Глава 10
Глава 10
Гроза уже не помнила, когда в последний раз испытывала такую неодолимую сонливость.
Наконец-то она сможет как следует выспаться! Ее веки сами собой закрывались, приятная сытость разливалась по всему телу. Собаки в лагере негромко переговаривались или нежились в полудрёме в догорающем свете дня.
Гроза уже совсем было собралась свернуться калачиком на своей тёплой и мягкой подстилке из сухих листьев, когда маленькая Солнышко вдруг пронзительно затявкала.
– Альфа, расскажи нам ещё какую-нибудь историю про Собак Ветра! Ой, мне так понравилась та легенда, я теперь всё время думаю про этих собак.
Белла коротко насмешливо тявкнула.
– Повзрослей, Солнышко! Неужели ты до сих пор не можешь уснуть без щенячьих сказочек?
Несколько других собак тоже зафыркали, разевая пасти в ленивых улыбках. Счастливчик вскинул голову, но прежде чем он успел произнести хоть слово, Лапочка поднялась и неторопливо вышла на середину поляны. Её призывный лай громко разнёсся над поляной, заставив разомлевшую Грозу приподнять одно ухо.
– Стая! Все соберитесь вместе. Я хочу поговорить с вами о Всесобаках, которые хранят и направляют нас с небес.
Гроза вместе с остальными членами стаи вышла на середину поляны, где собаки расселись кружком. Сейчас здесь собрались все, кроме отсутствующих патрульных, и Гроза в который раз поразилась тому, какой огромной стала теперь их стая. Собаки сидели плечом к плечу, в ожидании глядя на Альфу. Счастливчик, как всегда, стоял рядом со своей подругой, глядя на неё со смесью обожания и уважения.
Альфа медленно повела своей узкой мордой, заглянула в глаза каждой собаке и удовлетворённо кивнула.
– Я знаю, что в нашей стае есть те, кто не верит в существование Собак Ветра, – неторопливо начала она, – и я отношусь к этому с уважением. Я понимаю, насколько непросто поверить во Всесобак, о которых никогда не слышал раньше, не говоря уже о том, чтобы признать их влияние на нашу жизнь. – Лапочка снова посмотрела на притихшую стаю, в её умных глазах светилась доброта. – Но я хочу попросить вас вот о чём: отнеситесь к моей вере с тем же уважением, с каким я отношусь к вашему неверию. Для меня Собаки Ветра не просто существуют, но каждый день участвуют в нашей жизни. Для меня они настолько же реальны, насколько для нашей Беты реальна Собака-Лес. – Тут Лапочка ласково взглянула на своего верного друга. – Я не прошу вас поверить в них, я не буду пытаться доказать вам их существование. Мне достаточно того, что они всегда со мной.
Гроза услышала, как собаки одобрительно загудели, а Дейзи даже вскочила на все четыре лапы.
– Я хочу верить, что они существуют! – протявкала она, виляя хвостом. – Чем больше Всесобак-покровителей, тем лучше, верно? Сами смотрите, сколько у нас собак в стае, и всем им каждый день нужны еда и кров, так что никакая помощь не будет лишней!
В ответ Лесник покачал головой и нахмурился.
– Сколько собак, говоришь? Уж не хочешь ли ты сказать, что мы тут лишние? – Он кивнул на Хромого и бывших членов его стаи. – Мне не нравится, что вы, собаки из Дикой стаи, смотрите на нас, как на обузу! Между прочим, мы сами решили сражаться вместе с вами против свирепых псов. И сами решили принять ваше приглашение остаться.
Альфа коротко рявкнула и царапнула когтями по земле.
– Довольно! Не вздумайте снова начать свару!
Лесник захлопнул пасть, остальные собаки тоже притихли. Только Дейзи продолжала негромко рычать сквозь стиснутые зубы.
– Я не имела в виду ничего такого и ни на кого не показывала лапой, – процедила она. – Просто сказала, как есть.
С этими словами она мрачно растянулась на земле.
Альфа осторожно легла на бок, устроив на земле свой тяжёлый живот.
– Я прошу всех очень серьёзно отнестись к моим словам. Я не собираюсь пичкать вас историями о Собаках Ветра. Верить или не верить в них – решайте сами. Но я хочу быть уверена, что моя стая уважает мою веру.
