Вместе
— Сегодня мне нужно уйти по работе, — Нацистская Германия отставил в сторону кружку с кофе, внимательно на неё посмотрел. Японская Империя вздохнула, продолжила: — Вы думаете, что я бессовестная, да?
— Почему сразу так? — спустя секунду размышлений, он отхлебнул ещё глоток, пожал плечами. — У меня такие чувства только из-за беспокойства, не подумайте лишнего. Но в конце концов вы эти три дня добросовестно не перенапрягались, чтобы восстановить здоровье. Вполне естественно, что у вас накопились дела.
— Верно... У меня всё ещё не получается правильно трактовать ваши чувства.
— Вы беспокоитесь из-за того, что оставляете на меня Японию? Она смышлёный ребёнок, не доставляет проблем, поэтому всё хорошо. К тому же вчера я завершил все свои дела снаружи, поэтому сегодня могу никуда не выходить. Не могу представить, как вы справлялись в одиночку, должно быть, тяжело было разрываться между домом и работой, — он протянул руку, осторожно заправил за ухо выбившуюся прядь волос, погладил по щеке. ЯИ отвела взгляд, она почувствовала, чего он хочет, с некоторым сомнением оглянулась на дверь, но малышка ещё должна была спать. Такие утренние разговоры только вдвоём уже почти вошли в привычку. — Мне всё ещё нужно каждый раз спрашивать разрешение?
— Когда вам уже надоест подшучивать... — поцелуй получился с кофейным привкусом. Она с готовностью потянулась в ответ, зашептала в губы: — Я недавно подумала, кажется, прошло достаточно времени, чтобы начать говорить на «ты»?..
— Неужели? — он хитро прищурился, но не стал шутить дальше. — Ну, это правда. Даже если мы не так давно стали парой, наши отношения были достаточно близкими уже довольно долго. Хотя, если честно, это будет очень непривычно.
— Если не хочешь, можешь ничего не менять.
И правда было непривычно. Он почувствовал, как по спине пробегают мурашки, вдруг прикусил её язык, придвинулся совсем близко. Азиатка вела себя властно и уверенно, но только до тех пор, пока он не начинал проявлять инициативу, в такие моменты она поддавалась и уступала, всё ещё с трепетом принимающая обращённую к себе ласку.
— Мама?
— Ах... — ЯИ резко отстранилась, уперевшись ладонью в его лицо, оглянулась. Япония появилась в дверях, тёрла заспанные глаза. Девушка склонилась к дочери, быстро вытерев влажные губы тыльной стороной ладони. — Солнце, ты пришла?.. Ха-ха, не обращай внимания, скорее расскажи мне, зачем ты меня искала. Испугалась, не найдя меня в комнате?
Япония некоторое время задумчиво смотрела на них, невозмутимо спросила:
— Мама, вы любовники? — девушка крупно вздрогнула, растерянно вдохнула, пытаясь подобрать слова, но от такого вопроса все мысли замерли. Её переполняли только растерянность и стыд.
— Да, — Рейх увернулся от удерживающей его ладони, наклонился, обняв Империю и устроив голову на её плече. — Поэтому не мешай мне, она не захочет целоваться, пока ты смотришь.
— Фу-у, — малышка демонстративно высунула язык, как будто пытаясь подразнить их своей реакцией. Кажется, застанная сцена не удивила её, а наоборот раззадорила, она посмотрела с лукавыми искорками, заговорила, растягивая слова: — Если бы знала, то не пришла бы. Я думала, что мама опять хочет убежать на работу не попрощавшись. Тогда позовёте, когда закончите, я пойду ещё посплю.
— Япония...
— Видишь? Кажется, ты зря боялась, — он выдержал секундную паузу, поцеловал её в шею. Новое обращение уже начало ему нравиться, казалось, что теперь они стали ещё ближе. — Раз мы любовники, мы ведь можем целоваться без боязни быть пойманными?
— И не надейся, я не позволю приставать ко мне при дочери, — она тихо вздохнула, позволила приобнять себя, подтянув поближе.
— Значит, в другое время можно? — он прижался ближе, полной грудью вдохнул запах её волос. — Не думал, что мне будет так тяжело выпустить тебя после того, как ты была дома эти несколько дней. Не задерживайся сильно, иначе мы с Японией будем плакать вдвоём...
