Дуэль Мисс Крауч

На утро после свадьбы остались только самые близкие.

Дом уже не гудел, как вчера – он выдохнул. Шум стал мягче, движения спокойнее, даже свет казался другим.

Дженнифер проснулась не сразу. Сначала она просто лежала, не открывая глаз, чувствуя тепло рядом – и между ними. Фрейя тихо сопела, раскинув крошечные руки, будто заняла всё пространство и решила, что так и должно быть.

Сириус уже не спал.

Он лежал на боку и смотрел на них.

— Доброе утро, моя самая красивая жена и моя самая красивая дочь.

— Доброе утро, муж.

Они улыбнулись друг другу и ещё долго не вставали. Перебрасывались фразами, вспоминали вчерашние моменты – кто что сказал, кто как выглядел, кто что испортил. Иногда замолкали, просто лежали, слушая редкие звуки дома.

К полудню они всё-таки спустились.

Двор уже оживал.

Римус и Джеймс заканчивали с аппаратурой – заклинания работали быстро, но Джеймс всё равно умудрялся комментировать каждый шаг, будто без этого ничего не выйдет.

— Я говорю тебе, если ты так сложишь, оно потом само разложится.

— Оно не разложится, — ответил Римус.

— Это метафора.

— Плохая, очень плохая, двоечник.

Чуть дальше Вайолет уже раскладывала завтрак. Лили помогала, аккуратно расставляя тарелки, Маргарет сосредоточенно резала фрукты, не отвлекаясь на разговоры, но явно слушая всё вокруг.

Барти младший, как обычно, не мог стоять на месте.

— О, проснулись! — он заметил их первым. — Как спалось? Как жизнь молодожёнов?

— Пока меня всё устраивает, — усмехнулся Сириус. — А вы чего так рано?

— Сюрприз, — Лили обернулась, улыбнувшись. — Позавтракаете, а потом разъедемся. Откроете подарки, отдохнёте нормально.

— Мы и так всё это время отдыхали... — Дженни чуть неловко повела плечом. — Не стоило.

— Нам не сложно, — отозвалась Маргарет. — К тому же, мы с Барти скоро уедем.

— Почти целый год, — тихо добавила Дженни.

— Ты переживёшь, — бросил Джеймс, проходя мимо. — У тебя теперь семья.

— Спасибо, очень поддержал.

— Я стараюсь.

Вайолет подошла ближе, неся заклинанием кувшин с соком и баночки с пастой.

— Всё готово, садитесь уже.

Они расселись.

Дженни поставила коляску рядом, время от времени покачивая её ногой. Фрейя спала спокойно, не реагируя на голоса.

Разговоры пошли сразу.

Кто-то вспоминал вчерашнее, кто-то добавлял детали, которых не было, кто-то спорил, как всё было «на самом деле». Смех возникал легко, почти без усилий.

Лили и Вайолет на секунду снова растрогались, вспоминая первый танец, но быстро перевели всё в шутку.

Казалось, утро закрепляет то, что было вчера. Делает это реальным.

Идиллию нарушил звук, который не вписывался в общий ритм утра.

Быстрые и неровные шаги.

Калитка распахнулась резче, чем нужно.

Все обернулись почти одновременно.

Беатрис стояла на пороге, явно не ожидая, что их так много. Она задержалась на секунду, будто собираясь с мыслями, но это не помогло – напряжение в ней было слишком заметным.

Волосы чуть растрёпаны, дыхание сбито, взгляд цепкий, быстрый.

— Тётя?

— Беатрис? — одновременно с дочерью произнесла Вайолет.

— Мне нужно поговорить, — выдохнула она, оглядывая всех. — Срочно. С вами наедине.

— Мы им всем доверяем. Они знают о клане Сарори.

Беатрис на секунду закрыла глаза, будто принимая решение, и кивнула.

— До меня дошли слухи... — начала она, голос был напряжённый, сухой. — Тот-Кого-Нельзя-Называть ищет «наследницу семи».

Слова упали тяжело.

— Что? — Дженни резко вскочила. — Он знает, кто именно?

Её взгляд сразу метнулся к коляске.

— Нет, — быстро ответила Беатрис. — Но он узнал, что эта ведьма будет очень сильна. И не собирается ждать.

Лили ахнула, прикрыв рот рукой. Вайолет побледнела.

Дженни будто потеряла опору. Она медленно опустилась обратно в кресло, не отрывая взгляда от дочери.

Сириус сразу оказался рядом, положил руку ей на плечо, удерживая.

— Но... нас много, — Маргарет заговорила первой, стараясь держать голос ровным. — Мы разбросаны по всему миру. Он не найдёт Фрейю.

— Он знает, что она из Лондона, — покачала головой Беатрис. — И что она ребёнок.

— Значит... — Вайолет медленно вдохнула, — круг сужается.

— До нескольких десятков, — тихо добавил Римус.

— Вы должны уехать, — сразу сказала она. — Сейчас.

