Глава 4
Четыре дня спустя Джису приехала в Лондон. Ее встретила в отеле Сюзи Харпер, элегантная брюнетка лет тридцати с небольшим. Она была старшим координатором Чон Чонгука.
— Мистер Чон поручил мне сделать так, чтобы вы насладились плавным переходом к городской жизни. Я распланировала ваш сегодняшний день. — Сюзи улыбнулась, обнажив ровные белые зубы. — Сначала вы поедете осматривать квартиру, которую выбрал для вас мистер Чон.
Плавный переход? Джису едва сдержала слезы. Эта женщина даже не представляла себе, какой резкий переворот произошел в ее размеренной жизни. Только сейчас Джису поняла, как счастлива она была, когда работала с растениями. В тот день, когда Чонгук приехал в питомник, ее отец переписал на его имя всю свою собственность. Вскоре после этого прибыл служащий из «Риалто», чтобы позаботиться о питомнике. Все произошло так быстро, что Джису была потрясена. Ей было очень тяжело отдать в руки других свое любимое дело. Кроме того, ей пришлось поспешно освободить квартиру над магазином. Новому управляющему было нужно жилье, и никого не волновало, что она все еще там жила. Поэтому ей пришлось на время перебраться в Олд-Ректори, что вызвало недовольство у всех, кроме ее отца.
Когда дочь заявила ему о том, что знает о его второй лондонской квартире, Ким Хэ Джон тяжело вздохнул.
— У меня были веские причины держать это в секрете. Минджи хотела, чтобы я продал ее и купил квартиру большей площади, а я собирался жить там на пенсии. Мной двигал не только эгоизм. Сейчас там живет пожилая дама. Срок аренды подходит к концу, и я беспокоился, что смена владельца заставит ее съехать.
— Но ты умолчал об этой квартире, хотя обещал предоставить полный список своего недвижимого имущества. Должно быть, это произвело плохое впечатление на юристов «Риалто», — неловко заметила Джису.
— Если я сам не позабочусь о своих интересах, кто еще это сделает? — возразил ее отец без малейшего сожаления. — Разумеется, я надеюсь, что, когда у тебя будет такая возможность, ты сделаешь все, чтобы решить наши проблемы.
Вспоминая этот разговор, Джису почувствовала, как ее напряжение усилилось. Беззаботность отца пугала ее. Дело было не только в том, что он, испытывая финансовые трудности, не устоял перед искушением и украл деньги у «Фернридж». Его проблема крылась гораздо глубже. Ему не хватало твердости характера. Это могло объяснить большое количество связей на стороне, которые причиняли ему неприятности в молодости. Возможно, она слишком быстро забыла об этом.
— Мы приехали. — Бодрый голос Сюзи отвлек Джису от тревожных мыслей. Выйдя из машины, она изумленно уставилась на роскошный особняк перед ней.
Сюзи с торжественным видом достала ключ и открыла внушительную парадную дверь.
— Это один из лучших домов в Лондоне.
Войдя в холл, Джису замерла на месте, восхищенно разглядывая мраморные колонны и витиеватую лестницу. В ее голове проносился поток вопросов. Но она была слишком смущена, чтобы обрушить его на свою спутницу, тем более подтвердить подозрения брюнетки насчет особых отношений Джису с ее богатым боссом.
— Это очень большой дом, и пусть вас не вводит в заблуждение его возраст. В нем самые современные системы кондиционирования и сигнализации с сенсорными панелями управления, — сказала Сюзи.
Затем она показала Джису бассейн в полуподвальном этаже, спортзал, винный погреб, кухню, оборудованную последними достижениями техники, и просторные комнаты с ванными на верхних этажах.
Джису заметила, что ее продолжительное молчание вызывает беспокойство у Сюзи.
— Сзади дома находится гараж на несколько машин, конюшня и домик для прислуги. Теперь позвольте показать вам сад, который, мне думается, представляет для вас наибольший интерес. Он большой и тенистый, расположен с южной стороны.
— Прошу меня извинить на несколько минут... э... э... мне нужно позвонить вашему боссу, — пробормотала Джису, направившись в одну из комнат на первом этаже. Там она достала из сумочки мобильный телефон и карточку, которую дал ей Чонгук.
Услышав его голос, она произнесла:
— Это Джису. Прости, что помешала.
— Совсем нет, дорогая, — сказал Чонгук, улыбаясь.
— Я сейчас осматриваю дом, который ты для меня выбрал. Я ничего не понимаю. Это же огромный особняк с восемью спальнями!
Чонгук повернулся в своем кресле и посмотрел в окно на панораму Манхэттена.
