Глава 39
И мы пошли, выйдя на улицу, где девушка все еще продолжала петь. Только теперь это была не просто песня.
— За извилистой рекой есть пещера под горой...
Это была старая баллада, кажется, о драконе? О чудовище, которого люди боялись веками, страшась даже случайной встречи с ним. Но когда, наконец, кто-то осмелился заглянуть в его логово, перед ними предстал маленький дракон, не больше кошки. И теперь он, вместо того чтобы наводить ужас, добросовестно защищает город и согревает его в холодные зимы.
— Что тут байка, что тут ложь — ни за что не разберёшь... — голос певицы окутывал, словно мягкое покрывало, вызывая дрожь по коже.
Мы как раз подошли к ней. Она была не одна: рядом играл мужчина с балалайкой, иногда тихонько подпевающий, а рядом с ним девушка с короткими серыми волосами, ловко отбивающая ритм на барабанах. Закончив с балладой, они сразу же перешли к другой истории, а у их ног лежала шапка, в которую звонко падали монеты.
Меня заворожил голос певицы. Он был почти магическим — густым, насыщенным, наполненным жизнью. А её внешность... Рыжие, словно пламя, волосы, зелёные глаза, сверкающие радостью, и лёгкое голубое платье, которое развевалось в танце. Люди начали собираться вокруг. Пары кружились в танце, смеясь и радуясь празднику, толпа становилась всё плотнее. Вскоре на площади стало так тесно, что мы решили уйти. Это было разумно — всё же затоптать императора на фестивале в его же честь было бы не лучшей идеей.
Прогуливаясь дальше, мы наткнулись на лавку с игрушками. Их было так много, что глаза разбегались. Но среди всего этого великолепия наш взгляд сразу же привлекла одна вещь — огромный жёлтый дракон, почти в рост Ти. Он был так искусно сделан, что пройти мимо было просто невозможно. Мы с малышкой переглянулись и без слов направились к прилавку, совершенно забыв о Клаусе, который только успел вздохнуть и покачать головой.
Вблизи игрушка оказалась ещё прекраснее. Всё её тело покрывали замысловатые узоры, тонкая работа поражала воображение. Как простые люди могли создать такое? Это выглядело так, будто дракона соткали не из ткани и нитей, а вынесли из другого мира.
— Vis, — прошептала Ти, глядя на игрушку, и в её голосе звучало неподдельное восхищение.
— Это нам надо! — одновременно сказали мы с ней, а затем рассмеялись, глядя друг на друга.
Клаус выглядел растерянным, словно не понимал, что именно его больше поражает — наша синхронность или наш детский восторг. Но, глянув на наши взбудораженные лица, он сдался.
— Ладно, девочки, сейчас узнаем, сколько стоит это счастье, — усмехнулся он, мягко потрепав Ти по голове, и повёл нас к прилавку.
Мы протиснулись сквозь толпу и оказались перед прилавком, за которым стояла крупная женщина с добродушной улыбкой. Её глаза внимательно следили за всеми, кто толпился рядом и участвовал в конкурсах. В её взгляде читалась материнская теплота, особенно когда она посмотрела на Ти, которая, кажется, вообще не могла оторвать глаз от игрушки.
— Здравствуйте, сколько стоит вон тот дракон? — спросил Клаус, уже лезя в карман за кошелем.
Женщина улыбнулась ещё шире и покачала головой.
— Добрый день, мил человек. Игрушки не продаются, их можно только выиграть.
Ти замерла, её пальчики крепче сжали мою руку. Я чувствовала, как её маленькое тело напряглось — ребёнок не мог поверить, что дракона просто так не забрать. Клаус нахмурился.
— Вы не поняли. Сколько он стоит? Я заплачу, золотой, может, два? — он настаивал на своём, не привыкший, чтобы ему отказывали.
Но женщина, услышав предложенную сумму, только шире улыбнулась, словно она знала нечто, чего не знали мы...
— Это вы не поняли, игрушка не продается, вам нужно победить в конкурсах, а точнее — в пяти. Дракон достанется победителю фестиваля, остальным — утешительные призы. Игрушек много, всем хватит. Да и вход на участие всего десять серебряных, не так уж и много, не правда ли? — женщина улыбнулась с легкой язвительностью.
Конкурсы? Мы? Может ли Клаус себе это позволить? А я? Но этот дракон... Я не могла оторвать от него взгляда, будто он притягивал меня, зачаровывал. Как же хотелось взять его в руки, почувствовать мягкость ткани, провести пальцами по изысканным узорам. Но просить Клауса об участии было неправильно, ведь мне не пять лет, чтобы мечтать о какой-то мягкой игрушке, даже если она настолько прекрасна...
