38
38
Бревэрд.
Мой тихий, неприметный, родной город. Он встретил меня серой, прохладной погодой, решил напомнить, за что я его так не любила.
Я забрала Нэйтана с собой. Ему поначалу было все так же страшно, как и в первый день нашей встречи. Но потом вроде бы привык. Разве могла я на что-то другое рассчитывать? Даже до моего заключения ребенок чаще был под опекой Стива, Миди, Джея, Ванессы и Одетт, кого угодно. Я не заслуживала его любви. Да и плюс ко всему, он не тянулся ко мне из-за моей холодной энергетики. Классические мамы, не осознавая того, интенсивно излучают любовь, словно радиоактивные частицы. Дети не могут устоять перед этой теплотой. Но я излучала лишь боль, страдание, страх и ненависть.
Хорошо, что Чед поехал со мной домой за компанию. Он тоже решил навестить своих родителей. Нэйтан сиял в его присутствии, так сильно Чед ему понравился. Но когда мы с Чедом разошлись в разные стороны, сын снова поник.
Итак, вернемся к Бревэрду.
Я бродила по его улицам, боясь наткнуться на своих знакомых. Нескольких я все-таки встретила. Это были мои одноклассники – Виктория и Карл. Поздоровались быстро и помчались дальше. Лишь оглянувшись, я поняла, что они стоят на противоположной стороне улицы и не сводят с меня глаз. Смотрели как завороженные, а когда поняли, что я их вижу, опять двинулись в путь.
Я прошла мимо своей школы. Улыбнулась, глядя на школьников, что застыли на месте, увидев меня. Даже звонок на урок не отвлек их от меня.
Далее я показала Нэйтану Центральный парк. Купила ему сладкую вату в том же ларьке у аттракционов, где мы были с Адамом. Господи... Мы сидели на лавочке с моим другом детства, ели вату и думали, как спасти мои отношения с Мэттом. Теперь я сидела на этой же лавочке со своим сыном и старалась не обращать внимания на прохожих, что то и дело глазели на меня. Разумеется, благодаря своей шевелюре я никак не могла остаться незамеченной.
Вскоре я устала от людей и решила сходить в место, которое было одной из причин, почему я приехала в Бревэрд.
Я пришла на кладбище. Нэйтан впервые улыбнулся в моем присутствии. Ему так понравилось ходить меж могил, гладить памятники, наблюдать за бабочками, которые порхали у траурных цветов. Я нашла могилу Ребекки. Села на траву, посмотрела в сторону Нэйтана, что гонял ворон. Затем закрыла глаза и стала слушать ветер.
Моя милая Беккс... Как давно ты ко мне не приходила. В «Возрождении» меня все-таки удалось переформатировать. Я больше никого из вас не вижу. Мне непривычно и даже одиноко.
Ты теперь там с Джеем. Смерть вас сначала разлучила, а затем вновь соединила. Иногда мне эта мысль греет душу. Но только иногда. Все же я никак не могу смириться с тем, что вас с Джеем больше нет. Такие молодые, такие хорошие... Вы погибли, спасая жизнь другим.
Как же мне вас не хватает.
Я открыла глаза и увидела Нэйтана, который стоял возле меня и смотрел на мои слезы. Я даже не заметила, как начала плакать.
* * *
– Это мой дом, – сказала я Нэйтану.
Я даже на суде так не переживала, как тогда, стоя у своего дома. Старалась держаться стойко, но это не так-то и легко, когда возвращаешься туда, где тебя похоронили.
Нажала на звонок, но дверь никто не открыл. Еще раз нажала. Тот же результат. Может, они уехали куда-то? Например, забрать Элен из садика. А вдруг они переехали? Ведь наверняка жители нашего захолустного городка реагируют на них так же, как и на меня. Кто такое выдержит?
– Подождем немного?
– Да, – кивнул Нэйтан.
