Часть 3 Убежище
15
Открыть утром глаза и понять, что ты все еще жива – настоящая трагедия в этом месте. Построение, завтрак, таблетки, сон, сеанс с Кэролайн, обед, таблетки, сон, прогулка от забора до забора, ужин, таблетки, отбой. Я стала забывать лицо сына, голос Стива... Я разучилась плакать, мне разонравилось улыбаться, перестала сочувствовать и тревожиться, возненавидела надеяться, ожидать чего-то хорошего. Я чувствовала себя подыхающим комнатным растением, на который, вдобавок ко всему, ссыт ублюдок-кот.
– Ты идешь? – спросила Вероника, заглянув в нашу палату.
Я сидела на своей кровати, обняв колени, и смотрела, как совокупляются мухи на подоконнике.
– Куда?
– Сегодня же среда. День посещений.
– Ко мне никто не приходит.
– Странно. В списке есть твое имя.
Я отвлеклась от мух, посмотрела на Веронику, что держала тот самый список.
– А напротив, – продолжила Вероника, глядя в список, – Нелла Деннисон.
Услышав имя, я вскочила с кровати.
– Кто это такая? – спросила Вероника.
Я оставила ее без ответа, помчалась по коридору вслед за теми счастливчиками, чьи имена тоже были в списке.
– Да не за что! – обиженно воскликнула Вероника.
В зале для посещений было шумно, непривычно шумно для меня. Я растерялась на миг, но, увидев ее, пришла в себя. Медленно подошла к ней, села за стол, громко звякнув наручниками в последний момент. Мы долго смотрели друг на друга, прежде чем начать разговор.
– А почему в наручниках? Ты опасна, что ли?
– Еще как. Просто зверь.
– ...Как твои дела?
– Великолепно.
– А если честно?
Я немного расслабилась, откинулась на спинку стула, посмотрела на присутствующих людей в зале. Матери, жены, мужья, парни, дети и друзья. Все они сидели напротив своих безнадежных детей, вторых половинок, родителей, приятелей. Все каменели в неловкости. Одни и те же вопросы и ответы, лишенные всякого смысла.
– У меня такое состояние, будто я прыгнула с парашютом... но в полете осознала, что у меня нет парашюта, – сказала я.
– ...Я могу чем-то помочь тебе?
– Мне уже никто не поможет. Последние несколько месяцев я утешала себя мыслью о побеге, но отсюда удалось выбраться только одному человеку, и то его потом поймали. А тех, кто нарушил дисциплину, ждет настоящий ад... Как там моя... семья?
– Нормально. Все очень скучают по тебе.
– А почему тогда никто из них не навестил меня?
– Понимаешь... Есть обстоятельства, которые...
– Обстоятельства! – в отчаянии крикнула я.
Я встала из-за стола, намекая, что наш разговор окончен.
– Подожди, у нас еще осталось время, – тихо сказала Нелла.
– ...Не приходи сюда больше. Ты напоминаешь мне о той жизни, в которую я уже никогда не вернусь.
* * *
Брайс довольно долго не обращал на меня внимания. Клуб «Стальные буйволы» в тот день не принимал гостей, поэтому Дерси-старший спокойно, не спеша, собирал свои вещи в коробки. Кубки, медали, фотографии и многое другое. От него веяло тяжелой тоской. Мне стало не по себе.
– Привет, – наконец сказала я.
Сердце билось так, словно я только что кинула камень в клетку с тигром.
– Что тебе нужно?
– У меня появилось свободное время, решила заскочить к вам.
– Я занят. Доминик в кабинете.
– ...Брайс, ты злишься на меня?
– Нет, не злюсь. Просто я не хочу тебя видеть.
– Это из-за того, что я все рассказала Лестеру?! А я не раскаиваюсь. Ты не имел права от нас скрывать такое. Мы – твоя семья! Мы любим тебя!
– Любите и жалеете! Я хотел спокойно дожить свою жизнь. Без соплей и слез... А теперь, благодаря тебе, меня все оплакивают при жизни. И выгоняют с ринга. А у меня даже не было последнего боя. Бабы... От вас никакого толку, только и умеете трепаться.
