Заклятые друзья

СЦЕНА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

~ Пран ~

— Они хотят вас свести?

Вопрос, который я буквально выплюнул изо рта, до сих пор эхом звучит в моей голове. Он кажется ужасным несмотря на то, что это я его произнес. Бесчисленное количество раз я сидел и думал, когда же у нас появились эти запретные чувства друг к другу.

Пхат — обычный парень, который может встречаться с девушками без проблем. Как и я. Когда мы начали жаждать прикосновений друг друга? Не слишком ли поздно вернуться назад к тому времени, когда все было проще?

Образ Пхата, открывающего дверь машины для той девушки, все еще жив в моей памяти. Его улыбка и то, как хорошо они смотрелись вместе. Мы живем в мире, где девочкам считается нормальным быть с мальчиками. Никому не нужно говорить мне, что нам не суждено быть вместе, я прекрасно все и сам понимаю.

К счастью, телефон на моей кровати звонит. Все эти мысли исчезают прежде, чем я успеваю потерять рассудок.

Увидев имя на экране, я сразу нажимаю на "ответить", чтобы как можно скорее услышать голос моего друга.

— Привет, Вай.

[Здравствуйте, мистер Пран. Вы сегодня изволите быть дома?]

— Конечно, я дома. Я только что приехал. Куда я могу пойти?

[Отлично. Я приехал в твой район по делам и решил зайти. Ты занят?]

— Мне жутко скучно, ловлю мух. Конечно, приходи.

[Хорошо. Я куплю жареного цыпленка. Я чертовски хочу его.]

— Хорошо, хорошо.

[До встречи.]

После прощания Вай сразу вешает трубку. Я тихонько смеюсь над тем, какой он беззаботный.

Хорошая идея — перестать слишком много думать. Привычку представлять себе тысячу наихудших исходов, когда у меня возникают проблемы, трудно побороть.

*Тук-тук*

— Я вхожу, Пран.

Голос мамы следует за стуком. Она открывает дверь после моего ответа, неся тарелку с фруктами, нарезанными кусочками.

— Ты долго не спускался, поэтому я решила принести это тебе.

Я благодарю ее и беру тарелку. Между нами все еще неловкость. Мы не смотрим друг другу в глаза, и у меня просто не хватает сил и нервов поднять на нее взгляд.

— Пран, — начинает мама.

— Да?

— Не злись на своего отца за то, что случилось. Он был немного вспыльчив. Он не хотел кричать на тебя...

— Все в порядке. Он внизу?

— Он только что уехал. Он вернется ближе к вечеру...

— Понятно, — пробормотал я, не говоря больше ничего. Я улыбался на протяжении всего этого разговора, хотя улыбка не достигала моих глаз. Заметив это, мама протягивает руку, чтобы нежно сжать мое плечо и без слов спускается вниз.

Не успел я ухватить и несколько кусочков фруктов, Вай снова звонит мне. Зная, что он ждет перед моим домом, я даже не поднимаю трубку, оставляю телефон на кровати и несу тарелку с фруктами вниз. Вай болтает с моей мамой. Он поворачивается, замечая меня и улыбается, тряся огромным пластиковым пакетом жареной курицы. Его обжорство вызывает ухмылку на моем лице. Мы перекладываем еду в тарелки и сметает все, что он принес.

После сытного обеда мы просто смотрим телевизор в гостиной. После пяти, когда небо начинает меняться в цвете, мы выходим на улицу, чтобы посидеть на скамейке на заднем дворе, прихватив с собой закуски, хранившиеся в шкафах с незапамятных времен.

В моей голове даже появляется сомнение, а выдержат ли наши желудки такое количество еды. Но когда мы открываем закуски, я на автомате продолжаю класть их в рот. Мы просто неторопливо болтаем о пустяках, пока пакеты со снеками постепенно опустошаются. Наш смех стихает после часовой шумной беседы. Я не могу отрицать тот факт, что мой друг надежен, когда у меня возникают проблемы.

— Пран...

— Хм?

— Все еще не помирился с Пхатом?

Его внезапный вопрос возвращает меня в реальность. Когда я встречаюсь с Ваем взглядом, я понимаю, что он ждал подходящего момента, чтобы затронуть эту тему.

