Глава 2
Стражники с холодным равнодушием провели Каина через знакомые, но в этот раз странно пустынные коридоры академии. Здесь, в прошлом году, он обучался азам управления аурой, здесь встречал товарищей, которые стали ему чем-то вроде семьи. Но теперь это место словно потеряло свой прежний облик. Ветхие стены, облупившаяся штукатурка и тревожная тишина, нарушаемая только эхом их шагов, придавали зданию ощущение гнетущего запустения.
— Навевает воспоминания, — пробормотал Каин, усмехнувшись под нос.
Нора, шедшая впереди, обернулась. Её улыбка была такой же пугающей, как у хищника, заметившей добычу.
— Поверь, на этот раз всё будет иначе, — произнесла она с небрежностью, которая звучала как предвестие беды.
Каин напрягся. Он понял, что ничего хорошего его не ждёт. Коридоры становились всё темнее, пока наконец их маршрут не завершился перед глухой стеной.
— Что, уже пришли? — язвительно заметил он, оглядываясь на Нору. — Даже кабинета не досталось с вашим-то постом?
Она не обратила на его слова ни малейшего внимания. Лишь приложила руку к камню, и стена под её ладонью ожила, покрывшись светящимися рунами. Через мгновение перед ними появилась тяжёлая металлическая дверь, массивная и угрожающая, словно врата в иной мир.
Дверь медленно распахнулась, открывая узкий и тёмный коридор, больше напоминающий канализационный туннель. Тухлый запах сырости ударил Каина в нос, но он не успел даже возмутиться — стражники толкнули его в спину, заставляя идти дальше.
Проход был длинным, сырым и угнетающим. Каменные стены, покрытые плесенью, пропускали воду, капающую в лужи на полу. Светильники на стенах едва горели, излучая мрачное, почти болезненное свечение. В конце этого пути их встретило огромное подземное помещение.
Каин замер, оглядываясь. Помещение напоминало скорее бункер или тюрьму, чем место для учёбы. По обе стороны зала стояли ряды тяжёлых металлических дверей, за каждой из которых угадывались узкие комнаты, похожие на камеры. Спустившись ещё ниже, Каин заметил фигуры. Это были ученики, хотя назвать их так язык не поворачивался.
Юноши и девушки с тёмными кругами под глазами и потухшими взглядами сидели или бродили по залу, похожие скорее на призраков, чем на живых людей. Все они были одеты в одинаковые тёмно-серые костюмы, на которых чёрным шрифтом были нанесены номера. Но больше всего внимание Каина привлекли чёрные ошейники на их шеях.
Каждый ошейник имел небольшой выступ с сияющим тёмно-фиолетовым камнем в центре. От этого вида у Каина пробежал холод по спине.
Стражники бесцеремонно протолкнули его через толпу истощённых фигур, пока не привели в одну из камер. Камера оказалась крошечной, с голыми стенами из тёмного камня. Внутри было лишь три предмета: встроенная в стену каменная плита, заменяющая кровать, ещё одна плита, поменьше, в виде стола, и скрипучий деревянный стул. Единственный свет шёл от мигающего светильника на потолке, погружающего помещение в вечный полумрак.
— Условия высшего уровня, — язвительно бросил Каин, оглядывая убогое убранство.
В ответ стражник бросил ему свёрток с серой одеждой, такой же, как у остальных.
— Переоденься, — бросил он холодно.
— Так хочется посмотреть на это? — не удержался Каин.
Ответом ему был резкий удар в живот. От боли он согнулся, но всё же поднял голову, чтобы встретить взгляд Норы.
— Как ты понял, здесь не до шуток, мальчишка, — произнесла она с ледяной угрозой.
Каин, собрав остатки дерзости, усмехнулся:
— Думаете, это меня удержит?
Нора наклонилась ближе, её улыбка растянулась, но в глазах не было ни намёка на добродушие.
— Чуть не забыла. Спасибо, что напомнил.
Словно по волшебству, в её руках появился чёрный ошейник, подобный тем, что он видел на других. Прежде чем он успел что-либо сказать или сделать, ошейник уже защёлкнулся у него на шее.
— Эй, какого чёрта?! — воскликнул он, пытаясь сорвать ошейник.
Но тот не поддавался. Он тянул, дёргал, но устройство словно приросло к его коже.
— Ну давай, попробуй сбежать, — сказала Нора сладким, почти нежным голосом.
Каин мгновенно понял, что здесь какой-то подвох. Но, поддавшись отчаянию, он собрал остатки воли и попытался активировать свою магию. Ничего. Не только телепортация, но и сама аура — всё исчезло. Будто его связь с магией просто вырезали.
Каин напрягался до судорог, пытаясь хотя бы на миг прикоснуться к своей ауре, почувствовать ее пульсацию в жилах. Но вместо привычного тепла и силы, поднимающейся к нему изнутри, он ощущал лишь пустоту.
Магия была мертва. Он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, но это не принесло ни малейшего результата.
— Ну что? Не выходит? — Нора склонилась чуть ближе, ее губы растянулись в улыбке, а голос звучал так же насмешливо, как хищный клекот птицы.
— Стоило ожидать от вас чего-то подобного, — прошипел Каин сквозь стиснутые зубы.
Нора рассмеялась, и ее смех эхом разлетелся по мрачным стенам камеры, словно издевательский хор.
— Этот ошейник подавляет всю твою ауру, мальчишка, — произнесла она, гладя его взглядом, будто кот, играющий с мышью.
— Теперь ты не можешь пользоваться ни своей магией, ни своим спектром. И знаешь, что? Это надолго. Так что удачи тебе в твоих жалких попытках выбраться отсюда.
Каин молча выслушал ее издевки.
Гнев в нём рос, как огонь, охватывающий сухую траву. Его лицо вспыхнуло румянцем, и он ощутил, как кровь закипела в жилах.
— Вы просто боитесь меня, — фыркнул он.
Нора лишь усмехнулась, её глаза сверкнули торжеством.
Слова больше не имели значения.
Каин сорвался с места, как волк, почуявший добычу. Он прыгнул вперёд, намереваясь разнести эту самодовольную ухмылку. Но прежде, чем его кулаки достигли цели, перед ним возникли стражники. Их массивные тела заслонили Нору, как каменная стена.
