63 глава
Том 1 Глава 63
Губы дарили лёгкие поцелуи, оставляющие еле заметные красные следы с горящей теплотой, вереницей спускаясь от шеи до ключицы. Ощущения были такими странными, что при каждом прикосновении Даниэль вздрагивал. Когда же пальцы, несущие в себе жар, коснулись его нижней части живота, по его позвоночнику пробежала крупная дрожь. Тяжесть внизу стала более заметной и ощутимой, так что даже сжатых вместе ног было недостаточно, чтобы что-то скрыть.
— Если подумать... — с каждым словом на чувствительную кожу опускалась новая порция теплого дыхания. — Ты мне как-то говорил о своих снах...
— Я ничего не говорил! — в смущении рявкнул Даниэль, прикрыв глаза двумя ладонями, чтобы хоть как-то спасти свое сознание от разрушения.
Акитас, тихо посмеиваясь, ответила:
— И правда, не говорил. — юноша резко поднял голову, когда теплое дыхание опустилось ниже. — Тогда, можно я сделаю кое-что, что тебе точно понравится? — их глаза встретились, когда лис с нескрываемым аппетитом и предвкушением поглаживать нижнюю часть живота эльфа.
Даниэль сглотнул полный рот слюны, но почему-то возникало ощущение, что внутри самая настоящая пустыня. Если он все ещё правильно понимал намеки, а игнорировать этот голодный взгляд было довольно сложно, то это именно "то самое".
—...нельзя. — секунду помолчав, выдавил из себя юноша, снова прикрыв глаза.
Лис кокетливо опустил голову, будто выпрашивая какое-то угощение. Если применить это сравнение ко всему ситуации, становилось действительно не по себе. Казалось даже, что от таких постыдных мыслей его волосы загоняться.
Не дождавшись положительного ответа, даже использовав все свое природное очарование, лис мягко надавил на колени и, пока эльф ещё не заметил, развел его ноги и ловко пристроился между ними, от чего скрыть что-либо стало попросту невозможным.
— Тогда выбирай: сделать тебе приятно спереди или сзади? — от этой улыбки в сочетании со словами, у Даниэля весь позвоночник покрылся мурашками, а ноги уже было хотели вернуться к прежнему состоянию, но лис крепко держал его за колени.
Обучение у старших лисиц он прошел, так что знал, о чем его спрашивали. Но как выбрать, если и то и то ему снилось во влажных снах, после которых ему всегда было стыдно даже смотреть Акитасу в глаза?
Даниэль, решив выбрать меньшее из двух зол, вымолвил:
—С-спереди... — услышав вполне ожидаемый ответ, лис с довольным лицом опустился ниже, от чего ещё более чувствительная кожа на гениталиях обдало жаром.
Даниэль не хотел на это смотреть. Нет, он просто не мог, поэтому схватил первую попавшуюся подушку и уткнулся в нее лицом. Акитас же решил пока оставить такое милое поведение, но только до следующего раза.
Только теперь лис без зазрения совести прошёлся взглядом по каждому соблазнительно к сантиметру тела перед собой. Стройный и высокий, но подтянутый и достаточно крепкий с еле заметными очертаниями мышц.
Кожа была такой белой и светлой что каждая и без того редкая родинка выглядела как выверенная метка искусного художника. Одна на ключице, две около груди, одна на животе, одна между бедер, семь на спине, одна на лодыжке и одна на ягодице. О некоторых он узнал только сегодня, но если он закроет глаза, то сможет в детальных подробностях воссоздать это манящее и такое желанное тело.
Но что больше всего привлекало его внимание на данный момент...
— Знаешь, даже твой член такой красивый. — мягко сказал мужчина, конечно же, не ожидая получить какого-либо ответа, но одной дрожи в коленках под его пальцами было достаточно, чтобы немного развеселить.
Гладкий и больше его ладони в длину, такой же белый, но с небольшим розовым оттенком, как и два бутона на груди выше. Казалось, когда его молодой супруг смущается, все его тело краснеет: от кончиков ушей и щек, до пальцев на ногах. А этот момент лис задумался, правда тело краснеет полностью от смущения, или же нет?
Закончив рассматривать весьма приятную картину, он, не долго думая, лизнул самый кончик, пробуя прозрачную жидкость. Обхватив губами головку, он толкнулся ниже и за один присест взял больше двух третьих всей длины. Чтобы не задеть клыками нежную кожу, он открыл рот пошире и начал медленно водить языком, иногда отстраняясь и сжимая губы. От каждого такого движения, колени эльфа начинали дрожать все сильнее, что не могло не радовать лиса.
— С-стой, э-это странно. Нх!— Даниэль, все ещё сжимающий подушку, ненадолго выглянул из своего укрытия, но из горла тут же вырвался низкий стон.
Пара черных глаз была наполнена влагой и смущение, но удовольствия и предвкушения в них было явно больше.
