Последнее Знамение

Чена, Анкорда

Шестнадцатый день Дешана, год 1490 с.д.п.

У Мальстена создалось впечатление, что Альберт всеми силами пытается оттянуть его отъезд из города. Пусть с ним оставались идейные вдохновители реформ, готовые их реализовывать, он все равно опасался отпустить Мальстена, будто без него все могло пойти не так. Он не давал этого знать прямым текстом, однако будто нарочно затягивал завтрак, лишь после третьего напоминания распорядился снарядить карету, а после еще трижды просил подготовить другую, самую просторную, ведь по пути Мальстену и Бэстифару предстояло заехать за Фатдиром в Шорру.

Когда Альберт собирался отбраковать третью карету, на его плечо легла тяжелая рука Даниэля.

— Ваше Высочество, по-моему, карета вполне достойная. Даже для пятерых. До Леддера доберутся с комфортом.

Альберт вздохнул и сокрушенно опустил голову.

— Я перестарался, да?

— И продолжаете, — напутственно сообщил Даниэль. — Пару попыток назад, примерно после завтрака, я сказал бы вам, что вы пытаетесь задержать Мальстена и Бэстифара в Чене.

Альберт жалобно посмотрел на него.

— Это было заметно после завтрака? — спросил он.

— Это было заметно во время завтрака.

С губ Альберта сорвался сокрушенный стон.

— И, поверьте, мы не в обиде, — громко сообщил Бэстифар, вышедший из замка в компании Мальстена, Аэлин и Кары. Приблизившись к принцу и Даниэлю, он самодовольно упер руки в боки. — Работенка Сайена оказалась посложнее, чем он ожидал. У Юджина сложный застарелый перелом. Пришлось долго примериваться, чтобы правильно сломать заново. Поверьте, я был там нужен.

Мальстен улыбнулся и нервно хохотнул.

— Юджин... будет в порядке? — встревожился Альберт.

— Разумеется! — Бэстифар махнул рукой. — У Сайена очень интересная техника. Он использует нити, чтобы изучить травму и провести диагностику. Он планирует обучить этому и других данталли и создать особую больницу. Он еще обговорит это с Киллианом, но на первый взгляд план отличный. Его Юджин вдохновил, так что...

— О, я не про то... — покачал головой Альберт, неловко помахав руками. — Юджин... сильно страдал, пока Сайен снова ломал ему руку?

Бэстифар хмыкнул.

— Учитесь говорить без запинки. Когда вы смените «Высочество» на «Величество», этот навык вам очень пригодится, — сказал он, заставив Альберта густо покраснеть.

Мальстен пришел на помощь.

— Юджин не чувствовал боли. Бэстифар контролировал этот процесс от начала и до конца, поэтому у Сайена было время сделать все тщательно и аккуратно. И мы посоветовали ему найти аркала в его новую больницу, потому что вместе данталли и аркалы прекрасно работают.

— О, это отличная идея, — смущенно покивал Альберт. Он посмотрел на Мальстена, и выражение его лица невольно сделалось сиротливо-страдальческим. — Господин Ормонт, я вынужден спросить еще раз. Последний. Вам обязательно уезжать? — Он прокашлялся. Вероятно, чтобы скрыть паузу, которую так хотел сделать по привычке. Мальстен отметил, что этот юноша, пусть и всего подряд боится, довольно быстро учится. — Я имею в виду... Вы ведь символ спасения мира. Я не уверен, что без вас все получится.

Бэстифар снисходительно посмотрел на него.

— Ваше Высочество, если вам нужен символ, просто установите ему памятник. Вам вовсе не нужен живой символ. — Аркал осекся и задумчиво нахмурился. — Двояко прозвучало. Хорошо, что вы не мыслите, как ваш отец.

Мальстен неловко поджал губы и решил вмешаться.

— Ваше Высочество, я принял решение вернуться в Малагорию. Там я действительно нужен. — Он повернулся к Бэстифару и кивнул. — И она мне нужна. Почти все здесь вернулись домой. Мне тоже пора.

