Глава 64
Его губы были удивительно мягкими. Такими же, как в памяти о нашем первом поцелуе похожими на пух. Мягкими и прохладными.
Сюй Цихао нежно водил губами по моим, с трогательной нежностью, словно боясь спугнуть момент. Лишь кончики его пальцев, обнимавшие мое лицо, слегка дрожали.
- ...Ах! - неожиданный толчок сзади заставил мое горло сжаться, а тело податься вперед. Мои руки, лишившись опоры, судорожно вцепились в его белоснежную накидку.
Сюй Цихао пошатнулся, его колени вдруг подкосились, и он рухнул передо мной на пол.
Тем временем Сюй Чанфэн начал двигаться с яростной силой, его твёрдый член жёстко вгонялся в мою плоть, а в месте нашего соединения раздавались громкие, влажные шлепки. Я, словно лодка, бросаемая волнами, беспомощно раскачивался взад-вперед, но руки крепко впились в мужчину передо мной, а алые губы слабо вздрагивали.
Лицо Сюй Цихао было бесстрастным, но затем он опустил взгляд. Я почувствовал на щеке холодную каплю - его ресницы дрогнули, и слеза скатилась по его лицу, упав на мою кожу и медленно сползая к уголку губ.
Горькая. Соленая.
- Ммм...! - он внезапно сжал мое лицо, наклонился и глубоко погрузился в поцелуй.
- Ммм... ах... - мой стон растворился в его губах, лишь легкий звук вырвался, когда мое горло содрогнулось. Он прижал меня к груди, и наши языки сплелись, как две алые змеи, в смертельной схватке, и каждый почувствовал на губах сладковатый привкус крови. Пока мы целовались, его слезы падали, как жемчужины, а пальцы, впившиеся в меня, побелели от напряжения.
- Ха... ах... - Сюй Цихао продолжал жадно целовать меня, и уже невозможно было разобрать, чье это дыхание его или мое. Мы были как два утопающих, отчаянно цепляющихся друг за друга в поисках тепла. Постепенно его худые ладони согрелись, словно разжигая огонь, скользя по моему лицу и шее. Неестественный румянец выступил на его щеках, ярко-алый всплеск в этом сером, пыльном мире.
Послышался шелест - он развязал пояс на моих одеждах, и, как только узел ослаб, его рука тут же рванулась внутрь...
В этот момент мужчина, владевший моим телом, крепко обхватил мою талию и резко посадил меня на себя спиной к своей груди.
- Ммм...! - Моя спина прижалась к его мускулистой груди, а ягодицы уперлись в основание его бёдер, и я невольно вздрогнул. Его сильные руки резко раздвинули мои ноги, обнажая место нашего соития перед остальными.
- Αх... ах... - Под аккомпанемент влажных звуков моё тело, словно ива на ветру, ритмично подпрыгивало на нём. Сюй Чанфэн покрывал чувствительную шею поцелуями, а одна его рука разорвала мою одежду, обнажая грудь.
Мои изящные ключицы, белоснежная грудь с двумя румяными сосками, кожа, покрытая испариной - всё сияло, словно жемчуг.
В глазах Сюй Цихао читалась одержимость. Он словно в трансе протянул руку, коснувшись моих сосков. Я вскрикнул и откинул голову.
Сюй Цихао медленно наклонился и я почувствовал аромат грушевых цветов. Его язык скользнул по моей груди, заставив меня содрогнуться.
- Ммм...! - Моё тело выгнулось, а голова запрокинулась назад. Сюй Чанфэн схватил меня за подбородок, и наши губы слились в поцелуе.
Сюй Цихао продолжал ласкать мою грудь, то кусая, то облизывая, пока соски не набухли от удовольствия.
Я дрожал, моё влажное лоно судорожно сжималось. Сюй Чанфэн раздвинул мои бёдра шире, заставляя меня держать себя за колени, а затем начал двигаться вверх-вниз с новой силой. Мой член уже стоял колом, оставляя влажное пятно на одежде.
Сюй Цихао покрывал мою грудь поцелуями, медленно опускаясь ниже.
- Я всегда знал, - прошептал он, словно в бреду. - Меня не должно было быть на этом свете.
