Письма.
«Я только ступила на землю с судна.Дорога отняла у мня много сил и эмоций, я опустошена изнутри, сил совсем не осталось.Я и подумать не могла, что моя жизнь перевернется с ног на голову и у моей любви будет такой исход.Михримах, будь аккуратна, Султан знает о каждом шаге, не важно, был ли этот шаг сделан месяц назад или только будет сделан.Будь очень осторожна и не забывай докладывать мне о намерениях Хатидже, любое подозрительное действия описывай мне, мне важно знать, что Ибрагим не променяет нашу с ним любовь.
Всей душой люблю вас, Михримах-султан!
Твоя сестра.»
—Даже через это небрежно написанное письмо, ощущается ее сломленность.—тяжело выдохнула Михримах, сворачивая пергамент.—Передай это Ибрагиму, без лишних глаз.—дочь падишаха передала второй сверток пергамента в руки Рустема-паши, озираясь по сторонам.Безлюдная вечерняя роща наполнялась трелью ночной птицы и шумом макушек деревьев от холодных порывов ветра.
—Если Султан обо всем знает, то почему исполнил наказание только для Мирай и Ибрагима? —задался вопросом паша, пряча письмо во внутренний карман кафтана.
—Не переживай, наша учесть не далека.—разочарованно произнесла она и двинулась в сторону выхода из рощи.
—Может нам следует самим выйти на ковер перед Султаном? Во всем сознаться, раскаяться и молить о помиловании?
—Отец сейчас в ярости, это только усугубит сложившуюся ситуацию.Сейчас нам следует держать дистанцию, не подставлять себя.Без встреч и взглядов, без улыбок друг другу.
—Я понял вас, госпожа.—он поклонился, смотря в след уходящей Михримах.
Рустем тихо постучал в покои Ибрагима поздней ночью, ожидая ответ переминаясь с ноги на ногу.Он боялся быть раскрытым, ведь Султан запретил высылать письма двум влюбленным, ссылаясь на наказание.
Ибрагим сонный распахнул двери в покои и удивился, когда на пороге увидел друга, который оглядывался по сторонам.Без приглашения войти, он протолкнул Ибрагима, заставляя его пятиться назад и закрыл за собой дверь.
—Паша, —махнул головой в недоумении Паргали, —что происходит?
Рустем молча выудил из пазухи пергамент и вложил в руку Ибрагима, перед этим раскрыв ее ладонью вверх.
—Совершаю преступление.—добавил он.—Если решишься написать обратное письмо, отдай стражнику, что находится в дальнем коридоре нижнего этажа с шифровкой «служебное», в ответ он должен сказать: «паша, будет доставлено лично в руки».Благоприятный день для передачи-вечер воскресенья, если придет письмо тебе, как только он завидит тебя, даст знать шифровкой:"прекрасная сегодня погода, паша, не правда ли?».Награди его золотыми, и не жалей, он рискует своей головой.—после быстрого повествования, Рустем поспешил выйти из покоев, оставляя Ибрагима одного переваривать информацию.
После того, как ступор отпустил мужчину, он сел за письменный стол и зажег свечу.
Дрожащими руками он раскрыл пергамент и сфокусировал размытый взгляд на тексте.
«Здравствуй, Ибрагим.Я прибыла в место своей ссылки и страшит меня не это слово, а расстояние, что разделяет нас.Я до последнего буду винить себя и свое легкомысленное поведение, которое привело нас к тому, что мы пережили и что еще следует пережить.Дворец, который теперь служит мне местом заточения до тошноты отсыревший, а сухая лоза лиан оплела фасад, словно это место служит убежищем для ведьм.Но это все пустяки по сравнению с тем, что я не смогу вас больше видеть рядом и ощущать ваше присутствие.И это хуже, чем казнь.Лучше умереть и не чувствовать это изнуряющее чувство, которое с каждым разом становится все невыносимей, смешиваясь с отчаянием и тоской.Возможно, вы сумеете приобрести новое счастье с другой девушкой, сможете полюбить заново и создать семью, жить так, как не можете со мной.И я не буду против, а наоборот, буду рада за вас, что вы смогли пережить этот переломный момент и ту любовь, которая чуть не отняла у вас жизнь.Прошу, простите меня за все, Ибрагим.Я люблю вас и очень тоскую по вам.
Дорогому Ибрагиму.
Ваша Мирай.»
—Разве мое сердце сможет полюбить кого-то еще, кроме вас, моя госпожа? —тихо прошептал Ибрагим, не выпуская из рук письмо.Он еще долго перечитывал написанное на пергаменте, не заметив как пролетело время и небо начало играть розовыми красками рассвета.Жизнь словно сменила направление и текла в неизвестность, которая пугала.Падишах не сможет простить случившегося, а значит жизнь не станет прежней.
Время неумолимо текло вперед, унося все дальше от всего, что случилось.Топкапы потихоньку вливались в привычную рутину, отпуская тот неприятный инцидент.Кто-то усмехался с глупости двух влюбленных и не ощущал ни капли сожаления, кто-то наоборот испытывал горькую жалость и искренне переживал за будущее и Мирай, и самого Ибрагима, которого Султан совсем не жалел и загружал его работой, которой было слишком много, да так много, что мужчина мог не спать по несколько суток, лишь бы не подводить себя перед падишахом, потому что он итак в его глазах заметно упал.Это ощущается и в разговоре и по отношению.
Шла активная подготовка к походу, который должен осуществиться уже через пару дней и неизвестно сколько продлиться.
Мирай сдавала позиции и в эмоциях, и в здоровье.Она не жалея себя морила голодом свой организм, а когда все-таки ее заставляли принять хотя бы немного пищи, ее тут же рвало, снова вернулись в прежнюю частоту приступы, после которых девушка просыпала по несколько суток.Словно весь гнев Аллаха обрушился на двух влюбленных, доставляя кучу неприятностей.