И снова в кольце собак послышался одобрительны ропот. Гроза подняла уши и с удивлением посмотрела на своих товарищей. Как сильно переменилась жизнь стаи под властью Лапочки и Счастливчика! При прежнем Альфе, жестоком желтоглазом полуволке, собак заставляли верить в то, во что верил вожак. По крайней мере, они должны были говорить, что верят, если не хотели остаться без доли дневной добычи и голодать, пока не поумнеют.
«Лапочка совсем другая, – радостно подумала Гроза. – Такие перемены в стае мне по душе!»
И тут маленькая пушистая фигурка выбежала из кольца собак в центр круга. Смущённо откашлявшись, Солнышко повертела своим грязным лохматым хвостиком.
– Ой, только не сердитесь, ой… – протявкала она своим тоненьким извиняющимся голоском. – Но мне бы очень хотелось прямо сейчас услышать ещё одну историю про Собак Ветра! Пожалуйста, Альфа, ну пожалуйста! Мне, правда, очень интересно!
Стая очень долго молчала, поражённая неожиданным выступлением Омеги, потом из круга послышались одобрительные возгласы.
– А что, я согласна! – пролаяла Дейзи.
Лесник неторопливо кивнул своей пятнистой бурой с белым головой.
– Я тоже не прочь послушать ещё одну историю на ночь. Надо побольше узнать, прежде чем решить – верю я в Собак Ветра или нет.
– Да! – пролаял Микки. – Мы все с радостью послушаем!
– Рассказывай, Альфа, – попросила Стрела.
Но от Грозы не укрылось, что из всей бывшей стаи Хромого вслух высказался только Лесник. Если бывшие поводочные собаки и члены Дикой стаи радостно тявкали в предвкушении рассказа, то собаки Хромого продолжали хранить упорное молчание. Белла тоже не проронила ни слова.
Зато Дейзи не могла усидеть на месте от нетерпения.
– Скажи, Альфа, Собаки Ветра когда-нибудь оступаются? Ведь если они целыми днями гоняются за Золотой Оленухой, то должны иногда спотыкаться и даже падать, правда же? – Её тёмные глаза ярко блестели от любопытства.
Лапочка хрипло рассмеялась.
– Ты права, Дейзи. Конечно, порой даже Собака-Ветер может оступиться. Если такое случается, то от грохота её падения содрогается земля, а вихрь поднимается такой, что сбивает с ног земных собак! Вы все наверняка слышали, как упавшая Собака-Ветер воет и тявкает, злясь на свою неуклюжесть. А иногда можно услышать, как она воет вслед остальным Собакам Ветра, прося подождать, пока она их нагонит.
Щётка недоверчиво тявкнул, сморщив свою покрытую шрамами морду.
– Если это всё так, то почему же самый сильный ветер поднимается не до, а после поры Долгого Света? Куда Собаки Ветра так быстро бегут, если они уже поймали свою Золотую Оленуху?
Гроза испуганно покосилась на Альфу, не зная, как она отнесётся к откровенной насмешке, прозвучавшей в голосе Щётки. Но если Лапочка и рассердилась, то не подала виду. Её глаза по-прежнему смотрели спокойно и внимательно, без тени гнева или раздражения.
– Погоня за Золотой Оленухой – смысл существования Собак Ветра. Когда они не охотятся на неё, они гоняются друг за другом, готовясь к новой погоне. Им нужно постоянно тренироваться, чтобы бегать быстрее Оленухи. Вот почему в пору Алого Листа и Ледяного Ветра они носятся чаще и быстрее, чем в тёплое время.
Микки удовлетворённо кивнул.
– По-моему, это разумно.
– А по-моему – нет, – прошипел Щётка, но так, чтобы его никто не услышал.
– Вот бы нам посчастливилось поймать Золотую Оленуху, – мечтательно протянула Дейзи.
– Да уж, – хрипло рассмеялась Кусака. – Тогда Собаки Ветра были бы нами довольны!
– Это принесло бы нам большую удачу, – задумчиво поддакнул Бруно.
Солнышко возбуждённо металась по кругу, то и дело натыкаясь на сидящих собак. Микки с тявканьем отшатнулся, когда она хлестнула его по носу своим пушистым хвостиком.
– Ой, Дейзи, ой-ой! Нет, правда, это же ой, что такое! Подумать только, ой! Давайте, давайте поймаем Золотую Оленуху!
Шкирка вскочила и раздражённо залаяла, заглушая восторженный писк Солнышко.
– Вы все в своём уме или нет? Почему вы с такой лёгкостью готовы поверить в каких-то Собак Ветра, но при этом отказываетесь признавать существование Собаки-Страха? Опомнитесь! Собака-Страх не просто существует, она правит всеми Небесными Псами! Так нам рассказывал Ужас.