- Ах...! - Я снова застонал, выгибаясь. Сюй Цихао прижался лицом к моей груди, его рука скользнула между моих ног.
- Я знаю, как выглядит притворная любовь. Я видел её каждый день более 10 лет. Только мама не замечала...
Я знал: за мягкой внешностью Сюй Цихао скрывается мятежный, коварный ум. Но больше всего я понимал - он просто слишком умен. В этом мире лжи ничто не могло укрыться от его проницательного взгляда.
«Сила, достигшая предела, рождает унижение,
Мудрость, перешедшая грань, влечёт страдание». Как могло Небо даровать такому человеку долгую жизнь? Я закрыл глаза, хрипло прошептав:
- Почему бы Третьему господину... не взглянуть на вещи проще?
В ответ Сюй Цихао улыбнулся улыбкой, полной отчаяния и хитрости.
- Поэтому тебе не обмануть меня, - он лихорадочно бормотал, словно одержимый. - Не обманешь, не обманешь... В твоём сердце есть я. Что бы ты ни говорил - тебе не обмануть меня. В твоих глазах... есть я...
Пояс тихо развязался, никем не замеченный.
Сюй Чанфэн уже вошёл в раж, сжимая меня так, будто стремился вдавить в свою плоть. Его член стремительно входил и выходил, с каждым движением заливая его брюки потоками влаги.
Сюй Цихао стянул с меня штаны. Раздвинув редкие волосы у моего лобка, он увидел, как возбуждённый член тянется вверх, покачиваясь в такт толчкам. Нежно сжав его, он проговорил с восхищением:
- Я всегда думал, что здесь... - его голос дрогнул, - ты прекрасен. - И, закрыв глаза, взял его в рот.
Мои руки, державшие колени, внезапно сжались в судороге, а в груди возникло напряжение.
В торжественном зале храма я сидел спиной к одному из мужчин, почти полностью обнажённый. Его грубый, тёмно-багровый член яростно вонзался в моё тело, растягивая плоть, с каждым толчком достигая самых глубоких мест. Влага из моего отверстия брызгала наружу, а на бёдрах уже проступали синяки от его пальцев. Другой мужчина стоял передо мной на коленях, его бледные губы, движущиеся в такт толчкам, обхватили мой член. Шершавый язык скользил от основания к головке, а кончик языка играл с каплей влаги у прорези.
- Ммм... ах... - Моя шея и уши покрывались влажными поцелуями, грубые пальцы терли мои соски, уже набухшие, до тёмно-фиолетового оттенка. Мои губы, красные, как киноварь, непроизвольно раскрывались, иногда встречаясь в поцелуе с тем, кто был сзади. Бёдра дрожали, слабость подчиняла тело, и я невольно выгибался, чувствуя, как мой орган пульсирует во рту мужчины в такт движениям.
Словно почувствовав что-то, я открыл глаза.
Прямо передо мной взгляд, острый, как клинок. С самого начала и до этого момента безумия он не отрывался от меня.
Это были самые сложные глаза, которые я когда-либо видел. Помимо явной ярости, в них читалась ненависть. Раньше он никогда по-настоящему не презирал меня. Но сейчас... сейчас я чувствовал он ненавидит меня.
Он был рождён для величия. Даже пав в грязь, он сохранял свою гордость. Возможно, он никогда больше не полюбит так сильно... но и ненавидеть, как сейчас, тоже не сможет.
Сюй Яньцин молча наблюдал, не двигаясь. Лишь его пальцы сжались так, что ногти впились в ладони.
Это была наша с ним битва без оружия. Абсурдная... и безумная.
Толчки становились всё жёстче, волны удовольствия накатывали одна за другой. Глаза наполнились влагой, я уже был на грани, когда впереди раздался шум.
Он вскочил, явно собираясь уйти... но его ноги будто приросли к полу. Глаза налились кровью, будто он разрывался изнутри.
- ...А-ах...! - Я застонал от наслаждения и боли одновременно. Волна жара накрыла меня, тело выгнулось в судороге, и я кончил.
В момент, когда я рухнул без сил, его кадык дрогнул. На мгновение в его глазах мелькнуло поражение. В этот миг он проиграл свою последнюю битву с гордыней.