Это его не остановило. Каин метнулся вперёд, его движения были стремительны и точны. Потрескавшийся свет в камере озарил краткий, но яростный бой. Одним ударом он выбил меч из рук ближайшего стражника, второму нанёс резкий удар локтем в горло. Третий попытался схватить его, но Каин поднырнул под руку, завернул её за спину и с силой толкнул нападавшего на стену.
Глухой удар, хрип — и тот обмяк, оседая на землю.
— Вот так-то, — выдохнул он, оборачиваясь к Норе.
Ее лицо не утратило уверенности.
Наоборот, её улыбка стала ещё шире, а в глазах заиграло едва заметное любопытство, как у учителя, наблюдающего за учеником, который наконец решил блеснуть своими знаниями.
— Ты хоть понимаешь, как предсказуем? — произнесла она спокойно.
Она щёлкнула пальцами.
В следующую секунду Каина пронзила такая боль, что он едва не потерял сознание. Словно тысячи игл разом вонзились в каждую клеточку его тела, заставляя мышцы судорожно сокращаться. Он рухнул на пол, корчась от боли, пока ошейник продолжал излучать смертоносный разряд.
— Что, малыш? Как ощущения? — Нора медленно подошла ближе, ее тень накрыла его и без того мучимое тело.
Каин с трудом поднял голову.
Его лицо исказила гримаса боли, но взгляд всё равно был полон ненависти. Он поднял руки и, стиснув зубы, попытался содрать проклятый ошейник, но тот сидел намертво, словно был продолжением его самого. Каждый раз, когда он касался его, разряд боли становился сильнее.
— Мера предосторожности, — произнесла Нора, склонившись ближе. — Вы, дети, все здесь представляете угрозу Альмлунду. А я делаю то, что должна.
Каин не мог ответить. Боль переполняла его разум, стирая все мысли.
Её голос звучал для него как гулкий колокол вдалеке, отзывающийся эхом в его черепе. Электричество наконец победило его тело, и он бессильно упал, тяжело дыша.
Последнее, что он видел, был силуэт Норы, нависший над ним, как статуя беспощадного судьи. Она смеялась, ее смех разносился по залу, сочась язвительностью и зловещей радостью. Эта женщина наслаждалась его бессилием, как кошка, наконец-то загнавшая добычу в угол.
Каин потерял сознание, утонув в темноте, которая казалась такой же безнадёжной, как его новое заточение.
Каин медленно приходил в себя, его сознание поднималось из глубин тьмы, будто он выныривал из ледяной воды. Тело казалось налитым свинцом, каждое движение давалось с трудом, словно его кости превратились в камень. Голова раскалывалась, и неприятное покалывание пробегало по всей длине позвоночника. Он открыл глаза, и перед ним замаячил низкий, тускло освещённый потолок.
Он понял, что лежит на жёсткой каменной плите, служившей кроватью. Едва осмотревшись, он заметил нависшее над ним лицо. От неожиданности Каин резко сел, а затем, несмотря на протесты ослабленного тела, вскочил на ноги и принял боевую стойку.
— Воу, полегче! — незнакомец поднял руки, будто пытаясь защититься от удара. — Я не стражник.
Каин нахмурился, с трудом подавляя желание метнуть в него кулак.
Он внимательно осмотрел парня: смуглая кожа, большой нос, пухлые губы, маленькие круглые глаза, которые сейчас выражали скорее удивление, чем угрозу. Волосы были чёрные, неухоженные, челка нелепо торчала над лбом, а пряди на затылке завивались на концах. Одежда его была той же, что теперь носил и Каин: мрачная тёмно-серая форма, которую наверняка раздали всем заключённым. На груди незнакомца красовался номер «080».
На шее блестел тот самый ошейник — зловещий атрибут, который лишал магии и напоминал о собственной беспомощности. Значит, он действительно был не стражником, а таким же узником.
Каин опустил взгляд на себя. Ошейник всё ещё крепко сидел на шее, и форма теперь была на нём, что означало, что его переодели, пока он был без сознания. На груди у него виднелся номер «119».
— Ты кто? — резко спросил Каин, всё ещё не опуская защитной стойки.
Парень медленно встал и поднял руки повыше, стараясь не делать резких движений.
— Меня зовут Дэмиан, — начал он мягким голосом. — Ты был без сознания. Стражники оставили тебя валяться на полу, а я зашёл посмотреть и решил переложить тебя на кровать. Потом ты очнулся. Ты новенький?
Каин кивнул, не сводя с него пристального взгляда.
— Как себя чувствуешь? — осторожно спросил Дэмиан. — После этой штуки с разрядом иногда кружится голова...
— Нормально, — коротко ответил — Каин, но в его голосе звучала явная угроза.
Он медленно шагнул вперёд, внимательно наблюдая за каждым движением незнакомца.
— Дэмиан, да? Может, покажешь мне, что тут и как? — произнёс он, продолжая приближаться.
Дэмиан отступил на шаг, настороженность мелькнула в его взгляде.
— Да без проблем, — поспешно ответил он, подняв руки ещё выше.
— Только давай без этого... Я видел, как ты разделался со стражниками. Поверь, я для тебя не опасен.
Каин метнулся вперёд быстрее, чем Дэмиан успел закончить фразу. Его руки обвились вокруг шеи парня, крепко прижав того к себе. Захват был точным, выверенным.
— Ты чего?! — взвизгнул Дэмиан, пытаясь вырваться, но сил явно было недостаточно.
— Тише, — приказал Каин хрипло, ведя его к двери.
Один шаг, другой. Каин двигался медленно, словно дикий зверь, пробирающийся через густую чащу.
Он прижался спиной к стене, а затем осторожно высунул голову за дверной проём, проверяя коридор. В одну сторону, в другую — чисто. Тогда он отпустил своего заложника, мягко оттолкнув его к стене.
— И что это было?! — возмутился
Дэмиан, хватаясь за шею.
Каин вздохнул, небрежно поправляя рукава формы.
— Меры предосторожности, — буркнул он, словно это объясняло всё.
— Да я ведь дал понять, что не враг! — вспылил Дэмиан, пытаясь привести в порядок свою измятую одежду.
— Ничего личного, — ответил Каин, пожав плечами. — Просто я теперь предпочитаю не доверять словам.
Его лицо на миг озарила саркастичная улыбка.