Несколько собак открыли пасти, чтобы заспорить, но тут на середину круга решительно вышел Дротик. Гроза всем телом подалась вперёд, вновь поражённая спокойным, сдержанным поведением свирепого пса.
– Возможно, мы все совершаем ошибку, населяя небеса самыми разными Всесобаками? – задумчиво и почтительно заговорил Дротик. – Вы никогда не задумывались над этим? Что если в разных стаях собаки по-разному называют одних и тех же Всесобак? Когда я жил в Собачьем Саду, которым правили Хозяева, старшие члены моей стаи говорили о Собаке-Страже. Если верить их рассказам, эта Всесобака была очень похожа на Собаку-Страх, о которой только что говорила Шкирка. В моей стае тоже верили, что все Небесные Псы служат Собаке-Стражу и подчиняются ей.
Дротик вопросительно посмотрел на стаю, но его слова были встречены мёртвой тишиной. Некоторые собаки смотрели на него с разинутыми пастями, другие растерянно переглядывались, но никто не говорил ни слова. Казалось, даже время остановилось на поляне. Дротик опустил голову, смущённо облизнулся и переступил с лапы на лапу.
– Простите, – пробормотал он, пятясь обратно в круг. – Я просто предположил, ничего больше. Мне только кажется, что мы все верим в одних и тех же Всесобак, только называем их по-своему.
Гроза неожиданно почувствовала горячую симпатию к нему. Она не понимала, что так поразило остальных собак. Что им не понравилось – мысли Дротика насчёт Всесобак или то, что он посмел высказать их вслух? Ветерок, не скрываясь, рычала, злобно глядя на свирепого пса.
Хромой откашлялся.
– К чему все эти разговоры о невидимых собаках? – хрипло проворчал он. – Почему бы не забыть о них, хотя бы на время? По-моему, будет больше толку, если мы станем больше заботиться о делах насущных – об охоте, например.
Кусака ошеломлённо уставилась на него.
– Как ты можешь так говорить, Хромой? Мы должны чтить Всесобак!
– С какой стати? – пожал плечами Хромой. – А главное – за что? Что эти Всесобаки сделали для нас? Чем они помогли нам во время самых страшных бедствий?
Собаки вскочили со своих мест. Отовсюду послышались протестующие возгласы.
– Собака-Лес даёт нам дичь! – пролаял Микки, почтительно покосившись на Счастливчика.
– А у Марты была особая связь с Собакой-Рекой, – вставила Гроза, испытав привычную боль при воспоминании о чёрной лохматой собаке.
– Собака-Солнце согревает наши дни, – твёрдо сказала Луна, – а Собака-Луна озаряет наши ночи.
– И мы можем увидеть Небесных Псов, когда они сражаются! – протявкала Дейзи с таким торжеством, словно нашла самый главный ответ на все сомнения. – Мы не раз видели, как Молния спрыгивает на Землю!
Гроза зажмурилась, растроганная единодушием стаи. Как приятно было видеть, что её товарищи могут забыть о своих различиях и мелочных дрязгах, дружно встав на защиту Всесобак.
– Разумеется, Всесобаки существуют, – твёрдо сказал Счастливчик. – Как ещё можно объяснить мои вещие сны о Собачьей Грозе? Я начал видеть их задолго до битвы, и они сбылись!
– Не забывай, что Собака-Земля принимает всех собак, когда они умирают, – негромко добавила Погоня, сурово посмотрев на своего бывшего вожака.
– Постойте, – раздался голос Беллы. Она встала и шагнула в крут. – Я не понимаю, почему вы все так хотите поверить в существование Всесобак! Возможно, Хромой прав. Зачем усложнять то, что выглядит таким простым? Никто не спорит, на свете есть и Луна, и Солнце, и Земля, и Молния. Они реальны, их можно увидеть, но кто сказал, что они помогают собакам? Возможно, они даже не замечают нашего существования! Они просто есть, и всё. Возможно, они вообще не чувствуют и не думают, как не думает дерево или камень.
– Нет-нет, погоди-ка, – пробормотал Хромой и с озабоченным видом поскрёб задней лапой себя за ухом. – Это уж слишком, я такого не говорил и сказать не хотел…
Тявканье, ворчание и лай смолкли, как по команде, и на поляне вновь воцарилась тревожная тишина. Некоторые собаки выглядели пристыженными, другие прятали глаза. Потом Гроза услышала, как мелкие камешки захрустели под чьими-то когтями. Следом кто-то встал и отряхнулся. Зато мир вокруг поляны притих, как перед грозой, только ветер еле слышно шелестел в ветвях над собачьими головами.
