don't like.
Отель медленно просыпался — где-то за окном хлопнула балконная дверь, коридором прошёлся уборщик с грохочущей тележкой, и Глеб приоткрыл один глаз, закопавшись носом в плечо Дианы. Она уже не спала. Лежала рядом, смотрела в телефон и что-то печатала. Быстро убрала экран, когда заметила, что он проснулся.
— Доброе утро, сладкий, — она улыбнулась, нежно проведя пальцем по его щеке. — Как спалось?
— Ммм… как в рекламе подушек, — пробормотал Глеб, потянувшись. — Что-то вкусно пахнет…
— Это с кухни. Пойдём, позавтракаем?
Они вышли из номера. В коридоре стояла странная тишина. Уборщица, пробегающая мимо, косо посмотрела на Диану и как будто что-то пробормотала себе под нос. Глеб не услышал, но Диана слегка улыбнулась.
— Что? — спросил он, глядя на неё.
— Ничего, показалось, — с видом заговорщицы ответила она.
Они позавтракали внизу — овсянка, круассаны, свежий апельсиновый сок. Глеб был спокоен, даже счастлив. Но потом, поднимаясь обратно в номер, он заметил, как на стене в лифте кто-то ручкой приписал чьей-то рукой:
"Смотри в оба. Они не те, за кого себя выдают."
— Что это? — нахмурился Глеб.
— Фанаты, видимо. У тебя же паранойя с этой славой, — усмехнулась Диана. — Ну, или ты сам это написал во сне, кто знает.
Она поцеловала его в щёку, но в её взгляде — на долю секунды — скользнуло что-то холодное. Едва уловимое.
В номере внезапно сработала пожарная сигнализация, и из ванной начала идти вода — опять прорвало трубу, но теперь прямо из-под пола начала хлестать горячая. Им пришлось вызывать администратора, на этаж поднялись сотрудники отеля, и всех временно попросили выйти.
— Пойдём, я покажу тебе одно место, раз уж всё равно выгнали, — сказала Диана. — Только ты никому потом не рассказывай. Окей?
Она взяла его за руку, и они вышли из отеля. Глеб шёл за ней, не задавая вопросов.
Они свернули с центральной улицы, прошли через узкий переулок, и дальше — по лестнице, вьющейся вдоль холма, заросшей травой. Было жарко, и Глеб пару раз по пути обернулся — место казалось почти заброшенным.
— Ты уверена, что тут можно? — спросил он, приподнимая бровь.
— Ну, вообще нельзя, — усмехнулась Диана. — Но я же не говорю, что мы законопослушные. Тем более, никто не следит.
Старая смотровая площадка выглядела так, будто её давно забыли: облупленная краска на перилах, поросшие мхом плиты, мусор в углах. Но вид открывался потрясающий — Сочи как на ладони, море блестело на солнце, чайки кричали где-то внизу.
Диана подошла к самому краю, облокотилась на перила.
— Знаешь, я сюда раньше приходила одна. Тут… есть чувство, будто ты вне мира. Над городом. Над всем. Как будто всё, что было — можно перечеркнуть. Начать с нуля.
— И что ты тогда перечёркивала?
Она не ответила сразу. Только усмехнулась, глядя на горизонт:
— Людей. Свои чувства. Свою… человечность, наверное.
Глеб рассмеялся, но в глазах у него мелькнула искра напряжения.
— Серьёзно звучит. Ты философствуешь чаще, чем я ожидал.
— Иногда полезно. Особенно, если впереди — большие перемены.
— Какие перемены?
Диана повернулась к нему и чуть приподнялась на цыпочки, поцеловала его быстро — почти символично.
— Ты скоро сам всё почувствуешь, Глеб. Просто будь готов. Окей?
Он удивлённо посмотрел на неё, но, как обычно, не стал копать глубже. Ему было хорошо. Даже если что-то казалось странным — он списывал это на «странность Дианы».
Они посидели на лавочке, выпили купленный по дороге холодный кофе, смотрели на город. Глебу было спокойно.
Но в кустах, чуть выше площадки, щелкнула ветка. Он вскинулся.
