Глава 28
Знаете, что самое интересное в предполагаемых отношениях двух всадников, которые к тому же связаны с брачной парой драконов? Никто не задумывается дважды, прежде чем отправиться в ночной полет и убраться куда подальше. И нет лучшего вида на звезды Континента, чем со спины Тэйрна.
«Я все еще не одобряю».
Уже за полночь; мы пересекли барьер защитных чар, а Тэйрн все еще читал мне лекцию.
«И все же мы летим», – возразила я, пытаясь избавиться от чувства неправильности, все сильнее охватывавшего меня с каждым взмахом крыльев. По опыту я знала, что оно пройдет, как только мы пробудем за пределами барьеров достаточно, чтобы мои чувства смогли приноровиться.
«Только потому, что после Рессона я поклялся позволять тебе самостоятельно принимать решения, а вовсе не потому, что я с тобой согласен. – Дракон последовал за изгибом горной вершины, поворачивая влево, чтобы оглядеть пейзаж. Сегодня полнолуние, а значит, нужно быть максимально осторожными и незаметными. – Это неоправданный риск».
«Вот только Ксейден и Сгаэль рискуют так все время».
Я перестала бороться с ветром и, когда Тэйрн нырнул вниз, наклонилась вперед, ухмыляясь навстречу потоку.
«Заклинатель теней меня не волнует».
«Тебя волнует Сгаэль».
Ремни седла впивались мне в бедра – постоянное напоминание о том, что без них я не смогла бы удержаться в седле.
«Что-то настолько ничтожное, как грифон, никогда не сможет сбить Сгаэль! – Тэйрн фыркнул. – А что касается потери заклинателя теней, какое-то время она будет испытывать эмоциональное неудобство, это правда».
Его бахвальство заставило меня ухмыльнуться.
«Эмоциональное неудобство? Вот кто, значит, я для тебя?»
Если это так, мне не стоило беспокоиться, что моя смерть станет причиной гибели Тэйрна, Сгаэль или Ксейдена.
«В настоящий момент ты крайне меня раздражаешь».
Ветер унес мой смех. Мы приближались к чему-то напоминающему лесистую долину, и я внутренне собралась. Край ближайшего хребта освещался огнями поромиэльской деревни, но я не знала, какой именно.
Тэйрн расправил крылья, и гравитация нагнала нас, заставив меня вжаться в седло за мгновение до того, как он приземлился на берегу темного озера, встряхнув каждую косточку в моем теле. Прежде чем я успела собраться с мыслями, дракон резко развернулся, заставив меня схватиться за луку седла, и встал спиной к воде и мордой к открытому лугу.
«Резковато». Хорошо, что я была пристегнута.
«В следующий раз летишь ты, а я буду всадником».
Рядом с нами приземлилась Сгаэль с Ксейденом на спине, и голова Тэйрна мотнулась слева направо.
– Он все еще злится, что я отправилась с вами, – пояснила я Ксейдену, потянувшись к пряжке.
– Ты стала достаточно сильна, чтобы справиться с Аэтосом, – ответил Ксейден, уже спускаясь по плечу Сгаэль. Лунный свет отразился на его мечах, пока он спешивался.
«Меня больше волнует компания, которую водит лейтенант, чем сам Аэтос, – прорычал Тэйрн. – И даже не думай, Серебристая».
«Прости?» Я вытащила ремень из первой петли.
«Только попробуй расстегнуть этот ремень, я тут же взлечу». Его голова крутанулась на длинной шее, словно гигантская жуткая змея, и уставилась на меня яростным глазом.
У меня чуть челюсть не отвисла.
«Ты шутишь», – прошипела я.
«А ты рискни. – Золотистый глаз Тэйрна сузился до щелочки. – Я согласился прилететь к точке сброса. Но не соглашался подвергать твою жизнь опасности, когда мы находимся на расстоянии полета виверны от Золии. Я тоже помню, что случается со спешившимися всадниками».
«Да ты просто гиперопекающая задница!»
Не то чтобы его слова были лишены смысла. Возможно, мне не единственной снятся дурные сны.
«Я делаю честь всему моему роду».
Дракон наклонил голову вперед, полностью игнорируя меня.
– Не волнуйся, ты все услышишь даже оттуда, – донесся до меня голос Ксейдена, стоявшего прямо перед Тэйрном и Сгаэль.
– Говорит парень, которого дракон не загоняет в угол, – проворчала я.