— Мы не можем! — Дженнифер резко подняла голову. — Мы сами сказали всем, что никуда не поедем!

— Именно, — кивнул Сириус. — Резкий отъезд вызовет вопросы.

— И если хоть кто-то проговорится... — добавил Джеймс.

— Он придёт сюда, — закончил Римус.

Беатрис смотрела на них всех, будто пытаясь донести, что времени нет.

— Он не будет ждать. Если он начал искать – это уже значит, что он близко.

— Тогда что вы предлагаете? — спросил Сириус.

Она не ответила сразу.

— Скрыть её, — наконец сказала она. — Не вас. Её.

Дженни резко повернулась.

— Нет.

Слово прозвучало жёстко.

— Даже не думай...

— Послушай, — Беатрис шагнула ближе. — Это не навсегда. Но если он придёт сюда, ты не успеешь ничего сделать.

— Я не отдам её, — голос Дженни дрогнул, но не ослаб. — Никому.

Сириус не перебивал.

Но его рука на её плече стала крепче.

— Есть другой вариант, — тихо сказал он.

Все повернулись к нему.

— Мы не уезжаем. Всё остаётся как есть.

— И? — Джеймс нахмурился.

— И делаем вид, что ничего не происходит.

— Это не план, — воскликнула Лили.

— Это маскировка, — спокойно ответил он. — Но при этом...мы усиливаем защиту. Дом, территория, всё.

Римус кивнул, уже обдумывая.

— И подключаем Орден Феникса.

— Минимально, — добавил Сириус, уже собраннее. — Чем меньше людей знает – тем лучше.

Вайолет не дала разговору расплыться.

— Только Дамблдор и Минерва, — отрезала она. — Только им можно доверять без оговорок. Остальные – нет.

Сириус коротко кивнул, будто это решение уже было у него в голове.

— И я сам вступлю в Орден Феникса. Так у нас будет доступ к информации и поддержке.

Дженни повернулась к нему.

— Это слишком опасно, Сириус. Тебя будут отправлять на задания. И не все из них заканчиваются возвращением.

— Если это означает, что я смогу защитить свою дочь – я не вижу вариантов не делать этого.

— Я с тобой, — сказал Джеймс, не раздумывая.

Лили взяла его за руку.

— Джеймс...

— Я серьёзно, — он посмотрел на неё, мягче. — Мы не можем стоять в стороне. Это наша крестница.

— Я лишь хотела сказать, что тоже собираюсь вступить. — приподняла бровь Эванс.

— И я. — Римус приподнял подбородок, выглядя увереннее.

Барти младший не вмешивался, но его взгляд метнулся между ними – он явно что-то обдумывал, но ничего не сказал.

Сириус выдохнул, будто подводя черту.

— Значит, решено. Мы вступаем в Орден Феникса.

Он обвёл всех взглядом.

— Но это остаётся здесь. Ни слова наружу. Никому. Только Дамблдору и МакГонагалл.

— Ни намёков, ни случайных разговоров, — добавил Римус. — Даже среди своих.

— Особенно среди своих, — тихо поправила Лили.

Вайолет медленно кивнула, принимая.

— Тогда действуем быстро. Чем раньше они узнают, тем лучше.

***

31 августа 1978 года.

Утро в доме Крауч-Блэк начиналось не с тишины.

Фрейя заплакала резко, требовательно, так, будто у неё были причины не ждать ни секунды. Звук пронзил сон, выдернул из него почти мгновенно – без плавного перехода, без шанса «полежать ещё чуть-чуть».

Сириус открыл глаза первым.

Он на секунду просто уставился в потолок, собирая себя по кускам после короткого, рваного сна, а потом тихо выдохнул и приподнялся на локтях.

— Я встану, — пробормотал он, даже не оборачиваясь.

Рядом Дженни что-то неразборчиво ответила, уткнувшись в подушку.

Он уже вставал, на ходу натягивая шорты, когда она всё же подняла голову.

— Мы же договаривались... — её голос был хриплым, сонным.

— Мы договаривались, что ты иногда будешь спать, — спокойно отозвался он.

И вышел, не дожидаясь ответа.

Дженни ещё пару секунд лежала, слушая, как плач постепенно стихает – сначала чуть тише, потом ещё, пока не превращается в редкие всхлипы.

Она прикрыла глаза и всё-таки улыбнулась.

Да, они боялись каждого шороха, но решили, что пока они сами не сделают это очевидным – оно не станет таковым. Так что они продолжали жить так, будто всё было по прежнему.

***

Когда она спустилась вниз, дом уже проснулся окончательно.

Сириус стоял на кухне, держа Фрейю на руках – одной рукой, будто это было самым естественным в мире. Другой он пытался налить себе кофе, не пролив половину.

— Это впечатляет, — заметила Дженни, опираясь плечом о косяк.

Он бросил на неё короткий взгляд.

— Я многозадачный.

— Ты сейчас прольёшь.

— Не пролью.

