Сердце султана

Не знаю, сколько прошло времени с тех пор, как я проснулась.
Рядом со мной сидела молодая девушка в простой, но аккуратной одежде.

- Как вы себя чувствуете? - тихо спросила она. - Позвать лекаря?

- Не нужно, всё хорошо, - ответила я, стараясь говорить спокойно.

На самом деле нога сильно болела, но уже не так остро, как вчера. Было ясно, что наступило утро - сквозь окно пробивался мягкий, золотистый свет.

На тумбочке у изголовья я заметила сложенный лист бумаги. Заинтересовавшись, я осторожно взяла его в руки. Это была записка, написанная чьим-то торопливым почерком.

"Вредина, я не смог остаться и ждать, пока ты проснёшься. Я приказал установить строгий контроль за тобой. Мехмед не узнает об этом - если он поймёт, что я был у тебя, это может создать ещё больше проблем, чем есть. Я постараюсь как можно быстрее что-то придумать.
Забыл сказать - я пытался убедить Мехмеда, что Таркану верить нельзя. Но он больше доверяет своей родной сестре, которая подтвердила все слова Таркана. Я выясню, в чём дело, обещаю.
А ты держись и не сдавайся."

Я сразу поняла, что это от Хасана - больше некому было написать такие слова. Я сжала записку в руке, отложила её на тумбочку и вздохнула. Попыталась подняться, но в тот же миг острая боль пронзила ногу - я застонала от неожиданности.

- Хатун, вам нужно лежать, - обеспокоенно сказала девушка, подойдя ближе.

- Отведи меня в другую комнату... на диван. Я хочу смотреть в окно, а не валяться здесь, - спокойно, но твёрдо произнесла я.

Она помогла мне добраться до просторной светлой комнаты, которую здесь называли гостиной. Именно в ней я обычно проводила большую часть времени. Я медленно опустилась на мягкий диван, повернувшись к окну. Солнце только поднималось, окрашивая небо в нежно-розовые и золотистые оттенки.

Мне принесли завтрак - тёплый хлеб, сыр, фрукты и ароматный чай. Я с аппетитом ела - всё-таки была ужасно голодна. После того как всё убрали, я осталась у окна и просто наблюдала за просыпающимся двором. Позже пришёл лекарь, осмотрел мою ногу и с улыбкой сообщил:

- Всё хорошо. Завтра уже сможете бегать.

Я только кивнула - хотелось верить, что боль действительно скоро пройдёт.

Прошло всего несколько минут, как за окном остановилась карета. Я увидела, как из неё вышли две женщины. К своему удивлению я узнала одну из них - это была Гюльбахар.

- Одну змею убрали, приползла ещё одна, - пробормотала я с раздражением, сжав губы.

Они направились прямиком ко входу. Гюльбахар шла уверенно, рядом с ней - Хюма. Обе быстро вошли в гостиную.

- Как ты тут? Скучаешь? - с фальшивым интересом и пафосом осмотрев комнату, спросила Гюльбахар.

- Что тебе нужно? - устало спросила я.

Хюма осталась стоять у дверей, но Гюльбахар жестом головы дала ей понять, чтобы та ушла. С улыбкой Хюма вышла, оставив нас вдвоём.

Гюльбахар подошла ко мне грациозной походкой, но внезапно схватила меня за волосы и с силой повалила на пол.

- Ты что творишь?! - закричала я в панике.

Она села сверху, навалилась на меня всем телом и обеими руками сжала мою шею. Я задыхалась. Нога снова начала невыносимо болеть, в глазах темнело, сознание ускользало.

- Ты всё у меня забрала, гадюка! - кричала она безумно. - Ты испортила мне жизнь! Сейчас я убью тебя, и никто не придёт! Ты никому не нужна! Мехмед мой! Только мой!

Её лицо исказила злоба. Она продолжала душить меня. Я пыталась вырваться, но силы покидали меня. Всё поплыло, дыхание остановилось... Я словно покинула этот ужасный мир...

***

Резко с криком я села. Всё моё тело дрожало. Я тяжело дышала, будто после настоящей борьбы.

- Всё хорошо? Вы заснули, - спокойно проговорила девушка, сидевшая неподалёку.

Оказалось, я действительно уснула - прямо здесь, в гостиной. Сердце бешено колотилось, но я старалась взять себя в руки.

