Железное пламя

Д о рассвета оставался час, когда всадники нашего отряда выстроились на хребте над главным корпусом цитадели Басгиата с драконами позади. Горизонт виделся смутным очертанием, обещанием света, но то и дело скрывался из-за некоего беспорядочного движения – дрожащего облака, растущего с каждой минутой.
В сотнях футах под нами, перед воротами Басгиата, ожидала мать на Аймсире с личным отрядом, куда входили и Мира с Тейном. Она была впереди нас всех – трех детей и места, ради которого она пожертвовала нами и своей собственной душой.
«Они идут», – сказал мне Тэйрн, застыв на месте, пока остальные переминались с лапы на лапу или зарывались когтями в покрытый снегом гранитный щебень на склоне.
Отряды из Третьего и Четвертого крыла стояли выше и ниже нас, но Первое и Второе крыло – половина наших сил теперь, когда мы снова объединились с басгиатскими кадетами, – отправились на край Долины, тогда как наш отряд стерег воздушное пространство над сотней ярдов между главным учебным корпусом и крутым склоном. Мы ждали, охраняя в том числе и замаскированный проход в зал чар под землей, где трудился сейчас Бреннан. Слоун, Аарик и другие первокурсники были с ним под предлогом помощи, хотя Ри отрядила их к Бреннану в основном потому, что хотела уберечь.
«Знаю».
Я бросила взгляд через плечо туда, где между Тэйрном и Сгаэль грызла сбрую Андарна. Она заявилась час назад и наотрез отказывалась уходить.
– Так ты себя чувствовала в Рессоне? – спросила стоявшая справа от меня Рианнон. Ее руки нервно порхали над ножнами кинжалов и меча.
– А как ты себя чувствуешь?
– Так страшно, будто у меня либо откажет сердце, либо я обосрусь на месте, – ответил за подругу Ридок.
– Я хотела сказать «ужасно страшно», но да, и это подходит, – кивнула Рианнон.
– Да. Тогда именно так.
Я снова, как обычно, проверила, на месте ли снаряжение – хотя… Не то чтобы я успею сбегать в комнату, если что-то забыла. Ксейден вернул кинжал, который я кинула Джеку в плечо, и всего у меня теперь было двенадцать обычных плюс два со сплавом. И еще арбалет на правом бедре. Вооружена и опасна.
Благодаря кинжалам, которые мы привезли, вооружены теперь были и все кадеты.
– А проще будет? В битве? – спросил Сойер, стоя рядом с Ридоком и глядя на академию.
Пехоту расставили в каждом дворе, в каждом коридоре и на каждом входе – последняя линяя очень хрупкой обороны.
– Нет, – ответил слева от меня Ксейден. – Просто наловчишься это скрывать. План все помнят?
– Ри командует всадниками, Бреген командует летунами, – повторила нашему отряду Квинн, стоявшая в конце линии слева. – Когда они прибудут.
Летуны все еще искали сундуки с маяками. Без них виверны, возможно, дождались бы рассвета. Возможно, дольше бы добирались, вынюхивая, где находятся гнездовья. Возможно, уничтожение маяков задержит следующую орду, которая неизбежно прибудет. Но тысяча «возможно» не изменили бы того, что ждало нас сейчас.
– Остаемся в своем секторе, – продолжила Имоджен, стоя сбоку от Квинн и заплетая самые длинные розовые пряди волос, чтобы не попадали в глаза. – Если виверна покинет наше воздушное пространство, отдаем ее под ответственность другого отряда, чтобы случайно не оставить собственный сектор без воинов. Охраняем свое воздушное пространство любой ценой.
– Рианнон следит за кинжалами, – добавил Ридок, потирая ладони, словно от холода, хотя сегодня утром было необычно тепло. Я даже не видела своего дыхания. – Она будет их приносить и раздавать, если вэйнитель упадет с виверны вместе с кинжалом.
– А есть причина, по которой ты не можешь сбросить их всех своими тенями? – Сойер покосился на Ксейдена так, будто был какой-то шанс, что он сам об этом не задумывался; следом повернулись Ри и Ридок.
– Кроме той, что я чуть не выгорел, когда сдерживал всего сорок штук в узкой долине, а здесь будет в десять раз больше и на открытой местности? – спросил Ксейден, выгибая бровь со шрамом.