Я взглянула на ринг, почувствовала, как он манит меня, и в моей голове тут же появилась беспроигрышная идея. Спустя минуту, я уже стояла на ринге.
– Что ты делаешь?
– Ты ждал человека, который рискнет с тобой сразиться? Вот он, этот человек.
– Я не буду с тобой драться.
– Почему же? Я – девушка, ты – умирающий великашка. По-моему, мы на равных. Давай, Брайс! Вспомним молодость.
– Уйди с ринга.
– Что, боишься?
– Кого боюсь? Тебя?
– Меня. Я ведь уже не та жалкая девчонка, которую ты колошматил в подземелье. Ну, начнем?
Брайс покинул безопасную зону, присоединился ко мне, и-и понеслась! Невероятное чувство – находиться по ту сторону ринга. Весь остальной мир просто исчезает. Ты думаешь только о себе и своей победе, о противнике и его действиях. В момент схватки кажется, что все твои болевые рецепторы атрофировались, а если боль и пронзает твое тело, то только на одно мгновение. Вскоре ты забываешь о ней и идешь за новой порцией.
Брайс был робок в самом начале, но как только он понял, что я не шучу и не собираюсь его жалеть, его удары стали в три раза сильнее. Я быстро выдохлась и уже готова была сдаться, как внезапно Брайс отлетел назад, а затем рухнул на пол.
– Брайс?...
Он несколько минут мучился от одышки, возбужденно кашлял, побледнел. Я не знала, как ему помочь, просто села рядом и взяла его за руку.
– ...Спасибо, – сказал Брайс, когда приступ наконец закончился.
– Что здесь происходит? – спросил Доминик.
– У меня состоялся последний бой.
– Ты с ума сошел?! Что ты с ней сделал?!
– Доминик, успокойся, со мной все в порядке, – сказала я.
– Ты свое лицо видела?
Оказавшись в комнате, где бойцы клуба «зализывают» свои раны, я посмотрелась в зеркало и поняла, почему реакция Доминика была такой красочной. Губа разбита, нос увеличился вдвое, под левым глазом с кроваво-красным белком лиловый синяк.
– М-да... Ничего необычного, – прокомментировала я свой внешний вид.
Доминик уже разложил ватные шарики, спирт и шовный материал на всякий случай.
– Зачем ты к нему полезла?
– Я должна была искупить свою вину.
– Какую еще вину? Это он виноват в том, что держал в тайне свою болезнь.
– Ты тоже не знал?
– Только Патти было все известно.
– ...Брайс не хотел делать тебе больно.
– Не хотел, но сделал еще больнее.
Доминик изо всех сил старался держаться мужественно, но даже такой первоклассный боец, наисильнейший человек был не в силах скрыть свои слезы, понимая, что скоро тяжелая болезнь лишит жизни его старшего брата.
Я обняла его, постаралась хоть как-то поддержать, хотя сама была готова разреветься. Доминику моя поддержка не показалась дружеской, он желал большего. Я тут же опомнилась и оттолкнула его, едва его губы не коснулись моих.
– Доминик, надо это прекратить.
– Я думал, тебе нравится.
– ...Ты хотел стать моей «таблеткой», но у меня, кажется, передоз. Я люблю Стива. И благодаря тебе убедилась в этом еще раз.
– Вот как? Я был всего лишь проверкой?
И не только. Если бы ты знал, Доминик, как ты меня пугаешь. Кажется, что ты следишь за каждым моим шагом и совсем скоро узнаешь, что я – предатель. Я всячески старалась держать тебя на коротком поводке, лишь бы смягчить твой гнев и свою участь.
Но это было слишком даже для меня. Я не могла приписать к своим «заслугам» еще одно предательство. Будь что будет.
– А он-то тебя любит? – выдержав паузу, спросил Доминик.
* * *
После незабываемой во всех смыслах этого слова встречи с братьями Дерси я отправилась в «Грандезу», где меня ждали Миди и Джей. Иногда нам с Миди очень хотелось стать частью той роскоши, в которой ежедневно купались Алекс, Стив и Джей.