- Помоги дойти до кровати... Хочу нормально поспать. Сегодня уж точно на улицу не пойду, - тихо сказала я, стараясь говорить спокойнее.

Она аккуратно взяла меня под руку, помогая подняться, и мы пошли в спальню. Я легла на кровать, устало прикрыла глаза и почти сразу уснула.

К счастью, больше ничего подобного мне не приснилось.

От лица Мехмеда

Я сидел на балконе, в одиночестве. Хорошо, что сегодня не было ни одного важного совещания - я просто не вынес бы ещё один официальный разговор.

Я чувствовал себя ужасно: измотанный, сонный, голова тяжёлая, в желудке пусто - я даже не завтракал. Мне было плохо. Но хуже всего было внутри.

Моя колючка... Она снова снилась мне этой ночью. Её улыбка, её нежные объятия, её заразительный смех - всё это преследовало меня, словно тень прошлого, которую я не мог отпустить.

Из этих мыслей меня выдернул лёгкий стук в двери. Вошёл Хасан.

- Повелитель, - он склонился в поклоне. - Мне сообщили, что Назлы-хатун в охотничьем домике укусила ядовитая змея.

Я резко поднялся. Сердце на мгновение замерло.

- Что с ней?! - спросил я, ощущая, как кровь ударила в голову.

- Сейчас всё хорошо. Лекарь прибыл вовремя. Яд удалось вывести, и, насколько мне известно, она сейчас отдыхает, - спокойно ответил Хасан.

Я глубоко вдохнул. Услышав, что с ней всё в порядке, я почувствовал странное облегчение. Словно огромный груз сполз с моих плеч.

- Пускай наблюдают за ней особенно внимательно, - велел я твёрдо.

- Было бы лучше, если бы вы сами её навестили, повелитель. Думаю, это бы сильно поддержало её, - добавил Хасан.

Я хотел. Честно. Всё внутри звало меня к ней, но что-то останавливало. Стена. Боль. Предательство. Мне было трудно даже представить, как я снова смотрю ей в глаза, зная, что, возможно... она действительно меня предала.

В этот момент в комнату вошла Хандан.

- Повелитель. Паша, - произнесла она, почтительно склонившись.

- Как ты, милая? - мягко спросил я.

- Хорошо. Подготовка к свадьбе идёт полным ходом, - с улыбкой ответила она. Её улыбка радовала, хоть и казалась немного натянутой.

Но следом за этой улыбкой последовали слова, словно яд:

- У меня пропали несколько украшений. Их нашли у Назлы-хатун. Почему она до сих пор жива? Почему вы её до сих пор держите рядом?

Я сдержал раздражение.

- Хандан... Всему своё время, - ответил я спокойно. Хотя даже думать о её смерти было больно.

- Простите, повелитель, - вмешался Хасан, - но есть ли прямые доказательства, что хатун сама украла эти украшения? Всё это может быть подстроено. Она всё время была либо в гареме, либо с вами. Следует допросить служанок: видел ли кто-то что-либо подозрительное?

- Почему вы её защищаете? - с упрёком обратилась к нему Хандан. - Может, вы ей помогали?

- Хватит, - строго сказал я. - Хасан, отправляйся и опроси всех, кто мог что-то видеть. А ты, Хандан... может, ты ошибаешься.

Она хотела что-то сказать, но промолчала.

Хасан поклонился и вышел.

- Ты пришла, чтобы снова жаловаться? - спросил я, устало глядя на неё.

- Я пришла, чтобы ты наконец открыл глаза, - сурово ответила она, забыв о вежливости. - Ты пригрел гадюку у себя на груди.

- Не переходи черту, - холодно предупредил я.

Она тут же потупила взгляд.

- Можешь идти, - отрезал я.

Она молча поклонилась и удалилась.

Я снова остался один. Внутри меня бушевали две половины: одна жаждала поехать к Назлы, забыть обо всём, снова быть рядом. Другая - напоминала о боли, об обвинениях, о предательстве.

Была уже ночь. Я медленно поднялся и направился в свои покои, надеясь, что хоть немного удастся уснуть.

От лица Назлы-хатун

Поздний вечер. Я крепко спала в мягкой постели. Всё было спокойно... пока вдруг не послышались крики девушек где-то за дверью.

Я резко проснулась, настороженно села на кровати. Сердце забилось чаще.