– Точно. Ага, – кивнул себе Сойер.
– Увлекаться вивернами – ошибка, – предупредила я, когда порывы ветра сверху по склону ощутимо переросли в ветер, но и в нем не было ледяных игл декабря. – Да, они нас попытаются убить, но не отвлекайтесь от их создателей. Убейте вэйнителя, который их создал, и виверны передохнут сами. По нашему опыту, в битве они все держатся рядом.
– Помните свои пары? – спросила Ри, оглядывая шеренгу.
Все кивнули. Нашей целью было всегда сражаться двое на одного.
– По седлам! – скомандовала Рианнон.
Я быстро повернулась и сжала ее в объятиях, а она притянула к нам Сойера и Ридока.
– Не оставайтесь на месте, – шепнула я им. – Что бы ни случилось, будьте в движении. И в воздухе. Вас сразу убьют, если осушат землю, на которой вы стоите. Сегодня никто не умрет.
– Сегодня никто не умрет, – повторил Ридок, и Сойер кивнул, когда мы разорвали круг.
– Ты видел Есинию? – спросила Рианнон Сойера.
Я удивленно вскинула брови:
– И она здесь?
– Прилетела с Марен, – кивнул Сойер. – Похоже, грифоны в этом отношении покладистей драконов. Она в Архивах, сравнивает дневники Уоррика и Лиры, чтобы понять, что не так с чарами в Аретии. Как только ты сказала про свои опасения за местные чары, она заволновалась, что мы не сможем их восстановить, так и не узнав, что пошло не так в Аретии. И оказывается, она права.
– Ей не место в Басгиате. – Я покачала головой, чувствуя, как ускоряется биение сердца. – Она же совершенно беззащитна!
– Она боялась, что найдет разницу между дневниками, а вовремя прийти на помощь не сможет. И если Бреннан починит тот камень, Есиния – наша единственная надежда, чтобы успешно восстановить здесь чары, – ответил Сойер, следуя за Ридоком к их драконам.
– У нее такое же право рисковать жизнью, как и у нас, – напомнила мне Ри, оглянувшись через плечо и направляясь к Фэйге. – А теперь разогревай свои волшебные ручки, или что ты там делаешь, чтобы спалить тут все на хрен.
Пока Ксейден говорил с Квинн и Имоджен, я повернулась к Андарне:
– Обещай, что будешь прятаться.
«Я умею прятаться».
Она сделала шаг назад, и я моргнула… А она словно слилась с темнотой.
«Преимущество черного дракона, – фыркнул Тэйрн. – Мы рождены для ночи».
Я подошла к Андарне и, когда она опустила голову, почесала ей чешую между ноздрями.
– Оставайся на месте. Ниже тебя Мабх следит за Бреннаном. Если ход битвы переломится, он за тобой приглядит, но тебе надо будет улететь. Обещай.
«Я останусь. Я буду следить. Но в этот раз тебя не брошу».
Она сердито дохнула, обдав меня запахом серы, и у меня упало сердце. Андарна видела слишком много для своего возраста.
– Когда ты была меньше, было проще. – Я почесала ее в последний раз.
Все драконы в нашем отряде знали, что, если мы с Тэйрном падем, о ней надо позаботиться. Но только она сама могла принять решение и оставить нас.
«Я и тогда не слушалась».
– Тоже верно.
«Почти пора», – объявил Тэйрн, и у меня забилось сердце, когда я повернулась к встающему солнцу – оранжевой полоске, освещающей не только горизонт, но и тяжелую тучу виверн.
Еще один порыв ветра – и звезды над нами погасли, когда из-за гор побежали темные облака, заряжая воздух энергией, зовущей мою собственную.
Ксейден встретил меня между Тэйрном и Сгаэль – это все больше напоминало Рессон. Он положил свою теплую ладонь мне на затылок.
– Я люблю тебя. Без тебя нет мира вокруг. – Наклонившись, Ксейден прижался своим лбом к моему. – Я не смог это сказать в прошлой битве, а надо было.
– Я тоже тебя люблю. – Я обняла его за талию и с трудом улыбнулась. – Сделай одолжение, не умирай. Не хочу жить без тебя.
Их так много, а нас так мало.
– Мы сегодня не умрем.
– Если бы только мы все были так уверены, – попыталась пошутить я.