Альберт и Бэстифар выдохнули одновременно, но с разным оттенком. Аркал сразу же решил ретироваться.

— Пойду помогу Аэлин и Каре погрузить вещи.

— Вы? — удивился Альберт.

— Последний совет: не забывайте о галантности, когда станете королем, — бросил Бэстифар и поспешил к карете.

Мальстен вмешался и снова обратился к Альберту:

— Вы справитесь без меня, Ваше Высочество. Это я могу обещать.

Принц не выглядел убежденным. Похоже, у него была еще масса вопросов, однако на помощь Мальстену пришел Даниэль, все это время вежливо слушавший разговор. Он сделал приглашающий жест в сторону замка.

— Я думаю, Юджин будет рад увидеть вас сейчас, Ваше Высочество.

Альберт встрепенулся.

— Ох. Да! Я... только... — Он растерянно посмотрел на Мальстена. — Мы, получается, больше не свидимся?

Мальстен пожал плечами.

— Как наладим ситуацию в Малагории, будем рады видеть вас. Уже королем. — Он почтительно кивнул.

Даниэль подтолкнул принца, с трудом скрывая улыбку.

— Вас ждут, Ваше Высочество.

— Да-да. Простите. — Он посмотрел на Мальстена, постаравшись скрыть страх и растерянность за маской решительности, и приосанился. — До свидания, господин Ормонт. Хорошей дороги. Жду весточки из Малагории.

— Всенепременно, Ваше Величество, — ответил Мальстен.

— Я еще не король, — неловко улыбнулся Альберт.

— Я немного форсирую события. — Мальстен кивнул в сторону замка. — До встречи. Надеюсь, скорой.

Альберт нерешительно переступил с ноги на ногу, но все же повернулся в сторону замка и почти бегом направился туда. Даниэль облегченно выдохнул.

— Он хороший парень. Немного нервный, но привыкнет. Думаю, лет через пять заматереет. А пока что мы поможем. Я, Юджин и Киллиан его подстрахуем. Не переживай.

Мальстен кивнул.

— Я в вас не сомневаюсь. Юджина я знаю плохо, но, похоже, он искренне любит Альберта и ни за что его не предаст. Так что, пока вы на одной стороне, у вас крепкий союз. Дадут боги, так оно и будет.

Даниэль добродушно улыбнулся.

На некоторое время между ними повисла тишина. Мальстен не спешил ее нарушать, он привык к напряженному молчанию. Даниэль не выдержал первым.

— Стало быть, уезжаете? — неловко произнес он, тут же рассмеявшись и почесав в затылке. — Боги, можно было спросить что-то более очевидное?

Мальстен рассмеялся вместе с ним.

— Можно. Поверь, я не раз это проделывал.

Даниэль расхохотался громче, и Мальстен невольно подхватил его смех.

Когда они оба тяжело задышали и перевели дух, Мальстен посерьезнел, и на этот раз уже выражение лица Даниэля подстроилось под его привычно мрачную маску.

— Спасибо, Дани, — произнес Мальстен. Собственные слова показались ему до ужаса тяжеловесными и едва не заставили поморщиться. Его отчего-то потянуло снять эту тяжесть. Он покачал головой и протянул ему руку. Даниэль охотно ее встряхнул.

— Знаешь, я отчего-то думал, что ты скажешь мне это где-нибудь посреди пепелища после какой-нибудь жестокой битвы, в которой мы оба будем омыты кровью врагов. Глупо, да?

Мальстен нервно усмехнулся.

— Да нет, не глупо. У меня обычно как-то так и выходит. Если, конечно, тот, кого стоит поблагодарить, остается в живых.

На этих словах они оба помрачнели, и Мальстен мысленно отругал себя.

Ну вот опять. Неужели я действительно без этого не могу?

По лицу Даниэля пробежала тень, и Мальстен почувствовал, что должен исправить ситуацию.

— Но я, вообще-то, очень рад, что в этот раз все обернулось не как обычно, — сказал он. — Здорово хоть раз поблагодарить союзника в спокойной обстановке. Без эпичных битв.