— Что ты имеешь в виду?

— Не прикидывайся идиотом.

Я вздыхаю, чувствуя себя слишком уставшим, чтобы притворяться, что все в порядке.

— Эм... Всё сложно...

— Наконец -то ты заговорил. Неужели ты думал, что я настолько глуп, что не могу даже выслушать проблему моего друга?

— Я же никогда не говорил про это ...

— Твои действия говорили громче.

— Да ладно, я не знаю, с чего начать.

— Просто начни с чего-нибудь.

Я делаю глубокий вдох и облокачиваюсь на скамейку, откинувшись назад.

— Как ты знаешь, наши семьи не в лучших отношениях.

— Верно. Разве так было не всегда? Почему это беспокоит тебя сейчас?

— Потому что все уже не так, как раньше...

— А, ты имеешь в виду, что раньше вы были друзьями, а теперь трахаетесь.

— Эй, придурок!

— Шучу.

Он меняет тон, стоит мне прикрикнуть на него, и смотрит на на меня с явным недовольством.

— Так что случилось?

— Ну, наши родители узнали, что мы живем в одном здании, и устроили большую суматоху. Пхату пришлось съехать и вернуться домой.

— Черт, это как мыльная опера. Вы Ромео и Джульетта? Подожди! Это скорее Ромео и Ромео, верно?

Вай дразнится, и я сильно шлепаю его по спине.

— Тише. Ты хочешь, чтобы моя мама нас услышала?!

Вай быстро извиняется и смягчает голос.

— Ладно, извини. Продолжай.

— Ничего особенного. Я пытался противостоять им... И это пока незаконченное дело.

— Эта проблема началась давно. Ты не можешь решить все в одно мгновение.

— Я знаю, — вздыхаю я и смотрю вдаль. — Проблема в том, что его родители пытаются свести его с девушкой прямо сейчас.

Вай шлепает себя по колену, пугая меня своей резкостью.

— Я так и знал!

— Какого черта? Ты меня напугал!

— Она красивая? Ты видел ее? Я ее знаю?

— Она красивая. Я видел ее сегодня мельком. Я не думаю, что ты ее знаешь.

— И что? Ты собираешься сдаться?

Я молчу, не зная, что сказать. Это простой вопрос, но я все еще не понимаю своего собственного желания. Слишком сложно найти слово, чтобы описать мои чувства прямо сейчас.

— Ты беспокоишься о взрослых или о самом Пхате?

— Что ты имеешь в виду?

— Ты думаешь, он вернется к свиданиям с девочками, да?

— ...

Черт...

— Дай угадаю. Когда ты увидел его с девушкой, ты подумал, что так и должно быть, верно?

Этот чертов читатель мыслей продолжает с таким видом, как будто он все знает, закусывая чипсами. Но его слова попадают в самое яблочко и заставляют меня замолчать. Потому что часть меня действительно верит в этот исход.

"Главарь банды инженеров" 2 минуты назад

Пропущенные звонки (11)

Я смотрю на свой телефон. Он снова перестал вибрировать после нескольких звонков. Я все это время находился рядом с телефоном, так что не то чтобы я не мог его услышать или не успел взять трубку вовремя. Я не готов продолжить наш разговор. Я не хочу разговаривать, когда я в плохом настроении или у меня что-то не то на уме. Я могу сейчас позволить своим эмоциям взять верх и в итоге навредить нам обоим. Я смотрю на экран, где отображаются пропущенные звонки, и снова погружаясь в свои мысли. Странное название контакта, под которым я сохранил этот номер, каждый раз выводит меня из себя. Я использовал раньше букву "П", чтобы избежать проблем, если мои друзья или родители увидят как он мне звонит. Но когда наши отношения изменились, и Пхат был достаточно бесстыден, чтобы раскрыть это моим друзьям, он сразу отредактировал свое имя в моем телефоне. "Красавчик Пхат, папа Душистика и просто любимец Прана" — это было слишком длинное и невыносимо глупое название. К тому же раздражало меня до чертиков, поэтому я изменил его на свой более лаконичный вариант. Эта история уморительная, но мне сейчас совсем не хочется улыбаться.

*Тук...*

Я делаю паузу и хмурюсь. Какой знакомый звук. Мне показалось?

