24 глава
Следующие дни тянулись мучительно медленно. Чонгук покинул Вайтхолл меньше недели назад, а Лиса уже извела себя. В ней полыхал самый настоящий огонь. Языки пламени нещадно обжигали сердце, порождая в ней сомнение, тревогу и страх. Когда Лиса вспоминала надменную усмешку, его ледяной взгляд и горячие пальцы, в ее душе с оглушительным ревом разрастался пожар устрашающей силы. Гнев, злость и обида из-за вранья Чонгука только подливали масла в огонь, не давая ему утихнуть ни на секунду. И лишь кольцо с холодным черным камнем, которое она носила на цепочке, не давало ей сгореть дотла.
Какая-то ее часть хотела увидеть Чонгука. После того разговора, о котором она боялась даже вспомнить, они больше не говорили, и Лиса не знала, что творится в голове у ее мужа. Злится ли он на то, что она пыталась ударить его? Переживает ли за свое поведение? Или он, как и всегда, ко всему равнодушен?
Но другая ее часть боялась этого. Лиса сотни раз прокручивала в голове его возвращение. Она не знала, делать ли вид, что ничего не произошло, или игнорировать мужа? Рой мыслей не давал покоя.
– Лиса, ты в последнее время сама не своя.
Они с Розэ прогуливались по восточному крылу. Здесь находилось столько картин, гобеленов и скульптур, что в любое другое время Лиса с интересом бы изучала красоты замка, но сейчас она с головой погрузилась в тревожные думы и совершенно забыла, что была не одна и должна поддерживать беседу.
– Прости, что ты сказала? – Она виновато посмотрела на Розэ.
– Выглядишь растерянной. Скучаешь по Чонгуку? – На лице Розэ расцвела хитрая улыбка.
Лиса покраснела от смущения. Она даже не знала, что ответить.
Скучала ли она? Нет.
Но при этом ждала его прибытия и боялась одновременно.
– Я... я жду его скорейшего возвращения, – постаралась честно ответить Лиса.
Розэ смотрела на нее проницательным взглядом.
– Лиса, что тебя тревожит?
Они завернули за угол, и перед глазами предстал невиданной красоты вид. Лиса ожидала увидеть очередной коридор, заполненный произведениями искусства, но обнаружила вход в настоящий сад. Прямо посреди замка. Никогда раньше она не видела ничего подобного. Вмиг позабыв обо всем на свете, Лиса прошла через широкую арку в сад.
Пространство было освещено мягким светом. Сквозь большие витражные окна проникали яркие лучи, в которых парили пылинки.
Лиса вдохнула теплый, наполненный терпким ароматом цветов воздух. Ее глаза разбегались в попытках рассмотреть это чудо и не упустить из виду ни одну деталь.
– Что это? – изумленно спросила она. – Как такое возможно?
– Это зимний сад, Лиса. Часть замка обустроена так, чтобы цветы цвели круглый год.
Лиса не могла скрыть своего восхищения. Огромный сад прямо внутри замка! Между рядами розовых кустов и других цветов, названий которых она не знала, стояли небольшие лавки. Здесь росли даже небольшие цветущие деревца, а стены были густо увиты плетистыми розами, обрамляющими оконные рамы и тянувшими свои длинные стебли к высокому потолку, в центре которого она увидела огромное круглое окно. От обилия запахов у нее немного закружилась голова.
Лиса миновала ряды лиловых фуксий и подошла к изгороди из розовых кустов, росших полукругом. Внутри стоял небольшой фонтанчик, тихое журчание воды которого нарушало тишину сада. Она присела на лавочку, припрятанную за высокими кустами, не переставая улыбаться.
Здесь было так тепло, красиво и уютно, что у нее появилась безумная мысль поселиться в этом саду.
– Ты нашла любимую лавочку Чонгука. – Розэ, все это время тихо шедшая позади, присела рядом.
– Я в жизни ничего подобного не видела. Кто соорудил такую красоту?
– Этот сад был разбит по приказу лорда Райнера Корвина восточными архитекторами и садовниками с Островов. Его жена привезла с Востока саженцы розовых кустов и деревьев, но от здешних холодов эти растения могли погибнуть. И тогда дед... – Розэ запнулась, покраснев, – то есть лорд Корвин решил создать сад прямо в замке.