— Ну что, показывай уже, что это за место, — добавил он, скрывая раздражение под напускным спокойствием.
Дэмиан покачал головой, всё ещё не понимая, как ему удалось вляпаться в эту ситуацию, но нехотя указал жестом в сторону коридора.
— Ладно, пойдём. Но, надеюсь, ты не планируешь ещё кого-нибудь душить.
Каин усмехнулся и коротко кивнул.
Его взгляд, всё такой же настороженный, следил за каждым движением нового знакомого.
Коридоры были узкие и тёмные, словно кишки какого-то огромного, давно умершего зверя. Каменные стены сочились сыростью, и холод проползал под одежду, прижимаясь к коже, как змея. Пол под ногами был неровным, серым, покрытым мелкими трещинами, будто здесь проходили не годы, а целые века заброшенности. Редкие масляные лампы тускло мерцали на стенах, разбрасывая неровные пятна света и отбрасывая длинные, устрашающие тени.
Каин шагал рядом с Дэмианом, чувствуя, как его напряжение не ослабевает ни на мгновение. Всё здесь было чуждо, враждебно, будто само место было создано, чтобы подавлять любую надежду.
— Как-то не похоже это на класс, — пробурчал Каин, оглядывая очередной коридор, который больше напоминал катакомбы.
Дэмиан тихонько хмыкнул, а затем рассмеялся.
— Ты это сейчас серьёзно? — спросил он, сквозь смех бросив на Каина искоса удивлённый взгляд.
— Мне сказали, что это просто... отстающий класс. Ну, знаешь, место для тех, кто плохо владеет своими способностями, — буркнул Каин, сжимая кулаки.
Дэмиан захохотал громче, чем требовала ситуация.
— Так вот, что рассказывают там, наверху. Ну и сказочки, — выдохнул он, качая головой. — Друг, если ты ещё не заметил, это тюрьма. Здесь не учат. Здесь не помогают. Мы здесь заключённые, а не ученики.
Каин замолчал, обдумывая услышанное. Слова Дэмиана были горькими, но он не мог их отрицать. Он посмотрел вокруг, теперь более осознанно, и внезапно понял, насколько всё вокруг было похоже на тюрьму. Никакой надежды, никакой свободы, только стены, запертые двери и тусклый свет, который больше пугал, чем успокаивал.
— Но если здесь никого ничему не учат, зачем вас всех здесь держат? В чём смысл? — наконец спросил он, стараясь, чтобы в его голосе не звучало раздражение.
Дэмиан остановился и обернулся к нему. Его лицо, до этого оживлённое и насмешливое, внезапно потемнело, словно он вспомнил что-то болезненное.
— Потому что мы не такие, — пробормотал он.
— Не такие? Это какие? — нахмурился Каин.
— Наша сила... другая, — медленно начал Дэмиан. — У каждого из нас был один и тот же предлог, чтобы нас сюда отправить. Мол, наши силы хаотичны, нестабильны, и для того, чтобы научиться их контролировать, нужно особое обучение.
— Звучит знакомо, — кивнул Каин. — А на деле?
Дэмиан тяжело вздохнул, словно готовился поделиться тайной, которая его самого пугала.
— А на деле? Мы те, кто мешаем. Норе. Совету. Я не знаю точно. По их словам, наша сила слишком опасна, она несёт угрозу Альмлунду. Поэтому нас держат здесь. Боятся, что мы станем сильнее. Боятся, что мы сможем... учудить что-то, — последние слова он произнёс с явной насмешкой, но в его голосе всё равно звучала горечь.
Каин посмотрел на него внимательнее. Всё в выражении Дэмиана кричало о том, что он говорил не только о себе, но о всех здесь находящихся.
— И сколько ты уже здесь? — спросил он после паузы.
Дэмиан мрачно нахмурился.
— После восьми лет я перестал считать.
— Восемь лет?! — Каин не сдержал удивления. — А почему ты просто не отказался возвращаться сюда по окончании учебного года?
Дэмиан резко повернул к нему голову, глядя так, будто Каин только что произнёс величайшую глупость.
— Слушай, я не знаю, как и что там у вас, но у нас, если ты угодил сюда, то обратно уже не выйдешь. Я ведь тебе сказал — это тюрьма. Раз попал, можешь забыть про поверхность.
Каин замер. Осознание ситуации, в которую он попал, будто холодным ветром ударило его в лицо.
Дэмиан пошёл вперёд, но Каин остался стоять. Место, в которое он угодил, таило в себе куда больше вопросов, чем ответов, и все они сжимались в один тугой комок у него в груди. Ему ещё только предстояло узнать, сколько тайн скрывали эти холодные стены.
Тусклый свет ламп отбрасывал на стены искаженные тени бредущих по коридорам людей. Они двигались медленно, будто тени собственных былых «я», — худые, изнеможденные, с пустыми взглядами, что выжигали в воздухе странную смесь страха и апатии. Кто-то стоял кучками, шептался, озираясь по сторонам, как крысы, боящиеся приближения хищника. Другие бесцельно брели, словно сами не знали, куда идут.
Каин наблюдал за ними, но взгляд его то и дело возвращался к стражникам, что стояли вдоль стен, подобно статуям. Их лица казались высеченными из камня — никакой эмоции, никакой жизни, только застывшая маска жестокой готовности. Руки покоились на рукоятках оружия, а глаза бесстрастно сканировали толпу, точно выискивая малейший намёк на непослушание.
Коридор наполнился звуком, что заставил даже Каина вздрогнуть. Это был голос из громкоговорителя, резкий и властный, раскатывающийся эхом по всему помещению:
— Время отбоя. Немедленно пройти в свои комнаты.
Реакция была молниеносной. Люди, как мыши, брошенные в клетку с хищником, бросились врассыпную, стремясь добраться до своих комнат.
Босые ноги барабанили по каменному полу, наполняя коридор хаотичным шумом.
Дэмиан рванул следом за остальными, но остановился, обернулся к Каину, его лицо исказилось тревогой.
— Эй, беги! Лучше не зли их! — голос дрожал, но в нём была искренняя забота.
Каин нахмурился глядя на его паническое лицо.
— О чём ты вообще? — спросил он, голос его звучал спокойно, но внутри завибрировала тревога.
