Глава 18.
— Мне нужно, чтобы ты кое-что знала, Джен. И, возможно... чтобы ты помогла, — сказал Сириус неожиданно серьёзным голосом, и его взгляд стал таким прямым, что Дженнифер на мгновение потеряла дар речи.
— Тебе не кажется, что ты пришёл немного не по адресу? — сухо ответила она, скрестив руки на груди. — Я не стану помогать тебе, Блэк. Ты это прекрасно знаешь. А теперь убирайся.
— Нет, послушай, это про Лили! — поспешно выдохнул он, словно боялся, что она сейчас выставит его вон.
— Лили? — Дженнифер замерла, насторожившись. — Что с ней?
— Она согласилась пойти гулять с Джеймсом, — выдал Сириус и сделал шаг ближе. — Джеймс хочет сделать ей приятное, подарить что-то особенное. Но понятия не имеет, что ей действительно понравилось бы сейчас.
Дженнифер приподняла брови и сложила руки ещё крепче.
— Серьёзно? С Джеймсом? Если мне не изменяет память, то сегодня утром, по телефону, Лили говорила, что согласилась помочь его матери, а не «пойти гулять». — в голосе прозвучал скепсис.
— Ну пожалуйста, Джен! — не унимался Сириус, и вдруг, совершенно по-детски театрально, бухнулся на колени перед ней. — Неужели ты не хочешь, чтобы твоя лучшая подруга была счастлива? Только Джеймс может осчастливить её!
— Тише! — зашипела она, хватаясь за виски. — Если отец услышит...
— Пусть слышит! — Сириус поднял руки к потолку. — Это же ради великой любви!
— Ты просто ненормальный, — простонала Дженни, но в глазах её мелькнула тень улыбки. — Вообще-то я должна игнорировать тебя. Но я делаю это ради Лили, ясно? Джеймс действительно... любит её. И я это вижу.
— Спасибо! — торжествующе выдохнул Сириус и, не удержавшись, обнял Дженнифер за ноги, всё ещё стоя на коленях.
— Ты что творишь!? — возмутилась девушка, резко отступив назад, но он не отпустил её сразу.
И в этот момент послышались шаги в коридоре. Медленные, тяжёлые. Кто-то приближался.
— О, Мерлин... — Дженнифер побледнела и шёпотом процедила: — Уходи! Сейчас же!
— Прям выпрыгивать? — Сириус вскинул голову и моргнул, глядя на окно.
— Сам виноват! — процедила она сквозь зубы, подталкивая его к подоконнику.
Он едва успел схватиться за верёвку, когда дверь в комнату приоткрылась. На пороге, сонный, с усталым лицом, показался Барти Крауч-старший.
— Дженнифер? — голос его был хриплым, но подозрительным. — С кем это ты тут разговариваешь?
Девушка застыла, а сердце её билось так, что казалось, отец должен слышать стук прямо отсюда. Но она сумела выдавить:
— Я... я репетировала сценку! Ну, помнишь, моё хобби литературного кружка?
Отец нахмурился, прищурился, будто пытаясь уловить подвох.
— Сценку? В три часа ночи?
— Ну... — Дженни нервно усмехнулась и развела руками. — Вдохновение, папа. Оно приходит когда хочет.
Барти-старший устало махнул рукой.
— Ты вся в мать, — проворчал он, зевая. — Ладно, только не шуми. Мне завтра рано вставать.
Он прикрыл дверь, и его шаги удалились вниз по коридору.
В этот момент из-за окна донёсся сдавленный стон. Дженни рванула к подоконнику – Сириус, цепляясь за верёвку, пытался держаться, но руки скользили.
— Ну держись же! — прошипела она.
— Легко сказать... — выдохнул он, а потом с глухим «шлёп» сорвался вниз, прямо в густые кусты под окном.
Дженнифер прикрыла рот ладонью, пытаясь сдержать смех, но через секунду не выдержала и тихо, почти беззвучно рассмеялась. Лёгкие дрожали от сдержанных всхлипов смеха, глаза блестели.
Сириус, поднявшись из кустов и отряхивая с себя листья, вскинул голову. И замер. Он смотрел на неё снизу вверх – на то, как она смеялась, с блестящими глазами и слегка растрепанными волосами, освещённая мягким светом лампы.