Одни лишь влажные звуки были сродни пытке, но яркие ощущения внизу были настолько сильным, что странное наэлектризованное чувство, поднимающееся до мокушки и усиливающееся с каждым отчелвиым движением языка, были не уровне смертного приговора.
Отчаянно хотелось дойти до пика. Но до пика чего? Казалось, что, чем дольше это происходит, тем более приятными становились ощущения, но вместе с тем хотелось чего-то большего. Как магма, спящая в недрах землия но находящая выход только при извержении вулкана.
Лис, видя такую реакцию, лишь с удовольствием заглотио ещё больше, с большей интенсивностью водя языком по горячей мокрой плоти.
— Ах, С-стой, я правда так...! — Даниэль откинул голову назад, его ноги, бедра, да и все тело целиком, пробило крупной дрожью, а в глазах будто бы появились искры.
Акитас отстранился, а когда зрение эльфа стало нормальным и он уже четко видно другого, громко проглотил все, что было у него во рту. Лёгкий слой пота на лбу Даниэля блестел в теплой жёлтом свете свечей, от чего вся фигура казалась украшенной золотом.
— З-зачем ты это проглотил? — эльф хотел в конце добавить "сумасшедший", но сдержался.
Лис, ясно видя, что его супругу все понравилось, все же сказал:
— Я способен на многое, если это приносит удовольствия и... — Акитаса опустил глаза, за ним последовал и взгляд Даниэля, все ещё не отошедший от первого оргазма. — Телосложение эльфов весьма особенное. Или же мои навыки на самом деле не так хороши.
Будто бы ничего не было, член Даниэля продолжал гордо стоять. Слюна на поверхности придавала ему пленительный блеск, явно намеувющиц на действие, которой закончилось лишь недавно.
Даниэль испустил удивленный вздох. Ему раньше казалось, что он нечувствительный и вообще фригидный, но ровно до первого настоящего опыта. Теперь же, кажется, все это из-за телосложения эльфа, которое пусть и выглядит, как человеческое, но многим отличается.
— Хм... — Акитас не сводил глаз с детородного органа, а после секундой паузы с улыбкой сказал. — Нам многое предстоит сегодня узнать, дорогой. Ты так не считаешь? — лис резко придвинулся к юноше, от чего тот даже вздрогнул.
Аки взял подушку и, одной рукой обвив талию Даниэля, перевернул юношу с небывалой лёгкостью. Ещё через секунду он подложил подушку тому под живот, попутно бросая неизвестно когда снятый халат на пол.
— А? — удивился эльф, но в тоже мгновение к его спине прижалась горячая и твердая грудь.
— Как бы не мне не хотелось сделать все лицом к лицу, но... В этой позе тебе будет легче меня принять. — прошептал он так мягко и нежно, при этом не отбрасывая свой бархатистый низкий голос, от чего острые ушки покрылись ярким красным цветом.
..........
— Нх! Мхм... — от каждого даже самого легко движения возникала дрожь.
Изначально прохладное и липкое переросло в горячее и приятное. Хлюпающие влажные звуки, вызываемые движениями пальцев, заставляли эльфа поначалу смущённо фыркать в душе, но сейчас на такие мысли не хватало сил и времени.
— Ты справляешься лучше, чем я ожидал. — выдохнул, нарочно надавив на самое чувствительное место, от чего дрожи стало только больше.
Раньше юноша задавался вопросом я как он пришел к браку с этим демоном, но теперь вопрос изменился: "почему в итоге он лежит тут, беспомощно подняв задницу, попутно принимая всякого рода ласки?!". Хотелось плакать. Впрочемя слез и без этого скопились на уголках уже покрасневших глаз.
Больно было лишь в самом начале я когда Аки только ввел пальцы, но вскоре появилось странное ощущение, как если бы кто-то бросал камни в водуя вызывая всполохи воды. Стоит отметить я что волнения на воде увеличивались, стоило этому "неизвестному" бросить камень побольше да посильнее.
— В-все хватит! — ясно ощущая нутром даже костяшки пальцев, Даниэль, всхлипывая, обернулся, но вскоре пожалел об этом.
Он примерно представлял, каким будет его оппонент, но есть разница между фантазиями и реальностью. Явно больше, чем у него самого — с большого толстого члена капала прозрачная жидкость. Глаза, что прежде раздевали, теперь медленно обгладывал каждый миллиметр его тела, от чего становилось даже немного жутко.
Акитас, облизнув пересохшие губы и пробормотал:
— От чего же тебе так нравятся эти подушки? — низкий смех заставил Даниэля внутренне сжаться и вздрогнуть.
Одна подушка была под его животом, вторую он схватил, чтобы сдержать стоны и прикрыть уже зардеявшееся лицо. В таком постыдном положении, обнаженным и разгареченным, не перед кем он никогда не представал.