«Кто же победил в этом споре? – растерянно подумала Гроза, сглатывая вставший в горле ком. – Мне кажется, что никто».
«До чего же приятно очутиться в лесу, который мы раньше называли Лесом Хромого, по своей воле, а не в ночном беспамятстве!» – сухо думала Гроза, шагая под деревьями. Наконец-то она не проснулась здесь, подавленная тьмой и ночными кошмарами, а пришла с полным правом, в составе охотничьего отряда, собаки которого сейчас разбрелись в разные стороны в поисках дичи. На этот раз Гроза была бодра и полна сил, все её чувства были обострены до предела и нацелены на поиски дичи.
И ещё, если уж быть до конца честной, она вполглаза высматривала Золотую Оленуху…
Гроза сама до конца не понимала, что с ней творится, но ей отчаянно хотелось своими глазами увидеть это таинственное создание. Возможно, она просто нуждалась в живом доказательстве существования Всесобак? Кто знает, может быть, если она искренне, всем сердцем пожелает этого, то Всесобаки откликнутся и покажут ей Золотую Оленуху? Гроза припустила ещё быстрее, на бегу посылая беззвучную мольбу невидимым силам.
«Пожалуйста, Небесные Псы, мне просто нужно знать…»
Что-то золотое промелькнуло сбоку от неё, и Гроза громко ахнула, едва не споткнувшись на бегу. Подняв дыбом шерсть, она застыла и уставилась в одну точку.
Возможно, это золотой коготь солнца царапнул влажный от росы лист?
Но что если нет?
Если есть хотя бы малейшая возможность, что это Золотая Оленуха, она ни за что её не упустит! Это было бы проявлением неуважения к Всесобакам, которые так быстро отозвались на её мольбу.
Медленно, осторожно переставляя лапы, Гроза пошла через лес, испещрённый пятнами света и тени. Она знала, что порой бывала нетерпелива на охоте, но сейчас был не тот случай. Гроза следовала за своими чувствами со всей тщательностью опытной охотницы, словно выслеживала самую шуструю и самую пугливую в мире дичь.
Прижавшись боком к шершавому стволу дерева, она затаила дыхание и прислушалась. Раздувая ноздри, она осторожно втягивала в себя неподвижный лесной воздух, но вскоре поняла, что это бессмысленно. «Я же не знаю, как пахнет Золотая Оленуха! И никто не знает, только Собаки Ветра…»
Отчаяние охватило Грозу. Золотая Оленуха могла быть совсем рядом, в каком-нибудь кроличьем прыжке, а она этого никогда не узнает! Может ли земная Золотая Оленуха, тень небесной дичи Собак Ветра, пахнуть, как обычный олень? Уши Грозы грустно поникли. Наверное, Собаки Ветра не стали бы скрывать от неё запах Оленухи. Или она ошибается? Возможно, они берегут свою дичь только для себя и не хотят позволить земной собаке поймать даже её тень? Может быть, Лапочка ошибается, и обычная собака, поймавшая Золотую Оленуху, не только не порадует Собак Ветра, но навлечёт на себя их гнев?
«А может быть, Щётка был прав и никаких Собак Ветра вообще не существует».
Гроза отошла от дерева и отряхнулась. Нет, она не станет воспринимать всерьёз вздорные слова Щётки – глупого пса, верящего в Собаку-Страх! Лапочка – её Альфа, если Альфа верит в Собак Ветра, то и она, Гроза, будет верить.
«Но почему тогда я не могу почуять ничего, кроме лёгкого ветерка? – Внезапная догадка заставила её похолодеть от страха. – Может быть, это потому, что Всесобаки меня отвергают? Может, Собаки Ветра просто не хотят со мной знаться?»
Она всем сердцем надеялась, что это неправда. Шумно сглотнув, Гроза развернулась и побрела по чахлой траве в сторону лагеря. Возможно, ей лучше поохотиться в другом месте. Может быть, там ей повезёт больше, и она забудет свои мечты о неуловимой Золотой Оленухе, удовлетворившись живыми и вполне съедобными кроликами?
Гроза перепрыгнула через поросшую травой кочку и с разбегу врезалась в маленького пса, неожиданно выскочившего с другой стороны. Он с визгом покатился по траве.
