Глава 7
Микаэла шла по длинным коридорам разведкорпуса, ее рыжие волосы, обычно непокорной копной рассыпавшиеся по плечам, сегодня были собраны в строгий пучок. Зеленые глаза, обычно искрившиеся жизнью, сейчас были полны задумчивой грусти. Каждый шаг отдавался эхом в полупустых коридорах, каждый звук напоминал о прошлом, которое, словно тяжелый груз, тянуло ее на дно. Она старалась не думать о нем, о том времени, когда все было иначе, когда надежда еще не покинула эти стены.
___________________________________________
Девочка с огненными волосами, примерно двенадцати лет, замерла в строю солдат, подобно хрупкой фигурке, словно сотканной из обрывков прошлого. Светлая форма бежки, рубашка немного великовата, разношенные ботинки, издающие тихий скрип в унисон с прерывистым дыханием. Рыжие, как осенние листья, волосы коротко острижены и собраны в небрежный хвостик, обнажая нежную шею, на которой танцевали солнечные блики. В руках, казавшихся слишком большими, она сжимала автомат, холодный и тяжелый, как груз ответственности, возложенный на ее детские плечи. На правой руке виднелась алая лента с девятиугольной звездой – символ отличия, полученный ею раньше других детей, еще в раннем возрасте, почти в младенчестве. Тогда это казалось забавой, а теперь – клеймом, навсегда отпечатавшимся в сердце.
Вокруг простиралась выжженная солнцем и иссушенная ветрами степь. Шеренги солдат, таких же юных, как и она, с лицами, отмеченными печатью взрослой серьезности, стояли недвижно, словно изваяния из камня. За их спинами виднелись фигуры взрослых, но их лица были скрыты пеленой времени.
В стороне, у огромной машины, увешанной орудиями и антеннами, в панике бегал конструктор, что-то истошно выкрикивая, но его слова заглушались гулом двигателей и шелестом ветра, приносящего запах горькой полыни и раскаленного металла. Его жесты были отрывистыми, словно он пытался залатать прорехи в самом полотне мироздания.
В этот момент, глядя на эту картину юности и стали, она ощущала гнетущую печаль по будущему, которому уже не суждено было сбыться. Тоску по той наивной вере, которая когда-то казалась непоколебимой, но разбилась о жестокую реальность, оставив лишь осколки воспоминаний, эхом отдающиеся в тишине минувших дней.
Солнце безжалостно палило, обжигая кожу и заставляя щуриться. Девочка чувствовала, как пот струится по спине, пропитывая рубашку, но не позволяла себе ни единого движения. Она знала, что от ее собранности зависит многое, возможно, даже судьба. Ведь они были последней надеждой. Последним бастионом, отделяющим мир от неминуемой гибели.
Вдруг, тишину разорвал пронзительный звук сирены. Сердце девочки бешено заколотилось. Это был сигнал. Сигнал к тому, что они ждали, к тому, чего боялись. Вдалеке, над горизонтом, появилась черная точка, быстро увеличивающаяся в размерах. Зловещая тень накрыла степь, предвещая бурю.
Конструктор, словно очнувшись от оцепенения, подбежал к машине и что-то отчаянно закричал в микрофон. Его слова, искаженные помехами, доносились до строя, но никто не мог их разобрать. Девочка видела только его лицо, искаженное гримасой ужаса и решимости.
Она крепче сжала автомат и посмотрела на своих товарищей. В их глазах она увидела отражение собственного страха, но и непоколебимую волю к победе. Они были детьми, но им предстояло сражаться, как взрослым. За будущее, которого у них почти не осталось. За мир, который они могли потерять навсегда. Она глубоко вдохнула, готовясь встретить надвигающуюся тьму.
___________________________________________
Раннее утро только начинало вступать в свои права, рассеивая ночную тьму. Завтрак остался позади, но привкуса еды Микаэла не почувствовала. Ее мысли были далеко, в прошлом, в тех днях, когда мир казался проще и понятнее. Сейчас же, каждый день был борьбой, каждым шагом – преодолением.
Микаэла направлялась в кабинет командира Эрвина. Его вызов не предвещал ничего хорошего, но она знала, что должна быть готова ко всему. Она шла, не опуская головы, стараясь сохранить остатки своей гордости. Внутри бушевала буря, но снаружи она была спокойна, как гладь озера перед штормом. Она знала, что командир ждет от нее силы, уверенности, непоколебимости. И она сделает все, что в ее силах, чтобы не подвести его, не подвести тех, кто верил в нее. Но сейчас, в тишине коридора, она позволила себе на мгновение почувствовать всю тяжесть своего бремени, всю боль утраты, всю глубину отчаяния.
