Тот человек... Кем же он на самом деле являлся? Почему его голос звучал так знакомо?
От невероятного количества мыслей немного заболела голова, и я мотнула ей, отгоняя ненужные. Стоило отдохнуть и не забивать голову тем, что разыгралось в моём сознании.
Вызвав медсестру, которая почти сразу же прибежала, я освободилась от капельницы и перед уходом решила ещё раз заглянуть к Кайлу.
Я приоткрыла дверь палаты: парень сидел в окружении родителей и улыбался. Милая семейная картина, возникшая перед глазами, заставила улыбаться.
— Тук-тук, — уведомила я о своём присутствии.
— Лета! — подпрыгнула на месте Рейчел. — Куда ты пропала? Тебя очень долго не было!
— Всё в порядке, — отмахнулась я, соврав, — просто заблудилась. Думаю, стоит вернуться в отель — я очень устала. — Затем обратилась к Кайлу, подойдя к нему ближе: — Была очень рада тебя видеть. Выздоравливай! А потом все вместе прогуляемся по Флоренции.
Кайл открыл рот, чтобы ответить, но за него это сделал мистер Роуз.
— Мы вернёмся в Торонто сразу после выписки.
Я немного опешила от неожиданности.
— Вот как, — пробормотала я. — Я понимаю... Кайл заставил вас поволноваться, но, может...
— Мы уже всё решили, — ответ отца моего друга был безапелляционным.
— Хорошо, — закивала я, — тогда до встречи!
Я мягко похлопала друга по плечу, но он перехватил мою руку, заставив наклониться.
— Обязательно посмотри, — шепнул он и в более шутливой форме чуть громче добавил: — Надо будет обязательно встретиться и выпить, мелочь.
— Конечно! — воскликнула я.
Здание больницы я покинула, находясь в прострации; всё вокруг казалось таким нереальным. Смотрела по сторонам, наблюдая за прохожими и машинами.
«Нужно поймать такси и поехать в отель...» — кивнув своим мыслям, я направилась к дороге.
Взгляд неожиданно остановился на мужчине, стоящем на противоположной стороне улицы. Он был одет во всё чёрное — и костюм, и рубашка — и пристально наблюдал за чем-то или кем-то. Незнакомец смотрел в мою сторону, будто бы заглядывая мне в душу. И я тоже не могла оторвать от него глаз, ощущая, как по спине пробегает холодок.
Вдруг проехал автобус, прервавший зрительный контакт, и на мгновение я потеряла мужчину из виду. Когда автобус скрылся за поворотом, я снова поискала его глазами, но он исчез, словно растворился в толпе. Я, словно очнувшись ото сна, поспешила поймать машину, оглядываясь по сторонам и пытаясь уловить хоть какой-то след таинственного незнакомца. Сердце билось быстрее обычного.
Тихо и без происшествий я добралась до своего временного пристанища. Выйдя из такси, посмотрела на небо, которое ещё пару минут назад было чистым, а теперь затянулось серыми тучами. Мелкие капли начали падать мне на лицо, намекая на то, что пора бы вернуться в номер.
Откуда ни возьмись появился пожилой мужчина в странном свитере. Он повёл меня за собой с неожиданной силой, и мне едва ли хватало сил на попытки убрать его руку. Его действия были настойчивыми, но в то же время в них чувствовалась некая доброжелательность, хоть и тревожная.
— Остановитесь! Отпустите! — завопила я, но меня будто бы никто не слышал.
Он припёр меня к стене в переулке за отелем и одарил серьёзным взглядом. Я даже не смогла ничего произнести — словно застывшая скульптура, внимала словам незнакомого человека.
— Успокойся, Лета! — его голос казался слишком молодым и звучал точно в моей голове. Моё сердце забилось быстрее, но я не могла отвести взгляд. — То, что я тебе скажу, останется в твоей памяти... но меня ты не вспомнишь. Остерегайся малознакомых людей, особенно тех, чьи имена узнала недавно. — Наказал мужчина и достал из кармана кожаный шнурок с металлической подвеской. Я не успела ничего разглядеть: незнакомец сунул её мне в ладонь и сжал. — Сохрани это! Тебе пригодится. Вильгельм найдёт тебя, когда придёт время, — вмиг его голос стал соответствовать возрасту, зазвучав очень знакомо. — Прощай, душенька!
Я часто заморгала, пытаясь понять происходящее. Что это было? Кто меня схватил? Кто такой Вильгельм? Сегодня определённо странный день. Хотелось бы думать, что произошло просто необычное стечение обстоятельств, но вдруг у меня вновь заболела голова. Стоило вернуться и поспать...
Сжав кулаки, поняла, что в руке находится что-то твёрдое. Раскрыть на улице неожиданную находку я не решилась, а потому направилась в номер, минуя все препятствия.
