Последнее Знамение

<Получасом ранее>

Когда почти стемнело, Киллиан решил было устроиться на привал, однако лошадь вдруг начала вести себя беспокойно: брыкалась и даже вставала на дыбы. Киллиан спешился и попытался привязать ее, однако она не позволила этого сделать и едва не зашибла своего всадника. Киллиан увернулся только благодаря быстрой реакции, приобретенной после экспериментов Ланкарта. Когда лошадь начала опасливо пятиться, Киллиан подумал, что такому поведению должна найтись причина.

Животные нервничают в присутствии данталли, - подумал он. - А если лошадь так испугалась, их должно быть много. Я на верном пути.

Словно подтверждая его мысли, до него начал доноситься едва заметный запах костров. Человеческий нос мог и не учуять - они были довольно далеко, - но Киллиан чувствовал.

Он решил не удерживать лошадь и позволил ей сбежать, а сам двинулся глубже в чащу в ту сторону, куда отказывалось идти животное и откуда тянуло кострами. Острое ночное зрение позволяло ему свободно передвигаться по лесу. Он шел с четверть часа и вскоре уловил вдалеке меж деревьев отсвет костров.

Это и впрямь целый лагерь, - подумал он. - И не похоже, чтобы он был как следует защищен. Эти данталли самонадеяннее, чем я думал.

Осторожно и, стараясь не шуметь, Киллиан начал приближаться к лагерю. Главное успеть сообщить Мальстену Ормонту об угрозе и рассказать о Дезмонде до того, как он решит прикончить чужака, вступившего на территорию данталли. Неизвестно, как кукольники отнесутся к гостю, которого не могут контролировать. Особенно Мальстен, который был в Малагории и видел людей, владевших силой хаффрубов. Дезмонд, правда, говорил, что у Мальстена Ормонта хватило сил контролировать этих людей. Однако Киллиан был уверен, что с ним дело будет обстоять совсем иначе. Он ведь, как-никак, наполовину хаффруб, а не просто воин, принявший зелье. Его невозможно взять под контроль. Дезмонд, который тоже умел прорываться сквозь красное, не сумел этого сделать. Он даже смотреть на него не мог.

Это был бы весомый плюс в схватке, однако я сюда не драться пришел. Внушить Мальстену Ормонту, что я не опасен, будет непросто, - думал Киллиан.

Ценную информацию, способную представить его другом, а не врагом, придется выдавать сразу, а не приберегать на потом для важного этапа переговоров. А оставлять себя без запасного козыря в рукаве было очень неуютно. Особенно без богатого опыта в ведении переговоров.

По-моему, у меня очень непроработанный план, - усмехнулся про себя Киллиан. Но ничего больше ему не оставалось. На расшаркивания или придумывание более безопасного пути поговорить с Мальстеном и остальными, попросту не было времени. Неизвестно, скольких людей направит сюда Рерих. С него станется бросить на Мальстена Ормонта целую армию. И кто знает! - вдруг анкордцам удастся застать своего врага врасплох?

Услышав сбоку неторопливые шаги, Киллиан замер и приник к ближайшему дереву. В его сторону направлялся усатый человек... или данталли. Он был среднего роста и с небольшим брюшком. В левой руке он держал факел, за поясом был короткий меч.

Что-то вроде караульного? То есть, лагерь они все-таки патрулируют, - подумал Киллиан, прищурившись. - Надо действовать аккуратно. Он может дежурить не один. Надо дать о себе знать спокойно, чтобы не напугать. Может, попробовать поговорить с ним издали?

Киллиан решил отступить глубже в лесную тень, подальше от костров и факела, но под ногами предательски громко треснула ветка.

- Кто здесь?! - воскликнул караульный, вмиг приняв нечто, вроде неумелой боевой стойки, и достал меч. Его испуг можно было учуять за версту: и факел, и меч в руках заметно подрагивали.

Зараза, - выругался про себя Киллиан и выступил из укрытия с поднятыми руками. Меч на поясе не добавлял ему миролюбивости, но оставлять его где-нибудь за деревом было бы слишком легкомысленно.

- Спокойно, приятель, - кивая, медленно проговорил Киллиан. - Без паники.

Караульный потер глаза тыльной стороной руки, в которой держал меч, снова попытался посмотреть на Киллиана, но вынужден был отвести глаза. Теперь не оставалось никаких сомнений, что он данталли.

