рубеж
Лето 1995-го
Москва дышала асфальтовой гарью, перегретыми крышами, шёпотом денег. Кто не успел — остался за бортом.
Светлана двигалась быстро и точно. Под её руками одна за другой падали точки, рынки, схемы. Кто-то исчезал, кто-то продавался, кто-то внезапно начинал играть против Белова. Тимуров оказался идеальным координатором — и тенью, и кнутом, и советником одновременно.
Он звонил старым партнёрам Белого, щёлкал по цепочке страхами, обещаниями, ультиматумами. Некоторые не выдерживали.
— Мы не в карты играем, — сказал он однажды. — Мы ставим ставки на выживание. И Светлана — всегда берёт банк.
⸻
Космос сидел на крыльце частной клиники под Москвой, в серой толстовке, с пустым взглядом.
— Надо лечиться, брат, — сказал он себе в зеркало. — Иначе всё. Конец. снаркоманишься
Он подписал бумаги, сдал телефон и зашёл внутрь, даже не обернувшись. Первый раз за долгое время — никто не держал его за руку. Даже Белый. Даже Фил. Только тишина.
⸻
У Белого дрожали пальцы. Он не спал две ночи. Оля ушла — не со скандалом, а с молчанием. Катя пыталась поговорить с ней, но Оля лишь покачала головой.
— Он не понимает, — сказала она тихо. — Или не хочет понять.
Катя молчала. Потом всё же произнесла:
— Витька тоже однажды перестал понимать. Саша, наверное, думает, что терять — это про улицы, бизнес и кровь. Но самое страшное — когда тебя боится тот, кто раньше любил.
Саша остался один. И перед ним была та самая черта.
Человек. Или зверь.
Оля с Ваней уехала за границу, подальше от этих страстей. Со временем она простила.. с Белым не развелась и не рассталась, он иногда приезжал к ней и к сыну.
⸻
Зима 1997 года
В квартире Анюты было тепло, пахло жасмином и дорогими сигаретами. Саша лежал на диване, слушая, как она листает сценарий.
— Знаешь, — сказала она не отрываясь, — ты совсем не похож на тех, о ком пишут. У тебя взгляд живой. Это даже пугает.
Саша усмехнулся.
— Живой — пока не спросят, сколько человек за этим взглядом ушли на тот свет.
Он налил себе виски. Стало легче. На минуту.
—Ладно, нужно собираться, сегодня Оля с Ваней возвращаются..
—Да нужна она тебе? Ты что, не сказал что мы с тобой до сих пор вместе?
—Ты как себе это представляешь, дура? «Оля, я соврал тебе что расстался с этой актрисулькой, я с ней до сих пор сплю?»
—Тогда я сама ей скажу.
—Только попробуй и я найду тебе место в лесу.
⸻
Пчёла заехал в офис Белого с новостью:
— Германцы готовы. Кавказцы тоже. Будет нефть, будет прокладка, будет всё. И прибыль — бешеная.
Саша выслушал. Поднялся. Взял стакан, но не налил.
— Не полезу. Это уже не игра. Мы в стеклянном доме — и кидаться камнями нельзя.
Пчёла молча кивнул. И уехал с кавказцами. Не с друзьями.
⸻
Взрыв
Февральский воздух был колючим. В машине звучало радио. Катя писала что-то в блокноте, Фил рассказывал анекдот. Космос зевал.
Саша смотрел в окно. А потом — вспышка.
Слепящая. Глухая. Жгущая.
Машину разорвало с одной стороны. Их выкинуло. Всё произошло за секунды.
Катя лежала на снегу, в ушах звенело. Космос тащил Фила, окровавленного, в сторону от машин. Белый был на ногах, с разбитой бровью.
— Живы? — сипло спросил он.
— Фил в больницу, срочно!
Катя смотрела на клубы дыма. А внутри — одно слово: «Витя?..»
⸻
— Он не полетел. — Шмидт держал перед Сашей распечатку. — А должен был.
— Где он?
— Не знаем. Пока.
— Найдите. Живого.
Космос был вне себя.
— Это он! Он! Кто ещё? Кавказцы! Схемы! Деньги!
— Стой, — сказал Белый. — Пока без резни.
Катя стояла в углу. Губы дрожали.
— Саша. Я не верю. Он не мог. Я знаю.
— Ты знаешь, — он повернулся к ней, — или хочешь верить?
Она не ответила. Но глаза — говорили за неё.
⸻
Оля вернулась из за границы уже как пару дней.. и узнала что Саша все еще спит с Анютой, услышала сплетни охраны.
Аптека
Оля выбирала витамины. Тишина. Потом — голос.
— Привет.
Она повернулась. Он стоял в тени, худой, с небритым лицом. Пчёла.
— Витька...
— Послушай. У меня мало времени. Они думают, что это я. Но я не был там. Не делал этого.
Она смотрела на него
— В машине Фила была камера. Анюта снимала. Может, она что-то записала. Попроси её. Только ты. Никто другой.
— И что потом?
— Я докажу. И уйду.
— Куда?
Он посмотрел ей в глаза.
— Если повезёт — туда, где ещё есть смысл. Если нет — туда, где меня уже ждут.
⸻
Выходя из аптеки, они не сразу заметили чёрную «Волгу». Машина остановилась плавно.
Дверь открылась. Вышел Шмидт. Молчаливый, в чёрном пальто.
— Поехали, — сказал он.
— Ты кто такой, чтоб...
— Поехали, Витя.
Пчёла посмотрел на Олю. Улыбнулся.
— Всё нормально. Всё будет, как должно.
Она кивнула. Но дрожала.
Машина уехала, скрывшись в вечернем тумане.
А впереди — разбор. Между теми, кто когда-то назывался братьями.