Дэмиан открыл рот, будто собираясь ответить, но внезапно его глаза округлились от ужаса, и он побежал прочь, даже не попытавшись объяснить.
Каин замер. Он медленно обернулся, и перед ним уже стояли четверо стражников. Они подошли бесшумно, словно охотники, выслеживающие добычу. Их фигуры тонули в полумраке, но металлический блеск дубин в их руках был отчётлив, почти зловещ.
— Приказано было пройти в свою комнату, — голос одного из них был холодным, безразличным, будто он говорил с неодушевлённым предметом.
Каин чуть склонил голову, его губы искривились в саркастической усмешке.
— Я слышал. Я тут новенький, ещё не совсем разобрался. Может, проводите?
Его тон капал ядом, но стражники не отреагировали. Они молча достали из поясов массивные дубины, их движения были синхронны, почти механичны.
Каин почувствовал, как у него пересохло в горле. Он нервно сглотнул.
— Серьёзно? — выдавил он, надеясь, что это разрядит обстановку.
Ответом ему стало движение. Без предупреждения, без эмоций стражники ринулись на него, как голодные волки. Их шаги эхом разносились по коридору, а дубины сверкали в свете ламп, словно готовясь испустить грозу боли.
Каин попытался уклониться, поднять руки, но их было слишком много.
Первый удар пришёлся по рёбрам, выбив из него воздух. Второй — по спине, заставив согнуться. Удары сыпались один за другим, как дождь.
Он чувствовал, как кости под кожей трещат, как тело становится ватным, будто его выжимают, как тряпку.
Когда все закончилось, он уже не мог двигаться. Его бесчувственное тело волокли по полу, как мешок, оставляя за собой едва заметный кровавый след. Коридор перестал быть таким уж холодным — он был безразличным.
Его бросили на пол в комнате. Каин попытался подняться, но боль пронзила всё тело, как тысячи иголок. Он кашлянул, и на каменный пол упала капля крови.
— Весёлое же местечко, — прошептал он, но голос его был слаб, почти неразличим.
Он подтянул руку, пытаясь ухватиться за край кровати, но силы покинули его. Пальцы соскользнули, и он снова упал на пол. Мир перед его глазами начал плавать, а затем погас.
Последним, что он услышал, был звук замка на двери — глухой, тяжёлый, как приговор.
На утро Каина разбудил не свет солнца, которого здесь, казалось, никогда не было, а резкий звук открывающейся двери. Она ударилась о стену с таким грохотом, что комната задрожала, и в проёме появился стражник. Его броня поблёскивала в тусклом освещении, а голос звучал, как гром среди молний:
— Встать! Время сна окончено!
Каин приоткрыл глаза, но каждый вдох отдавался болью в рёбрах. Голова кружилась, а во рту чувствовался металлический привкус крови. Тело, словно чужое, отказывалось слушаться. Он, кряхтя, поднялся, хватаясь за край кровати, чтобы не упасть.
— И вам доброго утречка... — пробормотал он сквозь стиснутые зубы, пошатываясь, направляясь к раковине.
Стражник стоял молча, его глаза были бесстрастны, как у хищника, наблюдающего за жертвой. Однако, увидев, что Каин стоит на ногах, он просто развернулся и ушёл, оставив дверь открытой.
Каин с трудом умывался холодной водой. Она обжигала кожу, но немного проясняла сознание. В этот момент из-за дверного проёма показалась голова Дэмиана.
— Ты как? — тихо спросил он, голос его был полон осторожности.
Каин бросил на него усталый, раздражённый взгляд.
— Как ты думаешь? — огрызнулся он.
Дэмиан тяжело вздохнул, опустив взгляд.
— Я пытался предупредить тебя... но стражники уже подходили. Если бы я задержался, со мной бы сделали то же самое, — произнёс он, виновато глядя на пол.
Каин махнул рукой, будто отгоняя неприятные воспоминания.
— Забудь. Лучше расскажи, что здесь вообще происходит. Раз уж ты тут столько лет, будь добр, просвети, — пробурчал он.
Они вместе вышли из комнаты, снова окунувшись в мрачные коридоры. Стены казались ещё холоднее, воздух — ещё тяжелее.
— Как я уже говорил, — начал Дэмиан, оглядываясь, словно опасаясь, что кто-то может их подслушать. — Это не место для обучения. Это тюрьма. Условия здесь... ну, ты сам уже почувствовал. За любой проступок нас бьют, за любое неповиновение могут отправить в «комнату перезагрузки».
Каин нахмурился.
— Хорошо, вас тут удерживают. Но что потом? Неужели вас будут держать здесь всю жизнь? — спросил он.
Дэмиан пожал плечами, его лицо было усталым, даже смирившимся.
— Если бы я знал... Нас сюда закинули и ни слова не сказали о том, когда мы сможем выйти. Если вообще сможем.
Их разговор внезапно прервал крик. Громкий, пронзительный, он разорвал воздух, словно удар грома в тишине. Оба обернулись и увидели парня, корчащегося на полу. Его тело извивалось в агонии, а вокруг него клубилось облако ауры — настолько яркое и плотное, что оно казалось почти материальным. Пол под ним трескался, стены вибрировали.
— О нет... Удо, — тихо произнёс Дэмиан, побледнев.
Каин хотел спросить, что происходит, но не успел. Стражники, как волки, вынырнули из тени и бросились к парню. Они прошли через клубящуюся ауру, их движения были уверенными, как у опытных охотников. Один из них держал сеть из чёрного металла, сверкающую странным мрачным светом.
Удо продолжал кричать, его голос был полон боли и отчаяния. Стражники накинули сеть на его тело, подавив его движения, словно он был диким зверем. Они подняли его, словно мешок, и потащили в одну из закрытых комнат.
За дверью его крики превратились в нечеловеческий вой, эхом разносясь по коридорам. Люди, что находились поблизости, замерли, опустив головы, словно это зрелище было слишком привычным, чтобы вызывать эмоции.
— Это ещё что такое? — с ужасом спросил Каин.
Дэмиан провёл рукой по лицу, его голос звучал тихо, как шёпот.
— Подавитель достиг пика, — прохрипел он.
— Подавитель? Пика? — недоуменно повторил Каин.
Дэмиан указал на ошейник, который был на каждом из них, включая Каина.