- Что за напасть! - вскрикнул караульный. - Тревога! Тревога!

- Тише, приятель, я пришел не нападать, - попытался убедить его Киллиан, но то ли говорил слишком спокойно и тихо, то ли караульный был слишком пуглив и поддался панике.

Киллиан попытался сделать к нему пару шагов, но данталли вскрикнул и понесся на него, лихорадочно размахивая факелом и мечом, словно пытался отогнать от себя рой насекомых. Было видно, что по-настоящему сражаться он никогда не учился, однако перепуганный соперник бывает не менее опасен, чем разъяренный. Рука Киллиана сама извлекла меч, почувствовав необходимость защищаться. Куда большее опасение у него вызывал факел в левой руке данталли, чем меч в правой. Скользнув в сторону, огонь прочертил световую полосу по низу подбитой овчиной куртки Киллиана, и шерсть быстро вспыхнула. Запахло паленым рогом.

Киллиан вскрикнул от ужаса, увернулся в сторону, бросил меч и скинул куртку на землю. На несколько мгновений он остался безоружным, однако ему удалось вовремя среагировать на четыре неловких выпада противника и снова подобрать меч. Его дыхание сделалось рваным и громким, как у раненого зверя. Киллиан думал, что брошенная подпаленная куртка вот-вот начнет полыхать, как маленький костер, однако овчина, так легко вспыхнувшая, затухла так же быстро и не разгорелась.

Вот же зараза, - выругался он про себя. Пока он не чувствовал промозглого весеннего холода, но знал, что, стоит ему остановиться, и он продрогнет до костей в одной рубахе.

В лагере тем временем начала пробуждаться суета: слышались голоса - сонные и встревоженные, мужские и женские. Сейчас на помощь своему товарищу могут прийти другие данталли. И Киллиана вовсе не успокаивало то, что они не способны воздействовать на него нитями. Больше десятка перепуганных данталли могут попросту забить его до смерти, так и не выслушав, если все среагируют, как этот караульный.

Стоило придумать план получше, - досадливо подумал Киллиан, уходя от беспорядочных атак данталли, который толком не мог на него смотреть.

- Эй! Успокойся! Я тебе не враг! - попытался вразумить Киллиан.

Новый взмах - и факел ткнулся в правое плечо, которое тут же вспыхнуло такой знакомой жгучей болью. С бешено колотящимся сердцем Киллиан вскрикнул и отскочил. Левая рука застучала по тлеющей ткани рубахи, чтобы не дать ей разгореться. Он чудом не выронил меч, пока пытался совладать с треклятым огнем.

Данталли снова наступал. Киллиан перехватил меч покрепче раненой рукой и взмахнул им, чтобы отразить атаку. Ему наперерез полетело оружие данталли, он ушел от удара, снова закрывшись мечом. Приходилось доверяться только скорости своей реакции. Близость огня и новый ожог на старую поврежденную кожу, которая теперь горела бесовским пламенем, мешали мыслить здраво. Перестав полагаться на расчет, Киллиан отпустил тело двигаться самостоятельно и несколько раз ушел от атаки данталли, выполняя лишь защитные действия. Если б он хотел убить противника, давно перешел бы в наступление, но план был другой, и Киллиан пока старался его придерживаться. Если б еще не эта боль в плече...

Слишком лелеешь свои травмы. Забудь о них! - прозвучало у него в голове голосом Бенедикта.

Вы правы, - согласился он.

Караульный, несмотря на свой страх, продолжал упрямо наступать и что-то выкрикивать - Киллиан даже не мог разобрать, что именно. Для своих умений и комплекции этот данталли оказался на редкость упорным. Киллиан увернулся, снова едва не получив удар факелом. Следующим ударом он собирался вывести этот треклятый огонь из игры и метнулся в сторону левой руки данталли. Тот попытался отразить атаку, но оступился в темноте и полетел прямо на Киллиана, приготовившегося к удару.

Послышался сдавленный стон.

Тяжелое тело навалилось на Киллиана своим весом.

Факел упал на землю. Меч также вывалился из руки караульного.

Данталли тихо закашлялся, из горла вырвался страшный булькающий звук.

Киллиан почувствовал, как сильно напряжена его обожженная правая рука. Он не сразу осознал, что его меч глубоко вошел в тело навалившегося на него противника.

- Нет... - шепнул он. - Нет, я не хотел...

