Смертельный Водоворот

Сана сидела в своём кабинете перед документами, понимая, что работа совсем не хотела идти. Прошла неделя с момента, как Хаширама и Мадара покинули Узушио. И было в этом нечто большее, чем просто уход обратно домой. Женщина осознавала, что совсем запуталась в себе только из-за одного котёнка. Такой маленький, вредный и злой, но что-то вызывало в ней трепет перед ним. Это не страх перед кем-то сильным, но желание быть слабой рядом с Учиха возникало по другой причине. Просто хотелось дать ему быть сильным, потому что у неё такая необходимость пропадала. Узумаки уже который раз вздохнула, прикрывая глаза и обдумывая то, на какой ноте они разошлись. Слишком грубо? Может ей стоило притвориться, что она раскаивается? Но из-за чего? Сана не видела своей вины в произошедшем. До чего же сложно было жить как нормальные люди. Чувства — это то, что сложно было позволить Монстру... но, может быть, стоило дать себе возможность? Но тогда это будет крайне некрасиво по отношению к Яруи, но вообще, в его случае это было совсем другим, он ведь слабый, а с женой вообще сопли растянет по всему Узушио. Ему нельзя было иметь такого (хотя, как было известно Сану, то он снова вляпался в какие-то неприятности).

Узумаки вспомнила взгляд Мадары, понимая, что ей действительно было не безразлично из-за этого! Из-за простого взгляда! Она волновалась из-за этого и слишком много думала, что не могла сосредоточиться на работе.

В такие моменты казалось, что лучше бы Куро Зецу продолжал бегать по земле и нарушать спокойствие Учиха, чтобы у них не возникало таких проблем, как нынешняя. Всё из-за того, что общая цель исчезла, да? Сану думала даже самой создать какого-нибудь злодея, чтобы вновь нормально общаться с котёнком. Но это всё было по-детски и неправильно. Всё же здравый разум у неё ещё немного сохранился, чтобы понимать это.

Она недавно взяла себе нового ученика — Шитоме. Довольно хороший потенциал и достаточно интересная чакра, потому его можно было поставить на место нового Монстра. Учитывая тот факт, что Узушио могло перестать существовать, это было необходимым... Да, продолжать традиции нужно было. Сану вздохнула. Чёртов Мадара портил её жизнь, может и правда стоило его убить и не париться? Но теперь это было сложно сделать, руки совсем не тянулись к его горлу. Какие тяжёлые дни!

Даже у Яруи были теперь новые проблемы с любовью. Он, вроде бы, нашкодничал и теперь готовился стать отцом втайне от неё. Конечно, невозможно было скрыть что-то столь важное от Сану, но она закрывала на это глаза. Уж и без этого сильно замучила этого беднягу, надо бы ему хотя бы почувствовать себя лучше дать. Ребёнка и потом можно убить... Узумаки задумалась. А стоило ли идти на такие крайности? Сейчас же ничего не угрожало острову и клану? Но вдруг это и станет причиной, по которой в будущем Узушио может стать слабее? Если это так, то нельзя допускать себе вольностей. Нужно постараться, чтобы клан стал достаточно сильным. Сану замерла, до неё дошла интересная мысль... Если Наруто её столь далёкий родственник (она была в этом уверена, так как чакра ребёнка бы соответствовала совсем другой плотности), то что случилось с ней? Неужели померла где-то? Но такова вероятность настолько низка, что было легче представить, что женщина захватила мир.

Вдруг Сану вспомнила, что не планировала заводить детей. А если именно это решение послужило причиной падения клана? Это было бы проблемно, как завести ребёнка и не лишиться проклятия? Учитывая то, что она и её отец были любимцами Шинигами, то высока вероятность, что её дитя станет третьим таким везунчиком. Отвратительный сценарий, конечно. Сана не хотела терять своего дара. Пусть было больно и сложно, но ей нравился потенциал этих сил, то, как их можно использовать.

— «Неужели всё-таки из-за моего решения?» — возможно, из-за её эгоизма и будущее могло так подвести её планы. — «Значит нужно завести ребёнка, тц...» — всё-таки Узумаки решила пойти на некоторые уступки перед судьбой. Лучше она тщательнее подготовиться к тому, чтобы её дети и внуки, и так далее, защищали клан, чем пустить всё насомотёк.