– Следи за врагом и за собой. – Ксейден быстро поцеловал меня. – Сам Малек не сумеет нас разлучить.
Я отстранилась, почувствовав первые капли на голове.
– Дождь? – Ксейден поднял голову. – В декабре?
Тепло. Дождь. Заряд в воздухе.
– Это моя мать. – По моему лицу медленно расползлась улыбка. – Так она заряжает свое любимое оружие. Меня.
– Напомни потом ее поблагодарить.
Он притянул меня для еще одного поцелуя, а потом, не прибавив ни слова, развернулся и с разбега вскочил на Сгаэль.
Я посмотрела на небо и глубоко вдохнула, чтобы взять себя в руки, а потом оправдать мамино доверие. Гроза мне поможет, но если дождь усилится, он будет стоить нам помощи грифонов. Они не могут летать ни под чем серьезнее мороси.
«Будут охранять землю и переносить раненых», – сказал Тэйрн, опуская плечо.
Я поднялась по его лапе, а на чешую падали капли. Устроившись в седле, я застегнулась и проверила, что подаренный Марен колчан надежно закреплен слева, под рукой. Не хотелось рисковать больным плечом и вешать его на спину. Затем я достала из кармана проводник и надела на запястье присоединенный к нему новый стальной браслет.
И только тогда, уверенная, что я сделала все, что могла, с энергией, бегущей по венам, но нежгущей, я подняла глаза к надвигающемуся врагу.
Сердце екнуло.
Боги, они были всюду, орда больше любой стаи, которую я видела в жизни. На разных высотах – в основном на уровне наших позиций – двигалось море серых крыльев, длинных шей и зияющих пастей, поглотившее солнце.
Мы ужасно недооценивали их количество, а если вспомнить, что за всем этим следует еще одна волна? У меня сердце встало поперек горла, когда я окинула взглядом свой отряд. Не было ни шанса, что выживут все… если выживет вообще хоть кто-то.
Но нам надо было только продержаться, пока Бреннан не восстановит камень чар. Если получится поставить чары, даже если Есиния не узнает, что мы упустили в Аретии, мы хотя бы оглушим виверн и сможем их добить.
Несколько вдохов – и виверны уже были так близко, что я различала, какие несут наездников, и, досчитав до двадцати, прекратила это безнадежное занятие, чтобы не сойти с ума. Ужас полз по спине, и я глубоко дышала, чтобы загнать его обратно. От меня не будет толку ни для Тэйрна, ни для Андарны, ни для кого в отряде, если я поддамся панике. Хуже того, я стану обузой. Или даже опасностью.
До столкновения оставались считаные минуты.
«Может, надо было улететь. Встретить их над равнинами».
Я не могла не сомневаться в нашем плане, пока страх сдавливал грудь и ускорял биение сердца.
«Их слишком много. Они бы легко обошли нас с флангов и окружили. Здесь мы знаем каждый каньон, каждый пик, и им мимо не проскочить», – ответил Тэйрн.
Они просто пройдут через нас.
«Они рассеиваются, – сказал Тэйрн, поводя головой. – Их строй свидетельствует, что они столкнутся со всеми нашими силами, а не пойдут прямиком на Долину, как мы рассчитывали».
Внутри все рухнуло. Мы плохо расставили свои силы.
«Значит, просто проследим, чтобы они никогда не добрались до Долины, да?»
«Твоя зона обстрела будет чистой только пару секунд», – напомнил Тэйрн.
«Знаю».
Как только в бой вступят драконы, я могу попасть как в виверн, так и в них. От первого разряда зависело все. Я подняла руки и открыла дверь Библиотеки для широкого, но управляемого потока энергии, смакуя, как тут же затрещала кожа.
«Скажи Аймсиру, чтобы мама передвинула то облако…»
«Да», – сказал Тэйрн, проследив за нитью моих мыслей раньше, чем я их объяснила.
Я положила проводник на предплечье и сосредоточилась на облаке над нами, смаргивая влагу с глаз.
Драконы рядом завозились, расправляли крылья, готовые к взлету, но Тэйрн оставался неподвижным, как гора под нами. Я рискнула бросить взгляд через плечо на Андарну, но…
«Где ты?!»
Битва еще не началась, а она уже оставила позицию!
«Прячусь, как и обещала».
Андарна выглянула из-за груды валунов.