Розэ замолчала и нервно поправила прическу, смущенно оглядываясь по сторонам.
Лиса грустно усмехнулась.
– Я знаю, что лорд Корвин был твоим дедушкой. – Она посмотрела на Розэ. – И дедушкой Чонгука...
– Он тебе рассказал? – Розэ оставила волосы в покое и растерянным взглядом посмотрела на Лису.
– Нет. Джин.
Розэ тяжело вздохнула.
– И как ты восприняла эту новость? – тихо поинтересовалась она.
Лиса слабо улыбнулась. Казалось, Розэ переживала, что Лиса будет требовать развода и вернется на Север.
– Тяжело восприняла, но не настолько, чтобы покинуть Арден.
Розэ осторожно коснулась ее руки и, пригнувшись, заглянула ей в лицо. Сердце Лисы екнуло, когда она посмотрела в проницательные глаза подруги. Как же эти глаза похожи на те, другие, которые Лиса не видела уже пять дней.
– Лиса, знаю, у вас другие нравы и обычаи, и для вашего народа бастард хуже убийцы... – Розэ сделала паузу, тщательно подбирая слова. – Но, прошу, постарайся полюбить Чонгука.
Лиса в удивлении замерла. Полюбить? Чонгука?
– Розэ, ты знаешь, как заключаются политические браки. Любовь ничего не решает. Почему я должна полюбить его? – Лиса поразилась своему суровому тону.
– Потому что он этого заслуживает, Лиса. – Розэ обреченно опустила голову и уставилась на свои руки.
Лисе стало не по себе от воцарившейся тишины. Журчание воды только подчеркивало это безмолвие. Она уже хотела встать с лавочки и отправиться к выходу, но Розэ внезапно заговорила:
– Лиса, ты не знаешь, какой он замечательный... Чонгук очень добрый и преданный. Готов пойти на все ради своих близких. И если ты подпустишь его к себе, если откроешь ему свое сердце, поверь, он станет для тебя целым миром.
Лиса знала, что Розэ говорит абсолютно искренне, но она была сестрой Чонгука и не могла рассуждать иначе. Некогда и Лиса думала так о своих братьях, пока на своей шкуре не узнала, что даже самый близкий человек может вонзить в спину кинжал.
– Розэ, как я могу открыть свое сердце человеку, который врал мне? Как верить тому, кого я даже не знаю?
– Спроси. Что ты хочешь узнать о Чонгуке? Я все расскажу. – Розэ слабо улыбнулась.
Лиса с недоверием взглянула на нее, обдумывая слова.
– Хорошо. Расскажи мне о его матери. Почему знатная женщина родила ребенка вне брака?
Розэ смутилась и нервно закусила губу.
– Лиса, прости, это не моя тайна. Возможно, когда-нибудь Чонгук откроет всю правду. Но я могу рассказать только общие детали.
– Ладно. – Лиса не смогла скрыть досаду в голосе.
– Ты знаешь, что полтора столетия назад Арден был отдельным государством и правила им королевская династия Корвинов?
– Да, я изучала историю Великого Материка.
Розэ одобрительно кивнула и продолжила:
– Тогда тебе известно, что власть в Ардене захватили южане. И после продолжительных кровопролитных войн Корвины все-таки преклонили колени перед королевской династией Вейландов. Но им этого было мало. Вейланды хотели, чтобы земли Ардена перешли в личное владение их потомкам. Они хотели выведать тайный путь в Деревню Предков, скрытую среди гор. Там находятся шахты, в которых арденийцы добывают металл и драгоценные камни. Это продлило вражду на десятилетия вперед. – Розэ смотрела перед собой затуманенным взглядом. – Со временем Вейланды и Корвины договорились. Короли Ардена стали Хранителями земель и подчинялись воле короля Юга. Аэранский порт перешел во владение Южного королевства, а арденийцы начали платить дань в южную казну и передавать часть добытых алмазов королевской семье. Восстановился хрупкий мир. Но холодная война между Корвинами и Вейландами не заканчивалась никогда.
Розэ замолчала. Лиса терпеливо ждала продолжения истории.
– Казалось, ничто не сможет примирить враждующие стороны, пока молодой наследник Юга Алан Вейланд до беспамятства не влюбился в Викторию Корвин. А она... ответила ему взаимностью.