Даниэль пожал плечами.

— Ну, знаешь, твое представление на замковой площади было весьма эпичным.

— О нем почти никто не знает. И хорошо.

— Они просто не видели нити. А я видел, — сказал Даниэль. — Давай будем честны, это было мощно. Я еще ни одного данталли не встречал, кто мог бы устроить подобное. То, что говорил Альберт, чистая правда. Ты символ. И ты уникален. Это нужно было сказать, ведь я, кажется, задолжал тебе искреннюю похвалу без претензий.

Мальстен нервно усмехнулся и невольно подумал, что Сезар точно нашел бы, к чему придраться в этом представлении. Часть с публичной расплатой, пусть и неправдоподобно сыгранной, его бы точно не обрадовала. Но он предпочел отмести эти мысли прочь.

— Спасибо, Дани. Вообще-то, я уверен, что ты мне ни в чем не уступаешь. Через пару лет практики ты бы меня догнал и перегнал.

— Во всем, кроме сам знаешь, чего, — напомнил Даниэль.

Мальстен вновь посерьезнел.

— Сам-знаешь-чему стоит остаться при мне. Мы это обсуждали.

— Знаю, — пожал плечами Даниэль. — Нам нужен этот сдерживающий фактор. Расплата. Если я когда-нибудь и постигну твое тайное знание, то, будь уверен, никому его не передам.

Вновь повисла неловкая пауза, и на этот раз никому не хотелось ее продлевать. Мальстен заложил руки за спину, так и не определившись, стоит ли повторить рукопожатие, или лучше просто обнять друга на прощание.

— Удачи вам. — Даниэль вновь нарушил тягучее молчание первым. — Хотя, знаешь, — он посмотрел на Бэстифара, что-то самодовольно втолковывающего Каре возле кареты, — мне кажется, этот баловень судьбы носит ее с собой. Так что вряд ли она вам понадобится. Я уверен, что у вас все получится. Готов делать ставки.

Мальстен покачал головой.

— Давай не будем гневить богов самоуверенностью. Мне это всегда боком выходило. Мы сделаем все, чтобы вернуть Малагорию. И, надеюсь, боги нам подсобят.

— Тогда возвращаюсь к первоначальной реплике. — Даниэль хлопнул Мальстена по плечу. — Удачи, Мальстен. Передай остальным.

— С ними прощаться не пойдешь?

Даниэль махнул рукой.

— Да мы уже успели перекинуться парой слов. А я не очень люблю прощания. Так что провожать не стану, не обессудь.

— Как знаешь. Удачи и тебе, Дани.

Тот лишь кивнул, развернулся и зашагал в сторону замка.

Мальстен проводил его взглядом. Даниэль Милс пережил немало потерь, и они наверняка догонят его, когда реформы и напряженные совещания уйдут на второй план. Но сейчас было видно, что он не хочет об этом думать. Мальстен понимал его и лелеял надежду, что Даниэль справится. По крайней мере, рядом с ним будут те, кто подставит ему плечо. Впервые Мальстен чувствовал по этому поводу не тоску, а спокойствие, ведь такие люди были и у него самого.

Ноги будто сами развернули его в сторону кареты. Пора было покидать Чену. Отчего-то Мальстену казалось, что, как только они пересекут городскую черту, он вздохнет с искренним облегчением, навсегда оставив этот неприветливый холодный материк позади. Он все еще не мог понять, действительно ли снова бежит? Или возвращается домой?

Время покажет. Бэс был прав, я слишком много думаю и оцениваю. Возможно, есть области, где мне стоит делать это поменьше.

— Я думал, вы с Дани будете ворковать целую вечность, — поддел Бэстифар, как только Мальстен подошел к большой серой карете с позолотой. — В таком случае я бы успел перекрасить эту серую колымагу в красный.

— В красной будешь разъезжать по Малагории, когда прибудем. У нас и так достаточно заметная карета. Красный — это перебор, — с задором сказала Аэлин, взъерошив его смоляные волосы, и без того лежащие в привычном беспорядке, который на удивление был ему к лицу.

