5 Глава. Нежданная встреча.
На следующий день девушки не упустили возможности посмеяться надо мной — над тем, что я не провела ночь с султаном. Ну и пусть. Плевать мне на них. Я старалась не обращать внимания и сохранять спокойствие.
Мы с Гретой сидели на диване в уголке, где было тихо. Я рассказала ей обо всём, что произошло.
— Надеюсь, с этим мальчиком всё будет хорошо, — мягко сказала она, поглаживая меня по плечу.
— Я тоже на это надеюсь... — вздохнула я, глядя вдаль. — А вы не были на празднике?
— Нет, — покачала она головой с лёгкой грустью. — Когда он начался, нас уже уложили спать.
Наш разговор прервала ехидная усмешка. К нам подошла Хюрниса, вся сияя от злорадства.
— Аделаида, ну как прошла ночь? — насмешливо протянула она. — Ты ведь пришла как-то рано... Неужели повелитель посмотрел на тебя вблизи и выгнал?
— Ты когда-нибудь можешь просто заткнуться? — прошипела я сквозь зубы, чувствуя, как во мне закипает гнев.
— А что такое? Не меня же султан выставил за дверь, — с издевкой продолжала она, не переставая смеяться.
— Хюрниса-хатун, — раздался строгий голос. В разговор вмешалась Нигяр-калфа, появившаяся как из ниоткуда. — Не смей дерзить. Перед тобой — Назлы-хатун, главная наложница султана.
Наступила тишина. Даже Хюрниса перестала ухмыляться.
— Она этой ночью спасла жизнь шехзаде, — с достоинством продолжила Нигяр-калфа. — В знак благодарности повелитель велел выделить ей отдельные покои. И не просто среди фавориток, а почти как у самой султанши.
Я удивлённо посмотрела на неё, не веря своим ушам. Хюрниса, напротив, вспыхнула от злости.
— Что?! С какой стати ей султанские покои? Она же даже не беременна! — закричала она, не в силах сдержать ярость.
— Если тебе что-то не нравится — иди и жалуйся самому султану, — с иронией произнесла Нигяр-калфа. — А теперь слушайте все! Отныне вы будете называть её Назлы-хатун!
Шёпот пронёсся по гарему. Я чувствовала на себе злые взгляды, завистливые перешёптывания. В такие моменты не хотелось спорить, лишь бы поставить Хюрнису на место. Я подняла подбородок и гордо посмотрела ей в глаза с лёгкой улыбкой.
— Пойдём, Назлы-хатун, я отведу вас в новые покои, — сказала Нигяр-калфа и развернулась.
Я пошла за ней, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё клокотало от пережитого.
Комната оказалась роскошной: высокие окна пропускали мягкий свет, на полу лежали дорогие ковры, а в центре стояла огромная кровать с балдахином. У стены — мягкий диван, напротив — невысокий столик с серебряным подносом, усыпанным фруктами. В углу находилась дверь в дополнительное помещение.
— А это что за комната? — спросила я, разглядывая всё с замиранием сердца.
— Она предназначена для твоей личной служанки. Но только тогда, когда ты забеременеешь. Тогда сможешь выбрать, кого захочешь, — объяснила Нигяр-калфа.
— А можно будет взять Грету? — осторожно спросила я.
— Когда придёт время — бери кого хочешь, — повторила она.
Я молча кивнула, не желая спорить. Всё здесь казалось таким прекрасным, но всё равно чужим.
В этот момент в покои вошёл Касым-ага.
— Знал, что найду вас здесь, — с лёгкой ухмылкой произнёс он. — Назлы-хатун, повелитель желает видеть тебя.
— А я не желаю видеть его. У меня уроки, — хладнокровно ответила я.
— О, Аллах, дай мне терпение... — пробормотал он себе под нос, потерев лицо. — Сказал ждет — значит, должна идти.
Он взял меня за локоть и повёл к выходу.
— Эй! Я и сама могу идти! Пусти, говорю! — возмутилась я, вырываясь из его хватки, и, выпрямив спину, пошла впереди.
У входа в султанские покои нас снова встретил этот надменный Хасан-паша.
— Почему так долго? У повелителя полно дел, а вы заставляете его ждать, — строго сказал он.
— Мог и не звать. Я бы была только рада, — отрезала я с вызовом.
Касым-ага тут же толкнул меня локтем в плечо.
— Простите за её дерзость, — запел он, в привычной своей манере.
— Наслышан уже, — буркнул Хасан-паша, оценивающе осматривая меня.
Я не стала ждать новых упрёков и молча вошла в покои.