Розэ тяжело сглотнула, тень печали скользнула по ее лицу.
– Они могли положить конец вражде и связать свои дома крепкими семейными узами. Но король Стефан даже слышать не желал о союзе с Корвинами. Он женил сына на девушке из знатной семьи Запада, а леди Виктория вышла замуж за арденийца. Спустя десять лет она овдовела и вернулась в Вайтхолл. Тогда же женился ее родной младший брат Джеймс, и Алан с Викторией встретились вновь. Эта роковая встреча ознаменовалась сразу двумя событиями: рождением Чонгука и новой войной между Югом и Арденом.
– Война длилась два года и принесла много потерь. Самой горькой потерей для лорда Корвина стала смерть его единственного наследника, Джеймса. Род Корвинов был прерван и рисковал кануть в Лету, и Райнеру Корвину пришлось сложить мечи и вновь преклонить колено перед Вейландами, чтобы прекратить кровавую бойню. Только Вейланды хотели не мира, – они хотели, чтобы наместниками Ардена были не Корвины, а Вейланды. И тогда лорд Корвин принял тяжелое и судьбоносное решение: земли Ардена будут принадлежать только одному Вейланду и его прямым потомкам – сыну Виктории Корвин.
Вздохнув, Розэ продолжила:
– Чонгука прозвали «Дитя Войны». И поначалу и Юг, и Арден молились о его смерти. Но Райнер Корвин заставил трехлетнего ребенка пройти испытание хладными водами.
– Что за испытание? – Лиса впервые перебила Розэ.
– По легендам, истинный Корвин – потомок могущественного ведьмака Ардана Корвина – мог черпать силы из хладных вод Арденийского водопада, что находится в Деревне Предков. И дед, чтобы доказать подданным, что его внук, несмотря на происхождение, достойный преемник, привязал Чонгука к камню у подножия водопада. Он пробыл там целый час, омываемый потоками ледяной воды, и выжил.
Лиса поежилась. Все, что пережил Чонгук, будучи совсем ребенком, отпечаталось на его характере. Холодном и непоколебимом, как воды Арденийского водопада.
– А еще нас, северян, называют дикарями, – проворчала Лиса. – Поэтому народ Ардена принял Чонгука как своего Хранителя? Потому что ребенок чудом не умер и не заболел, простояв у подножия водопада?
Розэ тяжело вздохнула.
– Не весь Совет Ардена жалует его. Но Чонгук единственный прямой потомок рода Корвин, к тому же воспитанник самого Райнера. А тот пользовался непоколебимым авторитетом. Чонгук прилагает все усилия, чтобы завоевать преданность и доверие арденийцев. Надеюсь, хотя бы обычный народ полюбит его...
Лиса уловила тень грусти в ее голосе.
– Розэ, что произошло? – с тревогой спросила она.
– Ты знаешь, куда отправился Чонгук?
– Нет... – Лисе впервые стало стыдно за то, что она не интересуется делами мужа.
– На приграничную деревню был совершен набег дикарей с Запада.
Лиса читала про западных дикарях в библиотеке Вайтхолла. Они проживали в горах, не признавали власть короны и часто устраивали набеги на деревни близлежащих королевств.
– Много пострадавших? – с тревогой спросила она.
Розэ понурила голову.
– Это уже второе нападение за несколько месяцев. Чонгук отправился лично проверить, как там обстоят дела, и оказать помощь. А чтобы члены Совета лишний раз не гневались, он выделил деньги на восстановление деревни не из королевской казны, а из семейной. Лиса... – Розэ подняла голову и посмотрела на нее. – Каким бы сильным и уверенным в себе ни казался мой брат, он нуждается в поддержке. Он нуждается в семье.
После этого откровенного разговора наслаждаться великолепием зимнего сада в полной мере Лисе не удалось. Они с Розэ направлялись в центральную часть замка, когда им навстречу вышел Джин – единственный из гостей, оставшийся в замке после свадьбы.
– Добрый день, миледи! – Джин склонил голову в знак приветствия. Ему на лицо упали волосы, и он пальцами зачесал их назад. Этот жест наполнил Лисе Чонгука, который похожим движением убирал падающую на глаза челку.