И вдруг поймал себя на мысли, что никогда в жизни не видел ничего прекраснее. Сердце колотилось где-то в горле, и даже боль от падения в кусты перестала ощущаться.
— Скажи, что я встречусь с ним на Оксфорд-стрит завтра в двенадцать часов, ладно? — еле выговорила Дженнифер, всё ещё улыбаясь и пытаясь спрятать смех за рукой.
— Понял, — кивнул Сириус. Голос его прозвучал тише, чем обычно, без привычной дерзости – почти заворожённо.
Он уже собирался развернуться и скрыться в темноте, когда Дженнифер вновь позвала его.
— Эй, Блэк?
Он остановился, вскинул голову, вглядываясь в её силуэт на фоне окна.
— Ты действительно клоун, — сказала она, чуть склонив голову набок, и на губах её вновь заиграла улыбка.
Сириус усмехнулся в ответ — не громко, не вызывающе, а почти мягко, как будто эти слова ему неожиданно понравились.
— А ты, Крауч, слишком серьёзная, — тихо бросил он, уже отступая в тень сада. — Но когда улыбаешься... весь мир перестаёт казаться мрачным.
Дженнифер замерла, не ожидая такого. Но прежде чем она успела что-то ответить, Сириус растворился во мраке, словно тень.
Она постояла у окна ещё несколько секунд, вслушиваясь в тишину сада, и только потом закрыла створку. Шторы мягко сдвинулись, отрезая комнату от ночи.
На лице Дженнифер всё ещё играла улыбка, но сердце билось слишком быстро. Она подошла к кровати, опустилась на неё и прижала ладони к груди.
— Чёртов клоун, — выдохнула она, но в голосе не было злости. Только странное, едва уловимое тепло.
Ночь обещала быть бессонной.
***
Четырьмя часами ранее.
Сириус развалился на диване в комнате Джеймса, закинув одну руку за голову, а другой бездумно подбрасывал в воздух маггловский теннисный мячик. Он ловил его то правой, то левой рукой, будто надеялся, что механическое движение отвлечёт от мыслей. Но в голове снова и снова всплывало одно и то же лицо – Дженнифер. Каждая её фраза, каждая усмешка, даже её гневные взгляды стояли перед глазами.
Джеймс сидел за столом, изредка бросая на друга обеспокоенные взгляды. Он чувствовал себя виноватым куда не меньше, чем Сириус. Если бы не его идиотское желание унизить Снегга, они бы сейчас не оказались в этой ситуации. Лили, конечно, обиделась, но простит... а вот Джен и Сириус... Джеймс понимал, что их история куда глубже и болезненнее.
— Это зашло в тупик, — наконец подумал Поттер, откинувшись на спинку стула. Он сжал кулаки, решая про себя: если друг не может выкарабкаться сам – я его подтолкну.
Вскочив с места, он буквально ввалился на кровать, находившаяся напротив дивана.
— Лили согласилась пойти гулять со мной! — радостно объявил Джеймс, широко улыбнувшись.
Сириус скосил на него взгляд из-под лохматой чёлки и тяжело выдохнул.
— Нет, Джеймс, — сказал он, даже не улыбнувшись. — Она согласилась пойти с твоей мамой за покупками. И помочь ей приготовить твой любимый маггловский десерт.
— Но... за покупками мы пойдём вместе, им ведь нужен сильный и обаятельный парень, — с ухмылкой поправил Поттер. — Так что это определённо считается за прогулку.
Блэк пару секунд тупо смотрел на друга, потом закатил глаза и вновь уставился в потолок.
— Как скажешь.
— И я хочу сделать подарок Лили, — не сдавался Джеймс, поднимаясь на локтях. — Но я не понимаю, что именно ей понравится прямо сейчас.
Сириус приподнялся и нахмурился.
— Ты прекрасно знаешь, что ей нравится. Книги, зелья, маки... она вечно о них болтает.
— Да знаю я! — всплеснул руками Джеймс. — Но одно дело знать, а другое – быть уверенным, что она действительно обрадуется. А вот если бы её лучшая подруга подсказала... тогда я бы точно не прогадал.
Сириус приподнял бровь.
— Так напиши письмо или позвони ей. В чём проблема?
— О, ты серьёзно!? — едва не вскрикнул Поттер. — У тебя есть шикарная возможность: сходить к Джен, поговорить с ней, узнать у неё всё о Лили. И заодно... — Джеймс прищурился. — Наладить с ней отношения.