— Вся недвижимость, которой я пользуюсь, должна отвечать трем основным качествам: максимум простора, уединенности и безопасности.
— Да, но покупать дом стоимостью в несколько миллионов долларов при данных обстоятельствах настоящее безумие, если только... Ты ведь не собираешься жить вместе со мной? — ужаснулась Джису. Это было единственным объяснением подобной расточительности.
На другом конце линии повисла тишина. Чонгук стиснул свои ровные белые зубы. Дипломатичность не входила в число достоинств этой женщины. Неужели она совсем ничего о нем не знала? Неужели любопытство не побудило ее поискать информацию о нем в Интернете? Он не любил обязательств и не жил под одной крышей со своими любовницами.
— Разумеется, я не собираюсь жить вместе с тобой, — холодно произнес он. — Прости, если разочаровал тебя.
— Конечно, нет! — радостно воскликнула Джису, не замечая, что это прозвучало довольно пренебрежительно. — Мы совершенно не подходим друг другу. Но я все равно не понимаю, зачем тебе понадобилось покупать такой дорогой дом, если ты не собираешься в нем жить? Тебе не стоило так беспокоиться.
Глаза Чонгука сверкнули золотом.
— Наверное, ты бы хотела, чтобы я всякий раз снимал для нас номер в дешевом отеле с почасовой оплатой!
Джису промолчала. Она пришла в ужас, когда обнаружила, что дрожит всем телом. Очевидно, ее честность не имела для него никакого значения.
Она разозлила его и решила сдержаться, боясь окончательно вывести его из себя. Но, по ее мнению, покупка шикарного дома в Челси никак не влияла на характер их отношений, поэтому, сними он для нее номер дешевом отеле, она не стала бы возражать. Только бы все это поскорее закончилось.
— Но я настаиваю на том, чтобы ты жила в роскошном особняке, пусть даже наша связь продлится совсем недолго. Ты меня поняла? — произнес он тоном, не терпящим возражений.
— Да, — безразлично ответила Джису.
— Мне нужно работать. Увидимся, когда я вернусь в Лондон. — Чонгук отключил связь. Он был чертовски зол на Джису. Ожидал, что она будет вне себя от радости, когда увидит дом с великолепным садом. Он лично его выбрал. Разве он прежде прилагал такие усилия ради женщины?
***
Когда Джису снова присоединилась к Сюзи, та повела ее в прекрасный сад — оазис прохлады и спокойствия посреди огромного города. У нее на глаза наворачивались слезы. Она все еще не могла прийти в себя после разговора с Чонгуком. Она не совершит два раза подряд одну ошибку и не станет снова ему звонить. Чонгук считал, что ее мнение не имеет значения, если не совпадает с его. Нельзя забывать об этом впредь.
После этого они отправились в гостиницу для животных, где для Дальгом был уже забронирован номер с подогревом пола, миниатюрной кроваткой и видеокамерой, подключенной к Интернету. Правда, все это не произвело на Джису особого впечатления. Ей обещали, что за ее питомцем будет должный уход, но она решила пользоваться услугами гостиницы лишь во время посещений Чонгука. Судя по замечаниям Сюзи относительно напряженного графика ее босса, они будут нечастыми.
***
Неделю спустя Джису думала о предстоящей встрече с Чонгуком и ее возможных последствиях. Поздний ленч и что потом? Прогнав прочь неприятные мысли, она принялась изучать свое отражение в зеркале.
Элегантное белое платье с черным кантом подчеркивало достоинства ее фигуры. Оно было из коллекции известного кутюрье, как и другие наряды, выбранные для нее консультантом по моде, которому было поручено обновить ее гардероб. После утреннего посещения салона красоты Джису с трудом себя узнала. Ее тёмные вьющиеся волосы были распрямлены и спадали на плечи гладким блестящим каскадом, лицо было искусно накрашено, а брови выщипаны и уложены в идеальные дуги. Она очень походила, на куклу с большими синими глазами и пухлыми розовыми губами.
Джису всегда предпочитала моде естественность и практичность. Из косметики она лишь изредка пользовалась тушью для ресниц и губной помадой. Чонгук познакомил ее с миром моды и красоты, в котором внешность имела первостепенное значение. Для нее это было настоящим адом. Она возненавидела накладные ногти и чувствовала себя очень неудобно в белой одежде, постоянно боясь, что может ее испачкать. Но, несмотря на это, с ее ярко накрашенных губ не слетело ни слова жалобы. Один-единственный звонок Чон Чонгука послужил для нее хорошим уроком. Что она предпочитала и было ли ей комфортно в новом облике, его не интересовало. Весь этот маскарад был затеян лишь ради удовлетворения его тщеславия.