Это решение также влияло на структуру наследования титула Монстра. Так как Сану собиралась повлиять на своего ребёнка, то вполне живой должна оставаться, да и застрять в вечной петле в битве... Это... всё-таки звучало сладко и весело, но вполне могло наскучить. В общем, женщина приняла важное решение, что битва на смерть более не была актуальна. Шитоме действительно повезло. Это было действительно сложно. Казалось, что всё это она делала из-за Мадары, но... Сана не могла себе признаться в этом. Узумаки делала это не только из-за него, но и из-за клана и её преданности ему. Это не только из-за этого котёнка... Да.

Сана легла на стол, чувствуя себя подростком, который впервые почувствовал симпатию, нет, влюблённость. Да, сложно было устоять перед этим красивым личиком и его харизмой. Чёртов Учиха, чтоб он подавился! Узумаки действительно не хотела сдаваться ради него. Лавандовые глаза загорелись огнём, когда Сану вновь поднялась и начала работать: она сделает всё так, чтобы организовать работу настолько идеально, что никто даже в её отсутствие не сможет и слова сказать! — так начались новые реформы в Узушио...

***

— Если она узнает, то... Уа-а-а! — Яруи упал на пол, бледнее на глазах и начиная что-то искать.

— Узнаю что? — усмехнулась женщина с длинными волосами, облокачиваясь о дверной проём.

Сану лично следила за своим помощником два дня, чтобы изучить изменения в его поведении и то, что он делал в последние дни. Так как Яруи считал, что она по горло в работе, то действовал менее осторожно, чем следовало. Хотя его эти походы по всем заведениям, чтобы сбить с толку — это что-то с чем-то. В любом случае, Узумаки смогла увидеть то, что та женщина, которая завладела помощником Монстра, накрепко привязала его к себе. Довольно хорошие навыки. Как знала Сану, то это была какая-то куноичи, которая несколько лет назад открыла свой цветочный магазин в центре острова (на это требовалось достаточно денег, потому Узумаки не сомневалась, что это умная куноичи и хитрая). Так Монстр клана проследила за своим помощником и увидела, что тот уже начал испытывать симпатию к ней. Это было первым звоночком, что пора бы избавляться от помех, но в силу новых реформ, приходится успокаивать свои рефлексы и первые мысли по пере получения новой информации. Это было действительно сложно.

— Что ты тут делаешь, чёрт возьми? — уже как проклятие, сплюнул Яруи, чувствуя сильное волнение. Однако, что-то ему подсказывало, что сильно бояться сейчас не надо было, ведь взгляд госпожи не был наполнен... Хотя какой вообще злой, у неё ничего не понять по взгляду! Сегодня смотрит нормально, завтра узнаёшь, что она убила твоего наставника, который заменил отца! И ничего не понять по её поведению.

— Тебя ищу, что же ещё, — ухмыльнулась женщина, пугая до чёртиков своего помощника, который встал, прикрывая за своей спиной куноичи с волосами цвета розы и фиолетово-голубыми глазами. — Это твоя новая девушка? — наклонив голову и пытаясь рассмотреть ближе эту даму, спросила Узумаки, продолжая шутить над товарищем.

— Нет, знакомая, помогаю ей, — ляпнул тут же мужчина, пытаясь уберечь своего ребёнка, который даже на свет не успел появиться. Это вызвало смешок у Сану, давая Яруи понять, что ей уже было всё известно. — Это никак не повлияет на мою работу! Никто не сможет урожать мне через них, я клянусь! — он упал на колени, удивляя Узумаки, её лавандовые глаза слегка расширились, а рот замер полуоткрытым в улыбке. Это было необычно, даже за прошлую девицу он так не заступался.

— Неужели? — женщина присела на корточки, продолжая издеваться над другом, который снова не видел разницы между шуткой и реальностью — это было весело.

— Да! Прошу, пожалуйста... — Яруи еле сдерживал слёзы, но понимал, что перед этим человеком нельзя было проявлять ничего подобного.

— Дай-ка подумать, — Сану задумчиво прикрыла глаза, касаясь пальцем подбородка, — может быть, я просто, — она сохранила паузу, наблюдая, как он вздрагивает от этой фразы, — заключу с тобой один контракт?

— ...Что? — мужчина поднял голову, смотря с удивлением и неверием на госпожу. Он впервые слышал от неё что-то столь милосердное и невероятное! Подобная фраза означала, что она не тронет его семью при выполнении определённых условий. Это было подобно сказке. Узумаки ущипнул себя за руку, продолжая сомневаться в том, что это ему не снилось.