«Я мог бы отказаться от встречи. Это – компромисс, – пропыхтел Тэйрн. – Они приближаются».
Дерзкий ответ так и норовил сорваться у меня с языка, но я захлопнула рот, услышав шорох грифоньих крыльев. Их звук мягче, чем у драконов, менее выраженный. Словно штормовой ветер вместо барабанного боя.
Семь грифонов – целый отряд. Они приземлились на поляне, направились нам навстречу, и их грозные клювы поворачивались влево-вправо, когда они переводили взгляды с Тэйрна на Сгаэль и обратно. Грифоны были выше Ксейдена на целую голову – грифонью, разумеется, – и хотя я слабо различала цвета при лунном свете, даже с моего обзорного пункта мне были хорошо видны серебристые отблески на их бритвенно-острых клювах.
«Пожалуйста, скажи мне, что ты их узнаёшь», – попросила я Ксейдена.
Сердце забилось чаще, сила пробудилась под моей кожей, и воздух вокруг меня потрескивал.
«Узна́ю. А через минуту и ты узна́ешь».
Ксейден был так спокоен, будто мы встречались с друзьями в местной таверне.
Тэйрн опустил голову – жест, который одновременно служил угрозой для прибывших и одолжением для меня, поскольку позволял мне лучше видеть происходящее.
Грифоны, наполовину орлы, наполовину львы, остановились примерно в шести ярдах от нас. Троица летунов в центре спешилась, оставляя парам по краям возможность немедленно взлететь в любой момент.
Наше доверие тонкое, словно декабрьский лед. Любой неверный шаг будет иметь смертельные последствия.
Троица пошла навстречу Ксейдену через горную траву высотой по колено. Я почти сразу же узнала женщину в центре – это она встретила нас у озера, а затем сражалась вместе с нами в Рессоне. Ее лицо осунулось, а на шее появился новый шрам, уходящий под воротник.
А вот человек слева от нее был уже другой. Немного ниже и жилистее прежнего коренастого спутника, а во взгляде, которым он наградил нас с Ксейденом прежде, чем быстро отвести его в сторону, не чувствовалось злобы.
Я не могла не задаться вопросом, не погиб ли человек, с которым она была возле озера, во время нападения на Рессон.
– Риорсон! – воскликнула женщина, остановившись метрах в трех от Ксейдена.
– Сирена, – ответил Ксейден.
Он приподнял обе сумки, а затем поставил их на землю перед собой. Смысл был предельно прост: если им нужно содержимое, придется подойти ближе к Тэйрну и Сгаэль.
Сирена вздохнула и жестом велела остальным двинуться вперед.
Молодая летунья справа от Сирены была в светло-коричневой одежде, в отличие от остальных в темно-коричневой. Примерно моего возраста и достаточно похожа на Сирену, чтобы быть ее родственницей, возможно даже сестрой. У них были одинаковые прямые носы, полные рты, гибкие фигуры и блестящие черные волосы, контрастирующие со светлой кожей, хотя младшая заплела простую косу, перекинув ее через плечо. Глаза девушки казались немного больше, а скулы были немного выше, чем у Сирены. Ее красота как раз такого типа, что позволила бы занять позиции при королевском дворе или на сцене любого театра в Коллдире.
Мое сердце сжалось. Девушка смотрела на Ксейдена не наивным детским взглядом. В нем читалось безошибочное желание, жажда, от которой я заморгала. Словно бы она ползла по пустыне, а Ксейден был оазисом.
Она выглядела так… как я себя чувствовала.
– Рада видеть, что вы пережили то неудачное нападение на Сэмарру, – произнесла Сирена, когда посланцы оказались в шаге от Ксейдена.
– Не потрудитесь объяснить, что это было? – Тон Ксейдена перестал быть дружелюбным. – Один из ваших грифонов едва меня не прикончил. Не будь у нас восстановителя в Восточном крыле, я бы потерял руку. А все потому, что я промедлил, думая, что это может быть кто-то из вас. – Он покосился на девушку. – Мне казалось, мы на одной стороне. Если такое повторится, я больше колебаться не буду.
Я наклонилась в седле, но толку от этого мало. Находиться там, где я могу только догадываться о выражении лица Ксейдена, было мучительно. Энергия потрескивала в кончиках моих пальцев, но я держалась твердо, готовясь на случай, если встреча пойдет не по плану.