Микаэла замерла перед дверью кабинета командира Эрвина, рука, уже было потянувшаяся к ручке, застыла в воздухе. Доносившиеся изнутри голоса заставили её отступить на шаг, прижаться спиной к стене. Эрвин, Леви и Ханджи. Что они обсуждают? Любопытство и дурное предчувствие переплелись в тревожный узел.
Речь зашла об Эрене, заточенном в темнице королевской полиции. Сердце Микаэлы сжалось. Она прекрасно знала причину его заточения, и её собственная ложь лишь усугубляла ситуацию. В отчете, составленном после столкновения с женской особью, Микаэла указала, что солдат Элера стал жертвой титана. Истина была куда сложнее: Элера был ранен Эреном, превратившимся в титана в неконтролируемом припадке. Микаэла солгала, чтобы защитить обоих.
«Она знала,» – голос Эрвина звучал сухо и отстраненно, – «Микаэла знала правду и намеренно исказила факты в отчете.»
Леви фыркнул. «Королевская полиция уже интересуется ее отчетом. Подлог – серьезное обвинение.»
Ханджи что-то пробормотала о мотивах Микаэлы, о попытке спасти товарищей, но в голосе Эрвина звучала непреклонность. Наказание. Королевская полиция. Слова обжигали хуже огня.
Микаэла вцепилась пальцами в стену. Ей следовало войти, объясниться, попытаться оправдаться. Но страх парализовал её. Страх за Эрену, за Элеру, за себя. Она продолжала слушать, затаив дыхание, наблюдая за тем, как ее судьба решается за закрытыми дверями.
В голове Микаэлы проносились обрывки фраз, доводы, оправдания. Она могла бы сказать, что действовала в состоянии аффекта, что паника затмила разум. Могла бы упомянуть о преданности Разведкорпусу, о готовности жертвовать собой ради общего дела. Но все это казалось ничтожным перед лицом обвинения в подлоге. К тому же, в глубине души она знала, что ее ложь была продиктована не только страхом и преданностью, но и чем-то более личным, глубоко укоренившимся в ее собственном прошлом.
Дверь распахнулась. Ханджи, увлеченная какой-то бумагой, чуть не сбила Микаэлу с ног. "Ох, Микаэла, ты тут?" - воскликнула она, но тут же осеклась, заметив бледность и растерянность на лице девушки. Взгляд Ханджи смягчился. "Эрвин хочет тебя видеть."
Микаэла кивнула, ощущая, как ноги наливаются свинцом. Она вошла в кабинет, стараясь держаться прямо, хотя колени предательски дрожали. Эрвин сидел за своим столом, его лицо было непроницаемым. Леви стоял у окна, скрестив руки на груди, его взгляд прожигал Микаэлу насквозь.
"Микаэла," - начал Эрвин, его голос звучал ровно и спокойно, но с таким холодом, что мурашки бегут по коже, как будто в снег окунули ее с ног до головы, - "нам известно о неточностях в твоем отчете." Он сделал паузу, внимательно наблюдая за реакцией Микаэлы. "Мы хотим услышать твою версию событий."
Моронес глубоко вздохнула, собираясь с духом. Пришло время признаться. Микаэла стояла перед Эрвином и Леви, позади Ханджи. Эрвин смотрел на нее с холодным расчетом, ведь Микаэла соврала в отчете, что это женская особь навредила Эрену, а на самом деле был Эрен. Она должна была признаться, но взгляд Эрвина был настолько прожигающим, настолько холодным, что она не решалась. Она видела и похожий взгляд у Леви, но более сдержанный, как всегда. Микаэла знала, что Элера будет ей благодарна за это, хотя и Моронес влетело, и Эрвину за ложь.
Она смотрела еще пару секунд в эти пронзительные глаза, но внезапный шум за окном, точнее, крики, заставили Эрвина и Леви слегка отвлечься. Этого мгновения Микаэле хватило. Она резко развернулась и выбежала из кабинета, словно ее преследовали все кошмары этого мира. Ее ноги несли ее по коридорам с невероятной скоростью, несмотря на то, что она была врачом, а не солдатом.