Закрыв за собой дверь, ощутила себя в большей безопасности и, скинув сумку и обувь, направилась в ванную. Тёплый свет заполнил комнату, и я медленно разжала ладонь, чтобы рассмотреть странную вещь. Круглый кулон с необычными знаками по краям блестел серебром в свете лампы
Прохладная вода привела меня в чувство. Я умылась и теперь смотрела на своё лицо в отражении небольшого зеркала. Под зелёными глазами проступали тёмные круги, а капли воды стекали по моей коже, которая сегодня казалась особенно бледной. Надо наладить режим сна, не то скоро мои мешки под глазами можно будет использовать в качестве чемодана.
Бросив взгляд на оставленный возле раковины чёрный кожаный шнурок, я, даже не задумавшись, я надела подвеску на шею; длинный шнурок уронил украшение прямо в ложбинку между грудей, будто пряча его.
Протирая лицо мягким полотенцем, я вернулась в спальню и, забравшись под тёплое одеяло, мгновенно погрузилась в глубокий сон.
***
Проснувшись посреди ночи от голода, скрутившего мой живот, приняла решение выйти в город и поесть. Время, всплывшее на экране мобильного, давало понять, что ещё не поздно и рестораны работают.
Голова уже не болела, и в целом я ощущала себя бодрой. Голод сбивал настрой самоощущения. Оставалось только одеться и дойти до ресторанчика.
Я поднялась с кровати, потянулась и мысленно собралась. Наугад выбрав одежду в полутьме номера, поняла, что в руках оказались шорты и брюки. Посмеявшись про себя, нашла футболку и оделась. Сумка ждала меня в кресле, из которого я её благополучно забрала.
Стоило выйти из номера, как меня встретила тишина пустующего холла. Но в миг она была нарушена закрытием не только моей, но и соседней двери. Оттуда появился высокий мужчина в чёрной рубашке, рукава которой были закатаны до локтя, открывая татуировки. Его густые чёрные волосы спадали до плеч, обрамляя лицо. Глаза незнакомца изучающе смотрели на меня, завораживая своей тёмной глубиной. На его губах играла загадочная улыбка, а ноги были облачены в прямые брюки из лёгкой ткани синего цвета. Я уставилась на его руки: татуировки казались предательски знакомыми. Ахнув, смущённо отвернулась и пошла вперёд, к выходу. Проходя мимо мужчины, пробормотала вежливое приветствие и поспешила уйти.
Руки, что обнимали и ласкали меня во сне, имели похожие рисунки. Будь он раздет... о чём я вообще подумала?! Не может же случиться такого, что мужчина из сна появится в реальности. Воспоминания о последнем вызвали жар во всём теле, и я мысленно одёрнула себя, мотнув головой.
На ресепшене я схватила карамельку, и её сладкий вкус притупил голод,, и смогла насладиться прекрасными видами, отвлекаясь от мыслей о сне. Ночная Флоренция была восхитительна: узкие улочки, словно запутанные коридоры времени, извивались между старинными зданиями с красными черепичными крышами, которые эффектно контрастировали на фоне угольно-чёрного неба, усыпанного мерцающими звёздами.
Уличные фонари и подсветка домов превращали город в сказочное королевство, где каждый уголок таил в себе секреты и загадки. Первой загоралась подсветка Золотого моста, его изящные линии и арки начинали светиться, создавая впечатление, будто он парит в воздухе. Затем вся набережная вспыхивала, как ночное небо, усыпанное звёздами, благодаря уличным фонарям, которые освещали каждый уголок.
Палаццо Веккьо, величественно возвышающийся на одном из берегов реки Арно, сверкал огнями, подчёркивающими его историческую значимость и архитектурное совершенство. Его массивные стены и башни, казалось, хранили в себе множество историй и тайн веков.
Прогуливаясь по улицам, я ощущала дыхание старины в каждом камне. Здания, украшенные барельефами и скульптурами, выглядели как живые свидетели прошлого. Маленькие площади, окружённые домами с арками и колоннами, создавали уютные оазисы спокойствия, где можно было присесть и насладиться тишиной.
Пейзажи настолько взволновали меня, что я на секунду подумала, будто заблудилась, упустив нужный поворот к ресторанчику. Но, оторвав взгляд от собственных ног, я подняла глаза и увидела прямо перед собой, всего в нескольких шагах, красивую ярко освещённую террасу.
Ресторан был полон гостей — казалось, яблоку негде упасть. Террасу украшали гирлянды маленьких лампочек, которые создавали уютную и праздничную атмосферу. За столиками сидели оживлённые посетители, наслаждаясь не только вкусной едой, но и общением, смехом и музыкой, витавшей в воздухе.
Звуки живой музыки переплетались с гулом голосов, создавая неповторимую мелодию вечера. Я остановилась на мгновение, любуясь представшей передо мной картиной.
Меня встретил приветливый официант, который быстро нашёл свободный столик. Уютное местечко в окружении цветов и света... я смогла спокойно вздохнуть и насладиться едой.
Приняв заказ, молодой человек скрылся в дверях заведения, оставив меня наедине со своими мыслями. Я старалась думать о красоте этого места, но всё равно возвращалась к тем сильным татуированным рукам. Закусив губу, устроилась в углу диванчика, окунувшись в ароматы еды и цветов.