Зайдя в покои, я увидела Мехмеда. Он сидел за массивным столом, заваленным бумагами, и что-то писал. Я остановилась и просто смотрела на него, но он даже не поднял глаз.
— Не смотри так, а то дырку во мне прожжёшь, — с ухмылкой сказал он, наконец взглянув на меня.
— Что хотел? — спросила я холодно.
— Хотел поблагодарить тебя за сына. Ему уже намного лучше, — спокойно ответил он.
— Рада была помочь, — так же спокойно отозвалась я.
Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Его тёмные глаза изучали меня, будто видели впервые. В этом взгляде было что-то странное — смесь интереса и чего-то более глубокого.
— Подойди, — приказал он тихо, но твёрдо.
Не знаю почему, но я подчинилась. Подошла и встала рядом. Он сразу же обвил рукой мою талию и резко посадил к себе на колени, удерживая крепко.
— Эй! — Я попыталась встать, оттолкнуть его руки, но он был сильнее. Я сдалась и просто сидела спокойно, стараясь сохранять самообладание.
Он склонился ближе, вдохнул запах моих волос, медленно провёл по ним рукой. Его ладонь скользнула ниже — к моей груди. Его прикосновение было холодным, и по коже тут же пробежали мурашки.
Я резко ударила его по руке и злобно посмотрела ему в глаза.
— Откуда же ты свалилась на мою голову... — прошептал он с полуулыбкой, не убирая взгляда.
— Я же говорила: отправь меня обратно — и никаких проблем, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие.
Он вдруг резко схватил меня за шею, потянул к себе и жадно поцеловал. Я растерялась, но почему-то ответила на поцелуй. Моё тело словно перестало мне подчиняться, я таяла в его объятиях. Его руки держали крепко, обнимали, не давая ни шанса вырваться.
Мои ладони сами легли на его грудь. Я ощутила тепло его кожи под одеждой и на миг позволила себе слабость — слегка провела по ней рукой. Он нехотя отстранился, и мы замерли, глядя друг другу в глаза.
В его взгляде пылал огонь желания и уверенности. А в моём... замешательство. Я должна была ненавидеть его. А вместо этого чувствовала, как сердце пропускает удары. Увидев мою реакцию, он тихо рассмеялся. Его смех был мягким, бархатным и... красивым. Я вдруг поняла, какой он на самом деле — и красивая улыбка невольно появилась и на моих губах.
— Тебе понравились покои, которые я для тебя выбрал? — спросил он, откинувшись назад.
— Да. Они красивые. Но зачем? Я понимаю, что помогла шехзаде, но... — начала я, но он перебил.
— Мои решения не обсуждаются, милая. Я просто хочу, чтобы у тебя была своя комната, удобства. Может, тогда ты перестанешь быть такой колючей и станешь хоть немного добрее.
Я опустила взгляд и слегка улыбнулась. В этот момент в дверь постучали.
Вошёл Хасан-паша.
— Повелитель, — он склонился в поклоне, — вас уже ждут.
— Я скоро буду, — спокойно ответил Мехмед.
Хасан бросил на меня быстрый, оценивающий взгляд и вышел. Я тут же вскочила с его колен. Он попытался удержать меня, но я была быстрее.
— Ладно, — усмехнулся он своему поражению.
Он встал, поправляя пояс.
— Можешь идти. Вечером тебя снова приведут, — сказал он как ни в чём не бывало.
— Я не хочу, — бросила я, выпрямляя спину.
— А тебя никто и не спрашивает, — с ухмылкой ответил он и вышел.
Вслед за ним в покои вошёл Касым-ага.
— Ну-ка, пошевеливайся. То, что ты теперь главная наложница — не значит, что можешь прогуливать уроки! — проворчал он.
Я молча кивнула и направилась на занятия. Всё прошло спокойно. Даже временами было интересно.
После уроков я сидела в своей комнате. Не хотелось выходить в гарем — слушать ядовитые насмешки и выносить враждебные взгляды. Я бы с радостью поболтала с Региной, но Нигяр-калфа сказала, что у той слишком много дел, и просто так пустить её ко мне нельзя. Иногда эти правила кажутся до абсурда глупыми.
Неожиданно в комнату вошла молодая девушка, которую я часто видела рядом с Валиде. Я поднялась и, не зная, чего ожидать, сделала поклон. Не стоило ссориться без повода.
Она осмотрела меня с лёгкой улыбкой.
— Назлы, я Хандан-султан, сестра повелителя. Возможно, уже слышала обо мне, — сказала она сдержанно, но доброжелательно.