Мы сели на крыльцо и стали ждать. В голове пустота. Я не имела ни малейшего понятия, что мне делать, что говорить им, как в глаза вообще смотреть. Мое появление для них – очередной удар. А если они и впрямь переехали, это будет ударом для меня.
Вскоре у дома остановилась машина. С трудом узнала папин столетний джип. Они вышли не сразу. Видимо, смотрели на меня, шокированные, и тоже не знали, что делать. Первыми салон покинули Нэнси и Элен.
– Мам, это же...
– ...Твоя сестра.
Нэнси подбежала ко мне, и мы обнялись. Мне тут же стало так легко и радостно.
– Глория... – сказала она.
Элен стеснялась, спряталась за спиной матери. Далее показался отец. Вид у него был пугающий. Седые волосы, взгляд пустой. Он стоял сгорбленный, равнодушный.
– Так и знал, что ты приедешь, – озлобленно сказал он.
Как же папа постарел. Я забрала у него лет десять, лишила его здоровья.
– Привет, пап.
Он посмотрел на Нэйтана и еще больше помрачнел.
– Это Нэйтан, мой сын, – виновато сказала я.
Папа сделал несколько шагов ко мне, затем резко остановился, схватился за грудь. Нэнси тут же кинулась к нему.
– Дэвид, пойдем скорее домой.
– Что с ним? – спросила я.
– У него проблемы с сердцем. Нужно выпить лекарство.
Так закончилась наша долгожданная встреча. Отец, еле волоча ноги, зашел домой в сопровождении обеспокоенной Нэнси, Элен чуть не расплакалась из-за сложившейся ситуации. Я, абсолютно потерянная, не знала, как поступить: зайти с ними в дом или же уехать как можно быстрее.
Я решила все-таки остаться. Моя миссия здесь еще не закончена. Нужно постараться вести себя сдержанно, учтиво, максимально осторожно.
Уложив Нэйтана в гостиной, я тихо прокралась к спальне отца и Нэнси.
– Ему лучше? – спросила я Нэнси, которая покинула спальню.
– Да. Пусть немного отдохнет. Ты ведь сама прекрасно понимаешь, что нам нелегко было все это пережить.
– ...Мне так стыдно, – призналась я. – Не нужно было приезжать сюда.
– Ты все правильно сделала. Просто Дэвиду нужно немного времени, чтобы смириться.
– А как бабушка и мама?
– Насчет Корнелии ничего не могу сказать. Они с Максом много путешествуют, мы давно не виделись. Эта парочка живет на полную катушку, я им завидую. Я обязательно позвоню им и сообщу о твоем приезде. А вот Джоди... У нее тоже все прекрасно, только она точно не захочет видеть тебя.
– Даже не буду спрашивать почему.
– Ох, Боже... Я сама никак не могу поверить в то, что человек, за могилой которого я столько лет ухаживала, теперь стоит передо мной.
После разговора с Нэнси я зашла в свою комнату. Теперь это была комната Элен. Стены перекрасили в лиловый цвет, мебель купили новую. Вместе со старой штукатуркой они стерли и всю память обо мне. Лишь несколько игрушек досталось Элен в наследство от меня.
– Как у тебя красиво. Так все прибрано. У меня никогда не было такого порядка.
Элен сидела на кровати, обняв плюшевого слоненка. Раньше он принадлежал мне. Элен даже и не догадывалась, что этот слоненок впитал в себя столько моих слез. Ведь после каждого скандала с мамой или отцом я так же обнимала его и горько плакала.
– Это Клео, – сказала Элен, заметив, что я уже с минуту пялюсь на ее/мою игрушку.
– Классный.
– Папа не хотел, чтобы ты приезжала.
– Как ты это поняла?
– Он сам это сказал маме.
– ...Ничего. Я здесь ненадолго.
– Жаль. Ты мне нравишься.
Я улыбнулась.
– Ты мне тоже. Всегда хотела, чтобы у меня была младшая сестра.
– А мне все мои подружки завидуют, потому что у меня есть такая клевая старшая сестра.