Караульный закашлялся, и на лицо Киллиану попали капли синей крови.

Нежилец, - выдал быструю оценку внутренний голос. Киллиан ни за что не хотел с ним соглашаться, хоть и понимал, что он прав.

- О, боги... как же так? - не веря собственному невезению, воскликнул Киллиан, услышав в ответ лишь новый приступ кровавого кашля.

Он осторожно вывернулся из-под тела данталли, отпустил меч и бережно переложил поверженного противника на спину. Из лагеря до места схватки добежали еще двое. Судя по тому, как они терли глаза, они тоже были данталли. Рыжая девушка и длинноволосый худой брюнет. Девушка ахнула, увидев своего собрата с торчащим из груди мечом.

- Деллиг! - воскликнула она.

Длинноволосый данталли тоже извлек меч из-за пояса и заслонил девушку собой.

- Цая, держись за мной!

Он был готов наступать, однако вдруг оглянулся куда-то и не сделал ни шага вперед. Девушка тоже посмотрела назад. Что они там увидели? Подкрепление?

Киллиан понял, что дружественного визита у него не получилось. Чтобы хоть как-то проиллюстрировать свою озабоченность случившимся, он хотел попросить позвать лекаря, если таковой есть в лагере. Хотя данталли, из которого торчал меч, был ранен смертельно - не нужно было быть лекарем, чтобы это понять. Киллиан думал сказать, что он пришел с миром, что все вышло случайно. Хотел все объясниться, однако, попытавшись это сделать, он обнаружил, что ни речь, ни даже мышцы тела не повинуются ему. Он будто одеревенел, онемел и не мог пошевелиться.

Ужас кольнул его холодной острой иглой. Он парализован? В чем дело? Яд кваров все же действует, но с запоздалым эффектом?

- Мейзнер, не нападай! - послышался спокойный, но командный голос, и вскоре на свет костра вышло еще двое данталли. - Остальным не высовываться. Оставайтесь на местах!

Говоривший был высок и строен, в черном плаще, темных штанах и черной рубахе. Нижнюю часть лица покрывала легкая щетина. Рядом с ним шел чем-то похожий на него человек, только в отличие от первого у него была небольшая борода. И одет он был не во все темное. На команды первого он отреагировал легким недоумением, а после ошеломленно на него посмотрел, когда попытался взглянуть на Киллиана и потер глаза.

- Какого беса?! Это же хаффруб! Ты и ими можешь управлять?! - воскликнул он.

Первый не ответил. Он приблизился к Киллиану так, что их теперь разделяло всего несколько шагов. В правой руке он держал саблю, левая была опущена, но напряжена. Киллиан вдруг понял, что каким-то невероятным образом он находится под контролем нитей данталли.

Невозможно, - мелькнуло у него в голове.

Однако факты говорили сами за себя. Этот данталли контролировал его, держал его нитями. И он единственный смотрел на него. Да, щурился и часто моргал, но он смотрел на него.

Киллиан округлил глаза, понимая, кого перед собой видит. Если хоть на минуту предположить, что существует данталли, способный контролировать хаффруба, это мог быть только один демон-кукольник. И, похоже, для него нет разницы, настоящий перед ним хаффруб или простой человек, выпивший зелье Ланкарта.

Так вот, каков ты из себя, Мальстен Ормонт, - мрачно подумал Киллиан.

Не так он себе представлял встречу с ним. Он и сам не знал, как ее представлял. Но точно не думал, что окажется у него под контролем. Он думал, они будут говорить на равных, что способности Киллиана его хотя бы смутят, а ему будто было все равно. Это было унизительно. И удивительно. Непостижимо.

А этот тон... Ормонт говорил без надменности, но холодно и очень спокойно. Учитывая обстоятельства, это было даже неплохо: он должен бы говорить гораздо строже, с угрозами. Мог попросту заставить Киллиана сразу выколоть себе глаза или порвать собственную глотку. Ормонт, можно сказать, проявлял милосердие, ограничившись одним лишь холодным тоном. Однако Киллиану все равно было обидно, что в этом лагере на него сразу бросились, как на врага, а теперь связали и лишили даже голоса. Впрочем, он понятия не имел, с чего взял, будто его примут с распростертыми объятиями.

- Позовите Сайена, пусть он посмотрит, можно ли помочь Деллигу, - спокойно сказал Мальстен и перевел взгляд на Киллиана. - А теперь поговорим с тобой. Сколько здесь таких, как ты?

