Паранойя
ЯИ немного успокоилась, только подходя к своему дому, перешла с бега на размеренный шаг, хотя изначально за ней никто не гнался. Рейх был назойливым, но не сделал ничего настолько плохого, чтобы оправданно обвинить его в собственной паранойе, вовремя уступил, к тому же до самого конца вёл себя галантно, пропустив мимо ушей все колкости. Девушка прислонилась к стене, прижимая сумку к груди, стараясь унять бешено колотящееся сердце. Он волновался. Даже сейчас, чутко прислушивался к её эмоциям, стараясь понять, как она себя чувствует после встречи. В носу внезапно защипало, она присела на ступеньки, стараясь отдышаться и взять себя в руки. Теперь, когда он влез в её душу, мало просто сохранять внешнее спокойствие, нужно было как-то контролировать эмоции, но это всегда получалось у неё просто ужасно, поэтому наружу вылезало то, что она больше всего хотела бы скрыть. Запрятанную очень глубоко внутри слабость, которую Японская Империя так усердно охраняла от окружающих, и сейчас она просачивалась во вне, стала видна постороннему.
Это нервировало, наверное, даже больше, чем всё остальное. Никто не должен был знать, что она переживает о чём-то, что боится, что любит и бывает уязвимой. Империя всегда оставалась очень холодной и невозмутимой на публику, только так она могла себя защитить. Никаких привязанностей, никаких слабостей, без лишних эмоций и действий, девушка больше похожая на оружие, чем на человека, такой она должна была быть. И всё это рушилось из-за пробравшегося ей в голову соулмейта, от которого просто не получалось спрятаться.
«Моя репутация разрушена...», — мрачно подумала японка, спрятав лицо в ладонях. — «По крайней мере в его глазах. Нет никакого смысла выглядеть беспристрастной и невозмутимой, если он может почувствовать малейшее колебание моих эмоций. К тому же он уже мог наблюдать длинный эпизод моей позорной слабости, этого уже достаточно, чтобы всё было безвозвратно испорчено. Ужасно. Так-так... Надо взять себя в руки, Япония не должна заметить колебания в моём настроении, она очень чувствительная девочка. Теперь некоторое время я побуду с ней дома, это пойдёт на пользу. До этого я оставалась с ней только на время выходных, ужасно понимать, что она растёт без меня. Это хороший повод уделить ей больше времени, мне нужно мыслить позитивно».
ЯИ встала, отряхнулась, постаравшись принять спокойный вид. Она уже немного пришла в себя, хотя продолжала испытывать что-то между тревогой и стыдом, острые переживания утихли, оставив только фоновое волнение. Эмоции Рейха наоборот сейчас тянули нарастающим напряжением, он о чём-то усиленно размышлял, наконец переключившись с наблюдения за ней на что-то другое. Девушка фыркнула, она не хотела знать, что с ним происходит, но не могла перестать периодически послеживать за настроением союзника, всё ожидая заметить что-нибудь опасное.
— Солнце, я дома, — японка закрыла за собой дверь, тщательно заперев на несколько оборотов. Из дальней комнаты раздались торопливые шаги, малышка выбежала в коридор, сияющими глазами смотря на неё, не ожидая, что мама и впрямь вернётся к обеду, как и обещала, бросилась обнимать. — Не скучала? Я купила тебе новых книжек, почитаем вместе перед сном.
— Угу... — она совсем не слушала, крепко обняв её за ноги, до куда могла дотянуться, мило зажмурилась, уткнувшись лбом в бедро. — Теперь ведь ты не уйдёшь? Правда?
— Да, по крайней мере на время «отпуска». Хм, думаю, что решу все проблемы за пару недель, а до того момента поработаю дома. Только пообещай мне, что не будешь мешать, хорошо? — ЯИ наклонилась, подняла руку с вытянутым мизинец. Япония тут же зацепилась за неё своим мизинчиком, не смогла сдержать смех. — Обещание.
— Обещание! Я буду сидеть тихо-тихо, правда! Мамочка, я тебя люблю!
Империя фыркнула от умиления, наклонилась, подняв её на руки. Кажется, это было хорошей идеей не только с точки зрения безопасности, у неё наконец появилась возможность подольше побыть с дочерью. Что было особенно важно, учитывая возможную смерть. Пока всё было спокойно, но она не питала иллюзий насчёт своего положения, лучше было сразу подготовиться к самому плохому сценарию.