— Пха-ха-ха! — женщина весело рассмеялась, наблюдая за ним. — Я, правда, позволю тебе создать семью, если ты согласишься на мои условия, — усмехнулась Сану, давая понять Яруи, что всё это было не простым договором — она снова что-то задумала.

— Я согласен на всё, прошу, — его голос звучал серьёзно, мужчина снова опустил голову к полу, умоляя не лишать его последней ниточки счастья, ведь иначе он, правда, сойдёт с ума. Узумаки погладила его по волосам. Послушание и верность — это то, что всегда было ценно.

Они подписали контракт, который объяснил всё вместо Сану о том, что происходило. Яруи должен был заниматься всей документацией Монстра клана и стать её тенью, т.е. управление в чрезвычайных ситуациях было полностью на нём, а так всё должно было функционировать спокойно и без госпожи... Это означало, что она готовилась куда-то отправиться надолго, раз готовилась так основательно. Однако, не Яруи было возмущаться и пытаться что-то выбить из этого ещё (всё-так большая часть времени будет в работе, а не с семьёй, как он хотел), но это было лучше, если у него ничего не останется, кроме настоящего безумия. Взгляд мужчины остановился на его госпоже, неужели она смогла пережить нечто подобное, раз была так спокойна к подобным вещам? Даже смерть её ученика никак не изменила её (официально было сказано, что Наруто проиграл наставнице и погиб в бою). Неужели Сану привыкла терять близких и дорогих людей, что не видела в этом разницы? Яруи даже было жаль её, ведь она вряд ли сможет по-настоящему к кому-то привязаться и довериться.

Так женщина смогла организовать функционирование её отряда даже без неё, а учитывая то, что люди у неё были достаточно сильны, то это должно быть вполне достаточно. Да и Яруи был вполне хорош умом, чтобы понимать, когда нужно будет звать её. Это всё было только ради того, чтобы отправиться в Коноху на долгий промежуток времени. Конечно, в клан она собиралась возвращаться время от времени и в экстренных ситуациях.

— Считай, — Сану поднялась из-за стола, забирая оригинал контракта, — что я благословила твоё дитя, Яруи, — её голос звучал тепло, а улыбка казалась настоящей, поражая мужчину, который не верил в то, что всё это происходило в реальности. Что могла так желать его госпожа, что была готова даже изменить свои принципы?

Яруи считал, что она должна была найти что-то действительно стоящее, раз менялась ради этого. В нормальном состоянии эта сумасшедшая вряд ли бы согласилась на такую авантюру, потому что помощник Монстра не должен иметь изъянов, как и она сама. А сейчас ему удалось сохранить свою последнюю ниточку здравого разума, своего счастья... Когда Сану ушла, он наконец мог позволить себе расплакаться от счастья в объятиях своей невесты, которая тоже испугалась неожиданному приходу Монстра. Ради её блага Яруи отправил её в другую комнату. Всё закончилось хорошо, и это было удивительно.

Ровно за три месяца Узумаки Сана смогла изменить некоторые старые устои своего клана. Во-первых, было официально объявлено, что больше не будет проводиться бой насмерть между настоящим и будущим Монстром (это, конечно, вызывало некоторые недовольства из-за «смерти» любимого всеми Наруто, но благодаря угрожающей ауре убеждению удалось избежать проблем), во-вторых, был объявлен будущий Монстр, в-третьих, была изменена структура работы во многих сферах, где должен был играть роль отряд Сану, где теперь все легло на плечи её помощника, в-четвёртых, главе клана была предоставлена власть над отрядом Сану, в-пятых, решены вопросы с остальными ветвями клана — этого было достаточно на этом этапе. В будущем придётся только немного корректировать все эти изменения.

Конечно, абсолютно все понимали, что вся власть сосредоточилась в одних руках, потому Сану подчинялось большинство членов клана. Она не только была сильна, как куноичи, но была и грамотным лидером, потому что именно с ней клан пришёл к своему второму рассвету (первый был при Ясуко). И, конечно же, многим будет сложно принять, что в будущем их Монстра клана будет приходить лишь по определённому вызову...

***

Мадара не любил тишину в последние дни, почему-то именно в ней в его голове зарождались странные мысли и какая-то печаль. Он скучал по сумасшедшей Узумаки. Несмотря на то, что главным инициатором в их прошлом споре оказался именно он, мужчине всё ещё было сложно смириться с теми обстоятельствами, которые окружали их. Учиха действительно не понимал, как могло так всё сложиться, что им двоим настолько сложно быть вместе. Неужели не было никакого другого варианта? Он был... просто никто не хотел оставлять свою власть, передавать её кому-то другому и доверять всё это. Хотя, конечно, у Сану больше возможностей, нежели у него. Всё-таки главенство клана передаётся кровным наследникам, а Мадара был главой своего клана. Ему было тяжелее в этом плане, но были мысли и желание бросить всё... Учиха не мог. Изуна не простит такую безответственность. И подобное заставляло мужчину опускать руки и погружаться в пучину своей тьмы. Почему эта глупая Узумаки не могла хоть что-то для него сделать?