Капля кофе всё-таки упала на стол.

Она тихо усмехнулась.

— Конечно.

Фрейя в этот момент что-то пробормотала на своём языке, потянулась к Дженни, и та тут же подошла ближе, аккуратно забирая её на руки.

— Доброе утро, — пробормотала она, уткнувшись носом в её волосы.

Фрейя тут же успокоилась окончательно.

— Предательница, — негромко заметил Сириус.

— Это называется материнская любовь.

Дом постепенно наполнялся привычными утренними звуками.

Чайник, тихие шаги, редкие фразы, которые не требуют ответа. Свет проникал сквозь окна мягко, ещё не ярко, но уже достаточно, чтобы стереть остатки ночи.

Сегодня они ждали гостей.

Маргарет и Барти должны были приехать ближе к полудню – перед отъездом в Хогвартс на последний год.

И именно это «последний» теперь звучало иначе.

Они отдалились.

Не резко, не ссорой – просто постепенно исчезли из их повседневности. Реже отвечали, не заходили, будто всё время были заняты чем-то, о чём не говорили.

Дженни это чувствовала.

Сначала списывала на подготовку, на учёбу, на всё подряд. Но чем дальше – тем больше это начинало тревожить.

Она всё-таки уговорила их прийти.

И с самого утра уже знала – разговор будет не самым простым.

С Фрейей на руках они быстро позавтракали, почти не задерживаясь за столом. Сириус забрал дочь и вышел с ней на задний двор – дать Дженни время спокойно заняться делами.

Она работала быстро, почти механически.

Заклинания помогали, но не спасали от того, что мысли всё время ускользали в сторону. Салаты, горячее, посуда – всё получалось, но без привычной лёгкости.

К тому моменту, как в дверь постучали, она уже несколько раз проверила, всё ли готово.

Открыла почти сразу и остановилась, воздержавшись от объятий.

Маргарет и Барти стояли на пороге.

Взгляд зацепился за первое – волосы.

— Ты что, покрасила волосы? — спросила Дженни, не скрывая удивления.

Маргарет, имея с рождения блондинистый цвет волос, решила покраситься в темно-коричневый цвет, напоминающий черный. Она коротко кивнула.

— Да. Но не об этом сейчас.

Её голос был тихим и напряжённым. Лицо – уставшим, как будто она не спала уже несколько дней. Последний раз Дженнифер видела её такой почти десять месяцев назад.

— Нам нужно поговорить. Срочно. Где Фрейя?

Дженни на секунду задержалась, будто пытаясь понять, насколько всё серьёзно.

— С Сириусом на заднем дворе. Я позову их.

Она отступила, пропуская их внутрь.

— Проходите.

Они вошли быстро, почти не оглядываясь. Барти закрыл дверь сам – чуть резче, чем нужно.

— Ждите в гостиной, — бросила Дженни. — Я сейчас.

Она вышла на задний двор.

Сириус сидел на низкой скамье, держа Фрейю на руках. Та бодрствовала, что-то лепетала, цепляясь пальцами за его рубашку.

Он поднял взгляд, сразу заметив выражение лица Дженни.

— Что случилось?

— Они приехали.

— И?

— Что-то не так.

Он не стал задавать лишних вопросов. Просто встал, аккуратно перехватив Фрейю.

— Пойдём.

Когда они вошли в дом, напряжение уже висело в воздухе.

Маргарет стояла у окна, но не смотрела наружу. Барти ходил по комнате, делая короткие шаги, будто не мог остановиться.

Они оба обернулись.

— Наконец, — выдохнул Барти.

Сириус остался у входа, не спеша проходить дальше.

— Что произошло?

Маргарет не тянула.

— Он ищет нас. Всех ведьм Сарори, каждую до единой. Он считает, что мы не должны существовать.

Слово прозвучало чётко.

— Он не знает конкретно, кто, — быстро продолжила Маргарет. — Но он знает достаточно.

Барти остановился.

— Он знает про метки.

Инстинктивно взгляд Дженнифер метнулся к плечу Маргарет.

— Татуировки, — сказала та. — Мы можем скрываться, менять имена, внешность...но это остаётся с нами на всю жизнь.

— И он использует это, — добавил Барти. — Он отправляет людей. Они ходят по домам. Проверяют. Смотрят.

— Не напрямую, — Маргарет покачала головой. — Сначала под видом чего угодно. А потом...

Она не закончила.

— Уже есть случаи, — тихо добавил Барти. — Потери минимальные. Пока что он никого не успел убить.

Дженни медленно выдохнула.

Мысли начали скакать – быстро, беспорядочно.

Фрейя.

Только это имя имело сейчас смысл в её голове.

— Что нам делать? — тихо спросила она.

— Вам нужно уезжать, Джен, — ответил Барти. — Он умен, рано или поздно он догадается.

Маргарет кивнула, поджав губы.