— Это ошейники. Подавители. Они поглощают ауру, не позволяя ей выбраться наружу и использовать Спектр. Но у них есть предел. Когда они перегружаются, вся накопленная аура впивается обратно в тело... Это адская боль, поверь мне.
Каин нахмурился, глядя на закрытую дверь.
— И что потом? Куда они его утащили?
— В комнату перезагрузки, — ответил Дэмиан. — Там они выкачивают лишнюю ауру из ошейника и тела. Это истощает нас до полусмерти, но это единственный способ удержать нас здесь. Если подавитель сломается, освобождённая аура разрушит всё вокруг.
Тишина вновь опустилась на коридор, прерываемая лишь глухими криками Удо за закрытой дверью. Каин тяжело вздохнул, проведя рукой по волосам.
— Значит, всё действительно настолько плохо...
Дэмиан ничего не ответил. Его лицо застыло в маске усталого отчаяния. Только отголоски криков продолжали висеть в воздухе, словно напоминание, что надежда на спасение в этом месте — лишь иллюзия.
Прошло несколько дней, но для Каина они растянулись в вечность.
Новый распорядок, новый ад — каждый час походил на пытку. Едва ли не ежедневные осмотры комнат, грубые досмотры. Это было унизительно.
А после досмотров часто следовали избиения. Молчащие, холодные, без предупреждений. Любой неверный взгляд или движение карались наотмашь дубинкой по рёбрам.
Каин не знал покоя. Он держался за Дэмиана — нервного юношу с глазами, в которых угадывылась слабая, но живая искра человечности. Тот, кто здесь давно, но еще не превратился в часть этого каменного механизма. Каин воспринимал его как проводника, пусть и не самого смелого.
Они вместе ходили по коридорам, словно узники, цепляющиеся за остатки свободы в этих стенах.
Тёмные коридоры были душными, мрачными, а их каменные стены казались холоднее даже самого зимнего ветра.
— Да уж, это место охраняется лучше здания Совета, — сказал Каин, оглядевшись и, убедившись, что поблизости никого нет, добавил тише: — Сбежать будет непросто.
Дэмиан бросил на него усталый взгляд, в котором читалось недоумение.
— Ты всё ещё думаешь о побеге? Я думал, ты уже понял, что это невозможно, — тихо сказал он.
— Смириться? — фыркнул Каин, будто это слово было для него оскорблением.
— Ни за что. Там, снаружи, есть люди, которые нуждаются в моей помощи. И я выберусь. Любой ценой.
Но разговор был прерван внезапным ударом: камешек прилетел Каину в затылок. Резко обернувшись, он увидел долговязого парня, стоявшего в нескольких шагах от них. Тот был бледен, с длинными руками и ногами, лицо его напоминало ворону с выдающимся носом и пронзительными, злыми глазами. Его черные волосы торчали в разные стороны, словно он только что вылез из-под кровати.
— И что это за шутки? — резко спросил Каин, нахмурившись.
— Нико, что ты делаешь? — испуганно спросил Дэмиан.
Но Нико не ответил. Он быстрым шагом приблизился к Каину и резко схватил его за одежду, прижимая к стене. Его лицо перекосилось от злости.
— Здесь и так жить тяжело, а после твоего появления всё стало ещё хуже! — прошипел он, его голос был полон ярости.
— Проверки стали чаще, нас бьют сильнее. Что ты сделал?
Каин спокойно убрал его руки со своей одежды, выпрямившись.
— Друг, я понятия не имею, о чём ты говоришь, — сказал он, глядя прямо в глаза Нико.
— Нико, успокойся, — попытался вмешаться Дэмиан, но его голос дрожал.
Нико резко развернулся и ударил
Дэмиана в лицо. Удар был сильным, и тот, пошатнувшись, рухнул на пол, зажимая нос, из которого струилась кровь.
— Эй! — воскликнул Каин, как раз вовремя, чтобы увернуться от удара, который Нико нанёс ему.
Каин ловко отклонился, а затем оттолкнул его, заставив отступить.
— Угомонись, идиот! Какая у тебя проблема? — воскликнул он.
— Ты! Ты моя проблема! — закричал Нико, снова бросаясь в атаку.
Каин парировал его удары, двигаясь быстро и ловко. Когда Нико попытался нанести очередной удар, Каин воспользовался моментом, ударив его ногой в живот. Нико пошатнулся, но, отступив назад, выпрямился.
И в этот момент Каин заметил, что позади Нико начала собираться толпа. Их лица были мрачными, взгляды жёсткими. Каждый из них, казалось, питал ту же злобу, что и Нико. Они окружали его, как стая хищников, готовая ринуться в бой.
— Да вы издеваетесь... — пробормотал Каин, вздохнув.
Он бросил взгляд на Дэмиана, который всё ещё сидел на полу, прижимая руку к разбитому носу.
— Ты драться умеешь? — спросил он с надеждой.
Дэмиан поднял на него глаза, полные страха. Он даже не нашёл в себе сил ответить, его взгляд говорил сам за себя.
— Понятно... — выдохнул Каин, отвернувшись от него.
Толпа сомкнулась вокруг него, шаг за шагом приближаясь. Каин окинул их взглядом, затем снова посмотрел на Нико.
— Ну что ж, попробуем сделать это быстро, — сказал он, принимая боевую стойку.
Он знал, что шансов у него немного, но даже перед лицом угрозы не собирался сдавать ни дюйма.
Толпа бросилась на Каина с оглушительным криком, подобно волчьей стае, почувствовавшей запах крови.
Каменные коридоры эхом отдавали глухие удары, рык и тяжёлое дыхание. Тренировки с Танкредом, суровым наставником, не прошли даром — Каин двигался быстро и отточенно. Первый нападавший полетел на землю, ударившись затылком о каменный пол. Второй едва успел поднять руку, чтобы защититься, но получил мощный удар в солнечное сплетение, после чего задыхаясь упал на колени.
Но толпа не редела — их ярость была нескончаемой. Один за другим, словно волны, они бросались на Каина, пытаясь завалить его числом.
Его кулаки и ноги работали безостановочно, но вскоре его движения стали замедляться. Пот катился с висков, и дыхание становилось всё тяжелее.
Нико, наблюдавший за схваткой с насмешкой, сделал шаг вперёд. Его удары были быстрыми и точными, как у опытного бойца, а движения — ловкими, уверенными. Его глаза горели холодным огнём. Защищаться от его атак, одновременно отбиваясь от остальных, становилось всё труднее. Каин начал отступать, чувствуя, как его силы утекают.