Элен так забавно шепелявила из-за выпавших молочных зубов. Мне было безумно приятно с ней проводить время.
– Глория, Элен, идите ужинать, – послышался голос Нэнси.
Мы с сестрой побежали на первый этаж. Нэнси нашла детский стульчик Элен, Нэйтан в нем удобно расположился и с потрясающим аппетитом уплетал овощную кашу, перемазав раскрасневшиеся щечки.
– Какой же он сладкий! Не могу на него наглядеться, – умилялась Нэнси.
Элен тоже с удовольствием рассматривала своего племянника. Лишь отец сидел понурый, совершенно не разделяя нашу теплую семейную атмосферу.
– От кого ты родила этого ребенка? – вдруг спросил он.
– То есть? – я чуть не подавилась кусочком брокколи.
– Я имею в виду, его отец такой же, как ты?
– Дэвид, ну что за вопросы? – возмутилась Нэнси. – Глория, не обращай на него внимания.
– ...Пап, прости меня за все. Я очень соскучилась, – я попыталась уладить назревающий конфликт.
– А я очень соскучился по спокойной жизни, – сказал отец. – Разыграла свою смерть, связалась с кем попало, опозорила нас перед всей страной, теперь приехала домой как ни в чем не бывало, привезла этого нахрен никому не нужного мальчишку, бандитское отродье. Да чем же я заслужил все это, а? За что ты так со мной? Как ты могла так поступить со всеми нами?!
– ...Поверь, я заплатила за все сполна, – сказала я, чувствуя, как веки наполняются слезами.
На мое счастье затрезвонил дверной звонок.
– Я открою, – сказала я и вылетела из-за стола.
Мне необходимо было отдышаться, успокоиться. Я чувствовала, что еще немного – и я взорвусь. Беды не миновать.
Открыла дверь, за порогом стоял молодой, напыщенный паренек.
– О, какая удача! Мне открыла дверь сама Глория Макфин!
Произнося мою фамилию, он прыснул слюной мне в лицо.
– Вы кто такой?
– Я Тэд Питерс, корреспондент местной газеты. Глория, позвольте задать вам несколько вопросов.
– Извините, я не могу. Давайте в другой раз.
– Прошу, мне очень нужно взять у вас эксклюзивное интервью. Это будет просто бомба! – не унимался он.
– Тэд, я не готова сегодня давать интервью. Я первый день дома, у нас семейный ужин. По-человечески прошу, оставьте меня в покое.
– Всего пара минут – и вы свободны!
Тэд бестактно сделал шаг вперед, проникнув в дом. Я еле сдерживалась. Внутри все кипело.
– Пошел вон! – закричала я, выталкивая его из дома, но Тэд зацепился за дверные косяки, просто ногтями в них впился и довольно улыбался.
– Да ты охренел, что ли?!
Я ударила его в нос. Тэд отлетел на несколько метров. Я подбежала к нему и пнула в живот, затем опустилась и еще пару раз ударила его кулаком по лицу. Корреспондент паршивой газетенки моментально превратился в напуганного ежика.
– Если ты еще раз сюда сунешься, я сделаю так, что следующее интервью ты будешь брать у Иисуса, мудак ты долбаный!
Я громко хлопнула дверью, плюнула на руки, чтобы стереть кровь отморозка. Затем подняла глаза и увидела, что за этой кровавой сценой наблюдала моя семья. Они были до усрачки напуганы. Я выдохнула, прошла на кухню. Отец пошел следом за мной.
– Да в кого же ты превратилась, а? Я ведь тебя не так воспитывал!
– Ты вообще меня никак не воспитывал, папа! Меня воспитали Улицы!
– Завтра же уезжай отсюда! Ты – конченый человек, Глория. Живи своей жизнью.
Мои эмоции били через край. Щеки пылали, слезы намочили одежду.
– Если тебе не терпится попрощаться со мной, значит, сделай так, чтобы мама и бабушка приехали в Бревэрд. Придумай что-нибудь, уговори их. Я уеду только тогда, когда увижу их!