Всё это время только он делал для неё всё: доверился первый, помогал, шёл на небольшие компромиссы в некоторых вопросах, терпел её эгоизм, первый шёл на разговор — хоть это всё и было неидеально, да, но Мадара старался ради Сану. Почему эта женщина не ценила таких мелочей? Почему не видела их? И каждый раз, снова и снова, Узумаки верила лишь тому, что знала и тому, что хотела слышать и видеть. Это раздражало. Учиха действительно не понимал, как он полюбил такую сумасшедшую куноичи. Ах, верно... Ему понравилось видеть перед собой сильную, упорную и интересную женщину, с которой, казалось, было много общего. Это и политика, и тренировки, и техники, и даже анализ других... Но всё шло не так гладко, как казалось в начале.

Учиха тяжело вздохнул, выпивая из пиалы саке. Он не мог признаться в том, что закрылся от мира после возвращения с Узушио. Ему было тяжело. Узумаки была его самым близким, но в тоже время таким далёким, человеком, сейчас мужчина не отрицал, что больше всего нуждался хотя бы в её присутствии рядом. Хоть и прошло три месяца с того дня, но ничего внутри не менялось, кроме того, что Мадара начал время от времени выпивать и ещё больше погружаться в работу. Даже к собственному удивлению, но Учиха поддержал Тобираму в создании академии, куда смогут ходить все дети, независимо от того, к какому клану они принадлежали. Это было по той причине, что Узушио действительно вдохновляло на то, чтобы идти на эксперименты и давать себе больше свободы в создании своей деревни. Да, Узумаки умели вдохновлять...

— Тц, — Мадара цокнул языком, чувствуя себя не очень. Когда же в последний раз мужчина мог назвать себя счастливым? Наверное, в дни пребывания в Узушио.

В эту секунду Учиха почувствовал чужое присутствие: кто-то вошёл в его дом, довольно смело, без стука и даже вопроса о разрешении — Мадара усмехнулся, азарт появился в крови. Хоть кто-то может сегодня стать предметом вымещения накопленных эмоций, раз уж посмел зайти в логово тигра. Мужчина поднялся из-за стола, максимально заглушая звуки. После этого Учиха подошёл к дверному проёму и затаился. Кто-то столь смелый начал обход по его дому, судя по шагам — это довольно умелый шиноби, очень тихие и осторожные, их тяжело было услышать. Вскоре этот неизвестный тихо приоткрыл дверь в кабинет, рядом с которой скрывался Мадара. Взгляд алых глаз сразу зацепился за то, что это была довольно маленькая рука, хрупкая... Женщина? Такое происходило впервые. Учиха уже был удивлён, хватая её за запястье и вятыгивая в кабинет и обходя её со спины, приставив к шее кунай — это происходило быстро, за доли секунд, что глава клана не сразу осознал и понял, что у этой сумасшедшей были волосы яркого цвета... красные.

— О-о! Я попалась! — знакомый родной голос с весельем произнёс эту фразу, заставляя Учиха сначала подумать, что он окончательно сошёл с ума.

Женщина подняла свои руки, показывая, что она безоружна. В это время Мадара резко обнял её со спины, утыкаясь носом в её шею. Мужчина всё ещё не мог поверить в то, что происходило. Ему казалось это всё фантазией, сном или обманом сознания, но всё говорило об обратном. Это была его сумасшедшая Узумаки, которая вдруг появилась на пороге его дома, вломилась и теперь стояла и тихо смеялась. Непредсказуемая, странная, раздражающая, но... такая любимая. Учиха действительно не хотел её отпускать — боялся, что она исчезнет сразу после этого.

— Это правда ты, Сану? — тихо прошептал Мадара, сильнее сжимая в своих объятиях женщину, чувствуя её тепло. Ему не хватало этого ощущения, не хватало её присутствия, которое, казалось, источало холод, но было таким родным...