*Тук...*

Только не говорите мне... Я вскакиваю и дергаю занавеску в сторону. Мне хочется ругать себя за то, что у меня такой хороший слух и интуиция. Эта бешеная собака снова забралась на мой балкон. Я хмурюсь и открываю рот, но Пхат прикладывает палец к губам в знак того, чтобы я заткнулся и скорее открыл балконную дверь. Я вздыхаю в отчаянии и раздвигаю стеклянную дверь как можно тише. Пхат заходит внутрь, прежде чем я закрываю дверь и задергиваю занавеску.

— О чем ты только думаешь?!

Прежде чем я успеваю закончить, нарушитель спокойствия обнимает меня.

— Не злись.

— Как я могу? О чем ты думаешь?!

— О чем я могу думать? Вай пришел к тебе в гости, он провел с тобой весь день, и после этого ты не обращал на меня никакого внимания. Мне невыносимо видеть, как ты смеешься с кем-то другим.

Пхат хнычет и целует меня в висок. Я лишь уклоняюсь от него.

— И ты не отвечаешь на мои звонки и не читаешь мои сообщения.

— Неужели ты не можешь быть терпеливым? Ты не можешь терпеть даже Вая, моего друга. Я никогда не говорил ничего о твоей невесте!

— Не называй ее моей невестой. Не могу это даже воспринимать.

— Однако твои действия говорят об обратном.

— Не говори так. Ты знаешь, как сильно я тебя люблю. В моем сердце больше нет места для других...

— Ты чертовски своеволен.

— Только когда это касается тебя. Не двигайся. Я так соскучился по тебе.

— Не обнимай меня. Отпусти.

— Перестань меня бить. Это больно.

— Тогда отпусти меня.

— Мне больнее, если я не могу обнять тебя!

Боже, какой плоский флирт...

— Меня сейчас вырвет.

— Ты боишься забеременеть от объятий?

— Пхат!

— Не злись.

Он быстро отпускает меня и смотрит на меня умоляющим взглядом, затем берет за руку и тянет на кровать, чтобы мы сели на нее.

— Пожалуйста, перестань злиться на меня.

— Я больше не злюсь на тебя, — говорю я, избегая смотреть ему в глаза. — Я просто не хочу говорить.

— Как жестоко...

Пхат продолжает хныкать. Он ласкает мою руку и целует мое запястье. Я не сопротивляюсь и делаю вид, что меня это не трогает.

— Мне жаль, что я скрывал это от тебя. Пожалуйста, не игнорируй меня.

— Я же сказал, я не злюсь. Но как я могу не думать об этом?

— Я все исправлю. Я не позволю тебе переживать это в одиночку. Обещаю.

— Не давай обещаний, в выполнении которых ты не уверен.

— Я постараюсь. Я решу эту проблему. Доверься мне.

Если бы... Если бы...

— Доверься мне, Пран.

— ...Когда у меня получалось тебе отказать?

Поняв смысл моих слов, Пхат широко улыбается и крепко обнимает меня. Боже правый, он плохо себя ведет, потому что я всегда его балую, и в итоге всегда уступаю ему.

— С этого момента говори мне все. Я не слабый парень, которого нужно защищать и держать подальше от опасности. Мы должны решать проблемы вместе, иначе оказывается, что я бесполезен.

— Понял, сэр. Но больше не говори таких вещей. Твое существование значит все для меня! Ты не можешь быть бесполезным.

— ... Если такое повториться, мне будет уже все равно.

— Я обещаю!

Я позволил ему обнять себя, уже не отстраняясь. Вместо этого я навалился на него всем своим весом и положил руки на его спину, крепко сжав его в объятиях. Мы ничего не говорим, наслаждаясь крепкой хваткой друг друга, вдыхая знакомые ароматы и вспоминаем те чувства, которые были у нас, когда мы были вместе в квартире.

— Ну, теперь ты счастлив? Возвращайся уже.

— Нет, — стонет Пхат, еще крепче сжимая меня в объятиях. — Я останусь у тебя.

— Пхат, приди в себя.

— Я буду спать здесь с тобой. Я поставлю будильник на пять утра и быстро заберусь обратно.

— Зачем тебе это делать? Просто вернись в свою комнату.