Но прежде чем Нико успел нанести решающий удар, из темноты коридора появилась фигура. Она двигалась быстро, почти беззвучно, словно тень, но её удары звучали, как удары молота. Неизвестная девушка ворвалась в бой, словно разъярённая тигрица. Ее кулаки и ноги мелькали с такой скоростью, что за ними едва можно было уследить.
Нападавшие упали один за другим, словно колосья под косой. Те, кто еще секунду назад насмехались и атаковали, теперь корчились на полу, прижимая к себе поломанные рёбра и кровоточащие носы. Их вопли раздавались по всему коридору.
В считанные мгновения на ногах остались лишь трое: Каин, Нико и незнакомка.
— Черт возьми, зачем ты вмешиваешься?! — выдохнул Нико, дрожа от гнева, но опасаясь её взгляда.
— Уходи, Нико, пока можешь, — её голос был низким, спокойным, но в нём слышалась угроза. — Я терпелива, но не настолько.
Нико фыркнул, но в его взгляде появилась неуверенность. Он хотел что-то сказать, но, обдумав, лишь резко развернулся и ушёл, махнув рукой своим побитым товарищам.
Они, собрав последние силы, поплелись за ним, оставляя за собой кровавые пятна.
Каин, тяжело дыша, выпрямился и посмотрел на незнакомку.
— Спасибо за помощь, — проговорил он, но её холодный взгляд был обращен не к нему.
Она прошла мимо, будто его и не существовало, и опустилась на колени перед Дэмианом, все еще сидящим на полу и зажимающим разбитый нос.
— Сколько раз я тебе говорила: не подставляйся! — сказала она, хмурясь. — Смотри, что с тобой теперь.
Не нос, а фарш! Толку от моих уроков?
— Прости, Ноель... — пробормотал Дэмиан, отнимая руку от лица. Его голос звучал жалобно. — Я просто не ожидал...
— Ты всегда должен быть начеку, особенно с такими, как Нико. Ты безнадёжен, Дэмиан, — она раздражённо вздохнула и повернулась к Каину, словно впервые обратила на него внимание.
Ноель была девушкой среднего роста, с атлетичным телосложением, выдающим её силу. Волнистые тёмные волосы обрамляли лицо с ярким румянцем, но её глаза...
Её янтарные глаза переливались на свету, словно языки пламени в ночи. Они были хищными, проницательными, способными пробуравить человека насквозь.
— Это кто? — спросила она, фыркнув, её взгляд скользнул по Каину, изучающий и враждебный одновременно.
— Это Каин, — поспешно сказал Дэмиан, поднимаясь с пола.
— Он новенький. А это Ноель, моя... подруга.
— Мы не друзья, — холодно поправила она, прищурившись.
— Приятно познакомиться, — сказал Каин, слегка кивнув.
Ноель подошла ближе, окинув его пристальным взглядом, словно изучала очередного противника.
— Значит, это из-за тебя началась вся эта суматоха? — спросила она, сжав губы.
— Я не знаю, о чём ты говоришь, — пробормотал Каин. — Нико тоже меня обвинял, но я ничего не делал.
— О, ты точно что-то сделал, — сказала она, сложив руки на груди. — Стражники стали вести себя по-другому с тех пор, как ты появился. Они озлобились, стали чаще нападать на нас.
— Но я тут причем? — воскликнул Каин, недоумевая. — Почему они должны быть злее из-за меня?
— Потому что они боятся тебя, — сказала Ноель, её голос был твердым. — Боятся твоего побега.
Они пытаются создать вокруг тебя атмосферу страха и изоляции. Если у тебя не будет союзников, ты будешь беспомощен. Нико — лидер, и раз он так явно пошёл против тебя, значит, он озвучивает мнение большинства.
Дэмиан, побледнев, посмотрел на Ноель.
— Боятся Каина? — переспросил он.
— Получается так, — ответила она, снова вздохнув. — Теперь ты в центре внимания, новенький. И с этим придётся что-то делать.
Каин вместе с Дэмианом и Ноель проследовали в комнату Каина, чтобы обсудить случившееся.
Ноель облокотилась на стену, сложив руки на груди, а Дэмиан сел на край кровати, тяжело вздохнув. Каин же начал нервно шагать из угла в угол, время от времени бросая взгляды на дверь, словно она вот-вот могла раствориться сама по себе.
— Что-то странное было, когда я дрался с Нико, — вдруг сказал он, нарушая тишину.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Дэмиан, вытирая окровавленное лицо рукавом.
Каин остановился, глядя в пол, словно искал там ответ.
— Не знаю... Его движения, его удары... Было какое-то знакомое ощущение, — пробормотал он.
— Нико тот ещё мерзавец, но драться умеет. Признаю, его навыки впечатляют, — сказала Ноель, поднимая бровь.
— Да, это так. Но я не об этом. У меня было странное чувство, будто я уже сражался с ним раньше. Дежавю, — сказал Каин, нахмурившись.
— Вряд ли это возможно, — заметила Ноель. — Отсюда никто не выбирается. Нико здесь давно, один из старожилов. Ты точно не мог с ним встретиться за пределами этих стен.
Каин задумчиво потер подбородок.
Это ощущение не покидало его, как зуд в памяти, до которого он не мог дотянуться.
— Черт, я уже несколько дней тут торчу, — раздражённо сказал он, резко махнув рукой. — Мне нужно выбраться отсюда. Немедленно.
— Я же говорил, отсюда невозможно сбежать, — тихо произнёс Дэмиан, глядя в пол.
— Не хочется соглашаться с пессимистом, но он прав, — сказала Ноель с кривой усмешкой. — Люди здесь годами строят планы побега, и все без толку. Это место построено, чтобы держать нас здесь до конца.
Каин фыркнул, потер виски, потом вдруг поднял голову, как будто вспомнив что-то важное.
— Танкред. Чёрт, если бы он был здесь, он бы что-то придумал, — пробормотал он.
Ноель прищурилась, ее взгляд стал острым, как клинок.
— Танкред? — переспросила она.
— Да, — быстро ответил Каин, стараясь держать голос ровным. — Это мой... наставник.