— Этого мне только не хватало, — девушка отстранилась, слезла на пол. — Ладно, пора идти. Обычно я выхожу раньше, нужно поторопиться.
***
Японская Империя закрыла за собой дверь. Нацистская Германия и Япония, вышедшие её проводить, ещё недолго стояли возле порога, переглянулись, прежде чем вернуться к своим делам.
— А чем вы будете заняты? — девочка зашла вместе с ним в кабинет, с важным видом осмотрела папки с документами.
— Ничего такого, просто нужно составить график и разобраться с парой мелких дел, — он поудобнее устроился в кресле, щёлкнул ручкой, приготовившись писать. Малышка подошла поближе, после минутного сомнения, протянула к нему руки. — Чего?
— Поднимите меня? — он вздохнул, но действительно поднял, усадил себе на колено. — Спасибо!
— Вот тебе заняться нечем, — она только захихикала. — Ладно, главное не мешай.
— Хорошо.
Это оказалось даже в какой-то степени забавно, Япония старательно рисовала что-то на клочке бумаги, пока он делал записи. За это время он успел сблизиться не только с её матерью, но и с ней самой, наблюдать за детскими выходками оказалось на удивление весело. Он почувствовал, как ЯИ отреагировала на его умиление, улыбнулся. Ещё некоторое время было спокойно, пока вдруг в груди не сжалось от проснувшейся жажды крови. Рейх на секунду замер, вздрогнул, ощутив острую боль в плече.
— Рейх-сан, у вас пошла кровь! — он повернул голову, тяжело вздохнул, заметив расползшееся красное пятно на светлой ткани рубашки. Малышка испуганно вжала голову в плечи. — Это ведь не из-за меня?..
— Нет. Это не моя рана. Кажется, мама с кем-то подралась, — он прислушался к её эмоциям, но не заметил ничего тревожного, только спокойствие и стальная уверенность в себе. — Не переживай, ей ничего не грозит. Я бы не стал тут сидеть, если бы она была в опасности.
— Как же так?.. Зачем она это делает?.. Это ведь опасно!
— Чтобы защитить тебя. Ну и ради своих планов, конечно. Чтобы что-то получить, надо за это побороться, а твоя мама претендует на высшее положение в этой пищевой цепочке.
— Пищвевой це... что?..
— Не бери в голову. В любом случае она очень сильная и легко со всеми справится.
— Правда?.. Ах, надо быстро всё вылечить, — она засуетилась, спрыгнула на пол, убежав искать лекарства. Парень вздохнул, поднялся с места, повыше закатав рукав. Кровь продолжала сочиться, он смыл натёкшие капли водой, осторожно вытер, порез оказался совсем небольшой, поэтому можно было не беспокоиться. Япония с шумом ворвалась в ванную. — Скорее, бинты!
— Это просто царапина, ничего страшного, — он потрепал её по макушке, забрал моточек бинтов. — Ну всё, мне нужно работать. Теперь наши раны заживают быстрее, поэтому завтра уже не останется даже следов. Это нормально, не нужно так беспокоиться.
Конечно же эти слова не помогли. Теперь Япония не просила посидеть на коленках, она пристально наблюдала за ним всё время, иногда обходя по кругу, чтобы убедиться, что больше не появилось ран. Рейх старался не смеяться, он понимал, что она переживает, но не мог отнестись к этому серьёзно. К счастью, после случайной травмы Империя стала осторожнее и на этом всё закончилось, он уже почти заволновался о том, как скрыть новые порезы, боялся сказать или сделать что-то не так. Несмотря на неприятный инцидент, день прошёл спокойно, он даже успел немного поиграть с малышкой после обеда, немного проникнувшись родительской ролью. Хотя он и сам понимал, что пока что было бы странно таковым себя считать.
Япония продолжала рисовать, а он разбирал оставшиеся документы, когда она вдруг подняла голову, воскликнула:
— Мама-а!!
Девочка вскочила со своего места, рванула в коридор. «Какая шустрая, я даже не успел заметить, что кто-то открывает дверь», — немец тоже поднялся, направился следом, только теперь услышав шаги и щелчок ключа. — «Она ведь не будет меня отчитывать за то, что Япония увидела кровь?..».
— Я дома, — ЯИ обняла повисшую на шее дочь, подняла голову, заметив его в дверях. — Как приятно, вы пришли встречать меня вдвоём.