— Пора ехать, — крикнула Кара, высунувшись из дверного проема кареты. — Жду не дождусь, когда мы покинем этот город. И материк следом. Он на меня тоску наводит.

Бэстифар хмыкнул.

— Как вернем власть над Малагорией, надо будет разослать Совету письмо о том, что слухи о моей смерти сильно преуменьшены.

— Ты хотел сказать, преувеличены? — переспросил Мальстен.

— По логике, да. Но, по факту, совсем наоборот, потому что я умер, воскрес живым мертвецом, пару раз умер в этом амплуа, потеряв способности аркала, и окончательно воскрес с прежними способностями. Согласись, это звучит масштабнее, чем просто «умер».

Аэлин заливисто рассмеялась, а Кара закатила глаза, в очередной раз назвав Бэстифара паяцем. Мальстен не сдержал добродушную улыбку. Он чувствовал себя дома прямо сейчас. И знал, что рядом с этими людьми будет продолжать так себя чувствовать.

Бесы, а Кара подобрала самую что ни на есть верную формулировку, — подумал он.

— Пора в путь! — крикнул Бэстифар, жестом позвав всех в карету. — Альберт даже пожаловал нам кучера!

— И что, даже не попрощаетесь? — донесся до них чей-то бодрый голос.

Обернувшись на звук, Мальстен заметил желтоглазого Киллиана с грубым шрамом на правой щеке. После того, как Бэстифар облегчил его переживания, казалось, он даже сделался чуть выше ростом. В черном камзоле из королевского гардероба он казался... грозным и серьезным. Мальстен подумал, что в таком амплуа он будет выглядеть достаточно представительно для Старшего Жреца Культа.

— Киллиан! — Аэлин подбежала к нему и обняла его. — Отлично выглядишь! Рада, что пришел нас проводить. Как твоя рана?

— Почти зажила, — добродушно ответил Харт.

Мальстен удивился. Он и не знал, что между Аэлин и Киллианом зародилась такая теплая дружба. На краткий миг он даже обрадовался, что Харт решил с ними не ехать.

От зорких желтых глаз, похоже, его опаска не укрылась. Киллиан хитро посмотрел на Мальстена и покачал головой.

— А ты, похоже, уже и не так расстроен, что я к вам не присоединюсь, — сказал он, будто прочитав его мимолетную мысль.

— А вот я совершенно раздавлен твоим выбором! — картинно воскликнул Бэстифар, последовав примеру Аэлин и обняв нового реформатора Анкорды. — Мне будет не хватать твоих списков.

Киллиан тихо рассмеялся.

— А мне твоего неиссякаемого оптимизма, — сказал он и, прищурившись, добавил: — это — первое. Твоего чрезвычайно полезного аркальего умения, это — второе. И твоей веселой компании, это — третье.

Бэстифар отер с лица несуществующую слезу.

— В самое сердце, Харт. Хотя, признаться, ты та еще язва.

— Не оперируй метафорами, которых не знаешь. Ты понятия не имеешь, как ведет себя язва, — хмыкнул Киллиан.

Кара вышла из кареты, и Харт успел подать ей руку.

— Польщен. Ты решила уделить мне капельку внимания? — спросил он.

— Буду рада видеть тебя в Малагории, инспектор Харт, — проворковала она.

— Мы еще не используем эту должность, — напомнил Киллиан. — Но я уверен, что Карлу она понравится. И, в таком случае, я бы попросил называть меня главный инспектор. С иерархией тоже придется многое подправить.

Кара заговорщицки улыбнулась, но не стала это комментировать.

— Метишь в кресло Бриггера? — спросил Мальстен.

Киллиан пожал плечами.

— Кто-то же должен. И желательно, чтобы этот кто-то понимал, как новая инспекция должна работать. Бьюсь об заклад, Карл будет готов сложить полномочия сразу, как проведет реформу. Ему самому будет достаточно просто войти в историю. А разбираться с головной болью, которая наступит после, он не захочет. Поверьте, я хорошо знаю этого старика. Уже планируем с Альбертом нанести ему визит после коронации. Жаль, вы не дождетесь.

