Между приливом и отливом

Камера в участке пахла дезинфекцией и потом. Джей-Джей сидел на узкой скамье, прислонившись к холодной стене, и на его лице играла довольная ухмылка. Он взял вину на себя, спас Поупа от тюрьмы – и это того стоило. Пусть копы думают, что он виноват в потоплении лодки Рейфа. Пусть.

Дверь с лязгом открылась.

– Пойдем, Мэйбанк, – проворчал офицер. – Тебя забирают.

В коридоре его ждал отец. Люк Мэйбанк выглядел трезвым, что было плохим знаком – значит, он еще не успел напиться после работы, а злость копилась целый день.

Они молча дошли до пикапа. Только когда Люк завел двигатель, он заговорил:

– Тридцать тысяч долларов.

Джей-Джей нахмурился:

– Что?

– Лодка Кэмерона стоила тридцать тысяч. Теперь я должен их найти, – голос отца был ровным, но в нем чувствовалась скрытая ярость. – И угадай, кто мне их заплатит?

– Слушай, пап, может не стоит...

– Заткнись.

Дорога домой прошла в гнетущей тишине. Джей-Джей смотрел в окно, а в груди нарастал знакомый холодок – предчувствие беды.

Дома все пошло по накатанной. Отец схватил бутылку виски, сделал несколько глотков, и его лицо исказилось.

– Ты понимаешь, что наделал? – он приближался к Джей-Джею, пошатываясь. – Уорд Кэмерон звонил мне лично. Лично! Требует компенсацию.

– Пап, может, мы что-то придумаем...

– Придумаем? – Люк рассмеялся, но смех был злой. – А что ты можешь придумать, а? Ты же ничего не умеешь, кроме как создавать проблемы!

Джей-Джей попытался отшутиться:

– Ну, по крайней мере, я не сижу дома и не пью с утра до вечера...

Удар пришелся в живот. Джей-Джей согнулся, задыхаясь, но отец не остановился. Второй удар – в лицо. Третий – снова в корпус.

– Не смей мне перечить! – кричал Люк, и с каждым словом бил сильнее. – Не смей!

Джей-Джей упал на пол, прикрывая голову руками. Удары сыпались градом – кулаками, ногами, даже пустой бутылкой. Это было не впервой, но сегодня отец словно сорвался окончательно.

– Ты – ничтожество! Как и твоя мать! Она тоже только проблемы создавала!

Когда Люк наконец устал, Джей-Джей лежал на полу, весь в синяках и ссадинах. Губа была разбита, под глазом наливался фингал, ребра ныли от боли.

– Найди эти тридцать тысяч, – сказал отец, уходя в свою комнату. – Иначе в следующий раз будет хуже.

Джей-Джей с трудом поднялся, вытер кровь с губы. В зеркале на него смотрел побитый подросток с потухшим взглядом. Он вышел из дома, не оглядываясь.

Слезы жгли глаза, но он их не пускал. Никогда не пускал. Его взгляд стал холоднее льда.

***

В убежище живцов было непривычно тихо. Обычно здесь царил дружеский хаос – смех, музыка, болтовня. Но сегодня атмосфера была напряженной, как туго натянутая струна.

Джон Би расстелил на столе несколько карт и бумаг, найденных в затонувшем судне. Его глаза горели от возбуждения.

– Смотрите, – он показывал на старые отметки. – Здесь помечены координаты. Если мы правильно расшифруем...

– Джон Би, – перебила его Киара, скрестив руки на груди. – Мне не нравится эта история с Сарой Кэмерон.

– Что ты имеешь в виду?

– А то, что она – акула. Дочь Уорда Кэмерона. Ты правда думаешь, что она тебе поможет просто так?

Поуп поежился. Он сидел чуть в стороне, явно разрываясь между лояльностью к Джону Би и здравым смыслом.

– Ки права, – сказал он наконец. – Кэмероны – не наши друзья. Никогда ими не были.

Ари молча наблюдала за спором, сидя на подоконнике. Ее взгляд был задумчивым, почти отстраненным. В такие моменты она предпочитала слушать и анализировать, а не встревать в эмоциональные дискуссии.

