Глава 6
— Я сильно разочарован в тебе, Виктория, — строго сказал мой отец. Всё как в детстве. Я сидела на стуле напротив него. Он нервно расхаживал из одного угла комнаты в другой. — Я слишком много дал тебе воли. Как ты собираешься теперь выйти замуж? — Конечно. Единственное, что его беспокоило — это то, что никому не буду нужна после подрыва своей репутации, а не то, что я могла умереть на арене. Но я молчала. Я всегда молчала, чтобы не получать удары.
Отец бил меня. За каждую провинность, за каждое не то слово. За всё. Мать никогда не защищала меня. Ей нравилось не замечать этого. Я понимала её, потому что она тоже получала не меньше меня. Из-за него я боялась любых громких звуков, когда оставалась одна. Никто не знал об этом. Я даже не говорила о побоях Малене. Но, думаю, она знала, но никогда не заводила об этом разговор. Мои шрамы были на виду.
— Повернись. — Я молча выполнила приказ отца. Он расстегнул свой ремень. Первый удар. Второй. Третий. Четвёртый. После двадцатого я потеряла счёт. Мои глаза были красными, но я не издала ни единого писка. Ни одного крика. Молчала.
— С этого дня ты переходишь на заочное обучение. Никаких друзей, никаких телефонов. — Я молчала. Отец ушёл, оставив меня одну. Я всхлипнула и рухнула на пол, позволяя себе громкий плач.
Пару месяцев спустя... наши дни.
— Ты ведь знаешь, зачем я устраиваю сегодня приём? — Отец налил себе бокал виски, оглядывая меня с ног до головы. Я уже была в вечернем платье. Полностью закрытом, чёрном. Будто я собралась на похороны.
— Да, отец.
— Фредерико хочет посмотреть на тебя. Могла бы надеть что-то более откровенное. — Меня затошнило от одной только мысли об этом старом мужчине. Я ненавижу своего отца. Ненавижу.
— Если ты ему понравишься, я выдам тебя замуж.
— Он твой ровесник.
— И что? Главное — не возраст. У него высокая должность, и он очень богат, Виктория. В нашем мире нет любви. Взгляни на свою любимую подругу, — отец усмехнулся, — она вышла за это чудовище и живёт неплохо. Даже не жалуется.
— Адам молодой и красивый, а не старик, у которого одна нога в гробу. — Отец встал со своего места и подошёл ко мне, взмахнув рукой. Но остановился. Я сглотнула.
— Не буду портить твоё красивое личико. Фредерико могут отпугнуть твои синяки.
— Тогда ударь. — Отец сильно сжал моё запястье. Его зелёные глаза потемнели, и хватка усилилась.
— Не дерзи мне, девчонка. Я выбью из тебя всю дурь после приёма! — Затем он наигранно улыбнулся. — А теперь на выход, мой ангел. Не расстраивай своего папочку. — Я кивнула и направилась к выходу. Ненавижу. Ненавижу. Я еле сдерживала слёзы.
Отец хочет выдать меня замуж за старика. Я молю Бога, чтобы я ему не понравилась. А ведь я понравлюсь. Какой старик откажется от молодой жены?
Я не говорила даже Малене. А что она могла сделать? Да, она жена Дона, но Дон не имеет права лезть в такие дела. Таков кодекс, таковы традиции.
Делить постель со старым мужчиной — неужели это моя участь до конца дней? Меня снова затошнило. Лучше бы я тогда поцеловала Розарио. Молодого, красивого. Даже если я его ненавидела — это было бы лучше.
Я спустилась вниз, сжав зубы, чтобы не расплакаться. На лице — маска безразличия. Внутри — хаос.
Зал был наполнен людьми. Звенели бокалы, играла живая музыка, официанты в перчатках скользили между приглашёнными, разнося напитки и закуски. Здесь пахло сигарами, деньгами, грехом.
Я заметила светлое лицо Малены, которая, улыбаясь, направлялась ко мне.
— Ви, ты выглядишь... — она нахмурилась, взяла меня за руку. — Что-то случилось?
