𝐓𝐡𝐞 𝐏𝐫𝐢𝐜𝐞 𝐨𝐟 𝐋𝐢𝐟𝐞/ 𝐍𝐚𝐦 𝐆𝐲𝐮

Поцелуй был горячим, жадным, безумным.

Намгю прижимал её ближе, пальцы жгли кожу сквозь ткань платья, а Со Хён впивалась в него, цеплялась, словно боялась, что он исчезнет. Гулкая музыка, хаотичные вспышки света, чужие тела вокруг — всё это было где-то там, на заднем плане, неважным, ненужным.

Он целовал её так, будто хотел выпить до дна.

Губы Намгю двинулись ниже — по щеке, к шее, к самой чувствительной точке под ухом. Со Хён запрокинула голову, тяжело дыша.

Чёрт.

Она хотела его.

И он знал это.

Но в тот момент, когда её пальцы сжались на его рубашке, когда она чуть подалась вперёд, прижимаясь к нему теснее, Намгю вдруг остановился.

Отстранился.

Его дыхание было таким же сбитым, его губы всё ещё пылали от поцелуя, но он смотрел на неё с какой-то ленивой усмешкой.

— Что?.. — голос сорвался, и Со Хён прикусила язык, ненавидя свою слабость.

Намгю скользнул пальцами по её губам, медленно, дразняще.

— Не сейчас.

Её глаза вспыхнули.

— Ты издеваешься?

Он только усмехнулся.

— Просто хочу посмотреть, как долго ты сможешь терпеть.

Тварь.

Настоящая, чёртова тварь.

Со Хён сжала кулаки. Она не даст ему этого удовлетворения.

Но, чёрт возьми, её тело горело, и она знала, что он заметил.

— Знаешь что, Намгю? — она улыбнулась, проводя пальцем по его ключице, медленно, игриво. — Твоё эго слишком раздуто.

Он наклонился ближе, его губы почти коснулись её уха.

— Ты всё равно вернёшься за этим.

Она сжала зубы.

Проклятый Намгю.

Но ведь он был прав, да?

Со Хён стиснула зубы, но её тело предательски дрожало. Горячая волна прокатилась по венам, пульсируя в кончиках пальцев, в висках, где-то глубоко в животе, сворачиваясь в раскалённый, ненасытный клубок. Ей потребовалось всё её самообладание, чтобы удержаться, чтобы не выдать себя.

Она не даст ему победить.

Намгю смотрел на неё с ленивой, самодовольной ухмылкой, явно наслаждаясь ситуацией. Будто бы чувствовал, как в ней закипает раздражение, желание, нетерпение — всё, что он сам только что разжёг в ней, а теперь отказался дать ей разрядку.

Ублюдок.

Он знал, что делает. Чёртов, чёртов Намгю.

— Ты ведь знаешь, что я не из тех, кто терпит, да? — её голос звучал мягко, почти ласково, но в нём скользнуло нечто опасное, скрытый вызов.

Где-то в зале грохнула басами новая мелодия, светодиоды вспыхнули, отбрасывая тени на их лица.

— О, я в курсе, — Намгю склонил голову набок, позволяя ей видеть ухмылку. Горячую. Ленивую. Чертовски уверенную. — Но мне просто чертовски интересно, что ты будешь делать с этим.

Его голос был густым, насыщенным, с хрипотцой, пробирающей до костей.

Со Хён почувствовала, как по спине побежали мурашки.

Настоящий ублюдок.

Она сузила глаза, делая глубокий вдох. Сколько раз она говорила себе, что не поддастся на его игры? Что не позволит ему диктовать правила?

Она резко развернулась, взяла бокал со стойки и сделала большой глоток.

Виски обожгло горло, прокатилось по языку терпким, палящим теплом, осело в груди жарким угольком. Но ей было плевать.

Со Хён медленно провела языком по нижней губе, стирая каплю алкоголя, затем приподняла подбородок, бросая на него взгляд исподлобья.

— Знаешь, Намгю, — её губы изогнулись в медленной, ядовитой улыбке, губительной, как яд, сладкой, как грех. — Ты можешь считать себя большим охотником, но иногда даже хищники оказываются в ловушке.

Её голос был мягким, бархатистым, но в нём звенело напряжение.

Она сделала шаг назад, не отводя взгляда.

— И поверь, я не та, кто станет терпеть.

Намгю хищно усмехнулся, его тёмные глаза скользнули по ней с явной заинтересованностью.

Со Хён видела, как он смотрел.

Так, будто хотел сжать её в руках.

Так, будто хотел заставить её сдаться первой.

Но она не сдалась.

Она развернулась и уверенно пошла к танцполу, чувствуя его взгляд у себя на спине — тяжёлый, обжигающий, цепкий, словно чужие пальцы пробежались по оголённым лопаткам.

Пусть наблюдает.

Пусть видит, что она не из тех, кто так легко поддаётся.

Но её кожа всё ещё горела от его прикосновений.