– Добрый день, Ваше Высочество, – отозвалась Лиса.
– У меня для вас новость. Король Алан прибыл в Аэран. – Джин растянул губы в широкой улыбке и уставился на Розэ.
Лиса заметила, как подруга побледнела, и взяла ее под локоть.
– Розэ, ты в порядке? – Она перевела встревоженный взгляд на Джина. – Но зачем? Он ведь должен был из Блэкстоуна отправиться в столицу. Что-то случилось?
– Ничего не случилось, маленькая княжна.
– Тогда зачем Его Величество вернулся?
Джин продолжал сверлить Розэ странным взглядом, пока она крепко сжимала руку Лисы и упрямо смотрела себе под ноги. Он наконец-то посмотрел на Лису.
– Хочет поговорить с твоим супругом. Когда он закончит парад благотворительности и вернется в Аэран? По словам папеньки, дело не терпит отлагательств.
– Он должен вернуться через три дня. – Лиса узнала это от смотрителя замка. – Если дело срочное, могу отправить гонца. – Хотя она сомневалась, что может быть что-то важнее помощи простым людям, пострадавшим от набегов.
Лиса взглянула на Розэ, которая, казалось, справилась с волнением. Ее лицо вновь приобрело здоровый оттенок.
– Принц Джин, вы не проводите леди Розэ? Мне нужно отыскать Николаса.
Лиса почувствовала, как Розэ сжала ее руку. Она поняла, что подруга не хочет оставаться наедине с Джином, но тот уже подхватил ее под локоть и мягко, но настойчиво притянул к себе.
– Ступай, княжна, я доставлю леди Розэ в целости и сохранности. – С этими словами он зашагал в сторону лестницы, ведущей к покоям Розэ. Той не оставалось ничего другого, как последовать за ним.
* * *
Розэ чувствовала себя так, будто ее окатили ледяной водой – все тело сотрясала мелкая дрожь. Она знала причину визита короля Алана. Чимин поговорил с ним. Что он сказал отцу? Как тот отреагировал? Как поступит с Чонгуком? Она бы сейчас расплакалась от страха и переживаний, но стук тяжелых мужских сапог, эхом отдающийся от стен коридора, заставлял держать себя в руках.
Джин шел бодрым уверенным шагом, держа ее под руку, и насвистывал какую-то незатейливую мелодию. Внешне он выглядел совершенно спокойным, почти безобидным. Но Розэ знала, что это всего лишь маска. Джин вовсе не безобидный: только одним своим присутствием он мог испортить настроение любому. Рядом с ним она всегда чувствовала себя так, будто ее бросили в бескрайнее море на растерзание бушующему шторму. В то время как Чимин был словно солнце, которое дарило Розэ былое спокойствие, тепло и защиту.
– Не переживайте, леди Розэ, ваш брат все уладит, я в этом не сомневаюсь. – Джин окинул Розэ насмешливым взглядом.
– О чем вы говорите, принц Джин? – Она старалась скрыть дрожь в голосе.
– Дорогая Розэ, давайте не будем устраивать спектакль. Я знаю о вас и моем младшем брате. – Бездонные, практически черные глаза едва ли не заставляли ее млеть перед ним.
Некоторое время они шли молча, пока Джин снова не заговорил:
– Интересно, как моему братцу живется с осознанием того, что он никчемное создание?
Розэ остановилась. Ее лицо вмиг посуровело.
– Не смейте говорить так об Чимине! Он благородный, добрый и честный. Вам до него как до луны, – твердо сказала она.
Но металлические нотки в голосе Розэ не произвели на Джина никакого впечатления. Громкий и неестественно высокий смех разрезал тишину.
– Благородный и честный... Легко быть честным и благородным, когда у тебя под боком сердобольный брат-бастард, который выполнит всю грязную работу: и на нежеланной невесте женится, и ушат дерьма от папеньки в одиночку отведает. А потом, выдержав унижения и оскорбления от разгневанного отца, все-таки уговорит его сжалиться над любимым сыночком и дать ему шанс жениться на любимой. И вуаля, наш благородный и честный Чимин женится на той, кого он возжелал, не замарав при этом ни единого пальчика. Дай бог, чтобы этому честному и благородному не наскучила его жена, как десятки других девушек до нее. – Джин говорил эти колючие слова елейным тоном и с кошачьей ухмылкой на лице. Вот только в глазах не было ни толики веселья.