— Я хочу обнимать тебя всю ночь. Прошло уже много времени. Разве ты не скучал по мне?

— Мы не можем пойти на этот безумный риск. Мы же в моем доме. Мои родители в соседней комнате. Ты хочешь, чтобы мой отец выстрелил в тебя?

— Я влюблен в его сына. Это часть риска.

— Пхат! — я угрожающе понижаю голос и пытаюсь вырваться из его объятий. Он все еще шутит, никогда не воспринимая мои слова всерьез.

— Пожалуйста. Я скучаю по тебе.

— Нет.

— Пожалуйста, Пран.

— Я сказал нет.

Я настаиваю. Пхат отстраняется, чтобы посмотреть на меня и хлопает веками, умоляя меня. Что за болезненное зрелище? Это совсем не мило. Когда же он избавится от этого ложного впечатления? Но, если я скажу ему честно, он может потерять уверенность в себе... Если подумать, может будет лучше, если он потеряет часть своей уверенности.

— Ну Пранчик...

И этот милый голос... И это милый голос?!

— Хватит притворяться, что мы говорим на разных языках. Нет — значит нет.

— Неужели ты совсем не скучал по мне? Как жестоко.

— Скучал... — бормочу я. Мне кажется или Пхат аж хвостом завилял, наклоняясь ближе? — Но я думаю о том, что будет, если мои родители узнают. У нас и так много проблем. Уходи.

— Фу, Пран.

— Это все для нас обоих.

— ...Хорошо. Но иди и сядь здесь, — он похлопал по пространству кровати между ног. — Иди сюда и успокой мою тоскующую душу.

Я подозрительно щурюсь в его сторону, не решаясь сделать это, так как не знаю, какой трюк он собирается провернуть следом. Пхат неумолим и своеволен. Как бы то ни было, думая о том, как он потел, пробираясь сюда, я смягчаюсь. Я снова потакаю ему и сажусь, как меня попросили. В долю секунды Пхат крепко прижимает меня к своей груди. Его теплые губы касаются моих ушей и спускаются ниже к шее, заставляя меня вздрогнуть. Он просовывает руки под мою рубашку и ласкает мой живот.

— Пран!

— М...

— Я скучал по тебе.

— Я знаю. Хм, не соси мою шею. Ты оставишь следы.

— Я скучал по тебе. Мне чертовски не хватало твоего запаха.

— Просто нюхай своего Душистика.

— Душистик никогда не сможет занять твое место.

Прежде чем я успеваю ответить, Пхат нежно касается моей щеки и заставляет меня посмотреть на него. Мы удерживаем взгляд друг друга, понимая подтекст этого действия. Он поглаживает мои губы большим пальцем и раздвигает их, и я позволяю ему это сделать. Что-то притягивает нас ближе. Наши лица сдвигаются навстречу друг другу, пока наши губы не смыкаются. Мягкое прикосновение к моим губам, и его язык проникает в мой рот. Он облизывает мои зубы, прежде чем коснуться моего языка. Этот поцелуй медленнее, чем обычно, он не выдает всех наших эмоций и желаний. Он сдержанный, как будто мы медленно наверстываем упущенное, передаем, как сильно мы соскучились друг по другу через каждое прикосновение. Я плавно двигаю своим языком, повторяя движения его языка в моем рту. Наш поцелуй — безумно интимный, наши объятия — тесные, наше дыхание смешивается. Между нами становится все жарче и жарче, и Пхат пытается снять с меня рубашку.

— Пхат... Хватит.

Я задыхаюсь и отстраняюсь, пытаясь освободиться из объятий, но Пхат не хочет этого. Он тянется следом, продолжая покусывать и посасывать мои губы. Когда я начинаю задыхаться, он отпускает меня и прислоняет свой лоб к моему. Мы не сговариваясь оба закрываем глаза и слушаем дыхание друг друга. Мое сердце все еще бешено колотится, когда Пхат удивляет меня своим шепотом.

— Пран... я хочу это сделать, — говорит он мне в ухо и нежно чмокает меня в шею. — Давай займемся сексом.

Я отпрыгиваю назад и шлепаю его по руке.

Нашел место!

Эта чертова собака ничего не понимает о правильном месте и времени!