Я не могу говорить, дурья твоя башка! - со злостью подумал Киллиан.

Мальстен будто прочитал его мысли.

- Ты можешь говорить. Я отпустил эту нить, - едва-заметно улыбнулся он. В этом не слышалось ни толики насмешки, однако Киллиан все равно почувствовал себя уязвленным.

Тем временем темноволосый данталли, которого назвали Мейзнером, отправился куда-то в глубь лагеря.

- Нисколько. Я один, - хрипло ответил Киллиан, когда проводил взглядом ушедшего данталли. Голос, как ни странно, послушался, хотя мгновение назад он не мог исторгнуть ни звука. Ему хотелось добавить, что таких, как он, вообще не существует, но он решил приберечь это на будущее.

Мальстен продолжал смотреть на него. Стоящий радом с ним данталли нетерпеливо переступил с ноги на ногу. Он - взгляд отводил.

- Как ты, бесы тебя забери, управляешь хаффрубом? Ими невозможно управлять!

- Даниэль, прошу, не спеши, - мягко попросил Мальстен и снова, прищурившись, посмотрел на Киллиана. - Когда смотришь на хаффрубов, болят глаза. В них словно насыпают песка. Но с тобой немного иначе. Ощущения различаются. Ты ведь не хаффруб, верно? Ты позаимствовал их силу с помощью зелья, которым пользовался Бенедикт Колер. Значит, ты один из его людей. Из Культа или из армии?

Киллиан попытался напрячь мускулы, чтобы сопротивляться, но нити данталли держали крепко. Ему было не пошевелиться.

- Я не из армии и не из Культа, - с вызовом ответил он. - А эффект зелья у меня от другого эксперимента. Отчасти за этим я и пришел к тебе, но об этом лучше потом. Ты знаешь данталли по имени Дезмонд?

Мальстен оставался невозмутимым, а вот Даниэль рядом с ним подался вперед.

- Дезмонд Нодден? Ты знаешь Дезмонда? Где он? Что ты с ним сделал?

- Он погиб по пути сюда. - В голосе Киллиана прозвучала скорбь и досада, однако это не показалось Даниэлю убедительным.

- Ты его убил?! - воскликнул он и шагнул к скованному нитями пленнику. Мальстен выставил саблю в сторону, преграждая ему путь.

- Погоди, Даниэль, - попросил он и снова обратился к Киллиану: - Как он погиб?

- Его убил охотник по имени Гельмунт Фер. Если, конечно, он назвал настоящее имя. Мы с Дезмондом шли сюда вместе, но во время перехода через Бреннен к нам пришел охотник и обхитрил нас. Он использовал яд кваров, чтобы обездвижить нас. Я не смог помешать ему убить Дезмонда.

- Почему он не убил тебя? - процедил Даниэль.

- Хороший вопрос, - тихо согласился Мальстен.

- Меня не было в его заказе, - честно ответил Киллиан. - Я хотел вмешаться, правда. Хотел спасти Дезмонда. Просто не смог.

Мальстен слегка склонил голову набок. Он продолжал смотреть на него, и Киллиана это обезоруживало. Зрительный контакт с демоном-кукольником... он и не думал, что ему может не доставать подобного.

Тем временем вернулся Мейзнер, ведя с собой заспанного данталли, который среди всех казался самым старшим. Он подвел его к телу Деллига, однако Киллиан видел, что потерявшему сознание раненому уже ничем не помочь. Он вот-вот уйдет в царство Рорх. Лекарь все равно завозился возле Деллига, говорил шепотом и только с Мейзнером.

Киллиану же пришлось снова сосредотачиваться на вопросах Мальстена.

- То есть, ты не из Культа и не из армии. Ты не человек Бенедикта. Но обладаешь силами хаффруба, благодаря некоему эксперименту. Ты называешь себя другом Дезмонда и утверждаешь, что шел с ним сюда. Целенаправленно. - Мальстен кивнул, соглашаясь с собственными мыслями. - Опустим остальные странные подробности твоей истории. Для чего вы шли сюда? Насколько я знаю, Дезмонд бы ко мне на пушечный выстрел не приблизился.

Даниэль подозрительно посмотрел на Мальстена.

- Кстати, ты так и не объяснил, почему, - пробормотал он. Анкордский кукловод его замечание проигнорировал.