***
Что-то странное началось не сразу. Работать дома и впрямь было хорошо, запугивание Таиланда тоже шло своим чередом, ЯИ была расслаблена, но всё ещё убеждена, что в один момент может внезапно умереть. Она никогда не была особенно чувствительной, поэтому не сходила с ума от страха, но безмятежностью уже и не пахло. Он обещал, что не будет подвергать себя опасности некоторое время, но азиатка совсем не поверила этим словам. Рейх что-то в тайне замышлял. Это сразу стало понятно по его опасливому волнению, союзник уже несколько дней готовился к чему-то, пытался подавлять эти чувства, чтобы она не заметила, но она заметила с первой же секунды, и уже не могла не обращать внимания.
На теле пока не появлялось новых ран, она тоже была осторожна во время своих вылазок, хотя раньше не волновалась об этом, поэтому пока связь не приносила проблем. Но участившиеся эпизоды плохого настроения немца не давали ей покоя, стоило ему занервничать или начать раздражаться, Японская Империя сразу принимала это на свой счёт и начинала сходить с ума.
И вот сейчас, он внезапно разозлился. Это произошло так неожиданно, что ЯИ, уже почти переставшая обращать внимание на его эмоции, испуганно вздрогнула, схватилась за грудь. Сердце тут же зашлось бешеным стуком, по всей коже пробежала волна колких мурашек. Она попыталась выровнять дыхание, медленно села на футоне. Япония только-только уснула, девушка лежала с ней рядом, но быстро поднялась, отдалилась, боясь разбудить. Этот внезапный всплеск злости растревожил старые больные воспоминания, Империя некоторое время в прострации сидела держась за сердце. Она смутно понимала, что ничего страшного не произошло, но успокоиться уже не могла, на это нужно было время.
Нацистская Германия сразу отреагировал на её состояние, почти испугался. Азиатка только саркастично рассмеялась сквозь сжатые зубы, её страх постепенно уступил место откровенной враждебности. «Задумал что-то, прячется, при этом не в состоянии удержать свою злость так, чтобы я не заметила. Как жалко. Похоже, он наконец начал действовать. Нужно быстро выяснить, что происходит, может, я ещё успею принять контрмеры», — она порывисто поднялась, бросив последний быстрый взгляд на дочь, направилась ко входной двери. — «Не знаю, что происходит, надо проверить. Наши отношения не были плохими, я не могу быть уверена, что он хочет именно убить, но все эти встречи и попытки понравиться могли быть для того, чтобы подобраться ко мне поближе. Если бы он ничего не задумывал, не стал бы так усердно скрываться, так что он в любом случае пытался меня обмануть».
Она не глядя стащила с вешалки плащ, накинула на плечи, уже выходя на улицу. До пробуждения Японии оставалось достаточно времени, стоило закончить все дела до наступления утра.
***
Рейх стоял у двери, не решаясь постучать. Он сорвался посреди ночи и пришёл сюда, но теперь замер, не зная, как лучше поступить. ЯИ не спала, её эмоции были очень нестабильными, после острого испуга так и не пришли в норму, хотя до этого она испытывала умиротворение и нежность, от которых даже ему самому становилось сладко. Её состояние только-только начало налаживаться, эпизоды настороженности и тревоги чередовались с чем-то очень близким к счастью, он всё ещё не был уверен, что именно она делает и кто рядом с ней, но нахождение дома действительно помогло. И теперь он испытывал угрызения совести за то, что так сильно напугал её. Похоже, что это стало последней каплей, ариец чувствовал, что союзница слишком болезненно реагирует на малейший негатив, который он испытывает, но не думал, что это может так глубоко ранить её.
Медленно вдохнув и выдохнув, он тихонько постучал. Стоило объясниться прямо сейчас, пока не стало слишком поздно. Он собирался действовать один, но уже понял, что в таком темпе только всё усугубит, надо было рассказать ей о своих планах уже хотя бы постфактум, чтобы это не стало неожиданностью. Ответа не последовало. Он постучал громче. Что странно, даже её чувства не изменились, в прошлый раз она начинала злиться, стоило ей услышать стук, но в этот раз не было никакой реакции.
«Её нет дома?», — парень с сомнением посмотрел на дверь, оглянулся по сторонам. — «Уже поздно, раньше она ложилась спать примерно в это время. Чёрт... Неужели я опоздал?». Он подождал ещё немного, но она так и не появилась. По эмоциям можно было предположить, что она не остановится, пока не сделает что-то, девушка была полна решимости, подгоняемая навязчивым смутным страхом. Он на секунду подумал пойти поискать её, но после сложного рабочего дня на это почти не осталось сил, нужно было отдохнуть, если он хотел быть бодрым на следующий день. Скрепя сердце, немец вернулся домой, с твёрдым намерением разъясниться завтра.