Сириус замер. Мысль будто ударила его в висок. Медленно, очень медленно уголки его губ поползли вверх.
— То есть... я пойду к Дженни, попрошу её помочь мне ради Лили... и тогда у нас будет шанс поговорить. — глаза его загорелись, он резко вскочил с дивана.
— Дошло наконец, — усмехнулся Поттер, но в глазах мелькнуло облегчение.
Сириус схватил кожанку со спинки стула, накинул её и уже тянулся к двери.
— Мерлин, я реально гений! — выкрикнул он, и, хлопнув дверью, выскочил в коридор.
Джеймс остался сидеть, ошарашенно уставившись на пустое место, где секунду назад был его друг.
— Нет, ну правда... с кем я только что разговаривал? — пробормотал он, качая головой.
Он поднял взгляд на растрёпанный потолок и не удержался от улыбки:
— Ладно. Хоть один шаг вперёд, а там – будь что будет.
***
Уже следующим днем, Дженнифер стояла на оживлённой Оксфорд-стрит, нервно поглядывая на часы. Поток людей двигался вокруг неё, словно бесконечная река: магглы с бумажными пакетами, девушки в ярких юбках, парни в джинсах и модных пиджаках, мамы с детьми на руках. Уличные музыканты играли что-то заводное, а в воздухе витал запах свежих пончиков и кофе.
На ней была красная кружевная майка, завязанная у шеи, и широкие джинсы, подчёркивающие её длинные ноги. Локоны мягко спадали на плечи, а глаза постоянно косились на стрелки часов.
12:20.
— Нет, серьёзно, почему я должна его ждать? — пробормотала она сквозь зубы и закатила глаза. — Если он думает, что моё время стоит дешевле, чем его, он глубоко ошибается.
Она уже собиралась развернуться и уйти, когда сквозь толпу пробился запыхавшийся Джеймс. Его волосы, и без того торчащие во все стороны, теперь стали похожи на гнездо. Рубашка прилипла к спине, галстук был сбит на сторону, а лицо пылало.
— Серьёзно? — недоверчиво протянула Дженнифер, скрестив руки на груди.
— Я знаю, знаю, прости! — одновременно с её вздохом выпалил он. — Уснул в метро!
Она моргнула пару раз, не сразу поверив.
— Ты сделал...что!?
— Уснул, — повторил он, тяжело дыша. — Серьёзно, Дженни, я встал слишком рано... и эта чертова электричка... ну... она мягкая... и я как-то... ну... — он растерянно развёл руками.
— Ты серьёзно только что сказал, что проспал нашу встречу... на сиденье маггловского транспорта? — прищурилась она. — Джеймс Поттер, ты просто чудо.
Он виновато улыбнулся, вытирая пот со лба.
— Но я же пришёл! Пусть и... мм... с лёгким опозданием.
— «Лёгким»? — Дженнифер взглянула на часы. — Ты опоздал на двадцать минут, Поттер. Двадцать! Знаешь, сколько всего я могла сделать за это время?
— Например? — осторожно поинтересовался он.
Она резко повернулась к витрине ближайшего магазина, где красовалось платье глубокого изумрудного оттенка.
— Могла примерить это. Купить. Вернуться. И ещё раз всё это повторить.
Джеймс чуть не подавился воздухом.
— Мерлин, да у тебя таланты к пыткам хуже, чем у кузины Сириуса по его рассказам, — пробормотал он, но тут же поднял руки в притворной капитуляции. — Ладно, виноват. Я готов искупить.
— Хм. — Дженнифер скрестила руки ещё плотнее и прищурилась. — Интересно, как именно ты собираешься это делать?
— Эм... — Джеймс огляделся, явно пытаясь придумать что-то на ходу. — Пончик? Кофе? Я видал неподалёку киоск, они пахнут так, что можно с ума сойти.
Дженни перевела взгляд на витрину, потом снова на Поттера. Уголки её губ дрогнули.
— Веди.
Они направились к уличному киоску. Толпа вокруг не переставала гудеть: кто-то смеялся, кто-то спорил о цене, из динамика магазина доносился новый хит The Rolling Stones. Дженнифер замерла на секунду, прислушавшись, и слегка кивнула в такт музыке. Джеймс это заметил, но промолчал.