— Машина прибыла, — сказала экономка, открывая входную дверь. Джису жила в особняке уже два дня, но все равно чувствовала себя там гостьей. Ее новый дом был обставлен и оборудован без ее участия.
Джису села в поджидавший ее лимузин, негодуя на себя за то, что нервничает перед предстоящим обедом. Но неужели Чон Чонгук думал, что она сможет что-нибудь проглотить, когда все вокруг будут таращиться на нее? Когда зазвонил ее сотовый, у нее внутри все упало. Это был Чонгук.
— Кажется, мне придется немного задержаться, — мрачно произнес он. — Авиадиспетчеры объявили однодневную забастовку.
— О боже....
— Dannazione. Мне очень жаль. Я с нетерпением ждал нашей встречи, — отрывисто произнес он, подозревая, что ее мягкий ответ не содержал ни малейшего намека на разочарование. — Я позвоню, когда что-нибудь станет известно.
Джису распорядилась, чтобы шофер отвез ее в гостиницу для животных. По дороге она представила себе красивое лицо Чонгука, напряженное от ожидания. Его образ прочно засел в ее памяти, и его было невозможно оттуда изгнать. Она осознала, что разрывается между двумя различными реакциями. С одной стороны, это было неожиданное разочарование, с другой — чувство беспомощности и облегчения. Откуда только взялось это сожаление? Что с ней такое творилось? Да, Чонгук был чертовки привлекательным мужчиной и в то же время опасным, словно затаившийся грациозный леопард. Впрочем, что касалось личных качеств, он был настоящим мерзавцем. Как могла она, зная об этом, находить его привлекательным? Телефон зазвонил снова. Джису напряглась, но тут же расслабилась, обнаружив, что это был Тэхён.
— Я попробовал дозвониться тебе домой и наткнулся на твою мачеху. Выудить из нее информацию было непросто. Когда это ты успела переехать в Лондон и закрутить роман с парнем, о котором я даже не слышал?
Джису поморщилась.
— Я переехала на этой неделе. Мы начали встречаться совсем недавно.
— Какая импульсивность! Это совсем на тебя непохоже. Должно быть, все дело тут в безудержной страсти. Тебе как раз ее не хватает, — весело произнес Тэхён. — Послушай, завтра я прилетаю, чтобы встретиться с новым клиентом. Мне бы хотелось встретиться с тобой вечером. Мы могли бы сходить в клуб.
Джису просияла.
— С удовольствием. Ты надолго задержишься?
— Нет. Мне нужно будет вернуться в Германию, чтобы доделать проект парка.
Обрадованная предстоящей встречей с Тэхеном, Джису пружинящей походкой вошла в здание гостиницы для животных. Хотя она рассталась с Дальгоми только вчера вечером, они уже успели соскучиться друг по другу. Уговорив своего любимца поесть, Джису поиграла с ним и вывела его на прогулку. Она порадовалась, что может хоть чем-то себя занять. Безделье нагоняло на нее тоску. Она уже было собралась взять собаку домой, как шофер передал ей, что Чонгук собирается встретиться с ней вечером в эксклюзивном ресторане. Не готовая к этому, Джису снова поддалась панике...
***
Несмотря на долгий, утомительный перелет, Чонгук чувствовал, как у него внутри бурлит энергия. Обстоятельства вынудили его задержаться за границей дольше, чем он рассчитывал, и ему не терпелось поскорее увидеть Джису. Это было новое волнующее ощущение.
— Мисс Ким приехала, босс, — сообщил Франко, начальник его охраны, подойдя к его столику.
Чонгук слышал восхищенные вздохи и ропот одобрения, сопровождавшие появление Джису. От ее поразительной красоты у него перехватило дыхание. Однако он быстро пожалел о произошедших с ней переменах. Ему нравились ее буйные кудри и естественное сияние кожи. Впрочем, от искусственного лоска в ее облике мало что осталось. Ее блестящие тёмные волосы растрепались от ветра, на белоснежном подоле платья виднелись отпечатки собачьих лап. Чонгук поднялся и поприветствовал ее с улыбкой, в которой не было привычного цинизма.
Зачарованная его широкой белозубой улыбкой на фоне оливковой кожи, Джису не могла отвести от него глаз. Сейчас он был красивее, чем когда бы то ни было. Все женщины в ресторане украдкой посматривали в его сторону. Впрочем, если бы поблизости находился Тэхён, она бы не заметила бы Чонгука, твердо сказала себе девушка. Опускаясь на стул напротив него, Джису покраснела от смущения.
— Не думала, что тебе вообще удастся сегодня вернуться, — призналась она, заметив, что их столик был расположен, особняком от других.