Микаэла понимала, что признаться – это правильный поступок, и в ее действиях не было злого умысла. Но она убегала. Убегала, чтобы успеть увидеться с Эреном на лестнице. Она знала, что ее, скорее всего, не пропустят, но в голове уже зрел план, как обойти охрану. Микаэла была хитра и умна, как лисица, прокладывающая свой путь сквозь лес.
Ее шаги эхом отдавались в пустых коридорах, пока она мчалась к своей цели. Она бежала, рискуя своей репутацией и доверием командования, но в тот момент это не имело значения. Главным было успеть увидеть Эрена, убедиться, что с ним все в порядке, и рассказать ему о последствиях ее маленькой лжи.
Добравшись до лестницы, Микаэла замерла, переводя дыхание. У входа стояли двое солдат, лица их были непроницаемы. Она знала их, они были преданы Эрвину и не подкупятся ни уговорами, ни взятками. Но Микаэла не собиралась сдаваться. Она глубоко вздохнула, приготовившись к импровизированному спектаклю.
"Солдаты, прошу прощения, но у меня срочное дело к Эрену Йегеру," – выпалила она, стараясь придать голосу уверенности. "Это касается его лечения. Появились новые данные, которые необходимо срочно обсудить." Она знала, что врет, но надеялась, что ее профессионализм убедит их.
Солдаты переглянулись, но не сдвинулись с места. "Доктор, у нас приказ никого не пропускать. Эрен Йегер под наблюдением," – ответил один из них. Микаэла почувствовала, как внутри поднимается раздражение, но старалась сохранять спокойствие.
"Послушайте, это может повлиять на его способность контролировать титана," – настаивала Микаэла. "Если я сейчас не поговорю с ним, последствия могут быть катастрофическими." Она знала, что играет на их страхе, но другого выхода не видела. На этот раз один из солдат заколебался. Микаэла воспользовалась его замешательством и быстро проскользнула мимо них, бросив на ходу короткое "Благодарю." Она знала, что теперь у нее есть всего несколько минут, прежде чем солдаты опомнятся и сообщат о ее проникновении.
Микаэла прошла мимо выстроившихся, словно бездушные статуи, солдат. Каждый шаг отдавался эхом в её сознании, напоминая о быстро ускользающем времени. Она нашла камеру Эрена. Тот сидел, сгорбившись, словно сломленный тростник под порывом ветра. Кандалы на ногах блестели в тусклом свете, а синяя рубашка и порванные штаны лишь подчеркивали его уязвимость. В его взгляде плескалось отчаяние, словно в глубоком колодце.
"Эрен," – тихо позвала Микаэла.
Он вскинул голову, и в его глазах мелькнула искра надежды, быстро сменившаяся усталостью.
Микаэла присела рядом с решеткой. "Я солгала в отчете," – прошептала она так тихо, чтобы слышал только он. – "На суде говори правду, только правду. Остальное я беру на себя."
Эрен нахмурился, не понимая.
"Мне придется еще немного приврать, сказать, что Элера просила меня. Неправильно, знаю. Но Элера будет благодарна. А главное, это спасет нас всех."
Тишина повисла в воздухе. Микаэла чувствовала его колебания.
"Эрен, поверь мне. Я придумаю, как выпутаться. Главное, чтобы ты сказал правду."
Затем ее осенила мысль: откуда военная полиция знала об этом? Предатель. Эта мысль пронзила её сознание, словно осколок льда. Она знала, кто это, но молчала. Не скажет никому, даже Эрену. Это знание обжигало, как старая рана, напоминая о прошлых ошибках и потерянных надеждах. Микаэле оставалось лишь надеяться, что сможет защитить тех, кто ей дорог, даже если это потребует жертв.
Микаэла, осознавая стремительно тающее время, бросила Эрену прощальный взгляд. Мимоходом скользнув мимо выстроившихся солдат, она сорвалась с места, устремившись к выходу. Возвращение к Эрвину стало её приоритетной задачей, точнее, успеть до того, как Леви обрушит на неё град заслуженных, по его мнению, оплеух и пинков. Она прекрасно понимала, что Леви и Ханджи, наверняка, уже подняли тревогу и ведут поиски. Впрочем, не исключено, что за ней отправили других солдат. Именно поэтому Микаэла, не теряя ни секунды, помчалась в направлении кабинета Эрвина.