– Не прошло и года. Ты как всегда опаздываешь, – возмутилась Миди.
– Простите. И спасибо, что не начали ужинать без меня.
– А что с твоим лицом? – спросил Джей.
– Упала.
– На чей-то кулак?
– Очень смешно... Сказала бы я, если бы это было так.
– Ребята, вам не надоело?
– Мам, а почему она меня обижает? – фальшиво всплакнул Джей.
– Дурачок! – засмеялась Миди.
Мне так приятно было смотреть на эту чудную семейку.
– Готовы заказать? – спросила официантка.
– Да, – ответила Миди. – Мне, пожалуйста, холодный апельсиновый сок, мукеку и бригадейро.
– А мне словарь, пожалуйста, я ни черта не понимаю, – сказал Джей.
– У нас сегодня бразильская кухня. Я вам сейчас все объясню.
Официантка подошла к Джею и стала подробно описывать каждое блюдо.
– И где тебя так разукрасили? – спросила Миди.
– Ничего криминального. Просто потренировалась с Брайсом.
– Как он, кстати?
– Держится.
Из закрытого банкетного зала доносилась громкая музыка, бесцеремонно нарушая покой посетителей ресторана.
– Что там за движуха?
– День рождения какой-то светской львицы. Ханны или Хлои... Как-то так.
Та самая Хлоя, которая флиртовала со Стивом. Что ж, интересно узнать, какой праздник он для нее устроил.
– Я сейчас приду. Закажи мне что-нибудь.
Десятки красивых девушек, столько же мужчин. Все танцевали, элегантно опустошали бокалы с шампанским, приторно мило улыбались. Я нашла Стива за одним из столов для гостей, что меня удивило. Он был явно навеселе и не обделен вниманием именинницы, которая общалась со своими друзьями, но при этом не отрывала взгляда от моего мужа.
– Что ты здесь делаешь? – не скрывая своего возмущения, спросил Стив.
Я точно не ожидала от него такой реакции.
– Мы... практически не видимся дома. Хорошо, хоть здесь тебя застала. Я пришла сказать, что завтра утром улетаю в Женеву, чтобы...
– Понятно, – прервал меня Стив. – Как тебе вечеринка?
– Шикарная.
– Да. Оказывается, я знаю толк в светских мероприятиях.
– Я горжусь тобой.
– Реджи, подойди ко мне, – сказала Хлоя недовольным тоном.
– Извини.
Стив оставил меня на несколько минут. Все это время я наблюдала, как Хлоя на что-то жалуется и нежно гладит его плечо. После Стив подошел ко мне.
– Ты должна уйти.
– Что случилось?
– Хлоя сказала, что ты пугаешь ее гостей своим внешним видом.
– Что за бред? Никому до меня нет дела. Сам убедись.
– И все же ты должна уйти, – холодно произнес он.
– А если я не захочу, ты вытолкнешь меня за дверь? – с дрожью в голосе спросила я.
– Если нужно будет – вытолкну. Здесь не Темные улицы, ты тут не авторитет.
– Реджи! – командным голосом сказала Хлоя.
Стив схватил меня за руку, но я брезгливо его оттолкнула.
– Не утруждайся.
Хлоя смотрела на меня с улыбкой, наслаждаясь своей победой. Пока я шла к выходу, умоляла себя держаться и не заплакать.
Я долго стояла за дверью, тонула в размышлениях. Что это было?! Это не мой Стив.
Больше не мой.
Ко мне подошел обеспокоенный Алекс.
– Кто это с тобой сделал?
Я, ничего ему не ответив, побрела к выходу из «Грандезы». Миди заметила, что я ухожу. Они с Джеем немедля поспешили ко мне.
– Эй, ты куда?
– Я домой. Что-то нехорошо себя чувствую.
– Тебе нужно в больницу. Я отвезу тебя, – сказал Алекс.
– Я не поеду в больницу. На мне все заживает как на собаке.
– Неудивительно. Ты же та еще сучка, – попытался пошутить Джей, дабы разрядить обстановку.
– Джей... – грозно сказала Миди.
– ...Хорошего вам вечера.