– А вы, принц Джин? – Грудь Розэ тяжело вздымалась. Своими обидными словами он всколыхнул океан ее сомнений и страхов. И поднял со дна морской пучины тяжелый свинцовый сундук, который она боялась открывать, с чувством вины перед Чонгуком.
– А что я? Из всех принцев я самый ленивый, аморальный и распутный. – Джин облизнул губу и подмигнул Розэ, чем тут же вогнал ее в краску. – Но есть одна маленькая деталь, миледи. Я не пытаюсь казаться лучше, чем есть на самом деле. Не претендую на честность и благородство. Посему имею право говорить то, что вижу. А я вижу то, что Чимин вас не достоин.
– А кто достоин? – Розэ выдернула свою руку из хватки Джина и отступила на два шага.
– Тот, кто готов бороться за свою любимую без посторонней помощи. – Он достал из внутреннего кармана сюртука маленькую фляжку и сделал несколько глотков, даже не поморщившись.
– Легко вам рассуждать, принц Джин, вы ведь никого не любите, вам плевать на всех, кроме себя. – Розэ не смогла скрыть горечь в голосе.
Джин, уже поднесший фляжку ко рту, чтобы сделать глоток, замер. Он внимательно изучал Розэ непроницаемым темным взглядом, а потом будто с недоверием усмехнулся.
– Розэ... – Он приблизился к ней и заправил прядь светлых волос ей за ухо, отчего Розэ вздрогнула и покрылась мурашками. – Если бы я был влюблен, – он грустно усмехнулся, – и если бы моя возлюбленная отвечала мне взаимностью, то плевать я хотел на мнение отца и ее родных. Я бы даже наплевал на свой титул и земли. Я выкрал бы любимую из замка и увез бы далеко за море, куда-нибудь на вольные острова, где никто не посмел бы ее у меня отобрать.
Розэ судорожно вздохнула. Близость Джина пугала ее и лишала возможности пошевелиться. Он словно поедал ее своими глазами, а демонический взгляд высасывал все силы. Он медленно приблизился, оставляя между ними лишь пару сантиметров. Розэ приготовилась уже влепить ему пощечину, но Джин усмехнулся и, покачав головой, отошел.
– Но ты права, Розэ. Я никого, кроме себя, не люблю. Надеюсь, дальше ты дойдешь сама. – С этими словами он стремительно удалился в противоположном от покоев Розэ направлении.
Розэ так и осталась стоять посреди коридора, пытаясь унять нервную дрожь и удержать под замком старые воспоминания, о которых она хотела забыть.
* * *
Лиса проснулась на удивление рано, хотя обычно спала до тех пор, пока солнечные лучи не начинали настойчиво просачиваться сквозь тяжелую ткань портьер. Но сегодня небо было затянуто пасмурной серой поволокой, что олицетворяло ее настроение.
Она снова видела тот сон.
Проснувшись среди ночи в пустой кровати, Лиса долго не могла успокоить дыхание и унять дрожь от страха. Темнота давила на нее, и она раздвинула шторы, чтобы впустить в комнату лунный свет. Вот только это не помогло – при тусклом освещении одиночество ощущалось еще острее. Она накрылась одеялом по самый нос и вздрагивала от каждого шороха. Ей казалось, что если она закроет глаза, то услышит тяжелые шаги и хруст снега уже наяву. Лиса пролежала так больше часа, пока усталость тяжким грузом не опустилась на веки, погрузив ее в тревожный сон.
Шухуа принесла на завтрак омлет с вяленым мясом и горячие булочки со свежесваренным кофе, от аромата которого Лисе стало не по себе. Слишком сильно терпкий напиток напоминал о Чонгуке.
– Моя госпожа, вы в порядке? – Шухуа смотрела на Лису с неподдельной заботой.
– Да, Шухуа. Что со мной может случиться? – Лиса без аппетита ковырялась в омлете.
– Я слышала, что сегодня возвращается принц Чонгук. Вы приняли решение?
Лиса рассказала обо всем Шухуа. Ей нужно было поделиться с кем-то своими переживаниями.