Джей-Джей вошел в убежище тихо, почти незаметно. Его лицо было разбито, синяки проступали сквозь загар. Он опустился в кресло в углу и ничего не сказал.

– Джей! – Киара ахнула, увидев его состояние. – Что случилось?

– Ничего особенного, – буркнул он, не поднимая глаз.

– Это твой отец? – спросил Поуп.

Джей-Джей только пожал плечами. Тема была закрыта.

Поуп почувствовал вину. Из-за его действий друг пострадал.

– Джей, если нужна помощь...

– Мне не нужна жалость, – отрезал Джей-Джей. – Давайте лучше сосредоточимся на плане. Что там с Кэмерон?

Повисла неловкая пауза. Ари спрыгнула с подоконника и подошла к Джей-Джею.

– Отодвинься, – сказала она без лишних эмоций.

– Что?

– Я сказала – отодвинься. Нужно обработать раны.

Из своей сумки она достала небольшую аптечку. Джей-Джей хотел было возразить, но ее взгляд не терпел возражений.

– Ари права, – поддержал Поуп. – Нужно дезинфицировать, иначе воспалится.

Пока Ари осторожно обрабатывала разбитую губу Джей-Джея, остальные вернулись к обсуждению.

– Сара обещала помочь, – настаивал Джон Би. – У нее есть доступ к архивам семьи. К документам.

– А что она захочет взамен? – спросила Киара. – Акулы просто так не помогают живцам.

– Может быть, не все они одинаковые, – тихо сказала Ари, приклеивая пластырь на бровь Джей-Джея.

– Ты ее защищаешь? – удивилась Киара.

– Я не защищаю, – Ари пожала плечами. – Просто говорю, что судить о человеке только по району, где он живет, – глупо.

Киара нахмурилась, но промолчала. Между девушками пробежала искра недопонимания.

Поуп вздохнул:

– В любом случае, нам нужно быть осторожными. Если что-то пойдет не так...

– Мы справимся, – твердо сказал Джон Би. – Мы же живцы. Мы всегда справляемся.

Джей-Джей усмехнулся, но в его глазах не было прежнего огонька. Драка с отцом выбила из него что-то важное.

– Ладно, – сказал он. – Что нужно делать?

***

Внешний район шумел от предвкушения. До бала «Midsummers» оставалось несколько часов, и вся Восьмёрка готовилась к главному светскому событию сезона. Дорогие машины сновали между особняками, флористы и кейтеринговые компании работали не покладая рук.

Для богатых это был парад тщеславия – шанс показать свой статус, завязать нужные знакомства, продемонстрировать семейные традиции. Для живцов – возможность заглянуть в мир, который обычно был для них закрыт.

Киара получила приглашение от родителей – те настояли на том, чтобы дочь «восстановила связи с приличным обществом». Ари тоже пригласили – так как её отец был достаточно влиятельной личностью, поэтому она была желанной гостьей на подобных мероприятиях.

– Не могу поверить, что мне придется надеть платье, – ворчала Киара, разглядывая приглашение.

– Зато у нас будет возможность разведать обстановку, – сказала Ари. – Узнать, что планируют Кэмероны.

– А как же мы? – спросил Джей-Джей.

– Поуп будет там работать, помогает отцу с продуктами, – объяснил Джон Би. – А ты...

Он на секунду замялся, потом отвел Джей-Джея в сторону и что-то тихо сказал ему на ухо. Остальные не слышали разговора, но по лицу Джей-Джея было понятно, что Джон Би попросил его о чем-то важном.

– Отлично, – Джей-Джей криво усмехнулся, возвращаясь к компании. – Значит, я буду развлекаться.

– Планы у параноиков, – сказала Ари, когда Поуп поинтересовался, есть ли у них какая-то стратегия. – У меня есть интуиция.

Джей-Джей фыркнул:

– Надеюсь, твоя интуиция не подведет. Мне не хочется снова провести ночь в камере.