— Знаешь, Поттер, — сказала она, когда они стояли в очереди. — Я всё же считаю, что подарок ты должен придумать сам. Чтобы он был от тебя, а не от кого-то другого.
— Но я же пытаюсь! — возмутился Джеймс. — Просто у меня слишком много идей, и я не знаю, какая именно подойдёт.
— Слишком много идей? — усмехнулась Дженнифер. — Обычно у тебя максимум две: пошутить или вляпаться в неприятности.
— Очень смешно, Крауч, — пробормотал он, но уголки его губ дрогнули. — Ладно, вот смотри: вариант первый – кулон. Красивый, маггловский, чтобы она могла носить каждый день.
— Хм. — Дженнифер сделала вид, что серьёзно задумалась. — Возможно. Но кулон – слишком очевидно. Лили ведь не из тех девушек, кого можно впечатлить банальным украшением.
— Согласен, — кивнул Джеймс, принимая из рук продавца два горячих стакана кофе. — Тогда вариант второй – книга. Но не обычная, а редкое издание. Она любит читать, это я точно знаю.
— Уже лучше, — заметила Дженни, делая глоток кофе и довольно хмыкнув – напиток оказался холодным. — Но редкие книги обычно стоят дорого. Ты готов потратить на неё столько?
— На Лили? — Джеймс даже обиделся. — Я готов продать свою метлу, если понадобится.
— Вот уж не сомневалась, — усмехнулась она.
Они двинулись дальше вдоль улицы. Витрины магазинов манили яркими огнями, продавцы зазывали покупателей. Джеймс вдруг остановился перед музыкальной лавкой. На витрине крутилась пластинка Led Zeppelin.
— А вот это, — сказал он, кивая на пластинку. — Музыка! Лили иногда слушает маггловские группы. Может, купить ей пластинку?
Дженнифер рассмеялась.
— Серьёзно? Ты представляешь Лили, сидящую в кресле и слушающую Led Zeppelin?
— Ну ладно... — смутился Джеймс, почесав затылок. — Тогда, может, что-то поспокойнее.
— Вот именно, — сказала Дженни, качая головой. — Она скорее выберет The Beatles.
— О, так ты в этом разбираешься! — оживился Джеймс. — А кто твоя любимая группа?
Дженни на секунду задумалась, а потом честно ответила:
— Наверное, Queen.
— Ха! — воскликнул Джеймс. — Отличный выбор. Я тоже их люблю.
И, к удивлению Дженнифер, они действительно увлеклись разговором о музыке. Обсуждали, чьи тексты лучше, спорили, кто играет круче – The Rolling Stones или The Beatles, и даже чуть не поссорились из-за того, что Джеймс назвал одного гитариста «переоценённым».
— Ладно, — наконец сдалась Дженни. — Допустим, пластинка не такая уж плохая идея. Но, знаешь... я всё равно считаю, что книга – это лучший вариант.
— Хорошо, — кивнул Джеймс. — Тогда пошли в книжный.
Они зашли в большой магазин на углу. Полки ломились от самых разных изданий. Джеймс ходил между рядами, вытаскивая то одну, то другую книгу, а Дженнифер фыркала и отбраковывала их.
— «Современная история маггловских тостеров»? Поттер, ты издеваешься?
— Ну, это же уникально! — защищался он.
— Она тебя убьёт, если получит такое, — покачала головой Дженни.
Наконец, её взгляд упал на красиво оформленное издание стихов Шекспира. Она взяла книгу, провела пальцами по обложке и протянула Джеймсу.
— Вот это, — уверенно сказала она. — Лили обожает Шекспира.
Джеймс посмотрел на книгу, потом на неё, и его лицо осветилось.
— Крауч, ты просто спасла меня.
— Не льсти себе, — усмехнулась Дженнифер. — Я спасла Лили от ужасного подарка.
Он рассмеялся, и в этот момент они оба почувствовали, как легко им стало друг с другом. Будто исчезли все прошлые колкости, и остались только двое подростков, которым на самом деле было весело вместе.
Когда они вышли из магазина, Джеймс, довольный, прижимал книгу к груди.
— Слушай, Джен, — сказал он после паузы. — Спасибо. Правда. Я бы сам никогда не додумался.