- Мы хотели предупредить вас об опасности, - ответил Киллиан. - Дезмонд... кое-что сделал перед тем, как мы с ним встретились. Он выдал Рериху VII ваше местоположение. Не знаю, насколько точное. И не знаю, как скоро его люди явятся сюда, но, будьте уверены, они явятся. Вам нужно уходить.

Даниэль громко выдохнул.

- Дезмонд Нодден... сдал своих собратьев Рериху? - переспросил он.

- Его могли вынудить... я не знаю всех подробностей, - попытался смягчить ситуацию Киллиан. - Мы с ним встретились уже после этого. Так что я не был свидетелем этой истории.

- Дезмонд и не на такое способен, если его прижимают к стенке, - скорбно заметил Мальстен. - Он мог пойти на этот шаг от отчаяния. - Его слова были обращены к Даниэлю, но явно не успокоили его. Даниэль продолжал пылать от гнева. Мальстен глубоко вздохнул и вновь повернулся к Киллиану. - Мы не успели узнать твоего имени. Как тебя зовут? - спросил он.

- Киллиан Харт.

Рыжеволосая девушка хрупкого телосложения, которая все это время стояла молча и наблюдала за происходящим, тихо ахнула и отступила на шаг.

- Он врет тебе, Мальстен! Он ученик Бенедикта Колера! И его близкий друг!

Киллиан ошеломленно уставился на нее. Откуда она может это знать?

Сослужила службу, нечего сказать, - раздраженно подумал он.

- Ты ведь сказал, что ты не из Культа, - разочарованно произнес Мальстен.

- Я могу объяснить! - с жаром выкрикнул Киллиан. - Я был в Культе и был учеником Бенедикта, все так! Но с того времени слишком многое изменилось, а из Культа меня вообще изгнали! Теперь я для них такой же преступник, как и вы, это - первое! Я знаю, что Бенедикта убил именно ты в гратском дворце в Малагории, Дезмонд рассказал мне. Но я пришел к тебе не из мести! Я могу понять, почему ты так поступил, я на твоем месте поступил бы так же. Я не ненавижу тебя, и мне нужна твоя помощь, это - второе. Я умолчал некоторые подробности, не потому что хотел обмануть тебя, а просто сразу представил, как бы это выглядело. Особенно учитывая, что я только что убил вашего товарища. Но это была самооборона! Я пытался его вразумить и остановить, у меня не было цели убивать его или кого бы то ни было еще здесь. Это - третье.

Выговорившись, Киллиан тяжело задышал, чувствуя, как от волнения и отчаяния на него накатывает удушье. Однако дыхание почти сразу выровнялось, и Киллиан заметил, что Мальстен слегка пошевелил пальцами.

Он почувствовал, что у меня может случиться приступ и заставил меня дышать ровно? Он умеет так делать? - изумился Киллиан. Однако восторгаться способностями Мальстена вслух не спешил: это было бы слишком похоже на грубую лесть.

Даниэль выслушал речь Киллиана со сложенными на груди руками и недвусмысленно хмурым, недоверчивым видом.

- Заставь его себя прикончить, и дело с концом, - буркнул он. - Еще неизвестно, не лгал ли он насчет Рериха и насчет Дезмонда. Охотника какого-то выдумал. Складно говорит. Долго репетировал речь?

- Я говорю правду! - возмутился Киллиан.

- Мальстен, ты слышишь его мысли? - обратился Даниэль.

Мальстен покачал головой.

- Слабо. Он не так хорошо доступен для нитей, как обычный человек. У меня может не получиться проникнуть в его сознание. Боюсь, что с ним придется все выяснять словесно. - Он внимательно оглядел Киллиана с ног до головы. - Убивать его я бы не стал. С этим вообще не стоит спешить.

Даниэль плотнее сложил руки на груди. Его явно не радовал такой расклад.

- Цая, ты можешь его контролировать? У тебя хорошо с проникновением в сознание.

Девушка неуверенно покачала головой.

- Не знаю. На него тяжело смотреть. А еще я точно не смогу перерубить нити Мальстена, - ответила она.

Даниэль недовольно цокнул языком.

- Ясно. То есть, он просто побудет нашим пленником. И куда мы его посадим? Предложим отужинать с нами у костра?

- Цая, буди Рана и Эрнста. Пусть принесут стул и веревки в святилище Рорх, которое здесь рядом, - попросил Мальстен.

Девушка кивнула и побежала в лагерь.