Он замешкался, вспоминая, как чуть не проговорился, назвав Танкреда своим отцом ранее.
— Танкред? Тот самый Танкред?.. — начала Ноель, но её слова прервал резкий металлический скрежет открывающейся двери.
В проёме стояли двое стражников.
Они были в чёрных формах с гладкими шлемами, закрывающими лица, а в руках они держали дубинки.
— Номера 023 и 080. Немедленно следуйте с нами, — прозвучал хриплый, механический голос, словно он исходил не от человека, а от машины.
Ноель подняла подбородок, насторожённо глядя на стражников.
— А в чём дело? — её голос был твёрдым, но спокойным, как у зверя, готового к атаке.
Ответа не последовало. Стражники грубо схватили её за руку, другой затащив Дэмиана на ноги. Тот даже не успел возразить, как его выволокли в коридор.
— Эй! Что вы делаете?! — выкрикнул Каин, шагнув вперёд.
Один из стражников повернулся к нему и без лишних слов нанес ему удар дубинкой прямо в живот. Воздух со свистом вырвался из легких
Каина, он рухнул на колени, хватаясь за живот.
Попытавшись подняться, Каин сжал кулак, готовясь нанести ответный удар. Но в тот момент, как он сделал движение, ошейник на его шее засветился. Разряд электричества сковал его тело, и он рухнул на пол.
Боль обрушилась волной, лишая его сил и возможности сопротивляться.
Он корчился в конвульсиях, беспомощно наблюдая, как стражники тащили Дэмиана и Ноель прочь. Её янтарные глаза ещё раз блеснули в его сторону, прежде чем она скрылась за поворотом коридора.
Тишина нависла над комнатой, если не считать тяжёлого дыхания Каина.
Его пальцы судорожно сжимались в кулак, ногти впивались в ладони.
Где-то внутри него уже закипал гнев, но он не мог ничего сделать только лежать на холодном полу и проклинать свою беспомощность.
Вязкая боль ослабила свою хватку, и Каин, словно вынырнув из глубокой тьмы, пришел в себя. Тело казалось чужим — тяжёлым, как груз камней, болевшим в каждой клетке. Он медленно поднялся с пола, опираясь на стену. Дыхание сбивалось, но ярость, кипевшая в груди, перекрывала даже боль.
Он покинул комнату, спотыкаясь, но продолжая идти. Коридоры казались бесконечными, темными кишками, освещенными тусклым, моргающим светом. Заглядывая в каждую дверь, Каин искал — отчаянно, бездумно. Он бежал быстрее, хватаясь за стены, будто мог пронзить пространство взглядом.
Наконец, в одном из закоулков, он нашел их. Ноель и Дэмиан лежали на полу, избитые, словно выброшенные куклы. Лица в кровоподтеках, одежда разорвана, губы испачканы кровью.
Ноель первой попыталась подняться, кривясь от боли, а потом потянула за руку Дэмиана, помогая ему встать.
— Что это было?! Какого хрена?! — выкрикнул Каин, его голос эхом разнёсся по коридору.
Ноель лишь коротко вздохнула, проводя рукой по окровавленной щеке.
— Как я уже сказала, стражники от тебя не в восторге, — ответила она, глядя на Каина мрачно.
— Они спрашивали, почему мы были в твоей комнате, о чём говорили.
Когда мы сказали, что просто болтали на отвлечённые темы... Ну, им этот ответ не понравился, — пробормотал Дэмиан, вытирая лицо и отряхивая одежду.
Каин сжал кулаки, его гнев накрыл его волной.
— Довольно! Сейчас я им покажу! — воскликнул он, сделав шаг в сторону.
Ноель издала нервный смешок, подняв бровь.
— И что ты собираешься сделать? — спросила она, ее голос был острым, как лезвие. — Да, ты хороший боец. Может быть, они не смогут сразу тебя удержать. Но на тебе ошейник. Забыл? Малейшее неповиновение — и он ударит тебя током, заблокирует все способности. А стражники, в отличие от нас, могут свободно использовать свой Спектр. У тебя нет ни единого шанса.
— Плевать! — фыркнул Каин, разворачиваясь и направляясь к комнате наблюдения, где обычно сидели стражники.
— Каин, это глупо! — крикнул Дэмиан, но слова не достигли его разума.
Гнев кипел, словно пламя, подгоняя его шаги.
Каин уже почти достиг двери, как вдруг мир взорвался ярким фиолетовым светом. Камень, встроенный в его ошейник, вспыхнул, как заря, осветив все вокруг. Каин ощутил резкий всплеск боли, словно тысяча игл одновременно вонзились в его тело.
Он упал на одно колено, стараясь удержаться, но давление стало невыносимым. Аура, горячая и живая, вырвалась из его тела, будто река, прорвавшая плотину. Воздух вокруг зазвенел, словно перед бурей, а стены и пол начали сотрясаться.
Вибрация разносилась, превращая помещение в хаос.
— Что за чёрт?! — вскрикнула Ноель, отступая назад.
Дэмиан, шатаясь, смотрел с ужасом на Каина. Его тело искрилось, словно в огне, и из него вырывались всполохи энергии, разрывая всё вокруг. Пол треснул, стены пошли трещинами, а потолок осыпался пылью.
Остальные заключенные в ужасе разбегались, спотыкаясь и падая, крича, словно на них обрушилось нечто неведомое. Только Ноель осталась стоять, хотя ее глаза, блестящие от яркого света, говорили о страхе, который она не могла скрыть.
Каин закричал, голос прорезал шум разрушений, и его боль стала почти осязаемой. Его тело больше не слушалось его, энергия, вырывающаяся из него, жила своей жизнью, разрушая всё на своём пути.
Комната наполнилась запахом озона и горелого камня, аура вокруг Каина все еще мерцала остаточными всполохами, когда стражники ворвались внутрь. Их лица были искажены смесью страха и решимости. Каин видел, как они переглядывались, будто сомневались в своих действиях, но один из старших выкрикнул приказ, и пятеро мужчин кинулись на него, словно охотничьи псы на загнанного зверя.
Облако энергии, окружавшее Каина, сперва отбросило их назад, но они снова набросились на него, стараясь не дать ему опомниться. Его тело едва двигалось, преданное собственной болью. Стражники, цепляясь за его руки и ноги, поволокли его по коридорам, не обращая внимания на его попытки сопротивляться.