Она пожала плечами, пряча улыбку.
— Я сделала это ради Лили.
— Конечно, — кивнул он. — Но всё равно... знаешь, я подумал. Мы с тобой можем быть неплохими друзьями.
— Ты слишком быстро об этом заговорил, Поттер, — хмыкнула она, но уже без привычной колкости.
— Ну, дай шанс, — улыбнулся он. — Давай... отметим покупку. Кафе на углу. Там, говорят, лучший яблочный пирог в городе.
Она посмотрела на него прищурившись, будто раздумывала, но в конце концов вздохнула:
— Ладно. Но если пирог окажется отвратительным, я всё спишу на тебя.
— Справедливо, — засмеялся Джеймс и повёл её к кафе.
В кафе было тепло и уютно, пахло свежесваренным кофе и горячим яблочным пирогом. Столы были заняты почти все: студенты в свободных джемперах спорили о чём-то за книгами, пожилая пара мирно пила чай у окна, двое мужчин в деловых костюмах оживлённо обсуждали газету. Джеймс с довольным видом открыл дверь и галантно пропустил Дженнифер вперёд.
— Вот оно, место моей славы, — торжественно объявил он, указывая рукой на витрину с десертами.
— Посмотрим ещё, заслуживает ли оно твоей рекламы, — скептически заметила Дженни, подходя к кассе.
Они оба наклонились, изучая витрину. Джеймс вслух рассуждал, какой пирог лучше взять – яблочный с корицей или вишнёвый, пока Дженни молча скользила взглядом по залу. И тут её глаза наткнулись на знакомую фигуру.
В углу сидел Сириус. Чёрная кожанка, чашка кофе в руке, насмешливая улыбка, будто он ждал именно их. Дженни внутренне напряглась, сделала вид, что просто поправляет волосы, и тихо сказала Джеймсу:
— Пирог, значит? — и кивнула в сторону Сириуса.
Поттер повернул голову и изобразил потрясение, достойное сцены в театре.
— О! Что это? — он приложил ладонь ко лбу. — Великие силы магии! Я вижу там... нет, не может быть... моего лучшего друга!
— Поттер, перестань, — проворчала Дженни, но Джеймс уже размахивал руками так, что за ним обернулись люди из очереди.
— Совпадение века! — продолжал он с пафосом. — Мы идём за пирогом – и встречаем Сириуса Блэка! Ну надо же, как же так, какое чудо!
Сириус, наблюдавший за этим из угла, не выдержал. Он поднялся и подошёл к ним с видом заговорщика.
— О, здравствуйте, незнакомые люди, — сказал он низким голосом, делая вид, что впервые видит их. — Как удивительно, что мы встретились здесь. Я ведь... совершенно случайно оказался в этом кафе.
Дженни закатила глаза.
— Мерлин, да вы оба – ужасные актёры.
— Эй! — одновременно возмутились Джеймс и Сириус.
— Я между прочим очень убедителен, — с жаром сказал Поттер.
— А я вообще вжился в роль, — не остался в долгу Блэк. — Ты видела, как я это сказал? Настоящий талант.
— Талант? — Дженни скрестила руки. — Да вам обоим в театре сразу указали бы на дверь.
Сириус приподнял бровь, шагнул ближе и, глядя ей прямо в глаза, протянул:
— Может, ты просто слишком придирчивая зрительница?
Она фыркнула, но сердце почему-то дернулось.
— Скорее реалистичная, — парировала Дженни.
— Вот и отлично, — радостно подытожил Джеймс, хлопнув их обоих по плечам. — Реалистичная зрительница, два прекрасных актёра и лучший пирог в Лондоне. По-моему, идеальное сочетание!
Он уже протягивал деньги кассиру, а Дженни и Сириус, обмениваясь колкими взглядами, оба понимали: спектакль только начинается.
— А я-то думала, когда же настанет тот момент, когда появится сам Сириус Блэк, — буркнула себе под нос Дженни.
— Молодые люди, не задерживайте очередь! — раздался резкий голос старушки из-за спины, и Дженни поспешила заказать:
— Мне, пожалуйста, вишнёвый пирог с холодным лимонадом.
Она уже полезла за кошельком, когда рядом с ней раздался ленивый баритон:
— А мне ещё одну газировку и круассан, спасибо.