– Шёпот!
Пёсик вскочил на лапы и смущённо отряхнулся.
– Прости, Гроза! Ничего страшного, не беспокойся.
– Прости. – Гроза оцепенела, ужасаясь своей неуклюжести. – Пожалуйста, извини меня, я так задумалась, что не почуяла твоего запаха.
– Да нет же, не извиняйся, всё в порядке! – затараторил Шёпот, задирая заднюю лапу, чтобы вытащить застрявшую за ухом веточку. – Я же знаю, что ты не нарочно!
Шкура Грозы зачесалась от раздражения. Неужели обязательно всё время быть таким добрым? Мог бы и рассердиться на неё, хотя бы для разнообразия!
– Нет, Шёпот, я была ужасно невнимательной и приношу свои извинения.
– Хорошо, Гроза, – радостно закивал маленький пёсик. – Ты возвращаешься в лагерь?
– Д-да, пожалуй. Я хотела поохотиться по дороге, но…
– Тогда я пойду с тобой! – Шёпот подбежал к Грозе и засеменил рядом с ней. – Гроза, что ты думаешь о вчерашнем разговоре? Мне он показался таким странным… Я никогда раньше не слышал, чтобы собаки спорили о существовании Всесобак!
– Времена меняются, Шёпот. Собакам приходят в голову новые мысли, – недовольно буркнула Гроза. Она вздохнула и рассеянно сломала в пасти валявшуюся на земле палку. – Но, если честно, мне кажется, что нашим собакам просто хотелось поспорить, неважно о чём.
– Неужели? Ты правда так думаешь? Ох, Гроза, я так боюсь, что наша стая распадётся! – пролепетал Шёпот. – Стоит ли ссориться из-за таких мелочей?
Гроза раздражённо скрипнула зубами. Шёпот тараторил, как сорока, забрасывая её вопросами, на которые даже не ждал ответов.
– Собаки Ветра, Собака-Страх… да какая разница, кто из них существует, а кто нет? Правильно Альфа сказала – пусть каждый верит в тех Всесобак, в каких хочет! Только я всё равно не верю, что Собака-Страх очень могущественная. Ведь этого не может быть, правда? Даже если она существует!
– Кто знает, – нервно пробормотала Гроза.
Они были уже на краю лагеря, и она постоянно ускоряла шаг, торопясь поскорее закончить этот дурацкий разговор, не требовавший её участия. Не хватало только, чтобы их услышали в стае и споры вспыхнули заново!
– Но мы должны знать! – взвизгнул Шёпот, перепрыгивая через поросшую мхом кочку. – Скорее всего, никакой Собаки-Страха нет, но даже если она существует, то наверняка она совсем не могущественная, а даже наоборот. Она слабая, вот что я думаю!
– Шёпот, ты не мог бы говорить тише, – прошипела Гроза, нервно косясь на стайку собак, молча глядевших на них, прижав уши.
Лесник склонил голову набок, Кусака с лёгким презрением смотрела на Шёпота, а Ветерок, Щётка и Шкирка кривили рты. Даже Солнышко, выбегавшая из пещеры Альфы со старой подстилкой в пасти, выглядела слегка удивлённой громкими речами Шёпота.
Но сам Шёпот то ли ничего не замечал, то ли не обращал внимания на такие мелочи, как недовольство стаи.
– Вспомни хотя бы, как ты прикончила Ужаса! Если Собака-Страх существует на самом деле, и если Ужас находился под её защитой, то не очень-то она ему помогла, правда? – Шёпот взвизгнул от смеха. – Не такой защиты ждёшь от самой главной Всесобаки, которой подчиняются все остальные Небесные Псы! – Шёпот вывалил язык и уставился на Грозу сияющими влюблёнными глазами. – Я так рад, что ты победила Ужаса! Ты сильнее, чем его жуткая Собака-Страх!
Гроза со всех лап бросилась через поляну, но Шёпот отстал только после того, как она нагнала группу возвращающихся охотников. Звонко тявкнув ей на прощание, он потрусил к своему спальному месту.
Шкура Грозы горела и чесалась от смущения. Ей хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы поскорее забыть о разговоре с Шёпотом. «Я не жалею Ужаса, – думала она, – и рада, что его больше нет. Но я ненавижу вспоминать о том, что сделала… О том, что мне пришлось сделать».
Одно она знала наверняка – восторженные разговоры Шёпота о геройском боевом подвиге Грозы отнюдь не улучшают её репутацию в стае.