— Мы уже придумали причину. Ты, Сириус и Фрейя уезжаете якобы к Николаю. Скажете, что он серьёзно болен, и ты хочешь быть рядом. После свадьбы это выглядит логично – все видели, насколько вы близки.

— Хорошо. Допустим, — Дженни провела ладонью по волосам, пытаясь собраться. — Но как мы объясним это им? Николаю и Нине?

Барти нахмурился.

— Ты им не доверяешь?

— Честно? Сейчас – нет. Я вообще никому не доверяю, кроме тех, кто знает про Фрейю.

Слова прозвучали резко, но она не стала их смягчать.

— Мы в безвыходной ситуации, — добавила она тише. — Любое движение будет выглядеть подозрительно.

Молчание затянулось на несколько минут. Все были погружены в свои мысли.

Маргарет первой сдвинулась с места.

Она подошла ближе, осторожно взяла Дженни за руку – так, как делала это раньше в детстве.

— Мы обязательно что-нибудь придумаем, — сказала она мягче, чем до этого. — Я клянусь тебе, она будет в безопасности.

Дженнифер попыталась улыбнуться ей, но всё ещё не до конца верила в это.

***

Вечер прошёл более менее.

После разговора о Фрейе они будто по негласному соглашению отступили от этой темы. Разговоры вернулись к чему-то более простому – к Хогвартсу, к планам на год, к мелочам, которые раньше казались обычными, а сейчас – почти спасительными.

Они даже смеялись.

Не так свободно, как раньше, но достаточно, чтобы на время забыть, что висит над ними.

Когда пришло время прощаться, всё снова стало тише.

Дженни обняла Маргарет крепко, чуть дольше, чем обычно.

— Напиши, как доберётесь, — сказала она.

— Напишу, — кивнула та.

Барти стоял рядом, и когда Дженни обняла его, он на секунду замер, а потом ответил – но как-то сдержанно, будто не до конца вовлечённо.

— Удачи вам, — добавила она.

— Вам тоже, — коротко ответил он.

И на этом всё. Они ушли.

К ночи дом снова затих.

Дженнифер сидела на кровати, поджав под себя ноги, и смотрела в одну точку. Мысли возвращались по кругу – к разговору, к взглядам, к тому, что осталось между строк.

Что-то зацепило её в словах Маргарет.

Но каждый раз, когда мысль пыталась развернуться дальше, она обрывалась.

Фрейя.

Всё снова возвращалось к ней.

Девочка лежала в кроватке, в паре шагов от них, уже почти уснув. Иногда она тихо шевелилась, издавала короткие звуки, но в целом спала спокойно.

Дженни даже не заметила, как Сириус вернулся.

Он тихо закрыл дверь, прошёлся по комнате, бросил быстрый взгляд на окна, а потом остановился рядом с ней.

— О чём думаешь? — спросил он, ложась и притягивая её к себе.

Она не сопротивлялась, сразу устроилась ближе, опираясь на него.

— О Маргарет и Барти, — выдохнула она. — Они совсем отдалились от меня. И...на этот раз, боюсь, уже окончательно.

Он не перебивал.

— Я знаю, что всё меняется, — продолжила она, глядя в сторону. — Учёба, свои дела, люди... но раньше мы делились многим. А теперь ничего. Будто я говорю сама с собой.

— Я тоже это заметил.

Она коротко кивнула.

— И я понимаю, что, скорее всего, у них своих проблем хватает. Экзамены, будущее...да и мы сами, наверное, начали отдаляться давно. Просто раньше я этого не чувствовала так явно.

Он провёл рукой по её плечу.

— Это нормально, Джен, — успокаивал он. — Такие вещи не происходят резко. Всё тянется медленно, пока в какой-то момент ты просто не понимаешь, что уже далеко.

Она усмехнулась – без радости.

— Прекрасно.

Небольшая пауза.

— И тут ещё это, — она перевела взгляд на Фрейю. — Этот...Темный лорд.

Слова дались ей тяжелее.

— Как вообще можно... — она нахмурилась. — Как в человеке может быть столько ненависти, чтобы он был готов убить ребёнка?

Сириус не сразу ответил. Он тоже посмотрел в сторону кроватки.

— Это не ненависть. Это страх и трусость. Только трус может обидеть невинного слабого человека.

А потом – уже твёрже:

— Но он не причинит ей вреда.

Дженни чуть повернулась к нему.

— Ты не можешь это знать наверняка.

— Не могу, — согласился он. — Но я знаю другое. Он не смотрит в нашу сторону. Значит, мы всё делаем правильно.

Блэк наклонился чуть ближе.

— И нам нужно продолжать так же. Без резких движений. Без паники.

Она выдохнула.

— Мы справимся, — добавил он. — Пока мы есть друг у друга, мы сильны.

Она закрыла глаза на секунду.

— Да.

На этот раз – почти уверенно.

Он наклонился и поцеловал её в лоб.

— Спокойной ночи, Дженни.

— Спокойной ночи, Сириус.

***

31 октября, 1978 год.
Дженнифер — 18, Сириус — 18.