Когда их взгляды встретились, у нее перехватило дыхание.
— Я хотел быть с тобой, а когда я чего-то хочу, то ни перед чем не останавливаюсь.
Джису поспешно опустила глаза, почувствовав, как сжимаются ее внутренние мускулы от повисшего в воздухе сексуального напряжения.
— Это твой рецепт успеха?
— Для меня это было бы слишком предсказуемым. Я люблю борьбу, gioia mia.
Когда им налили шампанское, Джису взяла свой бокал и, сделав несколько глотков, принялась изучать меню. Чонгук начал рассказывать ей о Париже, и она с удивлением отметила про себя, что он был интересным и остроумным собеседником. Увлеченная его рассказом, она больше пила, чем ела, и наконец шампанское лишило ее остатков скованности.
— Почему ты не ешь? — спросил Чонгук.
— Я ничего не хочу. — Кроме тебя, подсказывал внутренний голос вопреки здравому смыслу, который обычно не давал ей совершать опрометчивых поступков. Это было совсем на нее не похоже, но она не могла отвести взгляд от его глаз, обрамленных угольно-черными ресницами, оливковой кожи, потемневшего от пробивающейся щетины подбородка и красивого чувственного рта. Чувствуя каждой клеточкой своего тела сексуальное напряжение, Чонгук отодвинул в сторону тарелку. Наконец-то ему удалось всецело завладеть ее вниманием, и он решил немедленно приступить к действию. Взяв ее за руку, он хрипло произнес:
— Пошли...
— Но мы еще не закончили, — произнесла Джису дрожащим голосом.
Чонгук помог ей подняться. От его взгляда цвета расплавленного золота у нее подкашивались колени.
— Мы даже еще не начинали, дорогая.
Когда Чонгук положил руку ей на талию и повел ее к выходу, от Джису не укрылись любопытные взгляды других посетителей. С удивлением она обнаружила, что спрашивает себя, был ли Чонгук во время отъезда с другой женщиной. Почему-то при этой мысли у нее внутри образовалась пустота.
Открыв для нее дверцу лимузина, он пропустил ее вперед, затем сел рядом и притянул ее к себе. Мгновение спустя его жаркие губы обрушились на нее в страстном поцелуе, от которого кровь закипела в ее жилах. Ей не хватало воздуха, но он становился все настойчивее. Когда его язык ворвался в глубь ее рта, она забыла обо всем, кроме переполнявшего ее желания.
Наконец он сжалился над ней и позволил ей отдышаться, однако это вызвало у нее разочарование. Она озадаченно уставилась на него своими голубыми глазами.
— Ты удивительная, — промурлыкал Чонгук. — Я знал об этом с самого начала.
Джису опустила ресницы. В считанные секунды он заставил ее изменить мнение о самой себе. Ее тело жаждало принадлежать ему, и это ее потрясло. Грудь набухла, соски начало покалывать, пульсация между бедер усилилась. Она хотела его. Он заставил ее его хотеть. Конечно, во всем было виновато шампанское, оправдывалась она перед собой. Но разве это было плохо? Разве не лучше было извлечь пользу из неприятной ситуации, чем пытаться сопротивляться неизбежному?
Чонгук почувствовал, как она дрожит, и это вызвало у него раздражение, как многое в последнее время. Бессонные ночи, когда он, сгорая от желания, ворочался с боку на бок, плохо сказались на его настроении. Он не привык ждать женщину, но и животным тоже не был. Джису была девственницей. Он это понял сразу же, как только ее увидел. Его настойчивость напугала ее. Но почему это должно было его беспокоить? Она привыкла жить в своем замкнутом мирке, и столкновение с реальным миром лишь закалит ее характер.
В холле дома в Челси она неуверенно посмотрела на него своими карими глазами. Чонгук взял ее руку в свою.
— Ты лишаешь меня сна, — усмехнулся он. — Ты представляешь серьезную угрозу для моего здоровья.
У Джису немного кружилась голова от шампанского. Все мысли спутались, но, когда она увидела муку в глубине его глаз, у нее внутри словно что-то перевернулось. Сама того не осознавая, она подняла руку и нежно провела ею по его щеке. В следующую секунду его глаза потемнели, и она замерла в нерешительности.
— Мой бог, — хрипло произнес Чонгук, взяв в ладони ее лицо. — Если мы не поторопимся, я сейчас умру от желания.
Затем он нежно ее поцеловал, рассеяв остатки сомнений. Джису запретила себе о чем-либо думать, когда он наклонился и, подняв на руки, словно пушинку, понес ее вверх по лестнице.