— Привет, котёнок, — её голос, наполненный усмешкой и это прозвище... Это никак не возмущало, только вызывало улыбку и вздох облегчения. — Ты меня сейчас задушишь, датте, — недовольно добавила тут же Узумаки, когда Учиха быстро отпустил её, начиная волноваться, что переборщил. Уши мужчины немного покраснели.

— Прости, — гордый Учиха Мадара извинялся за то, что применил слишком много силы... Это было похоже на шутку. — Что... Что ты здесь делаешь? — ему казалось, что после того диалога они больше никогда уже не встретятся с таким же трепетом, потому что Монстр клана была такой же гордой, как он.

— Я сбежала, — улыбнулась широко Сану, оборачиваясь к тому, кого она хотела увидеть всё это время, ради кого пошла на довольно серьёзные изменения в клане и... себе.

Узумаки сказала правду. Она действительно сбежала из клана, оставив будущего Монстра с отрядом и скинув все обязанности на него. С Шитоме получится увидеться и вне Узушио, позже. После того, как Сану организовала функциональность Узушио и без её присутствия, самого сильного шиноби в клане, то сразу же организовала себе безупречный побег, оставив небольшие инструкции нужным людям: отряду для воспитания ребёнка, Яруи для работы, Рисаки небольшие детали политических отношений с другими, а также контракты — этого было достаточно, потом они смогут связаться с ней через призыв. Женщина оставила свою пантеру рядом с Шитоме, чтобы та охраняла его и стала центром связи с ней. Именно потому Узумаки сейчас стояла перед Учиха так спокойно.

Мадара опустил голову, тихо рассмеявшись. Она не менялась ни при каких обстоятельствах, даже сейчас убежала, но для чего?

— Ты для того, чтобы разобраться с вопросом Мито-химе? — это была первая мысль Учиха о том, зачем же его сумасшедшая сбежала из клана. Обычно, она делала это не из простой хотелки, а преследовала ещё и другие цели — её планы всегда могли поражать сознание.

— Разве не понятно? — ухмыльнулась Узумаки, наклонив голову и скрестив руки за спиной. Мадара, правда, не мог подумать о чём-то большем, чем просто дело. — Я пришла, потому что хочу быть с тобой, — такой детский поступок, юношеский, но какие чувства он заставил испытать Учиха.

Узумаки Сану сбежала из клана ради него? Эта гордая и властная женщина действительно решила что-то изменить в своей жизни и пришла к нему? Она... шла на уступки. Это заставляло сердце трепетать от восторга и радости. Не только Мадара чувствовал это влечение, влюблённость, не только его волновало всё это! Сана тоже думала, раз пришла сейчас. Он не сомневался, что Узумаки сделала всё, чтобы спокойно оставить свой клан. Но в любом случае, нет ничего приятнее, чем осознание, что ради него менялись и что-то делали.

Учиха замер, смотря в лавандовые глаза. Ему казалось всё это простым гендзюцу. Та женщина, которая прославилась своим безразличием и холодом, сейчас смотрела на него, скрывая эту нежность в красивых глазах? Казалось, что мир перевернулся с ног на голову. Мадара тепло улыбнулся, не скрывая своё счастье.

— Спасибо, — мужчина распахнул руки, спрашивая так разрашение обнять её... Сану сделала шаг вперёд и обняла его. — Я... не верю, что всё это так просто, что это правда, не сон, — прошептал Учиха, прикрывая глаза и чувствуя, что его сердце готово разорваться от всех этих чувств, которые заполняли его с головы до пят.

— А зачем усложнять, Мадара? Мы ведь уже взрослые люди, хоть и ведём себя ничем не лучше детей, — улыбнулась Узумаки, поднимая голову. В простоте её решений всегда было что-то такое приятное и удивительное... Это заставляло по-настоящему влюбляться в неё каждый раз. — Знаешь, — её голос звучал серьёзно, это не были привычные игры Сану, которые она так любила, — я живу прекрасно и в своём обычном мире, но с тобой он становится ещё красочнее, — такого признания в любви Мадара ещё никогда не слышал, это заставило его почувствовать себя самым счастливым человеком на земле.

— Сану, — Учиха немного отпрянул от неё, смотря на её лицо, когда Узумаки смущалась, то у неё немного краснела шея, — я люблю тебя, — в эту секунду Мадара мог лично видеть, как лавандовые глаза слегка вздрагивают, а шея краснеет ещё сильнее, в эту секунду женщина утыкается лицом в его грудь, скрывая улыбку, которая невольно появлялась на её лице. Эта реакция стала самым лучшим ответом для Учиха, как и её слова ранее.