«Готовься», – приказал Тэйрн, когда облако над головой понеслось на противоестественной скорости навстречу врагу.
Я сосредоточилась на орде. Не находя выхода, энергия копилась во мне – такая горячая, что того гляди стала бы огнем, и я позволила ей собираться, позволила жечь, позволила поглощать меня.
«Вайолет…» – сказал Ксейден.
«Рано», – ответила я.
Они налетят через секунды, но секунда должна быть правильной. На лбу выступил пот.
«Вайолет!»
Туча поглотила самых высоко летящих виверн, и тогда я высвободила поток обжигающей энергии, нацелив ее вверх.
Молния грохнула, вырвавшись из самого хребта за нами таким могучим разрядом, что обожгла мне глаза, ударив в тучу. Я уронила руки – и посыпались тела.
«А может, будет проще, если…»
Нет. Тактика виверн изменилась в считаные секунды, как и у управлявших ими наездников, и они пролетели под тучей, уворачиваясь от летящих вниз туш.
– Твою мать! – закричал Ридок, а убитые виверны падали на четыре дороги, ведущие к Басгиату, пропахивая глубокие борозды.
Второй раз это не сработало бы, и я перекатила в ладонь проводник и призвала силу вновь, в поток быстрее и сконцентрированнее, прицелившись в ближайшую виверну с наездником.
Через меня хлестнул огонь, промазав мимо нужной цели, но попав в следующую.
Вот дерьмо.
«Думай о следующем разряде, а не о прошлом», – сказал Тэйрн.
– Стоять! – крикнул Ксейден, оставляя мне зону обстрела свободной как можно дольше.
Я снова подняла руки, позволяя энергии Тэйрна господствовать в своих костях и мышцах, затем призвала новый разряд. Энергия рванула через меня, но вместо того, чтобы палить из ладоней, я сфокусировалась на пальцах, как меня учил Феликс, опуская их вместе с разрядом, направляя к цели, будто я – дирижер, а молния – мой оркестр.
В этот раз удар получился что надо: виверна и ее наездник упали, разделившись в воздухе, – два безжизненных тела. Со смертью этого темного колдуна с неба посыпались и другие твари, но времени для облегчения или радости не было, потому что их было намного, бесконечно больше.
И они были уже здесь.
Отряд матери поднялся навстречу первой волне, вторгшейся в их сектор. Аймсир разорвал горло виверне, после чего я потеряла из виду и мать, и Миру, когда орда прошла над их сектором к следующему.
«Сосредоточься на своем секторе», – приказал Тэйрн, и я оторвала глаза от места, где в последний раз видела свою семью.
С каждой секундой отряды вокруг и позади взмывали на защиту своих зон, и когда нашу черту – конец укреплений Басгиата и начало склона – пересекло первое грозное серое крыло, я напрягла все мышцы.
Тэйрн попятился, потом метнулся к краю хребта, ударяя крыльями на бегу, и взлетел.
С первым саднящим порывом ветра я нацепила на глаза очки, но тут же стянула их обратно, когда поняла, что из-за дождя через них ничего не видно.
«Этот – наш», – сказал мне Тэйрн, полетев прямо на самого быстрого и первого из орды.
Квинн и Имоджен отклонились влево, направляясь к другим целям, и я видела краем глаза остальной отряд, но смотрела только на виверну, которую приговорил Тэйрн.
Я сжала проводник одной рукой и подняла вторую, когда пространство между нами сузилось до мгновений. За энергией тянуться было не надо, она уже была рядом: бежала по венам, заряжала небо над головой.
Электричество затрещало на кончиках пальцев, но как только я прицелилась, виверна без наездника распахнула пасть и выдохнула поток зеленого пламени. Сердце встало поперек горла, но Тэйрн взял налево, едва уклонившись от залпа.
Я бросила свой вес вправо, чтобы удержаться, когда мы миновали виверну, и, не спуская с нее глаз, ударила, притянув молнию из тучи. Она попала виверне в спину возле хвоста – я не сделала поправку на скорость, но заряда было больше чем достаточно, чтобы обрушить тварь с неба.
«Внизу», – прорычал Тэйрн, пикируя.
Я яростно моргала от ветра, пытаясь разглядеть трех виверн, намеревавшихся пройти под нами.
«Так я бить не могу. Если притяну молнию из тучи, рискую задеть кого-нибудь наверху, они слишком далеко, чтобы стрелять от себя, а если промахнусь молнией от земли…»
«Держись».