Прежде чем она успела возразить, Сириус протянул деньги кассиру. Его движение было лёгким, почти изящным, а дальше – неожиданно уверенное прикосновение: он взял Дженни за талию, мягко, но настойчиво уводя её в сторону, освобождая место для следующего покупателя.
— Ты что творишь!? — возмутилась она, обернувшись к нему. — Я сама собиралась заплатить!
— Ну, а я решил угостить тебя, — с самым невинным видом пожал плечами Сириус. — Ничего криминального. Будь добра, потише, а то эта миловидная бабуля съест нас живьём.
Он кивнул на ту самую старушку, которая уже недовольно ворчала про «наглых школьников».
— Хочу, чтобы вы оба знали, — сказала Дженнифер, обернувшись к Сириусу и Джеймсу, который, с подносом в руках, догонял их. — Я остаюсь исключительно ради холодного лимонада и вишнёвого пирога. Ясно?
— Абсолютно, — серьёзно кивнул Джеймс, хотя глаза его смеялись. — Ради пирога можно и потерпеть наше общество.
— И ради меня, — не удержался Сириус, склонившись к ней ближе. Его голос прозвучал чуть мягче, чем обычно, но Дженни предпочла не замечать этого и скрестила руки на груди.
Они уселись за столик у окна. За стеклом шумела Оксфорд-стрит: толпы людей, звон трамвая, запах жареных каштанов от уличного продавца. В кафе стоял лёгкий запах кофе и ванили, а из радиоприёмника негромко играли The Beatles.
— Так, мисс Крауч, — Джеймс, словно желая разрядить обстановку, нарочито торжественно поставил перед ней тарелку с пирогом. — Вишнёвый шедевр. Надеюсь, он хотя бы чуть-чуть сгладит впечатление от нашего актёрского дебюта.
— Надо очень постараться, — отозвалась она и осторожно отломила кусочек пирога вилкой.
— И как? — тут же наклонился Сириус, наблюдая за её лицом, будто от её ответа зависела судьба мира.
— Сносно, — холодно произнесла она, но уголки губ опять дрогнули.
— Сносно? — изобразил трагедию Сириус, хватаясь за сердце. — Женщина моего сердца называет лучший пирог Лондона «сносным»!
— Какая женщина твоего сердца? — фыркнула Дженни. — Неужели старушка из очереди?
Джеймс едва не поперхнулся лимонадом от смеха, а Сириус выдал театральный вздох, продолжая в том же духе:
— Ах, моя пронзительная зрительница! Неужели ты не видишь – это был крик души!
— Вижу, — спокойно ответила Дженни, откинувшись на спинку стула. — И крик души у тебя звучит так же фальшиво, как и твои актёрские таланты.
Джеймс облокотился на стол, улыбаясь во всё лицо:
— А мне кажется, вы просто идеально дополняете друг друга. Он делает вид, что умирает, а ты – что тебе всё равно.
— Потому что мне действительно всё равно, — бросила Дженни.
Сириус лишь усмехнулся. И именно в этой усмешке – чуть дерзкой, чуть усталой – было что-то, от чего её сердце, несмотря на все протесты, дрогнуло.
— Ну, — Джеймс поднял стакан лимонада, — предлагаю тост. За пирог, за холодный лимонад и за то, что, несмотря ни на что, мы все сидим за одним столом.
— Ты звучишь так, будто нас уже завтра отправят на войну, — заметила Дженни.
— Иногда ваши взгляды друг на друга выглядят похлеще войны, — хмыкнул Поттер и сделал большой глоток.
Дженни нахмурилась, но Сириус не сводил с неё взгляда.
***
Они вышли из кафе, шум улицы накрыл их с новой силой. Воздух был тёплым, но с лёгкой вечерней прохладой; солнце уже клонилось к закату, окрашивая здания в золотисто-оранжевые тона. Джеймс шёл чуть впереди, с привычной лёгкостью лавируя в толпе. Дженнифер шагала рядом, держа руки в карманах джинсов, будто не собиралась задерживаться ни на секунду дольше.
— Вот и всё, — сказал Джеймс, когда они подошли к входу в Косой переулок. Он остановился, поправил очки и слегка поёжился от дунувшего ветра. — На этом этапе я вас покидаю, друзья мои.
— Так быстро? — приподняла бровь Дженнифер, хотя облегчение в её голосе прозвучало чуть слишком заметно.