Почти достигнув цели, она невольно стала свидетельницей чужого разговора. Эрвин, судя по голосу, обсуждал с Ханджи её предполагаемое местонахождение. "Вероятнее всего, Микаэла уже у Эрена", - донеслись до неё обрывки фразы. Леви, как она и предполагала, отправился на её поиски лично.
Затаившись за дверью, Микаэла выждала момент, когда Ханджи и Эрвин покинули кабинет. Убедившись, что её не заметили, она проскользнула внутрь, оказавшись в святая святых командира. Сердце бешено колотилось в груди, а адреналин зашкаливал. Теперь нужно было придумать, как объяснить своё исчезновение и избежать гневной отповеди Леви.Микаэла, осознавая стремительно тающее время, бросила Эрену прощальный взгляд. Мимоходом скользнув мимо выстроившихся солдат, она сорвалась с места, устремившись к выходу. Возвращение к Эрвину стало её приоритетной задачей, точнее, успеть до того, как Леви обрушит на неё град заслуженных, по его мнению, оплеух и пинков. Она прекрасно понимала, что Леви и Ханджи, наверняка, уже подняли тревогу и ведут поиски. Впрочем, не исключено, что за ней отправили других солдат. Именно поэтому Микаэла, не теряя ни секунды, помчалась в направлении кабинета Эрвина.
Почти достигнув цели, она невольно стала свидетельницей чужого разговора. Эрвин, судя по голосу, обсуждал с Ханджи её предполагаемое местонахождение. "Вероятнее всего, Микаэла уже у Эрена", - донеслись до неё обрывки фразы. Леви, как она и предполагала, отправился на её поиски лично.
Затаившись за дверью, Микаэла выждала момент, когда Ханджи и Эрвин покинули кабинет. Убедившись, что её не заметили, она проскользнула внутрь, оказавшись в святая святых командира. Сердце бешено колотилось в груди, а адреналин зашкаливал. Теперь нужно было придумать, как объяснить своё исчезновение и избежать гневной отповеди Леви.
Микаэла начала рыться в документах, всяких папках которые тут были, столы, шкафы, комоды, ящики, да все. Ей нужно было найти свой отчет. И как-нибудь придумать объяснение своей лжи.
-Да где же он?!- Моронеч была на грани срыва. Отчета не было. Да и как он попал в руки военной полиции? Вопрос. Отчет должен быть у главнокомандующего в королевстве, если это место так назвать можно, но не у военной полиции. Энни. Микаэла уже знала, что она снова начала действовать по своему, а не по плану. И как всегда снова проблемы.
Микаэла настолько погрузилась в мысли, что не заметила того, что дверь кабинета открылась, не заметила долбанные шаги командира, а когда поняла, было поздно. Моронес сидела на корточках, возле ящика стола. Ей не нужно было поднимать взгляд наверх, она и так знала, что командир смотрит на нее с холодным расчётом, испепеляет своими пронзительными голубыми глазами.
-Я жду объяснений,- грозный и такой холодный голос прозвучал над головой. Благо Леви не было, иначе бы он сразу ее отпинал за ложь.
-Ну что ж,- рыжая девушка нацепила на себя маску. Улыбка до ушей, глаза смотрят с интересом. Идиотка ты Микаэла. Настоящая,- Будут вас объяснения.
-Я жду,- Голос Эрвина не давал возражений. Черти бы его побрали. Такой холодный, но красивый, не поспоришь. Особенно руки и эти вены на них. Тьфу Микаэла. Она мысленно дает себе пощечину за такую оплошность. Нет, все таки лучше бы было, чтобы ее Леви отпинал.
-Начнем с того, что я не врала, просто немного приукрасила,- Лиса, самая настоящая лиса, хитрая, умная. Микаэла улыбаясь, отошла от командира. Черт. Да она была ниже его, до груди достае. Тьфу ты. Вроде не маленькая ростом,- И да, женская особь и вправду напала на солдат и убила их, кроме Элеры. Во время битвы, скажем так... Эрен превратился в титана, ну и в какой-то момент не смог себя контролировать, вот поэтому мы с Элерой полетели вниз с дерева. Только меня... Немного откинуло, в другую сторону.
Эрвин слушал не спеша. Молчал, но внимательно прислушивался. Он вскинул бровь вопроильом выражение. Микаэла только пожала плечами. Да, она понимала, что действует немного хаотично, хотя, немного слишком много сказано. Лишь бы Леви не явился сюда прямо сейчас.