— Пойдем? Нехорошо, если ты будешь в этом участвовать, вдруг еще поранишься... — я потянула Клауса за руку, пытаясь отвести его от соблазна, но в душе скребла горькая обида.
— Если меня будет ожидать поцелуй в виде главного приза, то я очень постараюсь выиграть, — его голос стал тихим, теплым, а дыхание обожгло мое ухо.
Жар молниеносно вспыхнул на моих щеках. Клаус с хитрой улыбкой наблюдал за мной, ожидая ответа. Я зажмурилась, чувствуя, как внутри все переворачивается, а потом резко кивнула. Мужчина рассмеялся, словно довольный добытчик, и, отпустив мою руку, вернулся к стойке. В тот же миг в воздухе сверкнули монеты, и хозяйка лавки расплылась в довольной улыбке.
— Quid faciam? — раздался рядом голос Ти. Она легонько потянула меня за рукав, ее глаза выражали нетерпение.
— Что?.. — я непонимающе моргнула.
Девочка еще мгновение пристально смотрела на меня, затем тяжело вздохнула и, схватив меня за руку, потянула через толпу.
Она двигалась ловко, словно маленький зверек, лавируя между людьми, и в одно мгновение мы оказались в самой гуще событий. Впереди Клаус стоял рядом с каким-то мужчиной, кивал, наблюдая за представлением.
Кулачный бой.
Я застыла. На импровизированной арене раздавались удары, звуки тяжелого дыхания и сдавленные стоны. Один мужчина сменял другого, но никто не мог устоять против громилы, который бил, будто машина для убийств. Его тело покрывали застарелые шрамы, лицо было жестким и бесстрастным. Он даже не замечал ударов — просто шел вперед, уничтожая каждого, кто вставал перед ним.
И Клаус решил сражаться с ним?!
Я судорожно сжала пальцы, сердце сжалось от тревоги.
Клаус спокойно кивнул ведущему и встал в очередь. Он выглядел слишком невозмутимо, даже равнодушно. А я... я не могла отвести глаз. Этот человек побеждал одного за другим, и у меня появилось жуткое ощущение, что он не просто участвует в конкурсах, он живет этим.
— Надеюсь, с ним все будет хорошо... — выдохнула я, ощущая, как внутри разрастается тревога.
Пять конкурсов... Если первый такой сложный, то что ждет нас дальше?
— Деточка, ты не переживай, большой Майк никого сильно не калечит. Так, синяки да ссадины, и всё, — неожиданно раздался хриплый голос.
Я обернулась. Передо мной стоял старик, согбенный, с тростью в руке. Его глаза, потемневшие от времени, смотрели мимо нас, прямо на арену.
— Не случится с твоим мужчиной ничего, — добавил он, улыбнувшись уголком губ.
Я не смогла ничего ответить, только снова посмотрела на Клауса. Очередь дошла до него. Он шагнул вперед, и я почувствовала, как Плюм внутри меня встревожился, откликаясь на мои эмоции. Неужели он и правда собирается сразиться с этим чудовищем?..
Клаус, выйдя на ринг, двигался осторожно, обходя соперника, изучая его движения, словно охотник, выслеживающий добычу. В напряжённой тишине слышалось лишь глухое эхо шагов, и мне казалось, что даже воздух в этом месте дрожал от предвкушения. Мужчины были явно в разных весовых категориях — огромный Майк возвышался над Клаусом, как скала над морскими волнами. Клаусу не удавалось уронить гиганта, но он не терял уверенности. А ещё этот комментатор...
— Интересные приёмы! — раздался его пронзительный голос. — Готов принять ставки! Кто поставит на большого Майка, а кто рискнёт поверить в этого смельчака? Вы только посмотрите, как он жесток! Но поможет ли это в борьбе с нашим чемпионом? Подходите, подходите!
Толпа оживилась, мужчины наперебой выкрикивали суммы, готовые поставить всё, что у них было. Вокруг этого мужчины мгновенно собралась толпа, и, судя по их лицам, в Клауса никто не верил. Никто, кроме меня. Я крепче сжала в кармане мешочек с монетами, чувствуя, как от волнения пересыхает в горле. Отчаянная решимость окрепла во мне, и я решительно двинулась сквозь гудящую массу людей. Мужчины провожали меня любопытными и даже осуждающими взглядами, но мне было всё равно.
— Quid agis?! — вскрикнула Ти, когда нас чуть не задавила толпа.
— Извини, Ти, идём за мной, — я потянула девочку за руку. В какой-то момент осознала, что совсем не подумала о ней, не привыкла нести ответственность за кого-то, кроме себя. В груди заныло от этой мысли, но я быстро отогнала её. — Извините, 10 серебряных на смельчака!