– А тебе не хочется провести ее дома? – спросила Ари без обиняков.

Воцарилась тишина. Джей-Джей стиснул зубы, но ничего не ответил.

Киара бросила на Ари осуждающий взгляд – некоторые темы лучше не затрагивать.

***

К вечеру особняк семьи Кэмеронов сиял как драгоценный камень в летней ночи. Китайские фонарики освещали идеально подстриженные газоны, струнный квартет играл Вивальди, а гости в дорогих нарядах неспешно прогуливались по террасам.

Ари появилась в темно-синем платье, которое подчеркивало ее фигуру, но не было вызывающим. Она умела одеваться так, чтобы выглядеть элегантно, не привлекая лишнего внимания. Ее волосы были собраны в низкий пучок, а единственным украшением служили небольшие жемчужные серьги.

Она неспешно поднялась по ступеням главного входа.

– Ари! – услышала она знакомый голос.

Сара Кэмерон приближалась к ней, улыбаясь. Она была в белом платье, которое делало ее похожей на принцессу из сказки. Но в ее глазах не было высокомерия, только искренняя радость.

– Привет, Сара, – ответила Ари, слегка улыбнувшись. – Красивая вечеринка.

– Спасибо. Рада, что ты пришла, – Сара чуть помедлила. – Ты отлично выглядишь.

– Ты тоже.

Они обменялись несколькими любезностями о музыке и декорациях, но разговор был прерван появлением Киары.

– Ари! – окликнула Киара, подходя к ним.

Киара была в изумрудном платье, которое великолепно смотрелось на ее темной коже. Ари извинилась перед Сарой и подошла к подруге.

– Как ты?

– Нормально. Поуп где-то разносит подносы с закусками, выглядит довольным. По крайней мере, здесь хорошо платят.

– Где Джей-Джей? – спросила Ари.

– Пока не видела. Наверное, еще добирается.

Вечер шел своим чередом. Гости пили шампанское, обсуждали дела и сплетни, танцевали под живую музыку. Поуп мелькал между столиков с подносами, стараясь оставаться незаметным.

И вот, когда вечеринка была в самом разгаре, в толпе показался Джей-Джей. Он пробирался между гостей, и его потрепанная одежда хоть и была приведена в относительный порядок, все равно выделяла его среди нарядной публики.

– Наконец-то, – проговорила Киара, заметив его. – А я уже думала, он передумал приходить.

Джей-Джей заметил их и направился в их сторону, но тут его путь пересекли Рейф, Топпер и несколько их приятелей. Все они были подвыпившие и настроенные агрессивно.

– Смотрите-ка, кто пожаловал, – протянул Рейф. – Мэйбанк решил посетить приличное общество.

– Отвали, Рейф, – буркнул Джей-Джей, пытаясь пройти мимо.

– А я думаю, нет, – Рейф преградил ему дорогу. – Ты здесь не приглашенный гость. Тебе здесь не место.

Остальные парни окружили Джей-Джея, отрезая пути к отступлению. Ситуация накалялась.

– Рейф, хватит, – вмешалась Сара.

– Нет, сестренка. Пусть Мэйбанк знает свое место, – Рейф приблизился к Джей-Джею. – И кстати, передай своей подружке Ари, что она слишком лакомый кусочек для живцов.

Эти слова ударили Джей-Джея как пощечина. В его глазах вспыхнул гнев – не только на Рейфа, но и на всю несправедливость мира, на отца, на собственную беспомощность.

– Заткнись, – прошипел он.

– Что ты сказал?

– Я сказал – заткнись!

Джей-Джей со всей силы ударил Рейфа в челюсть. Тот отлетел назад, врезался в стол с напитками. Началась потасовка.

Топпер и другие парни набросились на Джей-Джея, но тот дрался как загнанный зверь. Синяки, полученные от отца, только добавляли ему злости.

– Хватит! – кричала Сара.

Прибежала охрана, стали разнимать дерущихся. Джей-Джея схватили за руки, но он продолжал вырываться.