-И почему же соврала в отчете?- его баритон мог довести буквально до оргазма, сказала бы Микаэла, в другой ситуации, но не сейчас. Девушка почесала затылок.
-Военная полиция, или как ее та, короедуская, да плевать, - выругалась она, поправляя рыжие локоны,- Слишком предвзято относится к нам, во первых,- пыталась как можно заговорит Эрвина, она это умела,- Во-вторых, Эрен и Элера нам нужны, но если бы суд узнал, то они бы казнили Эрена, и Элеру. Вы ведь скрываете от них силу обоих.
Эрвин напрягся. Микаэла умела доводить до кондрашки одними словами. Взгляда тоже хватало. Мужчина присел за стол, но его сильные и накаченные руки все еще сложены на груди. А взгляд ни на секунду не отрывается от Микаэла. Смотрит будто бы в душу. Вот честное слово. Хочется сквозь землю провалиться от его холодного взгляда.
-И третье, откуда полиция узнала правду?-спросила Микаэла, уже серьёзным тоном, складывая руки на своей груди. Фигура то у нее что надо. Спортивная, да и формы есть. Она заметила взгляд Эрвина, который скользил по ней, по е телу, по ее лицу,- Откуда они узнали правду? Скажите мне Эрвин.
Микаэла навсила над ним. Оба встретились взглядами, не отрываясь друг от друга. Испепеляли друг друга, пытаясь выиграть схватку, но мужчина молчал. Ведь никому неизвестно откуда полиция узнала об этом, если даже разведчики поверили в ложь Микаэлы. Девушка поставила руки на стол, смотря в глаза капитана.
-А я вам скажу свою догадку, - Микаэла усмехнулась, как настоящий хищник. Будто бы жертва здесь Эрвин, что он ее добыча. Но его взгляд говорил о другом. Он не отставал от нее, просто молчал, в отличии от Микаэлы. Моронес смотрела своим лисьими взглядом на него.
-Скажите,- произнес мужчина. Эрвин не дурак, хотя Микэаоа так считает порой, даже часто. Очень часто. Иногда. Ну, какая разница по сути. Он понимает, что Микаэла говорит правду на данный момент. Откуда военная полиция узнала? Кто доложил им об этом, если один Микаэла никто не мог видеть это все, Элера не в счет, она в коме.
-Весь отряд Леви погиб, женская особь прикончила, Элера в Палу кому, а я живая, и здоровая, правда с перелом ребер, но не суть,- отмахнулась рыжая, вызвач у Эрвина удивлённое выражение лица. Он не знал про перелом ребер, да никто не знал.
-Так вот, кто мог доложить, раз все пострадали, кроме меня? Никто,- ответила Микаэла, садясь на стол Эрвина,- Это мог быть кто-то, кто владел упм, потому что женская особь, как и Эрен, человек разумный. Но как этот человек добрался? На упм. Кто знал про наш маршрут? Никто, кроме разведчиков. Но титан была женщиной, а все девушки брюнетки, кроме Хистории и меня. Вот и думайте командир, может Армин вам поможет. Умный мальчишка.
Миаэла по-лисьи улыбнулась командиру, слезла со стола и вышла из кабинета. Главное на Леви не нарваться, иначе ухеж будет. Очень.
В кабинете Эрвина стояла тишина. Гробовая. Разве что тиканье часов прерывала такую идиллию. За окном та же тишина. И кто орал? А, Конни, Саша и Жан. Эта троица вечно орёт, как дикари.
-Надеюсь ты все услышала,- шепчет Эрвин, глядя в угол. Леви, стоящий со сложенными руками на груди, хмурым взглядом и желанием отписать Микаэлу.
-Слышал,- фыркает он,- Но это не значит, что я ее не отпинаю. Элера пострадал из-за Эрена, на остальное мне плевать. Но она права, кто-то походу и вправду сливает информацию.
___________________________________________
Микаэла шла по коридорам, каждый шаг отдавался гулким эхом в ее голове. Разговор с Эрвином оставил после себя тягостное ощущение, словно на плечи взвалили непосильный груз. Воздух казался спертым, его не хватало, чтобы заполнить легкие. Она попыталась сделать глубокий вдох, но вышло лишь хриплое подобие.
Стены коридора начали расплываться, теряя четкость контуров. Знакомые картины и узоры превратились в неясные пятна, танцующие перед глазами. Голова кружилась с такой силой, что Микаэле пришлось опереться о стену, чтобы не упасть. Холодный камень обжег ладонь, но это лишь слабое ощущение в сравнении с нарастающей тошнотой.