— Вы уверены, милочка? Ну, нам же лучше, лишними деньги не бывают... Вот ваш билетик. Возвратов мы не делаем! ТАК, РЕБЯТКИ, ставки приняты, ставки больше не принимаются!
Люди разочарованно разошлись, кто-то с возмущением, а кто-то с предвкушением. Я осталась стоять, сжимая в руках билет, сердце билось так сильно, что казалось, его гул заглушает весь окружающий шум. Я верила в победу Клауса, но какой ценой?..
Бой набирал обороты. Огромный Майк напирал, пытаясь задавить Клауса своей массой, но в ответ натыкался на несокрушимую стену. Клаус не отступал, его движения были быстрыми, ловкими, точными. Они кружили друг вокруг друга, словно два зверя, выжидая удобного момента для атаки. На лицах зрителей отразился страх — неужели Майк столкнулся с равным ему противником? Или даже с кем-то сильнее?..
— Что-то странное происходит... — послышались шёпотки сбоку.
— Ты тоже заметил? Не похоже это на Майка... Он обычно более жесток...
— Вот и я о том же. Сейчас он будто боится...
— Ох, что-то мне кажется, проиграю я. Не на того поставил, точно не на того...
— Может, ещё можно изменить ставки?
— Да не, ты же знаешь Била, он не даст. Не выгодно это ему...
О чём они? О чём этот шёпот? Я на секунду отвлеклась, и этого хватило, чтобы пропустить важный момент. Когда я вновь перевела взгляд на ринг, толпа уже загудела, а Майк... Майк шатался, как подрубленное дерево. Клаус воспользовался моментом. Один точный удар, резкий, как вспышка молнии — и Майк рухнул на землю, не издав ни звука. Без чувств.
Наступила оглушающая тишина. Будто все разом задержали дыхание. А потом толпа взорвалась — гневными выкриками, проклятьями, возмущёнными стонами. Все они потеряли деньги, поставив на очевидного, казалось бы, победителя.
А я? Я не могла оторвать взгляд от Клауса. Он стоял посреди ринга, спокойный, уверенный, почти безмятежный. Он победил. Он не пострадал... Или всё же?.. Я судорожно сглотнула, готовая броситься к нему. Сейчас я узнаю. Сейчас...
— Вот мой билетик, я бы хотела получить свой приз, — сказала я, перехватывая того самого комментатора, который посмотрел на меня, будто увидел привидение.
На мгновение он застыл, уставившись на мой билет с выражением полного неверия, а затем сделал шаг назад, явно подумывая улизнуть. Но толпа таких же, как и я, жаждущих получить свои честно заработанные деньги, быстро окружила его, лишая возможности скрыться.
— Господа, господа, подождите! Я не могу разорваться на всех! — начал оправдываться мужчина, пятясь всё дальше, но пристальные взгляды окруживших его людей не оставляли ему выбора.
И тут его взгляд снова упал на меня, а в голосе послышалась откровенная неприязнь:
— А вы, милочка, с ребёнком, чего пришли? Не помню я вас...
Я молча помахала билетом перед его носом. Наверное, он был уверен, что забрал его. Мужчина тяжело вздохнул, и началось представление под названием «успей забрать свой выигрыш». Как он сопротивлялся! Как отчаянно пытался увильнуть! Но в конце концов ему ничего не оставалось, кроме как выдать мне мой законный приз.
Сжимая в ладони монету, я развернулась, собираясь отыскать Клауса, но, как оказалось, он уже ждал нас. Он стоял прямо за нашей спиной, скрестив руки на груди. Глубокий, тяжелый вдох... и насмешливый взгляд, в котором читалась ирония.
— Развлекаешься за мой счёт? — протянул он, едва заметно склонив голову набок. — И не стыдно? Зачем Ти туда потащила?
— Quid? — подала голос девочка, услышав своё имя.
— Так вышло. Держи, — я протянула ему монету, стараясь выглядеть беззаботно, но в груди отдавало лёгкой тревогой.
— Ты пытаешься откупиться? — усмехнулся Клаус, не спеша принимать награду. — У тебя не получится. И, кстати, ты уже проиграла мне один поцелуй. А это только первый конкурс. Как расплачиваться будешь?
Я замерла, растерянно нахмурившись.
— Разве приз был не за игрушку? — спросила я, и в голосе прозвучало неподдельное удивление.
— Не помню такого, — лениво протянул он, ухмыляясь. — Может, ты что-то не так поняла? Ладно, идём. Надо найти второй конкурс, а то так весь фестиваль пропустим. Кто знает, вдруг впереди ещё что-то интересное?
Следующим оказался конкурс по стрельбе из арбалета. Клаус вновь одержал победу, даже несмотря на странности оружия: стрелы летели, как попало, а механизм заедал. Затем нас ожидало испытание с гладким, словно вымазанным маслом, столбом — нужно было забраться на вершину и сорвать флажок. Казалось, что никто не мог преодолеть даже метр этой скользкой поверхности, но Клаус, как ни в чём не бывало, взял и залез.