— Мам, твоё плечо очень болит? Я так за тебя волновалась...
— Мы были вместе, когда появилась рана, — пояснил парень прежде, чем она успела спросить. — Прости, я не успел среагировать.
— Вот как... Всё хорошо, это ерунда. Уже даже не болит.
— Правда?.. Я рада... В следующий раз возьми его с собой, если пойдёшь драться...
— «Драться»? — Рейх почувствовал, как у него по спине пробежал неприятный озноб, отвернулся, боясь пересечься с ней взглядами. Её голос оставался нежным и добрым, но он изнутри почувствовал скрытую угрозу. — Кто это тебе такое сказал? Хотя я догадываюсь. Должно быть, он неправильно понял, это просто случайность. Не бери в голову.
— Я же не знал... — она вытянула руку, жестом показав ему замолчать. Япония ничего не сказала, только сильнее обняла её. Кажется, ситуация была решена. Поняв, что она больше не задаёт вопросов, Империя расслабилась, только сейчас позволила немцу подойти и коротко поцеловать в щёку.
***
Ужин прошёл спокойно. Япония уже была совсем сонной, пыталась продрать слипающиеся глаза, но усталость с каждым разом накатывала всё сильнее. Рейх заметил это, взял её на руки, пока Империя отвлеклась на посуду.
— Она уже спит?
— Да. Так мило. Кстати вы очень похожи в этом, — она уже привыкла к таким фразам, но всё равно невольно фыркнула. Он медленно встал, прижимая девочку к себе, толкнул ногой дверь. — Я пойду первым. Нужно её уложить.
— Тогда пойдём ко мне в комнату. Сегодня я заставила её поволноваться, будет лучше после этого поспать вместе, — она вытерла руки о полотенце, коснулась его плеча, мягко подтолкнув вперёд. — Я помогу везде открыть.
Когда парень уже присел возле футона, осторожно опустив Японию на него, ЯИ вдруг присела рядом, уткнулась лбом в его плечо. Она испытывала лёгкую усталость и при этом была благодарна, внезапно стала непривычно нежной. Кажется, ей захотелось его обнять, поэтому Рейх не стал медлить, первым потянулся, осторожно прижал к себе. Некоторое время они просидели так в тишине, неоспоримым плюсом связи соулмейтов было то, что в такие моменты можно было ничего не говорить и всё равно всё было предельно понятно. Она отстранилась первой, прилегла возле дочери, но ничего не сказала, не пожелала спокойной ночи, не попросила уйти. Парень немного оживился, ожидая дальнейшей реакции, не получив негативного отклика, осторожно прилёг рядом, прижался к ней со спины. Это был первый раз, когда она позволила остаться на ночь в одной постели.
— Мне нравится тут гораздо больше, чем на диване...
Она не сразу нашлась, что ответить, невнятно прошептала:
— Если сегодня я решила спать с ней, почему бы и тебе не прилечь с краю... Ты ведь теперь тоже часть семьи?..
— Это большая честь, — он не сдержался, опустил голову, коснувшись губами её шеи. По спине тут же пробежали мурашки, она чувствительно отреагировала, немного заволновалась. — Не переживай, я не стал бы делать ничего странного, пока тут спит ребёнок.
— Что значит «пока тут спит ребёнок»?.. — она заворчала, но он понял, что она поняла, смутилась ещё сильнее. — И что же, ты хочешь, чтобы я пустила тебя в постель?..
— Тут очень уютно, мне нравится, — его руки осторожно обвились вокруг её талии, приобняли. Ужасно довольный, парень сильнее прижался к ней, зарылся носом в волосы. — И мне очень нравится тебя обнимать... Разрешишь остаться и завтра?
— Прошло не так много времени, не слишком ли ты торопишься?..
— Как ты сама захочешь, дорогая, оставлю решение на тебя, — дразнить её было забавно, он подтянул одеяло, прикрыл глаза. — Давай спать, ты, должно быть, устала. Спокойной ночи.
— Да...
Она ещё некоторое время прислушивалась к его дыханию, объятия были тёплыми и непривычно крепкими, совсем не похожими на объятия дочери. Она думала, что привыкла к такой близости, но это было не так, его эмоции и впрямь постепенно затихли, он уснул первым. Японка пролежала так ещё некоторое время, прежде чем её тоже начало клонить в сон. Почему-то и впрямь появилось ощущение, что они семья.