– Я приняла решение еще до его отъезда, Шухуа. Я не хочу возвращаться на Север. Севера для меня больше не существует.
– Вы так и не писали своей семье?
Лиса тяжело вздохнула. С самого прибытия в Арден она не отправила домой ни весточки, а письмо из Колдхейма сожгла, даже не прочитав. Она чувствовала себя преданной. И даже любимые младшие братья остались для нее в прошлом. Конечно, она тосковала по дому и многое бы отдала, чтобы увидеть родных, за исключением одного человека. Хотя, когда первая волна страха отступила и позволила ей здраво мыслить, Лиса начала задаваться вопросами. Что, если не только царь Дайн знал о зверствах Хисына? Вдруг и тетушка знала о том, какое чудовище они вырастили. Что, если и Кай, и Дирк, и близнецы были такими же, как их старший брат? Мысли об этом не отпускали Лису.
– Нет, не писала, и довольно об этом.
Служанка лишь поджала губы и, поклонившись, покинула покои.
Лиса оставила в покое омлет и, выпив кофе с булочкой, отправилась прогуляться по замку. По обычаям Ардена ее всегда должны были сопровождать придворные дамы или стража, но Лиса с первых дней нарушала этот устой и очень часто блуждала по территории Вайтхолла одна. К ее удивлению, Чонгук не возражал, лишь попросил не покидать замок в одиночку.
Сегодня Лиса решила обследовать западное крыло Вайтхолла. Но прогулка не задалась. Она быстро заблудилась среди бесчисленных коридоров, в одном из которых увидела огромный портрет уже знакомой ей женщины. На нем была изображена в полный рост Виктория Корвин. На руках она держала ребенка двух-трех лет – Чонгука. Лиса узнала его по серым глазам и черным волнистым волосам, ниспадающим мягкими локонами на детские плечи. Он был таким очаровательным, что Лиса не смогла сдержать улыбки и прикоснулась рукой к портрету. Картинная рама тут же поддалась и медленно отворилась. Лиса изумленно вздохнула. За портретом скрывался тайный проход. Лиса знала, что подобные места в старинных замках могут быть опасны, но любопытство возобладало над ней, и она переступила через низкий порожек, попав в темный узкий коридор.
Держась за сырую, покрытую плесенью и паутиной стену, Лиса двигалась вперед. Проход тянулся прямо, никуда не разветвлялся, но она чувствовала, что дорога ведет куда-то наверх. Несколько раз ей на голову упали мелкие пауки или жучки, но привыкшая гулять по Древнему лесу Лиса лишь раздраженно смахивала их с волос. Воздух здесь был густым и спертым, отчего ее лоб и шея покрылись бисеринками пота. Вскоре она заметила едва уловимый тусклый свет впереди. Коридор немного расширился, и Лиса остановилась перед тяжелой тканью гобелена. Она уже хотела было отодвинуть его, как услышала голос короля Алана.
– Я должен был сразу догадаться, когда тебе взбрело в голову жениться на северянке.
Лиса вмиг похолодела. Аккуратно отодвинув край гобелена, через небольшую щель она разглядела короля Алана, восседающего на кресле за большим письменным столом. На его лице читался гнев. Лиса прижалась к стене, стараясь осмотреть королевские покои, но увидела его. Чонгук стоял напротив стола, облаченный в черные доспехи, а на его поясе висел меч. Вид у него был измотанный. Лиса почувствовала, как при виде знакомых серых глаз участилось дыхание.
Они о чем-то спорили на повышенных тонах.
– Я не позволю своему сыну взять в жены девчонку Корвинов, – прогремел король, ударив кулаком по столу, отчего Лиса чуть не подпрыгнула на месте. – Ты немедленно расторгнешь брак, и княжна отправится в Блэкстоун, чтобы выйти замуж за того, кому была обещана.
Лиса ухватилась за стенку, чтобы удержаться на ногах.
– Она никуда не поедет, – произнес Чонгук таким холодным тоном, что даже Лисе стало зябко в ее душном укрытии.
– Это не тебе решать. – Губы Алана тряслись от гнева.
– Я не позволю! Она не мешок муки, а моя жена.