Магия? Возможно... Но наблюдать за этим было завораживающе.
С каждым новым конкурсом становилось всё очевиднее: испытания были устроены так, чтобы участники не могли выиграть. Как, например, в первом состязании — нужно было победить «непобедимого». Большой Майк, очнувшись от проигрыша, просто ушёл домой, ведь победитель уже был объявлен. Теперь же к нам постоянно подходили новые противники, утверждая, что Клаус обязан сразиться с ними и уступить первенство.
К тому моменту, когда он, наконец, спустился со столба, забрав свой очередной приз, он выглядел измотанным. Протирая лоб тыльной стороной ладони, он с трудом перевёл дыхание.
— Фух... Вот вы мне дали задание, девочки... — пробормотал он, скользнув по мне внимательным взглядом. — Давно я так не выматывался. Надо бы почаще с Дэбианом выбираться на тренировки...
Он чуть склонил голову набок и улыбнулся, всё ещё тяжело дыша:
— Ну, что скажете? Ещё нужен этот дракон или ну его, и пойдём просто гулять?
— А тебе не будет жаль всех этих усилий? Ты так воинственно всех победил, осталось всего два испытания и... — я смущённо отвела взгляд. — Хочешь, чтобы твой приз был не полным?
— Умеешь ты мотивировать, — с выдохом сказал Клаус. — Идём искать оставшиеся испытания.
Он не стал тянуть время и повёл нас дальше. Честно говоря, я уже устала. Здесь было невероятно красиво, но атмосфера выматывала: пробираться сквозь толпы, надеяться, что тебе не прилетит локтем в бок, постоянно следить за Клаусом, переживая за него, и приглядывать за Ти, которая вечно норовила куда-то сбежать. Конечно, моя усталость не шла ни в какое сравнение с изнеможением Клауса, но я чувствовала себя выжатой.
Следующее испытание проверяло ловкость, а затем... бык. Нет, я знала, что Клаус силён, но не думала, что настолько. Он справился со всеми испытаниями, хоть и был явно на грани истощения. Забрав свой последний билет, он подошёл к нам, лицо его было влажным от пота, дыхание — прерывистым.
— Ну что, идём за вашим драконом? Только давайте немного помедленнее, — Клаус тяжело выдохнул, а затем взял мою руку и повёл нас сквозь толпу.
Ти шла за нами, не совсем понимая происходящее, а затем, наконец, мы получили нашу награду. Женщина, держащая игрушку, улыбалась, но в её взгляде читалось явное нежелание расставаться с призом. Когда же дракон оказался в наших руках, я взглянула на его детализацию — поражающую, словно его создал искусный мастер с невероятной любовью к деталям.
Я передала игрушку Ти. Девочка посмотрела на нас, словно мы боги. Её тонкие пальцы осторожно сжали дракона, и она так же бережно прижала его к груди.
— Gratia, — произнесла она и поклонилась.
Клаус удивлённо закашлялся.
— Что-то случилось? — спросила я, глядя на него в недоумении.
— Это у них знак признания. Она приняла нас. Никогда такого не видел... Они никогда не склоняются перед чужаками... — его голос был чуть охрипшим, а взгляд — потрясённым.
Ти смотрела на нас с доброй, светлой улыбкой. Я ответила ей тем же.
Вокруг кипела жизнь. Люди ходили, что-то обсуждали, их стало в несколько раз больше, и это уже больше напоминало хаотичную, слоняющуюся толпу. Мы шли, вливаясь в людской поток, не зная точно, куда он нас ведёт, но внутри было ощущение, что всё правильно, что путь выбран верно.
И чутьё меня не подвело. Мы пришли прямо к началу представления. Я уже собиралась увести Клауса и Ти в сторону — толпа вызывала у меня напряжение, — как вдруг внутри что-то сжалось. Плюм зашевелился в душе, заставляя меня остановиться.
— Ты тоже это почувствовал? — тихо спросила я, потянувшись к Клаусу, надеясь, что нас никто не слышит.
Он кивнул, взгляд его потемнел.
— Внимание, дамы и господа! Сейчас вы увидите наше представление! — разнёсся громкий голос. — Мы приехали к вам с экзотическими животными, которых вы ещё никогда не видели! Мы их усмирили и приручили, они выполняют все наши команды! Присаживайтесь и наслаждайтесь шоу!
Фигура мужчины растворилась в клубах дыма, а по кругу сцены вспыхнули маленькие огоньки. Их мерцающий свет бросал зловещие отблески на окружающее пространство, создавая жуткую, завораживающую атмосферу.