– Отпустите меня! – орал он. – Вы все лицемеры! Ваши деньги грязные! Ваш мир – ложь!

Его слова разносились по всему особняку. Гости с осуждением смотрели на этого безумного подростка, который посмел нарушить их идеальный вечер.

– Вы живете в придуманном мире! – продолжал кричать Джей-Джей. – Думаете, что лучше нас, но вы просто трусы в дорогих костюмах!

Охранники тащили его к выходу, но Джей-Джей обернулся и крикнул:

– Ки! Поуп! Ари! Пойдемте отсюда! Нам здесь не место!

Повисла тишина. Все смотрели на девушек, ожидая их реакции. Родители Киары выглядели возмущенными. Гости шептались между собой.

Ари посмотрела на Сару:

– Извини. Было приятно поговорить.

Она развернулась и пошла к выходу. За ней последовала Киара, не обращая внимания на крики матери. Поуп снял фартук официанта, бросил его на поднос и тоже направился следом.

Их уход стал настоящим протестом. Не просто против правил этикета, а против всей системы, которая делила людей на достойных и недостойных.

***

Они добрались до старого дока у болота, когда адреналин наконец начал спадать. Поуп и Киара ушли к фургону проверить, что с двигателем, а Джей-Джей остался один на краю пирса, закурив и глядя в темную воду.

Ари подошла к нему медленно, сердце колотилось не от побега, а от того, что предстояло сказать.

– Джей-Джей?

Он не обернулся.

– Слушай, я... то, что я сказала раньше, про дом... – Ари запнулась, подбирая слова. – Это было неправильно.

Джей-Джей затянулся сигаретой, выпустил дым в ночное небо.

– Забей.

– Нет, не забью. – Ари села рядом с ним, не глядя в его сторону. – Я знаю, что у тебя дома все плохо. И я знаю, что последнее, чего ты хочешь – это чтобы кто-то тыкал тебя этим носом.

Джей-Джей молчал, но она видела, как напряглись его плечи.

– Я делаю это постоянно, – продолжила Ари тихо. – Говорю правду, когда людям больно ее слышать. Думаю, что так честнее, что так лучше. Но иногда правда – это просто способ причинить боль и сделать вид, что ты прав.

– Мне действительно не хочется идти домой, – глухо сказал Джей-Джей.

– Я знаю. – Голос Ари дрогнул. – И мне не нужно было говорить это вслух. Особенно перед всеми.

Джей-Джей наконец повернул голову, посмотрел на нее. В лунном свете его лицо казалось измученным.

– Почему ты это сделала? Зачем сказала?

Ари стиснула руки в кулаки, пытаясь найти честный ответ.

– Потому что... – Ари помолчала, подбирая слова. – Потому что иногда я живу только в своей голове. Я вижу проблему, анализирую ее, и мне кажется, что если я скажу все как есть, то это поможет. А то, что при этом кому-то может быть больно... я просто не думаю об этом в тот момент. Как будто забываю, что вы не просто персонажи в моей голове, а живые люди с чувствами.

– Это глупо, – тихо сказал он.

– Знаю. – Ари посмотрела на него. – Прости меня, Джей-Джей. Я не хотела ранить тебя. Ты... ты важен для меня. И то, что происходит у тебя дома, это несправедливо, и ты не заслуживаешь этого.

Он долго молчал, потом бросил окурок в воду и вздохнул.

– Окей.

– Окей?

– Окей, я принимаю твои извинения. – Джей-Джей посмотрел на нее боком. – Но больше так не делай. Если тебе страшно за нас, просто скажи, что тебе страшно. Не нужно... не нужно превращать это в оружие.

Ари кивнула, чувствуя, как что-то сжатое в груди наконец расслабилось.

– Не буду. Обещаю.

Они сидели в тишине, слушая плеск воды. Где-то вдалеке Поуп ругался с заглохшим двигателем фургона.

– Знаешь, – тихо сказал Джей-Джей, – иногда мне действительно кажется, что тюрьма была бы лучше дома.