Она попыталась сфокусировать взгляд на одной точке, чтобы хоть как-то удержать равновесие, но безуспешно. Мир вокруг вращался, словно в калейдоскопе, цвета смешивались, звуки приглушались. Дыхание становилось все более прерывистым и поверхностным, в груди ощущалась давящая боль.
В последней отчаянной попытке Микаэла попыталась позвать на помощь, но из горла вырвался лишь слабый стон. Ноги подкосились, и она почувствовала, как ускользает контроль над телом. Все вокруг погрузилось в темноту, и Моронес безвольно рухнула на холодный пол коридора, потеряв сознание. Тишина воцарилась вокруг, нарушаемая лишь тихим шелестом воздуха в вентиляционных шахтах.
Тьма обступила Микаэлу со всех сторон, поглотив ее сознание. В этом бескрайнем черном пространстве не было ни звуков, ни ощущений, лишь пустота. Время потеряло свою значимость, казалось, прошла вечность, прежде чем в этой пустоте начали пробиваться слабые отголоски реальности.
Сначала это были лишь призрачные тени, неясные образы, мелькающие на границе сознания. Затем появились приглушенные звуки: тихий шепот, отдаленный гул, стук чьих-то шагов. Микаэла попыталась ухватиться за эти обрывки реальности, собрать их воедино, но они ускользали, словно песок сквозь пальцы.
Медленно, постепенно, чувства начали возвращаться. Сначала - осязание. Микаэла ощутила холод твердого пола под собой, легкое покалывание в кончиках пальцев. Затем - обоняние. В нос ударил резкий запах дезинфицирующего средства, смешанный с еле уловимым ароматом цветов. И, наконец, зрение. Перед глазами все еще стояла пелена, но сквозь нее начали проступать размытые силуэты.
Она попыталась открыть глаза, но веки казались неподъемными. Сделав над собой усилие, Микаэла приоткрыла их. Комната предстала перед ней в тусклом свете. Белые стены, медицинская аппаратура, капельница, свисающая над кроватью. Она находилась в лазарете. Рядом с кроватью, склонившись над ней, сидела встревоженная Ханджи Зое.
«Микаэла! Ты очнулась! Слава богу!» – воскликнула Ханджи, ее глаза заблестели от слез облегчения. Она схватила руку Микаэлы, сжимая ее с нежностью и тревогой. «Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?»
Микаэла попыталась ответить, но горло пересохло, и из него вырвался лишь слабый хрип. Ханджи тут же поднесла к ее губам стакан с водой. Микаэла сделала несколько жадных глотков, ощущая, как живительная влага возвращает ее к жизни.
«Эрвин нашел тебя… без сознания, возле его кабинета. Он выходил с Леви…» – голос Ханджи дрогнул. Она замолчала на мгновение, словно подбирая слова. С Леви. Черт. Значит он слышал разговор. Плохо. Очень плохо,- «Он был очень напуган. Сразу же принес тебя сюда. Мы сделали все, что могли. Но… что с тобой случилось, Микаэла? Почему ты была там?»
Микаэла попыталась вспомнить, что произошло. В голове царил хаос, обрывки воспоминаний всплывали и тут же исчезали. Она помнила разговор с Эрвином, странное чувство тревоги, а потом… пустоту. Ничего. Лишь кромешная тьма.
«Я… не помню, Ханджи», – прошептала Микаэла, чувствуя, как дышать становиться легче, - «Я не знаю, что произошло».
Ханджи крепче сжала ее руку.- «Все в порядке, Микаэла. Сейчас главное, что ты жива. Мы во всем разберемся. Отдыхай. Тебе нужно набраться сил».
Сама Микаэла понимала причину своего падения. Спинномозговая идкость, которая текла внутрь нее слишком сильно нагрелась. Твою ж мать. Нет, Микаэла вовсе и не титан, но жидкость находиться по неизвестной причине внутри нее. Так что неудивительно, что та нагрелась и Микаэла потеряла сознание. Такое бывает.
Но то, что Леви был там, значит он слышал. Черт. Эрвин, красивая ты скотина. Да и он ее принес, странно конечно. Но все же да. все такиу пала она у его кабинета. Интересно, сколько еще раз командир будет таскать ее на руках, может все время? Ах, было бы неплохо.