Я вцепилась обеими руками в луку седла и держалась что было сил, глядя на вэйнителя на центральной виверне, когда мы обрушились за несколько секунд на сотни футов, а в ушах нескончаемо гудело электричество.
Тэйрн ударил сверху по левой виверне, и от столкновения меня отбросило назад, а он впился зубами в шею твари, утащив ее в падении за нами.
Виверна завизжала, и я выхватила один из кинжалов со сплавом, развернувшись в седле и щурясь против дождя, когда два огромных силуэта устремились за нами в погоню.
«Они идут».
Под нами раздался тошнотворный хруст, и Тэйрн выпустил виверну с переломленной шеей, чтобы она упала с последних сотен футов где-то за зданием администрации.
Взяв направо, Тэйрн тяжелыми ударами крыльев начал набирать высоту, но мы бы ни за что не успели подняться выше их. До противника оставалось меньше пятидесяти футов, и, судя по их углу движения, была всего секунда до того, как Тэйрн станет ужином. Я глянула вниз – все чисто – и схватилась за проводник, сделав успокаивающий вдох, чтобы унять грохот сердца и дикую волну адреналина в крови. Контроль. Нужен полный контроль.
Времени хватало только на один разряд. Я выпустила энергию, подняв ее снизу кинжалом, и молния ударила в небо – прямо ближайшей виверне в грудь.
– Да! – вскрикнула я, когда та закувыркалась к земле, но радоваться пришлось недолго, поскольку ее сестрица вместе с темным колдуном ускорилась и раскрыла пасть с гнилыми зубами и зеленым свечением в горле. – Тэйрн!
Предупреждение еще не успело сорваться с языка, когда на горле виверны сплелись тени и дернули ее назад, как бешеного пса на поводке. Ее зубы клацнули в каком-то футе возле крыла Тэйрна, и мы продолжали подниматься.
«Этого хочет убить Сгаэль. Нам придется искать других», – сказал Тэйрн, летя как никогда быстро навстречу падающему дождю.
Я воспользовалась драгоценными секундами, чтобы оценить окружение. Бились все секторы, включая наш. Когда мы воспарили над сражением, я увидела, что в сером рое попадались только проблески цвета, а большинство виверн все еще парило в отдалении, держась на краю грозы.
«Это разведка боем, – объяснил Тэйрн. – Видимо, чтобы нащупать наши слабые места».
Падая нам навстречу, Аотром пробороздил когтями брюхо виверны, и я заметила краем глаза Ридока, когда они пронеслись по спирали мимо, а следом – Имоджен и ее оранжевый кинжалохвост.
«Ридок!» – крикнула я Тэйрну.
«Сосредоточься на своей задаче, иначе плану конец. Доверься другим».
Он полетел прямо в серую гущу дождя, вырвался в небо над ними и там выровнялся.
Он был прав, у нас имелась своя работа, но довериться друзьям – это не значит лишить их своего внимания. Правда ведь? Дождь промочил мои волосы и сбегал по кожаным доспехам, пока я окидывала взглядом поле боя, стараясь вдыхать через нос и выдыхать через рот, чтобы утихомирить сердце.
Это была не куча-мала над Рессоном. А скоординированная оборона, и от меня требовалось исполнять свою роль.
Фэйге схватилась с зеленопламенной… но тут из пасти твари вырвалось голубое пламя… тогда пусть будет синепламенной виверной, и у меня сжалось сердце, когда Ри еле ушла от потока огня, перескочив со спины Фэйге на шею Крута. Квинн схватила ее за руку, а зеленый жалохвост резко вонзил свое орудие убийства в серую тушу.
Я оторвала от них глаза: у этой четверки все схвачено, и я некоторое время могу быть спокойной.
Но у Сойера, в пятидесяти футах ниже, дела обстояли хуже: Слизег бился сразу с тремя вивернами, на одной из которых сидел колдун. Я сжала проводник, наполнила тело очередной волной энергии и подняла руку.
«Не промахнись», – предупредил Тэйрн.
На всякий случай я сосредоточилась на дальней от Слизега виверне, затем выстрелила, притягивая электричество к цели, изо всех сил сохраняя фокус энергии. Энергия прорвалась через меня – и молния ударила из тучи, раскаленная и смертоносная.