Ари повернулась к нему, но он продолжил:

– Но тогда я бы не смог быть здесь. С вами. И это... это единственное, что имеет смысл.

Она протянула руку и осторожно коснулась его плеча.

– Ты всегда можешь остаться у нас. У меня, у Киары, у Поупа. Ты же знаешь это, да?

Джей-Джей накрыл ее руку своей.

– Знаю. Спасибо, Ари.

– За что?

– За то, что извинилась. И за то, что... за то, что ты есть. Даже когда ты говоришь неправильные вещи в неправильное время.

***

Джон Би ждал на частном балконе особняка, откуда открывался вид на океан. Записка, которую Джей-Джей должен был передать Саре, содержала просьбу о встрече именно здесь, подальше от посторонних глаз.

Он нервно расхаживал по небольшому пространству, прислушиваясь к звукам вечеринки внизу. Крики и шум потасовки уже стихли, но в воздухе все еще чувствовалось напряжение.

– Джон Би?

Он обернулся. Сара поднималась по узкой лестнице, ведущей на балкон. В свете луны ее белое платье казалось серебряным.

– Сара, – он облегченно выдохнул. – Ты пришла.

– Конечно пришла, – она подошла к нему. – Твой друг... Джей-Джей? Он в порядке?

– Джей крепкий орешек. Справится.

Между ними повисла пауза. Они стояли совсем близко, и Джон Би чувствовал знакомое головокружение от ее близости.

– У тебя есть карта? – спросил он.

Сара кивнула и достала из маленькой сумочки сложенный лист бумаги:

– Я нашла ее в архивах отца. Это копия старинной карты торговых путей. Здесь отмечены затонувшие корабли у берегов острова.

Джон Би развернул карту, изучая отметки при лунном свете:

– Это... это невероятно.

– Ты думаешь, твой отец действительно нашел его?

– Я уверен, – он посмотрел на нее. – Сара, я не знаю, как тебя благодарить. Ты рискуешь ради меня, а мы едва знакомы.

– Не едва, – тихо сказала она. – Я чувствую, что знаю тебя давно.

Она приблизилась к нему, и Джон Би почувствовал, как его сердце забилось чаще. В ее глазах было что-то, что заставляло его забыть обо всем остальном.

– Сара...

– Знаю, – прошептала она. – Мы из разных миров. Но иногда миры могут пересекаться.

Они были уже совсем близко, когда резкий голос разрушил момент:

– Что здесь происходит?!

Топпер стоял в дверном проеме, его лицо было красным от гнева и алкоголя.

– Топпер, – Сара отступила от Джона Би. – Это не то, что ты думаешь.

– Не то?! – он подошел ближе, пошатываясь. – Ты обнимаешься с этим оборванцем!?

– Эй, полегче, – Джон Би выставил руку вперед. – Мы просто разговаривали.

– Разговаривали? – Топпер засмеялся неприятно. – Да ты даже близко не должен находиться к ней! Ты понимаешь, кто она такая? А кто ты?

– Топпер, остановись, – Сара попыталась встать между ними.

– Нет, пусть скажет! – Топпер ткнул пальцем в сторону Джона Би. – Скажи ей, что ты из себя представляешь! Сын пропавшего пьяницы, который живет в развалюхе и ворует у туристов!

Джон Би сжал кулаки:

– Забери свои слова обратно.

– А что ты сделаешь? – Топпер приблизился вплотную. – Побьешь меня? Докажешь, что ты такой же дикарь, как и все живцы?

– Хватит! – крикнула Сара.

Но было поздно. Джон Би не выдержал и толкнул Топпера в грудь. Тот пошатнулся, но удержался на ногах и с яростью бросился на него.

Они сцепились на небольшом балконе. Алкоголь делал движения Топпера неточными. Джон Би увернулся от размашистого удара и ответил точным хуком в живот.

– Прекратите! – Сара кричала, пытаясь их разнять.

Топпер, согнувшись от боли, схватил Джона Би за рубашку и потащил к перилам. Балкон располагался на втором этаже, и внизу виднелись каменные плиты террасы.