— Если ты готов, значит, я могу войти? — улыбнулся лис тёрся о валютный вход, приставляя головку, как бы выражая желание и намерение.
«Будто я могу тебе отказать...» — промелькнуло в его сознании, но а реальности он лишь поджал губы и кивнул.
Прилюдия была щекочуще мягкой, как будто он был тем самым сокровищем, о котором надо заботиться всеми силами. Его спина наверняка покрыта красными следами, посмотреть на них он сможет только завтра, если, конечно, осмелиться.
— Все хорошо, расслабься. — мягко поцеловав дрожащее острое ушко, Акитас слегка придержал эльфа за плечи и добавил. — Будет немного больно, но не забывай дышать. — Даниэль не успел спросить я к чему этомуч как почувствовал давление, совсем отличающееся от предыдущего.
Ощущать инородный предмет в себе было неприятно, но это чувство вскоре исчезло. Теперь же оно вернулось с новой силой, прибавив больше боли: как будто вы пытались просунуть что-то чрезмерно большое в горлышко бутылки. Даниэль постарался дышать ровно, как и сказал лис, но у него не получилось.
Акитас, вошедший только наполовину, остановился и осторожно надавил пальцами на головку, с которой капал предэакулянт. Легко отодвигаясь назад на пару сантиметров, он с каждым толчком проникал глубже, чес был до этого, одновременно с этим поглаживая все ещё стоящий орган.
Даниэль крепче сжал подушку, уже понимая, что если что и выйдет из его горла, то только нечто ещё более смущающее, что он прежде не выдавал. Сжав зубы крепче, он сам не заметил, как укусил свои губы до крови.
Лисьи красные уши встрепенулись я когда их обладатель почувствовал запах крови. Нахмурившись, он обнял юношу за плечи и притянул в свои объятия. Движение не было резким, но именно в этот момент он вошёл полностью.
— Стой! Ах! — вскрикнул Даниэль, почувствовав не только непонятное нарастающее удовольствие, но и наконец поняв какого это, когда вода выходит из берегов.
Если эти самые падающие в воду камни лишь постепенно увеличивали свой размер, то в этот момент упал самый настоящий валун. Все внутри сжалось, приятное ощущение, подобное быстро распространяющееся электричеству, заволокло его полностью.
Тем временем пара крепких рук обвила его и прижала к себе:
— Ты можешь стонать, сколько хочешь, нас никто не услышит. — очередной поцелуй упал на бледную, но в некоторых местах покрасневшую шею.
— Это...это смущает... — пытаясь перевести дыхание, он сам не понял, когда Акитас посадил его к себе на колени, поменяв позу так просто.
Мужчина обнял супруга за талию и задвигал бедрами в ровном и постоянном темпе, каждый раз выходя не более чем наполовину.
— Тогда, пока ты не привыкаешь, я буду ловить все твои стоны. — это предложение было той самой сделкой с подвохом, эльф, особо не задумываясь над этим, просто кивнул и прильнул к крепкой груди.
Интенсивные поцелуи с движениями, постепенно перерастающий и в диким и необузданные. С каждым новым толчком лис ускорялся, словно ясно видя, как молодое тело медленно но верно приближается к оргазму.
Даниэль, поддавшись этому порыву, по сути, мог только плыть по течению, но его брови непроизвольно нахмурились когда он ощутил странное покалывание внутри. Как эта штука внутри него может стать ещё больше? Нет, стойте, а это нет...
— Ха-а-а, не хочешь кончить вместе? Я буду очень рад? — Акитас все не отпускал его, а после ласково добавил. — В первый раз бывает немного...хотя, ты быстро привыкнешь. Советую обнять меня крепче. — поцелуи превратились в покусывания и остановились они на эльфийских ушках.
Информация, которая, казалось бы, должна быть достаточно важной, то и дело мелькала перед глазами, но острое ощущение внутри перекрыло все остальное. Акитас резко толкнулся внутрь и его член увеличился в размерах прямо внутри.
Даниэль неудержимо застонал, в сознании его оставляла только еле ощутимая боль ушах и боль внутри, что вскоре исчезла. Чувство наслаждения и одновременно с этим невообразимой ранее наполненности охватило каждую клеточку тела, фейерверк ощущений ярким цветком расцвел в голове, а искорки всего действия остались в виде непрекращающиеся дрожи.
Лис крепко обнимал эльфа, поглаживая того по спине. Обмякшее и расслабившееся тело в его объятиях, тихие постанывания и вслихпы — все это порождало странное чувство удовлетворения, которое, пожалуй, было сильнее, и важнее, чем ощущение изливания семени.
Акитас, успокаивающий супруга нежными движениями, тихо извинился:
— Милый, это займет какое-то время. Лучше пока...просто отдохни, я со всем закончу сам. — возможно Даниэль уже не мог разобрать его слов, но лис и без этого был доволен, от чего улыбка не сходила с его лица.