Вэйнитель на миг встретился со мной взглядами, после чего спикировал, выпадая из битвы. Мне стало плохо. У него была только одна причина лететь к земле. Подпитаться.
«Ксейден…»
«Понял», – заверил он, и, когда на помощь Слизегу пришли Аотром и Глэйн, я обратила внимание на другие сектора.
«На три часа», – отметил Тэйрн, по нашей договоренности пользуясь циферблатом как обозначением направления, и я посмотрела направо, туда, где виверны прорвали оборону отряда из Третьего крыла. Под ними на склоне лежало тело дракона, но я отвернулась раньше, чем заметила, кого они потеряли.
Если вспоминать о списке погибших, сама в нем и окажусь.
«Держись как можно ровнее».
Я распахнула шлюзы его энергии, когда он накренился вправо, к проблемному сектору, и метнула молнию, чувствуя кожей жар, когда к земле отправилась очередная виверна.
Затем я целилась снова. И снова. Снова и снова я била точными прицельными ударами по секторам вокруг, сбивая две трети мишеней и ни разу не задев дракона, что лично считала своей главной победой. Дождь шипел на коже, но я не смела снимать летную куртку, пока на ней висели кинжалы, поэтому запихнула и жар, и боль в мысленную коробку и захлопнула крышку, заставив разум игнорировать мучительное жжение и бить снова.
«Двенадцать».
Я взглянула вперед и нашла цель – и промазала по ней дважды перед попаданием. В нашем секторе вэйнителей не осталось, но мои руки дрожали на проводнике, пока Тэйрн находил очередную виверну, очередную угрозу, а я притягивала молнию с неба так быстро, что уже словно и не управляла грозой.
Я и была гроза.
«Ты устала», – подметил Тэйрн.
На хер измождение.
«Люди умирают».
Быстрый взгляд над озаренным светом восходящего солнца полем боя подмечал все больше и больше проблесков цвета среди серых туш, заваливавших землю, но я задерживала внимание, только чтобы отметить, что мой отряд еще сражается, справляется с каждой тварью, попадавшей в наш сектор.
Эффективная командная работа.
«Девять», – пророкотал Тэйрн, но не спорил, когда ему пришлось сдвинуться влево, держась над сражением, а я колдовала для соседнего отряда, сбивая только те цели, в попадании в которых была уверена без риска для наших всадников.
Подо мной в соседний сектор побежали тени, когда Ксейден занялся тем же самым.
Боги, эта температура сварила бы меня заживо. Или уже сварила? Даже ветра и дождя было мало, чтобы остудить разраставшуюся в груди огненную бурю. Я сняла браслет проводника с запястья, зажала между ног, пока скидывала летную куртку и скатывала ее под ремень седла, лишив себя сразу шести кинжалов, – но они оставались рядом, а главное значение имели все равно те два, которые…
«Двенадцать!» – крикнул Тэйрн, и я дернула головой в сторону равнин, навстречу очередной волне виверн над сектором моей мамы, опасно близко к тучам, но не в них, лишая меня возможности ударить, учитывая, кто находится еще ниже.
Сердце зашлось, когда они прошли за мамой, не останавливаясь, и понеслись дальше, не вступая в бой.
Полет высоко над битвой дал необходимую точку обзора для обстрела, но сделал нас же и аппетитной мишенью – и они летели за нами. Я сунула руку в браслет, чтобы не потерять проводник.
«Нужно их увести…»
«Следуем плану. – Тэйрн спикировал к отряду, и я всем весом уперлась в ремни седла. Драконы второго отряда повернули головы к новой угрозе, все поднялись или, наоборот, опустились, чтобы собраться в строй. – Готовься».
К нам приближались три вэйнителя: их синие мундиры резко выделялись на фоне серых виверн с мутными глазами. У нас было десять секунд. Максимум.
Раз.
Ридок справа от меня взмахнул руками с кинжалом, переломленным надвое. Блядь, если это его последний… я моргнула, когда обломки пропали. Он махал вовсе не мне.
Два.
Бросив взгляд налево, я увидела обломки уже в руках Рианнон, а Фэйге спикировала к парящему ниже Слизегу.
Три.
Фэйге прошла мимо Слизега, и Рианнон перекинула обломки.
Четыре.
К чести Сойера, он их поймал.
Пять.