Утро Хэллоуина.

Обычно в этот день в воздухе чувствовалось что-то другое – движение, ожидание, даже лёгкое напряжение, которое всегда шло рядом с праздником. Но сейчас улица за окном была почти пустой. Ни голосов, ни шагов, только редкий ветер, который шевелил листья у крыльца.

Дженнифер уже не спала ночами так, как раньше. Сон стал поверхностным, рваным, с постоянными пробуждениями от любого звука. Иногда ей казалось, что она просто лежит с закрытыми глазами, слушая, как дышит Фрейя.

Она не выпускала её из виду.

Даже когда Сириус был рядом.

И всё же...ничего не происходило.

Никто не появлялся. Никаких намёков, никаких следов. Только редкие визиты – родители, Римус, Джеймс с Лили. И каждый раз после их ухода дом снова погружался в ту же тишину.

Когда в дверь постучали, Дженни даже не сразу отреагировала. Только через пару секунд, словно возвращаясь в реальность, она поднялась с дивана и пошла открывать.

На пороге стояла Лили.

— Привет! — она улыбнулась широко, почти слишком бодро. — Как вы?

Дженни едва заметно напряглась.

— Привет.

Как только дверь закрылась за спиной Лили, её улыбка чуть смягчилась. Не исчезла – но стала менее показной.

— Доброе утро, — ответила Дженни, пытаясь звучать естественно. — Всё нормально. Фрейя только уснула после кормления. Сириус ушёл в магазин. А Джеймс где?

— Придёт вечером, — Лили сняла пальто, оглядываясь. — Помогает родителям, они уезжают в отпуск на острова.

Она прошла дальше в дом, но остановилась, не доходя до гостиной.

— Слушай... — начала она, чуть тише. — Я хотела предложить тебе съездить на шоппинг.

Дженни сразу покачала головой.

— Лилс, я...нет. Я не хочу оставлять Фрейю одну.

— Да почему одну то? Сириус же есть. Или же мы можем взять её с собой, — быстро предложила Лили, но тут же замялась. — Хотя...

Она сжала губы, подбирая слова.

— Честно? Будет гораздо правдоподобнее, если ты оставишь её дома.

Дженни нахмурилась.

— Что?

— Джен, — Лили подошла ближе, понизив голос. — Ты сама понимаешь, о чём я.

Пауза.

— Тебе нужно выйти. Хотя бы на пару часов. Ты... — она вздохнула, — ты сходишь с ума.

Слова не были резкими, но попали точно.

— Я не... — начала Дженни, но остановилась.

— Сходишь, — мягче повторила Лили. — Я вижу. Ты почти не спишь, ты не выходишь из дома, ты всё время...на взводе.

Дженнифер отвела взгялд.

— И это понятно, — добавила Лили. — Но не нормально. Ты со своей свадьбы никуда не выходила. Вообще.

— Мне не до этого.

— Именно поэтому тебе и нужно.

Дженни усмехнулась.

— Отличный аргумент.

Лили не отступала.

— Мы ненадолго. Пройдёмся, посмотрим что-нибудь, выпьем кофе. Вернёмся – и всё. Никто даже не заметит.

— А если заметит? — спросила Дженни.

Лили выдержала её взгляд.

— Тогда это будет выглядеть как самая обычная прогулка. Что, собственно, и есть.

— Я не могу просто... — она провела рукой по волосам. — Оставить её.

— Ты не оставляешь её одну, — спокойно сказала Лили. — Сириус вернётся. Он будет дома.

Дженнифер закрыла глаза на секунду и шумно выдохнула, после нескольких минут раздумий.

— Хорошо, — сказала она наконец.

Слово далось тяжело.

Лили чуть заметно выпрямилась.

— Правда?

— Ненадолго, — сразу добавила Дженни. — И если что-то... хоть что-то пойдёт не так – мы возвращаемся.

— Конечно, — кивнула Лили. — Без вопросов.

Дженни ещё пару секунд стояла, будто проверяя своё решение.

В этот момент входная дверь захлопнулась чуть громче обычного, и по дому разнёсся голос Сириуса:

— Я дома!

Он появился в гостиной с пакетами в руках, растрёпанный от ветра, с привычной лёгкостью в движениях, которая всегда немного разряжала обстановку.

— О, Лили, — он заметно повеселел. — Привет. А Сохатый где?

— Провожает родителей на самолёт, — Лили шагнула к нему и коротко обняла. — А у нас хорошие новости.

Она обернулась к Дженни с лёгкой улыбкой.

— Она согласилась выйти на прогулку.

Сириус вскинул брови.

— Серьёзно?

В его голосе прозвучало искреннее удивление, а затем – облегчение.

— Это же замечательно.

Дженни прищурилась, глядя на него внимательнее.

— Так это ты написал ей?

— Что? — он невинно пожал плечами, но слишком быстро отвёл взгляд. — Нет.

— Сириус.

— Я ничего не писал.

Лили хмыкнула.