– Я не могу контролировать каждый отряд, Риорсон, – ответила Сирена. – И я не собираюсь винить другие отряды под командованием других людей за то, что они следуют приказам. Нам нужно больше оружия, чем вы можете дать. На этом форпосте достаточно клинков, чтобы вооружить сотню наших летунов.
– Они питают наши защитные чары! – Ксейден сжал кулаки.
– Наши чары? С каких пор ты симпатизируешь наваррцам? И по крайней мере, у вас есть чары, Ксейден, – произнесла молодая летунья.
– Пока что. – Ксейден на долю секунды перевел взгляд на девушку, затем повернулся обратно к Сирене.
Этот тон. То, как она произнесла его имя… Они явно знакомы.
– Нападения должны прекратиться, Сирена, – заявил Ксейден. – В твоей это компетенции или нет, но если я услышу, что летуны действительно воруют кинжалы с наших форпостов или что наваррские защитные чары ослабли из-за ваших грабежей, я прекращу вам все поставки.
От его угрозы у меня перехватило дыхание.
– Этим ты приговоришь нас к смерти! – Плечи Сирены распрямились.
– Вы приговорите нас всех к смерти, если уничтожите единственную преграду между вэйнителями и драконьими яслями в Басгиате, – произнесла я. – Это наша единственная кузница по производству оружия, и в этом месте достаточно чистой магии, чтобы кормить вэйнителей в течение сотни лет. Они станут непобедимы.
Все головы повернулись в мою сторону.
«Ты привлекаешь внимание».
Тэйрн зарычал на летунов, и они тут же подались назад.
«А я и не говорила, что буду сидеть тут молча».
– Приятно встретиться с тобой без лица Риорсона, приклеенного к твоему, Сорренгейл, – произнесла Сирена, отводя взгляд от Тэйрна. Умная женщина. – Хотя, полагаю, он по-прежнему не доверяет нам достаточно, раз уж посадил тебя на спину твоего огромного дракона.
Ксейден промолчал.
– Я рада, что вы пережили Рессон, – с улыбкой ответила я. Пусть даже она мою улыбку не увидит.
Но молодая летунья увидела. Она уставилась на меня с тревожной смесью удивления и… твою ж мать, я была уверена, что она сощурила глаза от злобы.
«Моя фамилия не помогает тебе заводить друзей», – усмехнулась я.
«Игнорируй ее».
– Мы выбрались благодаря тебе и твоим невероятным молниям, – ответила Сирена.
Еще один грохочущий рык зародился в глотке Тэйрна, дракон повернул голову направо и чуть показал клыки.
Сирена посмотрела на молодую летунью и побледнела:
– Ты же прекрасно знаешь, что на дракона лучше не смотреть, Кэт!
Кэт. Почти «кот», и если учесть, как оценивающе она на меня смотрела…
– Я не смотрела на дракона, – ответила девушка так тихо, что я едва сумела разобрать слова. Затем она перевела взгляд на Ксейдена. – Ладно, должна признать, она ничего такая.
Какого хера?
– Не вздумай, – ледяным тоном ответил Ксейден, прежде чем вновь обратиться к Сирене. – Сорренгейл права. Если вы уничтожите наши защитные чары, ничто не помешает вэйнителям осушить наши ясли. С ними невозможно будет сражаться, не говоря уже о том, чтобы победить.
– Так вы позволите нам всем умереть, пока вы сидите под защитой того самого оружия, которое помогло бы спасти наших мирных жителей? – спросил мужчина таким будничным тоном, словно интересовался прогнозом погоды.
– Ну да. – Ксейден пожал плечами.
От его слов у меня глаза на лоб полезли.
– Идет война, – продолжил Ксейден. – На войне люди умирают. Так что, если вы спрашиваете, предпочту ли я, чтобы умерли ваши люди, а не мои, ответ однозначно будет «да». Глупо думать, будто мы можем спасти всех. Мы не можем.
Я глубоко вздохнула при очередном напоминании о том, что человек, которого я знала за закрытыми дверями, совсем не похож на того, кого знал весь остальной мир. Я не в первый раз слышала от него подобные слова. Точно так же он относился к тем отступникам, кто не пытался спасти себя в Басгиате.
– А ты по-прежнему мудак, как я погляжу. – Кэт скрестила руки на груди.