Сгаэль поднялась, чтобы занять место Фэйге, и я встретилась глазами с Ксейденом не дольше чем на мгновение, чем понять, что он безоружен. Кровь сбегала из пасти Сгаэль ручьями, разбавленными дождем, и струилась по лицу Ксейдена, но я чутьем понимала, что это не его кровь, и сосредоточилась на непосредственной угрозе.
Шесть.
Вдох. Нужно дышать через огненную бурю в груди, иначе я выгорю. Не то чтобы я не узнавала эти признаки: дрожь, жар, усталость. Просто они не имели значения. На этом поле были все, кого я любила.
Семь.
Они почти здесь, и я посмотрела вниз, на зал чар, где караулил Мабх вместе с незнакомым синим дубинохвостом. Возле них виднелся небольшой силуэт, который, как я надеялась, принадлежал Андарне. И стоило кинжалу в руке Сойера отразить солнечный луч, как он уже пропал, а Фэйге снова пришла в движение.
Восемь.
«Даджалер расстроена из-за нелетных условий», – передал Тэйрн, когда Фэйге поднялась к Аотрому.
Девять.
«Скажи, что они полезней на страже двора и раненых, чем если будут барахтаться тут с мокрыми крыльями, – заметила я. – Здесь они обуза, а не подмога».
Кинжал вновь сменил владельца – и теперь Ридок был вооружен.
Я ухмыльнулась тому, как славно мы работаем в команде, а затем повернулась к грядущей волне.
Десять.
«Ты начинаешь думать…» – начал Тэйрн.
«Как Бреннан?» – предположила я, когда в наше воздушное пространство вошли первые виверны.
«Как Тэйрн», – ответила Сгаэль, бросаясь с вытянутой шеей и разбегающимися из-под нее тенями на врага, вгрызлась первой виверне в яремную вену и потащила за собой, отколовшись от строя.
Тэйрн ринулся к другой, отбросив меня назад в седле. А от столкновения меня швырнуло уже вперед, и полетели брызги крови, когда его пасть сомкнулась на горле серой твари.
Ее вопль потряс мозг, когда они сцепились когтями, переворачиваясь в вертикальное положение, которое невозможно сохранять, как бы ни бил крыльями Тэйрн.
Синяя вспышка – единственное предупреждение, которое мне было нужно, чтобы выхватить кинжал с навершием из сплава и выпустить проводник, схватившись за пряжку и готовясь отстегнуть ее. Я уже видела этот спектакль. Уже знала эту роль. И на сей раз не останусь с колотой раной.
«Можешь выровняться?»
У меня подскочило сердце, когда с шеи виверны на Тэйрна перескочил темный колдун, не обращая внимания на угрожающий рев, от которого завибрировала чешуя Тэйрна, вцепившегося смертной хваткой в тварь.
«Оставайся в седле!» – потребовал он, но перевернулся горизонтально.
Вэйнитель схватился за его рог. Жуткие глаза в красных кругах глядели не отрываясь ни во время маневра, ни после, когда мы перешли в стремительный спуск из-за утягивающей нас вниз виверны. Никаких вен-паутин – он был просто асим, с ним я могла справиться.
– Он хочет тебя, – объявил темный колдун, убирая мокрые, слипшиеся светлые волосы с глаз и шагая по шее Тэйрна, когда я дернула за ремень левой рукой – но пряжка не поддалась.
Он выглядел так… молодо. Но ведь и Джек тоже.
Тэйрн выпустил виверну, напрягая плечи, чтобы оттолкнуться от умирающего создания, но она цапнула его за шею, а он ответил укусом посильнее, выпуская из нее жизнь, пока мы все падали, падали и падали.
– Твой мудрец? – Я дернула ремень, но он застрял намертво, как и я.
Блядь.
Я подкинула кинжал, схватила мокрое лезвие большим и указательным пальцами и метнула в колдуна, когда он дошел до шипов у плеч Тэйрна.
Вэйнитель поймал клинок в полете, и мои вены наполнила чистейшая паника, пока я доставала второй.
– Скоро ты с ним встретишься, – пообещал он, поднимая свое оружие и направляясь ко мне.
Справа пронеслось что-то зеленое, и мы оба оглянулись на Рианнон, спрыгнувшую с Фэйге на Тэйрна и приземлившуюся на корточки перед моим седлом.