Прежде чем я успела что-либо понять, дверь в комнату с грохотом распахнулась. Вбежали двое мужчин, полностью одетые в чёрное. Их лица были скрыты под масками, из прорезей виднелись лишь глаза, холодные и безжалостные. В руках - мечи, с которых капала кровь. Видимо, они уже расправились со стражей.

- Кто вы такие?! - закричала я в панике. - Вы хоть знаете, кто я?! Я наложница самого султана Мехмеда II!

Мужчины переглянулись, но ничего не ответили.

Они подошли ко мне, двигались уверенно, будто знали, что делают. Один из них схватил меня за руку, другой - за вторую. Я закричала, пытаясь вырваться, но их хватка была сильной, железной. Меня потащили прочь.

Я сопротивлялась изо всех сил, но всё было бесполезно. Они не сказали ни слова. Молчание этих убийц было страшнее любых угроз...

Я кричала, плакала, вырывалась, билась изо всех сил, но всё было напрасно. Паника сдавливала горло, дыхание сбивалось.

- Закройся, хатун. Приказ повелителя, - прошипел один из них сквозь зубы, грубо заталкивая меня внутрь кареты.

Неужели... это конец?
Всё внутри сжалось. Сердце стучало так громко, что я почти не слышала ничего вокруг. Руки дрожали, губы побелели.

Я замерла. Как будто вся сила покинула меня в один миг. Ни звука, ни слёз - только глухой страх и онемевшее тело.

Мы сели в карету. Дверь с глухим стуком захлопнулась, и она тронулась с места, унося меня в неизвестность.

Спустя какое-то время карета остановилась. Они выволокли меня наружу и с силой бросили на землю. Я ударилась коленями о сухую землю, с трудом сдерживая стон. Боль в укушенной ноге резко усилилась.

Ночь была тихой. Звёзды висели над головой, дул холодный ветер, где-то вдали кричали ночные птицы. Всё это казалось нереальным, как страшный сон.

- Вы лжёте! Кто отдал приказ?! Это не султан! - закричала я в отчаянии.

Один из них ничего не ответил. Он молча подошёл ко мне, вытащил меч... и внезапно вонзил его мне в живот. Я вскрикнула. Боль была невыносимой.

Он выдернул меч обратно и, не произнеся ни слова, остался стоять, наблюдая, как я скрючилась от боли.

- Что дальше? - негромко спросил второй, тревожно оглядываясь по сторонам.

- Оставим её здесь. Как и было приказано, - холодно ответил первый.

Они вернулись в карету и уехали, оставив меня одну - умирать.

Я осталась лежать на холодной земле. Кровь текла из раны, липкая, горячая. Было трудно дышать. Всё вокруг расплывалось. Это уже был не сон. Это была страшная, жестокая реальность.

Я думала о том, как бы хотела вернуться назад. В беззаботное детство. Увидеть отца. Услышать голос подруг. Просто быть обычной, живой... свободной. От этих мыслей я невольно улыбнулась. Из глаз потекли слёзы.

Я сжала живот, изо всех сил стараясь не потерять сознание. Грудь медленно поднималась и опускалась. Веки тяжело опускались, сознание ускользало...

И вдруг - топот. Стук копыт. Голоса. Крики. Свет факелов.

Возле меня резко остановился большой чёрный конь. С него спрыгнул всадник - тот, кого я так хотела увидеть, о ком молилась в последние секунды.

- Назлы! - закричал он, опускаясь на колени рядом. Он поднял мою голову, заставляя меня посмотреть на него.

- ...Мехмед... - выдохнула я еле слышно.

- Прости меня... Прости! - его руки дрожали, когда он прижимал ладонь к ране, стараясь остановить кровь.

- Не стойте! Они не могли уйти далеко! - раздался позади голос Хасана. Он отдавал приказы стражникам, направляя их в разные стороны.

Мехмед аккуратно поднял меня на руки. Я чувствовала, как он держит меня, будто боится отпустить даже на миг. Он посадил меня перед собой на лошадь, крепко обняв, прижав к груди.

- Потерпи, любимая... потерпи. Мы почти дома... - шептал он мне на ухо, дрожа всем телом.

Лошадь понеслась во дворец, а я уже не могла больше держаться. Всё вокруг погружалось во тьму...

...И я потеряла сознание.