— Он просто переживает за тебя, — вмешалась она. — И, если честно, имеет право. Ты Фрейю из рук почти не выпускаешь. Ему тоже хочется побыть с ней.

Сириус кивнул, уже без шуток.

— Всего пару часов, Джен. Ничего не случится.

Она смотрела на него ещё секунду, будто взвешивая.

Потом выдохнула.

— Ладно.

Голос стал мягче.

— Пойду приведу себя в порядок.

Когда она спустилась, Лили уже ждала у двери, а Сириус сидел на диване с Фрейей на руках.

— Готова? — спросил он.

— Почти.

Она подошла ближе.

Сначала к дочери – провела пальцами по её щеке, проверила одеяло, будто всё ещё искала повод остаться. Потом перевела взгляд на Сириуса и обняла его.

— Если что-то пойдёт не так... — начала она.

— Я свяжусь с тобой по зеркалу, — сразу ответил он. — Я помню.

Она чуть отстранилась.

— Обещаешь?

— Клянусь, Джен.

— Хорошо.

Лили уже держала дверь приоткрытой.

— Пойдём?

На улице было прохладно. Воздух пах осенью – сыростью, листьями и мокрым асфальтом после дождя.

Они отошли от дома на несколько шагов.

— Готова? — спросила Лили, поправляя рукав.

— Да.

И взяла Лили за руку.

Мир схлопнулся.

Знакомое чувство сдавило грудную клетку, пространство сжалось до точки – и тут же развернулось обратно.

Они появились в Косом переулке. И не собираясь ждать ни секунды, Лили взяла её за руку и потащила в один из бутиков.

***

Пятью днями ранее.
Хогвартс. Астрономическая башня.

Ветер здесь всегда был сильнее.

Он цеплялся за камни, за одежду, за волосы, будто пытался вытянуть всё лишнее наружу. Небо над башней тянулось тёмно-синим полотном, ещё не ночным, но уже чужим дневному свету.

Маргарет стояла у края, сложив руки на груди.

Её взгляд был направлен вдаль – но она явно ничего не видела. Мысли были где-то глубже, тяжелее, чем просто созерцание горизонта.

Лицо казалось уставшим. Не физически – скорее так, будто внутри что-то выгорело.

Сзади послышались шаги.

Барти-младший поднялся на последнюю ступень и остановился, на секунду задержавшись в тени прохода. Он сразу её увидел.

— Мэг? — позвал он.

Ответа не последовало.

Он нахмурился, прошёл ближе, остановился в шаге от неё.

— Маргарет.

Никакой реакции.

Тогда он протянул руку и слегка потряс её за плечо.

Она резко вздрогнула, будто вынырнула из воды, и обернулась. На секунду её взгляд был пустым, через несколько секунд сфокусировался.

— Ты здесь.

Барти внимательно посмотрел на неё.

— Ты сама меня позвала.

Она кивнула, но сразу отвела взгляд обратно – не на него, а куда-то мимо.

— Ты сказала, что это о Фрейе, — напомнил он.

Его голос стал тише с упоминанием имени племянницы.

Маргарет сглотнула.

Это движение было почти незаметным, но напряжение в нём чувствовалось слишком отчётливо.

— Всё в порядке? — он чуть наклонил голову, пытаясь поймать её взгляд. — Ты выглядишь...

Она усмехнулась.

— Да, я выгляжу так, будто не спала три дня подряд и вот-вот сорвусь, — перебила она. — Но нет. На это раз, это не мои приступы.

Барти не отступил.

— Ты уверена? — он внимательно всматривался в неё. — Больше не чувствуешь этих болей?

Она покачала головой, медленно выдыхая.

— Уверена.

Пауза.

Ветер снова прошёлся между ними, подняв край её плаща.

— Вороны – предвестники смерти и беды, — прошептала она, не глядя на него. — Так ведь говорила тётя?

Барти нахмурился сильнее.

— Да, но если ты...

Она повернулась к нему. На этот раз – полностью. И её взгляд наконец стал ясным.

— Мне нужно, чтобы ты помог мне убить кое-кого.

***

Лили и Дженнифер, смеясь, вышли из очередного бутика, нагруженные пакетами так, что это уже начинало выглядеть подозрительно даже для Косого переулка.

— Это уже седьмой, — хмыкнула Дженни, перехватывая ручки поудобнее. — Ты точно уверена, что тебе нечего носить?

— Я этого не говорила, — фыркнула Лили, поправляя прядь волос, выбившуюся из причёски. — Я сказала, что у меня нет подходящего платья.

— И всё равно стоило взять то, — не отступала Дженни. — В нём ты выглядела... — она чуть прищурилась, подбирая слово, — слишком хорошо, чтобы оставлять его там.

Лили вздохнула, но улыбка осталась.

— С деньгами сейчас не так свободно, как хотелось бы.

— А Джеймс? — Дженни бросила на неё быстрый взгляд.