– Мы тоже теряем всадников из-за вэйнителей, – возразил он. – Мы с вами сражаемся на одной стороне. Но я не буду жертвовать безопасностью нашего движения или наших мирных жителей ради ваших. Если это делает меня мудаком, да будет так. Мы не просто сидим сложа руки под защитой чар. Я рискую своей жизнью, рискую жизнью дорогих мне людей, чтобы поставлять вам оружие из Басгиата, чтобы достроить нашу собственную кузницу и продолжать снабжать вас оружием. Мы должны быть готовы, когда и темные заклинатели, и наваррцы придут за нами. А они придут.
– Достроить кузницу? – Кэт покосилась на меня. – Виконт Текарус с этим бы поспорил. У тебя был даже не один, а два шанса раздобыть светоч, и все же ты ни разу не сделал то, о чем он тебя просил.
– Это не обсуждается, – отрезал Ксейден.
– Ты готов позволить целому королевству пасть жертвой этих монстров, потому что ты… запал? – спросила девушка, наклонив голову. – Брось. Я знаю, что ты не такой.
– Кэт! – резко бросила Сирена.
Мой желудок перевернулся.
«О чем это они?»
Как бы нелепо это ни звучало, речь, похоже, шла обо мне. Но как я связана с каким-то поромиэльским виконтом?
«Неважно».
Тон Ксейдена меня совсем не успокоил.
Тэйрн фыркнул.
«Мы обсудим это позже», – предупредила я, добавив эту тему в и так уже бесконечный список.
– Ты ничего о ней не знаешь, – заявил Ксейден Кэт, после чего вновь повернулся к Сирене. – Кузница – наш высший приоритет. Как только мы раздобудем светоч, мы будем готовы к работе и сможем полностью обеспечивать ваши нужды. У нас достаточно материала, чтобы начать работу, и это все, что тебе нужно знать, Сирена, потому что ты права. Я тебе не доверяю. Здесь пока двадцать три кинжала. – Он указал на сумки у своих ног.
– Двадцать три? – Сирена вопросительно изогнула бровь.
– Один я оставил себе. – Ксейден даже не думал извиняться. – Или забирай их, или проваливай. В любом случае Гаррик позаботится, чтобы следующая поставка состоялась в намеченном месте. – Он начал отходить назад, не сводя взгляда с летунов. – Это рядом с Альдибаином. Я не скрываю этого от вас, просто не хочу говорить перед всем твоим отрядом.
– Ценю твою честность.
А вот это было свежо и удивительно.
– У вас есть около года, прежде чем они окажутся на ваших границах, – предупредила Сирена.
Мое сердце глухо бухнуло в груди. Я вспомнила, что, по мнению Бреннана, времени у нас еще меньше. Мне нужно будет углубиться в изучение защитных чар, как только я вернусь в Басгиат.
– Мы – единственные, кто стоит между вами. Ты же это знаешь, верно? Или ты по-прежнему прячешь голову в песок в стиле «ничего не говори, на случай если вас будут допрашивать», как это было в прошлом году?
– Мы знаем, – ответил Ксейден. – Мы будем готовы.
Сирена кивнула:
– Я постараюсь уменьшить количество нападений на ваши форпосты, но пока вы не скажете открыто, что снабжаете нас, это все равно что просить наших людей поверить в призраков. Они не доверяют тебе так, как я.
– Как ты остановишь их – твое дело. Я свою позицию озвучил. – Ксейден наклонил голову. – Сунетесь за нашими чарами, и я посмотрю, как вы умрете.
Им нужно создать собственные чары. Это самый логичный путь. Сгаэль выпустила облачко пара. Летун-мужчина вздрогнул, затем забрал сумки, развернулся и передал одну Сирене по пути к остальному отряду.
– Спасибо, – произнесла Сирена, после чего перевела взгляд на меня. – Передай своему дракону, что он по-прежнему самое жуткое страховидло, которое я когда-либо видела, Сорренгейл.
– Передам, но это лишь еще больше раздует его эго, – ответила я, откидываясь в седле, пока Ксейден взбирался по лапе Сгаэль. – Не вздумай умирать, Сирена. Ты начинаешь мне нравиться.
Летунья одарила меня ухмылкой, затем повернулась к девушке:
– Идем, Катриона.
Катриона. Кэт.
Мой желудок подпрыгнул к самому горлу, и это никак не было связано с внезапным рывком Тэйрна в ночное небо. Я вспомнила слова Боди, которые он произнес несколько недель назад: «Я никогда не видел, чтобы он так о ком-то заботился. Даже о Катрионе».
О боги. Она не просто смотрела на него с жаждой. Это было воспоминание.