— Кто-то там?
— Наверное, кот, — спокойно ответила Диана. — Или фанат твой, хаха.
И опять — этот взгляд. Холодный, как сканер, — но только на долю секунды.
Они спускались обратно с площадки, Глеб шёл немного впереди, Диана — сзади, задумчивая, с телефоном в руке. Внизу, недалеко от лестницы, он вдруг заметил что-то чёрное в траве. Наклонился. Это оказался смартфон — экран треснут, но не погас. Он ещё работал.
— Диана, смотри. Кто-то потерял.
Она резко подскочила к нему, как будто на автомате.
— Не трогай. Серьёзно, брось. — Её голос стал колючим. — Это не наше дело.
— Может, вернуть стоит? — Глеб нахмурился, держа телефон в руке.
— Глеб. — Она вдруг повысила голос, почти крикнула. — Сказала же: положи обратно.
Он растерялся. Обычно она могла быть прямолинейной, но не резкой. А тут — будто подменили.
— Ты чего? — Он пытался рассмеяться, но звучало неубедительно.
— Просто брось его, пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты... чтобы ты вообще в это лез. Мы отдыхаем. Не порть. — Её голос теперь был почти на грани.
— Я же просто хотел...
— Я знаю, что ты хотел. — Она уже свернула к тропинке, уходящей к отелю. — Идём. Не вздумай возвращаться.
Он молча двинулся за ней, хотя внутри всё скреблось. Что это было? Почему она вдруг так агрессивно отреагировала? Это же просто телефон.
В номере Диана быстро умылась, переоделась в футболку и шорты и легла спать, накидывая маску на глаза. Почти не разговаривала.
А Глеб остался сидеть у окна. Он не мог выкинуть из головы этот странный взгляд. Не испуг, не тревогу — а злость. Зачем ей так важно, чтобы он не трогал этот телефон?
Он дождался, когда она уснёт — её дыхание стало ровным, глубже. Время — почти два часа ночи.
Он тихо встал, натянул худи и кроссовки, вышел. На улице было тепло, влажный воздух обнимал лицо. Город спал, и дорога к смотровой была пуста.
Телефон лежал там же, где он его и оставил — на краю травы, будто никто его не трогал. Глеб поднял его. Экран мигнул, и на долю секунды отразился фрагмент чата:
«Убедись, что он не... будет лезть. Иначе всё зря.»
Он сжал телефон в руке.
Теперь у него не оставалось сомнений: что-то здесь не так. Очень не так.
Он присел на ту же лавку, где они сидели с Дианой днём, и открыл переписку. Телефон был без пароля, что само по себе казалось подозрительным. Или его специально оставили таким?
Диалогов было немного. Один чат сразу бросился в глаза: контакт сохранён под именем “Координатор”. Последние сообщения датированы сегодняшним утром, как раз до их похода на смотровую:
"Следи за реакцией. Он пока ничего не понимает."
"Не вздумай говорить про Сочи. Веди себя естественно."
Диана: "Он подозревает, что-то с флешкой было."
"Флешка не проблема. Главное — не допусти связи с адвокатом."
Диана: "Он думает, что всё совпадение."
"Идеально. Придерживайся плана."
Глеб сжал челюсть. Сердце застучало в висках. Он пролистал вверх, дрожащим пальцем:
Диана: "Я затащу его в поездку. Он не откажется."
"Хорошо. На месте подкинем материал. Главное — психологическая давка."
Он замер. Материал? Давка? Это о нём?
В других чатах — короткие диалоги, большинство с незнакомыми именами. Один из них — просто “Паша”, без фото. Сообщения были удалены. Это имя он никогда не слышал от Дианы.
Он включил экран блокировки, и в отражении стекла увидел своё собственное лицо. Побледневшее, растерянное, как у человека, которого только что подвели к обрыву.
Что это за игра? Что они делают с ним?
Телефон он сунул в карман. Повернулся, бросив последний взгляд на площадку, и пошёл обратно в отель, не зная, как завтра смотреть Диане в глаза.