– Топпер, нет! – Сара вцепилась ему в руку.

Джон Би потерял равновесие и упал назад, пытаясь схватиться за что-нибудь. Последнее, что он помнил, был крик Сары и стремительно приближающуюся каменную поверхность.

***

Джон Би очнулся от тихого гудения медицинского оборудования. Голова раскалывалась, в левом плече чувствовалась острая боль. Он попытался сесть, но головокружение заставило его откинуться обратно на подушку.

– Тише, тише, – знакомый голос заставил его открыть глаза.

Сара сидела на стуле рядом с больничной кроватью. Ее глаза были красными, будто она плакала.

– Сара? – голос Джона Би был хриплым. – Что... где я?

– В больнице. Ты упал с балкона, – она наклонилась ближе. – У тебя сотрясение мозга и вывих плеча. Врачи говорят, могло быть намного хуже.

Джон Би попытался вспомнить подробности, но в памяти остались лишь обрывки: гнев Топпера, драка, падение.

– Топпер?

– С ним все в порядке. Папа... папа заставил его извиниться. Формально.

– Твой отец знает?

Сара кивнула:

– Он в курсе всего. И он хочет с тобой поговорить.

Как будто по сигналу, дверь палаты открылась, и в комнату вошел Уорд Кэмерон. Джон Би инстинктивно напрягся, но выражение лица мужчины было неожиданно мягким.

– Джон Би, – Уорд подошел к кровати. – Как ты себя чувствуешь?

– Как будто меня переехал грузовик, – честно ответил тот.

Уорд неожиданно улыбнулся:

– Могу представить. Слушай, я хочу с тобой поговорить. Сара, не могла бы ты оставить нас наедине на несколько минут?

Девушка неуверенно посмотрела на Джона Би, и он кивнул. Когда дверь закрылась за ней, Уорд пересел на ее стул.

– Я должен извиниться, – начал он. – За Топпера, за всю эту ситуацию. И... за свое отношение к тебе в прошлом.

Джон Би моргнул, не веря своим ушам.

– Я был предвзят, – продолжал Уорд. – Видел в тебе только проблемы, только опасность для моей семьи. Но Сара рассказала мне, как ты себя ведешь, как защищаешь своих друзей. И я понял, что ошибался.

– Мистер Кэмерон...

– Дай мне закончить, – Уорд поднял руку. – Ты живешь один в том доме, без присмотра взрослых. Это не может продолжаться. Особенно после того, что случилось сегодня вечером.

Джон Би почувствовал, как внутри поднимается протест. Если Уорд хочет отправить его в приемную семью или детский дом...

– Я хочу предложить тебе кое-что, – Уорд наклонился вперед. – Стать твоим опекуном. Официально.

Тишина повисла в палате. Джон Би был уверен, что ослышался.

– Что?

– Ты достоин шанса, – голос Уорда звучал искренне. – Я хочу помочь. Так будет безопаснее для всех.

Джон Би смотрел на него, пытаясь найти подвох. Но в глазах Уорда он видел только искренность и... что-то еще. Вину? Сожаление?

– Почему? – спросил он. – Почему вы это делаете?

Уорд откинулся на спинку стула:

– Потому что я вижу, как моя дочь на тебя смотрит. И потому что, возможно, твой отец и я могли бы стать друзьями, если бы все сложилось по-другому.

Он встал:

– Подумай об этом, Джон Би. Это шанс начать заново, получить поддержку, которой у тебя никогда не было. Но решение за тобой.

Уорд направился к двери, но обернулся на пороге:

– И еще одно. Если ты согласишься, я помогу тебе найти ответы о твоем отце. У меня есть связи, ресурсы. Может быть, вместе мы сможем узнать правду.

Дверь закрылась, оставив Джона Би наедине с мыслями. Предложение казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой. Но что если это действительно шанс? Шанс не только выжить, но и найти отца?

Когда Сара вернулась в палату десять минут спустя, Джон Би уже принял решение.

– Я согласен, – сказал он ей. – Скажи своему отцу, что я согласен.