— Не хочу его об этом просить, — Лили покачала головой. — Он и так в последнее время заваливает меня подарками. Это уже начинает... смущать.

Она замолчала на полуслове. Взгляд зацепился за что-то впереди и тут же остановился.

— Подожди... — она нахмурилась, вглядываясь. — Это же... Кассандра?

Дженни проследила за её взглядом.

За столиком у небольшой кофейни, чуть в стороне от основного потока, сидела Кассандра. Перед ней лежали бумаги – много, разбросано, беспорядочно. Она что-то писала, быстро, почти нервно, иногда останавливаясь, чтобы перечитать.

— Похоже на неё, — сказала Дженни. — Пойдём.

Они направились к столику.

— Кэсс?

Кассандра обернулась и на секунду её лицо исказилось – не удивлением, а испугом. Глаза расширились, пальцы сжали край стола так, что побелели костяшки.

— Что вы здесь делаете? — резко бросила она, даже не попытавшись смягчить тон.

Лили нахмурилась.

— Гуляем. Покупаем вещи. — она чуть склонила голову. — Это проблема?

Кассандра будто спохватилась.

Резко выпрямилась, прочистила горло.

— Нет...нет, конечно, — торопливо проговорила она, уже собирая бумаги. — Простите. Я просто не ожидала.

Её движения были слишком быстрыми. Листы едва не падали на землю, она ловила их на лету, складывала, снова роняла.

— Кэсс, — Дженни шагнула ближе. — С тобой всё в порядке?

— Да, — слишком быстро ответила та, не поднимая глаз. — Почему ты спрашиваешь?

— Потому что ты пропала, — голос Дженни стал жёстче. — Не отвечаешь на письма, не берёшь трубки, не пришла на свадьбу...

Она протянула руку и перехватила её за локоть, останавливая.

— А теперь ведёшь себя так, будто мы тебе что-то сделали. Что происходит?

Кассандра замерла, затем медленно подняла голову и в её взгляде уже не было растерянности.

— Ничего, — произнесла она, отчётливо. — Просто я больше не хочу с вами общаться. Вы дружите с Флорианом. А я не хочу его видеть.

— И при чём тут мы? — Лили развела руками.

Дженни не отводила взгляда.

— Кэсс, — её голос стал тише, но напряжённее. — Я твоя подруга. Не Флориана.

Она чуть сжала её руку.

— Ты можешь сказать мне, что случилось.

Кассандра усмехнулась.

— Подруга? — она выдернула локоть. — Если мы жили в одной комнате, это не делает нас лучшими подругами.

Слова прозвучали как пощёчина.

— Ты сама всё себе придумала, — продолжила она, уже жёстче. — А теперь хочешь обвинить меня.

Лили нахмурилась сильнее.

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно, — отрезала Кассандра. — Поймите уже. Я не хочу с вами общаться. Ни сейчас, ни потом.

Она схватила сумку со стула, закинула на плечо и, не оглядываясь, зашагала прочь.

— Кэсс! — Лили окликнула её.

Никакой реакции. Она даже не замедлила шаг. Растворилась в потоке людей.

— Что это было?

К вечеру, когда они вернулись, дом было не узнать.

Ещё с порога их встретил мягкий, тёплый свет гирлянд, развешанных по стенам и перилам. В воздухе витал запах тыквы, корицы и чего-то сладкого. На окнах сидели зачарованные летучие мыши, лениво взмахивающие крыльями, а в углах время от времени появлялись и исчезали полупрозрачные призраки.

И в этот момент из-за угла кто-то резко выскочил.

— Бу!

Перед ними стояли Сириус, Джеймс и Римус – в костюмах, явно подобранных не без старания. Джеймс выглядел как какой-то чрезмерно самодовольный призрак с нарочито драматичным плащом, Римус – аккуратный, но с лёгкой иронией в образе, а Сириус был в чёрном, с растрёпанными волосами, будто это даже не костюм, а просто усиленная версия его самого.

На руках у него была Фрейя. В маленькой шляпе и в крошечном платье ведьмы.

— Привет! — громко объявил Джеймс, тут же направляясь к Лили и обнимая её. — Как прогулка?

— Неплохо, мы хорошо повеселились, — ответила она, но без прежней лёгкости. — Хотя кое-что нас смутило.

— О-о, — протянул он, отстраняясь и внимательно на неё глядя. — Что на этот раз?

Дженни уже подошла к Сириусу. Фрейя тут же потянулась к ней.

— Мы встретили Кассандру, — сказала она, забирая дочь на руки.

Сириус нахмурился.

— И?

— И она дала понять, что не хочет больше с нами общаться.

— То есть...как именно? — не понял Римус.

Дженни пожала плечами, перехватывая Фрейю поудобнее.

— Сначала она выглядела так, будто увидела что-то, чего не ожидала. Причём не в хорошем смысле. А потом...резко закрылась и начала вести себя так, будто мы ей мешаем.

Она на секунду задумалась, чуть склонив голову.