— Отпустите меня, ублюдки! — выкрикнул Каин, но его голос звучал сдавленно, слабее, чем он надеялся.
Коридоры мелькали перед глазами — мрачные, серые, похожие друг на друга, словно бесконечный лабиринт. И тут перед ним оказалась та самая дверь. Она была массивной, из потускневшего металла, на ней были царапины и вмятины, словно кто-то пытался выбраться изнутри.
— О, нет... — пробормотал Каин, чувствуя, как холодный страх прокрадывается в его разум.
Дверь раскрылась с лязгом, и Каина втолкнули внутрь, окружённого плотным кольцом стражников. Его тащили по новым коридорам, еще более стерильным и пустым, пока они не добрались до белой комнаты.
Она была пугающе чистой, будто специально созданной, чтобы стереть любые следы человечности. в центре стояло кресло, массивное, со следами крови на подлокотниках и глубокими бороздами от ногтей.
От одного взгляда на него Каин почувствовал, как сердце сжалось.
— Ребята, я не любитель подобного жанра, — пробормотал он с усмешкой, но даже ему самому было ясно, что в его голосе звучал страх.
Его вдавили в кресло, ремни сомкнулись вокруг его тела, будто змея, не оставляя шансов на движение. Он пытался сопротивляться, но стражники удерживали его с силой, которую он не мог преодолеть.
В комнату вошёл мужчина в белом халате. Его лицо скрывала маска, оставляя видимыми лишь холодные глаза.
— Держите его крепче, — бросил он равнодушно. — Его аура слишком нестабильна. Заберём больше, чем обычно.
Каин хотел что-то сказать, но двое стражников сдавили его плечи, а третий грубо дернул голову назад.
Ошейник на шее раскрылся с тихим щелчком.
Свобода, которую он почувствовал, была обманчивой. Каин собрал последние силы, чтобы воспользоваться своим Спектром, но тут же почувствовал укол в шею. Шприц был огромным, игла, казалось, пронзила его до самой души.
— Чёрт... вы... что делаете? — пробормотал он, но голос его стал слабым.
Вместо крови из его тела вытекала густая, светящаяся темно-синяя субстанция. Её свет был почти болезненным для глаз. С каждой каплей, что покидала его тело, он чувствовал, как силы ускользают, как жизнь утрачивает свои краски.
Мужчина в белом наполнил четыре шприца до краёв и внимательно их осмотрел.
— Этого хватит на первое время, — произнёс он хладнокровно. — Внимательно следите за ним. Ошейник его еле сдерживает. Этот экземпляр — удачная находка. Его сила точно поможет нашему клиенту.
Каин слышал эти слова, но они звучали, как шепот сквозь густой туман.
Он пытался удержать сознание, но не мог бороться. Мир вокруг него растворился, и он провалился в бесконечную тьму.
Когда Каин очнулся, боль в теле была такой глухой, что казалось, будто его душу зажали в тисках и оставили там на целую вечность. Мир вокруг плыл перед глазами — стены комнаты, изъеденные временем, будто насмехались над его бессилием. Он с трудом понял, где находится, но знакомый тяжёлый ошейник на шее вернул его в реальность.
Сквозь мутное зрение он разглядел две тени в дверном проёме. Ноель и Дэмиан стояли, прислонившись к стене.
— Как успехи в битве со стражей? — язвительно спросила Ноель, скрестив руки на груди.
Дэмиан лишь тяжело вздохнул, прежде чем лениво пихнуть её в бок.
— Дай ему прийти в себя. После белой комнаты не до шуток, — пробормотал он, хмуро разглядывая Каина.
Каин попытался подняться, но даже простое движение оказалось подвигом. Его мышцы ныли, будто кости были заменены свинцом. Он прищурился, сквозь дрожащие губы выдавливая слова:
— Ошейник... не может удержать...
— Что? — Ноель резко наклонилась ближе, её голос стал резким, как хлёст кнута.
Каин попытался повторить, но силы покинули его. Глаза закрылись, а тело вновь погрузилось в темноту, оставив Ноель трясти его за плечи, выкрикивая вопросы, на которые он больше не мог ответить.
Когда он открыл глаза во второй раз, свет стал мягче, а боль в теле отступила на шаг. Слабость всё ещё наполняла его, но теперь она напоминала отголосок бури, а не сам её эпицентр. Каин увидел, что Ноель и Дэмиан остались на месте. Их лица выражали смесь усталости и беспокойства.
— Что вы тут делаете? — пробормотал он, силясь подняться с кровати. — Если вас снова увидят со мной, то изобьют.
— Как это возможно? — тихо произнёс Дэмиан, его голос звучал так, словно он разговаривал сам с собой.
— Что возможно? — Каин поморщился, потирая голову, в которой стучало от воспоминаний о белой комнате.
— То, что ты очнулся через несколько часов. Обычно после... — он помедлил, словно даже название этого места вызывало у него отвращение, — белой комнаты люди остаются в беспамятстве несколько дней. Ты же встал и даже двигаешься!
Ноель подалась вперёд, глаза её блестели от напряжения.
— И ещё то, что ты говорил... про ошейник. Это был бред? Или что ты имел в виду?
Каин медленно поднялся, потянулся, стараясь вернуть контроль над своим телом.
— Насчёт того, кто сколько отходит от вашей «белой комнаты», — усмехнулся он, — могу только сказать, что это было неприятно. Да, меня вымотали, но я чувствую себя лучше, чем ожидал. А насчёт ошейника — это не был бред.
Он прищурился, вспоминая холодные слова мужчины в белом халате.
— Тот, кто что-то выкачивал из меня, сказал, что ошейник еле сдерживает мою ауру. Он велел усилить контроль.
Ноель и Дэмиан переглянулись, их лица исказились тревогой. Это была не просто тревога за Каина — в их глазах читался страх перед тем, что они могли оказаться втянутыми в нечто, чего не понимают.
— Кажется, — язвительно произнёс Каин, ухмыльнувшись, — я знаю, как нам отсюда выбраться.
Его голос, наполнившийся странной уверенностью, эхом отозвался в тишине комнаты.
— Но мне понадобится ваша помощь.
Его глаза сверкнули хищным блеском, словно в душе уже зрел план, опасный и безрассудный, но кажущийся единственным выходом.