Со Хён вышла на танцпол, чувствуя, как оглушающая музыка пробирается под кожу, заполняет собой всё пространство, вибрирует в рёбрах, отзывается в сердце. Воздух здесь был густым, пропитанным жаром, потом и чужими желаниями, светодиоды вспыхивали резкими, ослепляющими всполохами, выхватывая её из темноты.

Она знала, что он смотрит.

Чувствовала его взгляд — цепкий, обжигающий, пробегающий по каждому изгибу её тела.

И она позволяла.

Её движения были плавными, соблазнительными, наполненными вызовом. Бёдра перекатывались в ритме басов, волосы развевались, касаясь разгорячённой кожи.

Пусть он горит.

Пусть сходит с ума.

Но, чёрт возьми, она тоже горела.

Намгю поднял в ней бурю, впился в её мысли, в её тело, оставил после себя пустоту, которая бесила, мучила, раздражала до дрожи. Её кожа всё ещё помнила его прикосновения, и стоило сомкнуть веки, как перед глазами вспыхивали картинки — его руки, его дыхание, его чертовски знойный взгляд.

Чёртов Намгю.

Рядом оказался какой-то парень — высокий, светловолосый, с самоуверенной улыбкой.

Просто какой-то парень.

Он что-то сказал, но Со Хён даже не вслушивалась. Ухмыльнулась, скользнула по нему взглядом и позволила притянуть себя ближе, кладя ладони на его плечи.

Она чувствовала взгляд Намгю.

И ей этого было мало.

Тёплые ладони скользнули по её талии, сжали её, музыка взорвалась в ушах.

Но в следующий миг парень резко дёрнулся назад.

— Ты чё, придурок?! — его голос был полон злости.

Со Хён повернула голову.

Намгю.

Он стоял рядом, чуть ссутулившись, а в его глазах полыхало что-то опасное.

Его скула дёрнулась.

— Съеби.

Голос был низким, почти ленивым, но в нём звенел холодный металл, который, похоже, моментально врезался в череп этому бедолаге. Парень пробормотал что-то невнятное и тут же исчез в толпе, не пытаясь даже возразить.

Со Хён прищурилась, чувствуя, как внутри разливается удовлетворение.

— Ты только что отогнал моё развлечение, — медленно произнесла она, наклоняя голову, будто пробуя эту фразу на вкус.

Намгю склонил голову, хищно ухмыляясь.

— Развлечение? — его пальцы скользнули по её запястью, лёгким, почти невесомым касанием, которое, тем не менее, прожигало кожу насквозь.

Она не пошевелилась.

— Разве он мог развлечь тебя так, как я?

Чёрт.

Этот голос.

Эта близость.

Этот запах — пропитанный алкоголем, никотином и чем-то неуловимо его.

Со Хён сглотнула, заставляя себя не показать, как сильно это на неё действует.

— Ты же сам оставил меня, верно? — её голос был сладким, но с острыми краями, как лезвие бритвы.

Намгю усмехнулся, и прежде чем она успела что-то добавить, резко потянул её за руку.

— Пойдём.

— Куда?

Его взгляд вспыхнул.

— Заканчивать то, что я начал.

Он смотрел на неё так, что у неё перехватило дыхание.

И Со Хён поняла — это только начало.

Тёмноволосая не сопротивлялась, когда Намгю потянул её за собой.

Он вел её сквозь толпу уверенно, легко, словно знал, что она пойдет за ним.

В голове билась мысль: «Я не должна так легко поддаваться», но её тело говорило совсем другое.

Запах его духов, тепло его ладони на её запястье... всё вызывало дрожь в животе.

Они прошли через коридор, мимо людей, занятых друг другом, и оказались в небольшом вип-зале.

Музыка здесь звучала тише, но всё равно отдавалась в груди вибрацией.

Намгю толкнул дверь, впуская их внутрь.

Со Хён только успела сделать шаг, как оказалась прижатой к стене.

— Ты знала, что злишь меня, да?

Его голос был низким, срывался на шёпот.

Она почувствовала его дыхание у своего уха, и мурашки пробежали по коже.

— Ты сам бросил меня.

Она подняла взгляд, встречаясь с его глазами.

Тёмные. Глубокие. Полные желания.

— Значит, я должен был остаться?

— Да.

Она сказала это так просто, что он на мгновение замер.

А потом усмехнулся.

— Ты становишься честнее.

Его пальцы скользнули по её шее, чуть сжимая кожу.

Со Хён вздрогнула.

Намгю наклонился, его губы почти касались её уха.

— Давай проверим, насколько далеко ты готова зайти.

Она затаила дыхание.

Его рука легла ей на бедро, горячая, уверенная, скользнула выше.

— Тебе нравится играть в эти игры?

Она знала, что должна сказать «нет».

Но её тело уже выдавало её.

Намгю усмехнулся, будто почувствовал это.

— Посмотрим, кто сдастся первым.

Он был уверен, что это будет она.

Но на этот раз...

Она не собиралась проигрывать.

>>>>>
пупупупуу. облом ребята. (со хен больше не наливаем)