— Я серьёзно начинаю думать, что мне всё это просто привиделось. Что мы с ней никогда не были подругами, а я сама это придумала.

Римус покачал головой.

— Нет. У вас были хорошие отношения. Но... — он на секунду замялся, подбирая слова, — возможно, для неё это значило не то же самое.

— Отлично, — тихо выдохнула Дженни. — Просто прекрасно.

— Слушайте, — вмешался Джеймс, хлопнув в ладони, будто отгоняя эту тему физически. — Давайте не будем сегодня разбирать чужие странности.

Он быстро подошёл, на ходу вытаскивая откуда-то два ведьминских колпака, и без предупреждения надел один на Лили, второй – на Дженни.

— Пойдём просить конфеты. Мы не делали это...сколько? 7 лет?

Римус поднял бровь.

— Шанс, что нас просто выставят за дверь, примерно девяносто процентов.

Он перевёл взгляд на Фрейю.

— Но если мы возьмём её с собой...ситуация может измениться.

Наступила короткая пауза. Они переглянулись и почти одновременно засмеялись.

— Это гениально, — пробормотал Сириус, уже направляясь за куртками.

Они вышли на улицу с корзинками, закутанные в плащи, смеясь ещё на пороге.

Вечер уже вступил в свои права – фонари отбрасывали мягкий свет, в окнах соседних домов мелькали тени, где-то слышались голоса, смех, хлопки дверей.

Первый дом.

Джеймс постучал с таким выражением лица, будто это вопрос жизни и смерти.

Дверь открылась.

Пожилая ведьма сначала смерила их взглядом – всех по очереди – задержалась на Джеймсе, потом на Римусе...и в конце – на Фрейе.

И сразу смягчилась.

— Ну заходите хотя бы на порог, — пробормотала она, уже тянулась за миской со сладостями.

— Я же говорил, — тихо прошептал Джеймс, отступая в сторону.

— Не обольщайся, — буркнул Римус. — Это исключительно из-за неё.

Следующие дома шли легче.

Где-то им открывали сразу, где-то приходилось стучать дважды. Один раз дверь действительно захлопнули перед носом Джеймса, но это только добавило веселья.

Лили смеялась, поправляя колпак, который постоянно съезжал, Сириус шёл рядом с Дженни, иногда забирая у неё корзинку, когда она отвлекалась на Фрейю.

Та вела себя неожиданно спокойно.

С интересом разглядывала огоньки, людей, звуки, иногда тянулась к чему-то руками, что вызывало у окружающих почти мгновенную реакцию.

— Всё, мы злоупотребляем этим, — пробормотала Дженни в какой-то момент, когда им выдали уже третью горсть конфет подряд.

— Слишком поздно, — отозвался Сириус. — Мы уже перешли черту.

Когда они вернулись, прошло около полутора часов.

Дверь открылась с шумом, в дом ворвался холодный воздух и громкий смех.

— Я не верю, что это сработало, — Лили сняла колпак, бросив его на ближайший стул.

— Я верю, — заявил Джеймс, заходя последним и закрывая дверь ногой. — Я всегда верю в гениальные планы.

— Это был не план, — устало отозвался Римус, снимая пальто. — Это была авантюра.

— Разница?

— В том, что у плана есть логика.

— У нас была Фрейя, — пожал плечами Джеймс.

— С этим не поспоришь.

Они прошли на кухню и синхронно высыпали содержимое корзин на стол.

Сладости с глухим шумом рассыпались по поверхности – разноцветные, в блестящих обёртках, с шуршанием, которое сразу заполнило пространство.

Фрейя громко пробормотала что-то непонятное, тянувшись к блестящей обёртке.

— Нет, это не для тебя, — автоматически сказала Дженни, отводя её руку.

— Пока что, — добавил Сириус.

— Надолго.

Они продолжали разбирать сладости, спорить, шутить, перекладывать всё с места на место.

Этот шум вдруг оборвался резким, громким стуком в дверь.

Звук прозвучал слишком резко для этого вечера – выбился из общей лёгкости, как будто кто-то нарочно ударил сильнее, чем нужно. Дженни напряглась.

— Сиди, я открою, — Сириус поднялся почти сразу, не давая никому другому двинуться, и быстрым шагом направился к выходу.

Дверь открылась, послышались приглушённые голоса – короткие, напряжённые. Потом шаги.

Он вернулся уже не один.

Впереди него шла Вайолет. Увидев мать, Дженнифер облегченно вздохнула.

Она выглядела иначе, чем обычно – не просто взволнованной. В её движениях была поспешность, взгляд метался, будто она пыталась удержать в голове что-то ускользающее.

— Мама? — Дженни выпрямилась. — Что случилось? Почему ты здесь в такой поздний час?

— Я увидела Маргарет, — произнесла она, и голос её чуть дрогнул. — В своих видениях.

Пауза повисла тяжёлой, почти ощутимой. Она сглотнула, сжимая пальцы так, что побелели костяшки.

— Она...