Лиса забыла, как дышать. Она будто бы впервые видела своего мужа. Он являлся живым воплощением стойкости и ледяного спокойствия. Она не сомневалась, что Чонгук сейчас искренен, и была ему благодарна за это. Может, она и не горела желанием быть его женой, но еще сильнее ей не хотелось быть переходящим знаменем в руках южных принцев.
– Черт бы тебя побрал! Это ничего не меняет, Чимин никогда не женится на твоей кузине.
– Но почему, отец? Что плохого она сделала тебе или твоей семье?
Взгляд Алана изменился. Он медленно поднялся из-за стола и подошел к Чонгуку, посмотрев ему в глаза снизу вверх.
– Ничего. Но она дочь Корвинов, и этому браку не бывать. И слышать об этом больше не желаю. Можешь оставить девчонку Йоранов себе, раз она тебе так приглянулась, но твоей кузине я подыщу жениха подальше от Блэкстоуна.
С этими словами король Алан направился к выходу.
– Я – опекун Розэ. И я не позволю тебе разрушить жизнь еще одной девушки из рода Корвин. – Лиса поежилась от тона Чонгука, тихого и ровного, хотя в нем звенело столько злости и гнева.
Алан медленно приблизился к Чонгуку.
– Что ты сказал?
– Ты уже разрушил жизнь одной женщине из моего рода, тебе мало? – Чонгук смотрел на отца с вызовом.
Король Алан тихо усмехнулся.
– Из твоего рода? Чонгук, нет у тебя ни рода, ни племени. Ты бастард. И именно ты разрушил жизнь своей матери. Не будь тебя, Виктория была бы жива. – Алан выплевывал эти слова с такой злобой, с такой болью, но ничто не трогало Чонгука. Он слушал его обвинения с невозмутимым спокойствием, и лишь холодная улыбка сияла на губах.
– А благодаря кому я появился на свет, отец? Да, я, может, и безродный бастард, но хотя бы стараюсь делать что-то хорошее для близких мне людей. А твоими стараниями даже твой сын любимый рискует стать несчастным и разрушить свою жизнь.
Чонгук словно знал, на что надавить. Король резко изменился в лице.
– Ты хочешь контролировать Арден через меня. Я даю тебе в руки самый мощный рычаг. Я все сделаю ради благополучия сестры. – В его глазах появился опасный стальной блеск. Лиса начинала понимать, какие опасные игры ведет ее муж. Чонгук тем временем продолжал умело манипулировать отцом: – Розэ тоже Корвин. А значит, в детях Чимина будет течь кровь Корвинов. Вейланды, которые смогут претендовать на титул Хранителя Ардена.
Алан попался на крючок. Он посмотрел на сына, а затем, шумно вздохнув, произнес:
– Черт бы тебя побрал. – Он снова направился к выходу и у двери небрежным тоном добавил: – Отправь гонца в Блэкстоун, надо обговорить детали помолвки, – и скрылся за дверью.
Лиса услышала звук закрывшейся двери и посмотрела на Чонгука через щель. Он стоял посреди кабинета. И то, как резко он изменился, заставило Лису шумно выдохнуть. Благо, Чонгук не услышал, потому что выдохнул в унисон с ней. Его плечи опустились, голова поникла, а глаза... В этих серых бездонных колодцах не осталось ни крупицы льда. Ему на смену пришла испепеляющая боль. Лиса и сама ощутила боль в груди от этого взгляда.
Чонгук устало смотрел перед собой, сжимая руки в кулаки и кусая нижнюю губу, будто пытался сдержать слезы, хотя глаза были сухими. Его грудь судорожно вздымалась от тяжелого дыхания. Тишину комнаты нарушил громкий всхлип. Лиса не хотела смотреть на него, не хотела видеть сломленного Чонгука, но не могла оторвать глаз. Он медленно запрокинул голову назад, прикрыв глаза, и запустил свои пальцы в густые черные волосы.
Он простоял так не больше минуты, пытаясь восстановить дыхание. И когда ему это удалось, он опустил голову и открыл глаза, снова не отражавшие никаких эмоций, кроме ледяного спокойствия.
Чонгук направился к двери.
Лиса не помнила, как выбралась из тайного укрытия и забралась на подоконник в просторном холле. Когда она посмотрела в окно, в отражении затемненного витражного стекла увидела свое лицо, залитое слезами.