Даниэль приподнял бровь.

- Решил сделать из святилища Рорх временную тюрьму? - спросил он.

- Оно запирается, - пожал плечами Мальстен. - При этом там достаточно воздуха и можно организовать нормальные условия в отличие от подпола в доме. Смутить может разве что соседство статуй Рорх и Жнеца Душ, но я сомневаюсь, что жрец Харт из пугливых.

Киллиан почувствовал, как сердце начинает биться чаще.

- Я вам не враг, - снова постарался он.

В это время пожилой лекарь вместе с Мейзнером поднялись с земли. Вид у обоих был скорбный.

- Деллиг умер, - сообщил лекарь. - Прости, Дани. Я был бессилен что-либо сделать. С такой раной бы вряд ли кто-то справился.

Киллиан поджал губы.

- Это вышло случайно. Я пытался прекратить драку, пытался просто защищаться. Я не хотел никого убивать. Он меня чуть не поджег!

Даниэль попытался смерить его презрительным взглядом, но смотреть на Киллиана долго у него не получилось. Он раздраженно потер глаза.

- Боги, просто уведите его уже подальше от меня, иначе я за себя не ручаюсь!

Вернулась рыжеволосая девушка. У нее получилось остановить свой взгляд на Киллиане чуть подольше, чем у остальных - хотя и не так надолго, как у Мальстена.

- Ран и Эрнст велели сказать, что мы можем вести... - Она задумалась, прежде чем произнести следующее слово, - пленника.

- Спасибо, Цая, - кивнул Мальстен и обратился к Киллиану: - Следуй за мной.

Киллиан усмехнулся.

- Следовать? Разве ты не потащишь меня за собой с помощью нитей?

Мальстен посмотрел на него чуть ли не с жалостью, отчего у Киллиана все лицо залилось краской и запылало.

- Тебе хочется чувствовать, как нити тебя сковывают? Я думал, ты предпочтешь двигаться сам.

- То есть, ты меня отпустишь? - недоуменно покачал головой Киллиан.

- Нет. Просто предоставлю тебе свободу движения. Об элементе неожиданности и нападении можешь забыть: это намерение нити тут же пресекут. Они будут связаны с тобой и не позволят сделать ничего лишнего. Но ты сможешь идти сам и смотреть, куда тебе вздумается. Если ты откажешься, я, разумеется, поведу тебя силой. Но я бы предпочел этого не делать.

Киллиан попробовал шагнуть вперед, и тело повиновалось ему. Он вообще не ощущал на себе влияния нитей, хотя бы уверен, что, если захочет потянуться за кинжалом в сапоге, рука его не послушается. Впрочем, если он все еще надеется рано или поздно наладить контакт с этими данталли, не стоит и пытаться.

Он пошел за Мальстеном, который отвел его немного дальше от лагеря. Даниэль и Цая зачем-то последовали за ними, держась позади двумя мрачными тенями. Несмотря на то, что Киллиан шел самостоятельно и без оков, у него возникало стойкое ощущение, что он - смертник под конвоем.

Невдалеке от лагеря располагалось строение, напоминавшее одинокую башенку-мельницу, лишенную лопастей. Возле нее, держа в руках факелы, поджидали двое данталли, неотличимые друг от друга. Они были долговязыми и черноволосыми, одинаково угловатыми, скуластыми и слегка сутулыми, с крючковатыми носами и темными любопытными глазами. Они, как могли, пытались повнимательнее рассмотреть Киллиана, пока он приближался.

- Это он убил Деллига? - с яростью в голосе спросил один.

- Мы будем его пытать и допрашивать? - вторил ему брат.

Теплый прием, нечего сказать, - досадливо подумал Киллиан. Впрочем, если бы кто-то напал на его близких, он бы тоже был настроен радикально. Даже если бы этот кто-то всячески оправдывался и доказывал, что все вышло случайно. - В ту еще историю я угодил, - вздохнул Киллиан и решил не сопротивляться. В любом случае, сопротивление было сейчас совершенно бесполезно.

- Мы поместим его сюда, пока не разберемся, что к чему, - объяснил Мальстен. - Пытки и допросы - это методы Культа. Это последнее, к чему я хотел бы прибегать.

- Он сам из Культа, - буркнул Даниэль. - Пусть бы и почувствовал на себе методы любимой организации.

- Я больше не состою в Культе, - в который раз повторил Киллиан. - И у меня нет ненависти к данталли. Я не считаю пытки над вами чем-то нормальным.

