ГЛАВА 8: Сердце в пепле
Вечером, когда тьма окутала скалы, над плато поднялся горячий ветер. Он нёс с собой пепел и запах серы. Воздух был плотным, насыщенным энергией земли. Казалось, будто сама планета дышит — тяжело, с натугой.
Нелли сидела у каменного алтаря, расположенного у подножия старого вулкана. В её руках был кусок черного обсидиана — он служил зеркалом для посвящённых. На его поверхности можно было увидеть правду. Или то, что ты боишься признать.
— Ты пришла сюда не просто так, — послышался голос сзади.
Нетейам. Он шагнул в круг огня и сел напротив.
— Я не могу выбрать, — прошептала она, не поднимая глаз. — Это... как если бы каждый из вас держал часть меня. Но не всю.
— А что, если ты не должна выбирать? — спросил он. — Может, ты просто должна быть собой.
Она посмотрела на него. В его глазах — покой. Глубина. Как лес перед бурей.
— Я хочу быть с тобой, — сказал он. — Но не если это значит разбить тебе сердце.
Прежде чем она успела ответить, за её спиной послышались шаги. Аонунг.
Он подошёл с другого края круга и посмотрел прямо на неё:
— А я не отпущу тебя. Не отдам. Даже если придётся идти против него.
Нетейам встал. Но не в боевой стойке. Он просто встал, чтобы встретиться взглядом.
— Это не война, — сказал он. — Это чувство.
Аонунг сжал кулаки, но ничего не ответил. Потом взгляд его смягчился. Он подошёл ближе к огню и сел, как и Нетейам.
Трое. Три сердца. Три взгляда.
Пламя отражалось в обсидиане, и в этом отражении Нелли увидела: себя, расколотую, но не сломленную. Её сердце не принадлежало одному. Оно принадлежало мгновению, в котором было и желание, и страх, и правда.
— Я не готова, — прошептала она. — Ни к вам, ни к себе.
Оба юноши молчали. Но ни один не встал.
И тогда она сказала:
— Но если вы останетесь... если не уйдёте, может быть, я пойму, кем я должна быть.
И они остались.
В ту ночь трое сидели у огня, не говоря ни слова. Лишь ветер, пепел и дыхание земли были с ними.
И каждый из них знал: это — только начало.