— Всё хорошо, — машинально ответила я. — Просто устала. — Она не поверила. Она слишком хорошо меня знала.Я услышала, как гул в зале утих — вошёл Адам. В тёмном костюме. Его лицо было мрачным и серьёзным. Его взгляд сразу упал на Малену, потом — на меня. Он заметил, как я побледнела, и нахмурился. Что-то в его лице изменилось. Он явно что-то знал. Он ведь главный Дон.Я отвела взгляд. Малена всё ещё наблюдала за мной.
— Ви, если тебе нехорошо, можем уйти в сторону? — Я кивнула. Мне действительно было не по себе. Я направилась за ней в конец зала.
— Этот приём для тебя, верно? Должность отца здесь ни при чём, — тихо сказала она, уводя меня в сторону.
— Малена, он... он хочет выдать меня замуж за... — паника накрыла меня, я не могла дышать. Моего плеча кто-то коснулся, не дав договорить.
— Виктория... Ты прекрасна. Какое счастье наконец встретить тебя лично. — Я почувствовала, как волна тошноты подкатила к горлу. Старый, лысый, с глазами извращенца, он смотрел на меня.
Малена незаметно сжала мою руку. Я взглянула на неё. Она застыла, смотря мне в глаза. Я сглотнула.
— Станцуем? — произнёс Фредерико. Но я была не в силах ответить. В конце зала стоял отец, не сводя с меня испепеляющего взгляда.
Ноги стали ватными, и я уже протягивала к нему руку, как появился Адам.
— Простите, синьор, но Виктория уже приглашена. — Я облегчённо выдохнула. Адам не сводил с меня взгляд.
Фредерико нахмурился, но отступил. Никто не осмелится перечить главному Дону Коза Ностры.
Я не верила в происходящее, пока Адам не подал мне руку.Малена не сводила глаз с Адама, она явно поняла, что сейчас происходит.
— Сеньор, можете пока станцевать со мной? — Малена наигранно улыбнулась. Господи, как же я её люблю...
Адам вывел меня в центр зала. Мы медленно двинулись под музыку. Его рука легла на мою талию с идеальной дистанцией.
— Ты ведь всё знаешь? — прошептала я, избегая его взгляда.Адам не сразу ответил. Его рука лежала на моей талии сдержанно, но в его движениях чувствовалась сталь.
— Да, — ответил он так же тихо. — Я знаю, что этот приём — не праздник в честь повышения. Я знаю, зачем ты в чёрном. И знаю, что тебя сюда заставили прийти.
— Зачем ты мне всё это говоришь? Ты ведь не можешь вмешаться.
— Не могу, — спокойно подтвердил он. — Но вмешаюсь. — Мои глаза блеснули, и я посмотрела на него. Всё из-за Малены. Он очень сильно любит её и устранит всё, что
может хоть чуть-чуть причинить ей боль.
— Это не ваша проблема, Адам. Спасибо. Но я не хочу, чтобы из-за этого пострадали другие. — Адам усмехнулся.
— Я знаю, о чем ты думаешь. Дело не только в Маленe, Виктория. Она даже не знала об этом до сегодняшнего момента. — Я отвернулась и посмотрела на Малену, которая танцевала со стариком. Она не сводила с меня обеспокоенный взгляд.
— Тогда в чём? Я тебе никто. Просто подруга твоей жены. Милосердие? Не поверю.
— Ты ошибаешься, Виктория. Ты не просто подруга моей жены. Ты — человек. Живая, честная, сильная. А ещё ты — часть жизни Малены. А значит, теперь и часть моей. — Адам взглянул на меня почти с теплом. — Я уважаю тебя, Виктория. Мафия — не про кровь. Не про кодексы. Это про то, кого ты готов защищать, даже если не обязан.
— Так значит, я твой друг? — Я впервые искренне улыбнулась за последнее время. Адам усмехнулся. Он дал понять, что считает меня своим другом, но в своем стиле. Мне было приятно слышать это.
— Возможно, это даже больше, чем дружба. Потому что я вижу в тебе себя. К отцам-тиранам я питаю особую ненависть.
— И как ты намерен помочь мне?
— Посмотри в угол зала, — сказал Адам, и я встала на носочки, чтобы посмотреть через его плечо. Мои глаза вспыхнули, когда я увидела его.Розарио. В тёмном костюме, с расстёгнутым воротом, он стоял с сигаретой во рту. Наши взгляды пересеклись. Наша первая встреча с того самого дня...