- Еще бы ты сейчас что-то другое говорил! - усмехнулся Даниэль. - А если б тебя не выгнали из Культа, сам бы ушел? Или продолжил бы охотиться за нами, как подобает хорошему жрецу?

- Даниэль, прошу тебя, хватит, - спокойно обратился Мальстен. Он открыл двери святилища Рорх, которое и вправду запиралось снаружи на большой засов. Выйти отсюда своими силами у Киллиана вряд ли получится.

Зараза, - выругался он про себя.

Внутри святилища было темно и холодно. Полуподвальный зал имел округлую форму. Света не было: от свечей, которые прежде освещали помещение остались одни огарки. Киллиан вспомнил рассказ Дезмонда: прежде этот лагерь был жилищем аггрефьера. Вестники беды чтили Рорх и следили за своими самодельными святилищами. После смерти местного аггрефьера данталли не стали продолжать эту традицию.

Напротив входа высилась фигура в длинном черном одеянии с массивным птичьим клювом, выглядывающим из-под надвинутого на лицо капюшона. Киллиан вспомнил свой всплеск чувств в Храме Тринадцати и отвел глаза от статуи Рорх, как будто деревянная богиня могла отчитать его за плохое поведение.

Сбоку, справа находился глубокий грот, чем-то напоминавший одиночную тюремную камеру, закрытую решеткой. Именно в нем, попадая в круг одинокой масляной лампы, горящей тусклым светом, стоял стул, на котором лежали веревки.

А вот и моя камера, - понял Киллиан, остановившись посреди зала Рорх. Он даже не понял, сам ли решил замереть, или его заставил Мальстен.

- Ран, Эрнст, обыщите его на предмет оружия. Возможно, у него был не только меч, но и припрятан где-нибудь кинжал. Не переживайте, он не тронет.

Как про собаку сказал, - ворчливо подумал Киллиан.

- Кинжал в сапоге. Больше ничего нет, - сказал он и с вызовом посмотрел на Мальстена. - Говорю же, я не враг.

Анкордский кукловод не ответил, но и взгляда не отвел.

Близнецы-данталли забрали у Киллиана оружие и передали его Даниэлю. Тело Киллиана - на этот раз он почувствовал влияние нитей - само послушно зашагало в сторону бокового грота, открыло дверь, подняло веревки и протянуло их Мальстену и Даниэлю, проследовавшим прямо за ним.

- Вы меня свяжете и будете держать здесь? - спросил Киллиан. - И что дальше? Будете рассиживаться в лагере, пока не придет войско Рериха? Я же говорю: вам надо уходить отсюда.

Даниэль недовольно хмыкнул.

- Довериться словам недочеловека, который явился сюда под покровом ночи, как шпион, и убил Деллига? - Его лицо сделалось язвительным. - Удивительно, почему это мы не очень настроены тебе доверять!

Киллиан сомкнул губы в тонкую линию и громко выдохнул через нос.

Мальстен взял веревки и слегка шевельнул пальцами. Тело Киллиана послушно село на стул и завело руки за спину.

- Ран, Эрнст, - позвал Мальстен.

Близнецы крепко связали ноги Киллиана и приступили к рукам. Когда они вязали правую, Киллиан поморщился от боли.

- Он ранен, - тихо сказала Цая. Из всех присутствующих она одна обратила внимание на ожог. - Нужно, чтобы Сайен...

- Сайен не будет его осматривать, - перебил ее Даниэль.

- Но...

- Во всяком случае, не сейчас. - Даниэль слегка смягчился, глядя на Цаю, хотя в его словах чувствовалась неохота.

Мальстен устало посмотрел на Киллиана.

- Ожог серьезный? - спросил он.

- Мне не нужна помощь, - буркнул Киллиан.

Близнецы Ран и Эрнст одновременно закончили с руками пленника и вышли из зарешеченного грота, заперев его снаружи.

- Нам нужно время, чтобы обдумать произошедшее, - сказал Мальстен. Киллиану показалось, что его в его голосе прозвучало извинение.

- У вас нет времени, - проворчал он.

- Я пришлю кого-нибудь осмотреть твою руку. Но немного позже, - пообещал Мальстен, после чего обратился к остальным: - Идемте.

Данталли вышли из святилища Рорх, оставив Киллиана одного в компании тусклого света лампы.