— Рада знакомству, госпожа, — спокойно ответила я.
В её лице угадывались общие черты с Мехмедом — только если он выглядел строго и резко, она казалась мягче, теплее.
— Я слышала, что ты спасла вчера моего племянника. Спасибо тебе за это, — сказала она с искренней улыбкой.
— Не за что, госпожа, — ответила я чуть тише.
— Не хочешь прогуляться в саду? Мне не с кем. А здесь иногда можно сойти с ума от скуки, — предложила она, легко и непринуждённо.
— С радостью. А то я и сама тут начинаю умирать от скуки, — рассмеялась я.
Мы вместе вышли в сад, и впервые за долгое время я почувствовала лёгкость.
Мы спокойно гуляли по саду. Тёплый ветерок колыхал листья деревьев, и на мгновение я почувствовала, будто мир за стенами дворца перестал существовать.
Вдруг мы заметили, как Мехмед и Хасан-паша сидят на диванах под навесом и о чём-то разговаривают, склонившись над разложенной картой.
— Это у них работа такая? — спросила я, с интересом наблюдая за ними.
Я взглянула на Хандан. Она смотрела на Хасана, не отрывая взгляда. Я едва заметно улыбнулась.
— Госпожа, — тихо окликнула я её.
— А?.. Что? — она очнулась, смущённо улыбнувшись. — Да, да, у них переговоры. Видишь карту? Наверное, опять к какому-то походу готовятся или ещё что-то важное.
— Поход, говорите? Наверное, там интересно… А девушки могут тоже поехать? — с наивной надеждой спросила я.
— Ты что? Нет, конечно. Это же война. Девушки вообще не имеют отношения к политике и военным делам, — спокойно, но твёрдо ответила она.
Я просто кивнула.
— Пойдём к ним, — сказала Хандан и направилась к мужчинам.
Когда султан заметил нас, он расплылся в тёплой улыбке — и мне, и сестре.
— Повелитель, надеюсь, мы не помешали? — спросила Хандан, изящно склонившись в поклоне.
Я же осталась стоять. Кланяться ему я не собиралась. Хасан-паша бросил на меня осуждающий взгляд, но мне было всё равно.
— Нет, конечно. Решили прогуляться? — спросил султан.
— Немного, — ответила Хандан с улыбкой.
В этот момент к нам подошёл мужчина в богатом наряде, с уверенной, почти царственной походкой.
— О, Таркан! — радостно сказал Хасан-паша. — Рады, что ты смог приехать.
— И я очень рад, — с вежливой улыбкой ответил тот.
Я посмотрела на него — и будто земля ушла у меня из-под ног. Сердце пропустило удар, дыхание сбилось. Я расплылась в улыбке, и мне захотелось просто броситься ему на шею.
— Таркан! — воскликнула я радостно.
На нас тут же обратили внимание. Но мне было плевать. Я смотрела на него как на спасение. Он вглядывался в меня с лёгким непониманием… и вдруг узнал.
— Аделаида… Как же давно я тебя не видел, — сказал он, улыбаясь.
Наверное, это было глупо, но я подошла и обняла его. Он, слегка опешив, обнял в ответ, но быстро отстранился — видимо, боясь реакции султана.
— Ты так изменилась… — проговорил он, отступив на шаг.
— Кхм… Вы знакомы? — раздался холодный, недовольный голос Мехмеда.
— Повелитель, прошу прощения за вольность по отношению к вашей наложнице, — спокойно начал Таркан. — Я хорошо знаю её отца. Часто бывал у них в доме, когда Аделаиде было лет тринадцать. Мы много времени проводили вместе.
К счастью, он умолчал о том, как сильно я любила его и как даже отец был не против нашей помолвки… Нас разделило лишь одно — он был чужеземцем.
— Не знал, что ты бывал в Риме, — недовольно заметил Мехмед.
— Работа, повелитель, — ровно ответил Таркан.
Я уже хотела что-то сказать, но Мехмед перебил:
— Возвращайтесь во дворец. Не место женщине слушать мужские разговоры.
Я посмотрела на него. Его взгляд был жёстким, холодным. От него пробежали мурашки по спине. В такие моменты он пугал меня.
— Пойдём, Назлы, — тихо сказала Хандан.
Я обернулась к Таркану, подарив ему мягкую улыбку.
— Надеюсь, у нас ещё будет возможность поговорить. Я очень скучала, — прошептала я.
Его взгляд метался от меня к султану. Он просто кивнул, не говоря ни слова, но в его глазах я уловила всё, что он не решился произнести вслух.
Я пошла за Хандан, и мы вернулись во дворец.