Мальстен покачал головой.

— Мне кажется, мне не стоит омрачать это событие своим присутствием. В Анкорде, да и на всем материке все еще хватает людей, настроенных ко мне неблагосклонно. Я не хочу бросать тень на репутацию нового короля.

Киллиан не успел ему возразить, потому что Бэстифар атаковал его вопросами:

— Удовлетвори мое любопытство, друг! Альберт будет брать себе имя Рериха VIII? В конце концов, это имя передавалось семь поколений каждому правителю Анкорды.

Киллиан покачал головой.

— От этого принц решительно отказывается. Мы с Даниэлем полагаем, что это правильный шаг. Новая история должна начаться с нового имени. Альберт I — звучит хорошо. Если подтвердится хорошей репутацией, имя обретет силу, которая и не снилась его отцу.

Бэстифар расплылся в улыбке.

— Ты бюрократ от богов!

— Спасибо. Знаю.

Киллиан нахмурился и стал напротив Мальстена. Его пристальный взгляд окинул его с ног до головы.

— Должен поблагодарить за идею с новым амплуа. Посмотрел на тебя и подумал, что черный цвет мне пойдет. Достаточно грозный и к глазам подходит.

Мальстен оценивающе покивал.

— Вдохновитель — не самый мой частый титул. Но рад, что оказался полезным.

На этот раз Киллиан протянул руку и дождался, пока собеседник ответит на рукопожатие.

— У нас вышла любопытная история знакомства, Мальстен. Даже не знаю, она сложилась такой вопреки всему, или так было задумано богами. В любом случае, вышло неплохо. Я рад, что встретил тебя. И поблагодарить хотел не только за образ. Ты помог мне избавиться от страха.

Бэстифар прищурился.

— Вообще-то, твой страх перед огнем ослабил я. Если ты вдруг забыл.

— Я не забыл, — со всей серьезностью ответил Киллиан. — Я говорил о другом страхе. О том, что ты развеял, пока я был у вас в плену.

Мальстен кивнул.

— Я лишь сказал то, что увидел. Помощь невелика.

— Ошибаешься, — не согласился Киллиан. — Но ты плохо понимаешь ценность информации, поэтому я не удивлен. В любом случае, в добрый путь, Мальстен. Кажется, нам обоим предстоит построить на Арреде новый мир. Не такой, каким его видели твой учитель или мой. Но, полагаю, тот, которым можно гордиться.

Вряд ли Колер гордился бы, что ты завел со мной дружбу, — подумал Мальстен. — А Сезар бы и вовсе пришел в ужас, услышь он о моих провалах.

— Ты прав, — сказал он вместо того, чтобы озвучивать свои мрачные мысли. — Удачи и тебе, Киллиан. Я тоже буду рад видеть тебя в гостях, когда все уляжется.

— Непременно, — кивнул Киллиан и посмотрел на Бэстифара. — А тебе я все сплетни и пересуды перечислю списком. И, поверь, я не собьюсь.

Бэстифар громко хохотнул.

— Пока, — снова обняла Киллиана Аэлин. — Я знаю, что ты прекрасно справишься здесь. Ты там, где и должен быть.

— Спасибо, Аэлин. В добрый путь.

Чтобы не продлевать неловкое прощание, Киллиан коротко кивнул, развернулся почти на военный манер и зашагал вперед, не оглядываясь.

Бэстифар проводил его взглядом и оценивающе цокнул языком.

— Готов поспорить, через пару лет вы с ним сможете посоревноваться в занудстве. Потому что из твоего образа он взял не только любовь к черному цвету.

Мальстен ухмыльнулся так, что на левой щеке показалась глубокая ямочка.

— Поживем — увидим. Пора в путь.

Он подал Аэлин руку, чтобы помочь войти в карету, пропустил вперед Бэстифара и, окинув замковую территорию последним взглядом, улыбнулся и крикнул кучеру:

— Трогайте, господин Крюгер!

Дверь за ним закрылась, и карета неспешно поехала в сторону ворот.