— Увы и ах, — развёл руками Джеймс. — Мама и Лили ждут, сами того не зная.
— Естественно, — хмыкнула Дженни. — Кто бы сомневался.
— Не задерживайся, ладно? — Джеймс ткнул пальцем в Сириуса, который с ленивой ухмылкой стоял чуть в стороне. — И не вздумай устраивать из этого прогулку по полному маршруту экскурсии!
— Я? — вскинул брови Блэк. — Сама надёжность.
— Это-то и пугает, — пробормотал Поттер, махнул рукой и растворился в толпе.
Наступила тишина, нарушаемая только звуками города: стук каблуков по мостовой, шум машин где-то вдали и перекличка уличных торговцев. Дженни медленно пошла вперёд, даже не посмотрев в сторону Сириуса.
— Ну что ж, остались только мы, — нарушил молчание он, пристраиваясь рядом.
— Замечательно, — сухо отозвалась она.
— Ты даже не представляешь, как я рад, что удостоился твоего общества, — с самым невинным видом продолжал Сириус, закинув руки за голову и шагая так, словно это была прогулка по набережной Ривьеры. — Обычно ты меня сразу же посылаешь куда подальше. А тут мы прямо идём вместе. Чудо, не иначе.
— Не обольщайся, Блэк. Я просто не хочу выглядеть глупо, если начну разговаривать сама с собой, игнорируя твоё существование, — бросила она, не поворачивая головы.
— Ах, то есть признаёшь, что моё существование всё-таки невозможно игнорировать? — тут же подхватил он, сияя.
— Нет. — Она хмуро посмотрела на него, но глаза её чуть блеснули. — Я признаю, что ты слишком шумный, чтобы тебя игнорировать.
— Это моя природная харизма, — важно кивнул он.
Они свернули в более тихий переулок. Здесь не было уже такой давящей толпы, и можно было слышать даже, как гулко отзываются шаги по каменной мостовой. В витринах маггловских магазинов отражался закат, а из открытых дверей маленькой булочной доносился запах свежего хлеба.
Сириус сунул руки в карманы кожанки, бросая на Дженнифер быстрые взгляды сбоку. Она, хоть и старалась не подавать виду, но шагала чуть ближе к нему, чем в начале дороги.
— Слушай, — вдруг сказал он, чуть сбавив тон, — а ты всегда такая?
— Какая? — прищурилась она.
— Упрямая, саркастичная и красивая одновременно.
— Красив... — она запнулась на слове и тут же резко откашлялась. — Ты пьян или это твой очередной способ вывести меня из себя?
— Ни то, ни другое, — ухмыльнулся он. — Просто констатация факта.
— Констатируй его где-нибудь в другом месте. — Но голос у неё уже не звучал таким холодным.
Они шли дальше. Дженни иногда поправляла прядь волос, застрявшую в ресницах, и Сириус невольно ловил себя на том, что засматривается на неё. Она это замечала – и каждый раз чуть сильнее хмурилась, но не ускоряла шаг, как сделала бы раньше.
— Знаешь, — начал он снова, — сегодня ты впервые за долгое время не назвала меня идиотом.
— Всё ещё впереди, — отозвалась она.
— Значит, есть шанс, что однажды я доживу до того дня, когда ты скажешь: «Сириус Блэк – нормальный парень»?
— Это уже звучит как фантастика, — хмыкнула Дженни.
— А я люблю фантастику, — ответил он мягче, чем обычно.
На секунду между ними повисла тишина, но в этой тишине не было прежней вражды. Только лёгкое, еле ощутимое напряжение, от которого Дженнифер внезапно стало теплее.
— Ладно, — она вскинула голову. — Мы почти пришли. Так что можешь расслабиться: прогулка закончена.
— Вот облом, — театрально вздохнул Сириус, но улыбка на его лице выдала, что он нисколько не разочарован. — Что ж, мисс Крауч, вы сделали мой вечер.
— Я всего лишь шла рядом, — парировала она.
— А вот это и было главным подарком, — тихо сказал он, и впервые в его голосе не было ни тени иронии.
Дженнифер покачала головой, будто отмахиваясь от собственных мыслей.
— Увидимся на Чемпионате, Блэк, — бросила девушка и решительно направилась к дому. Но, сделав пару шагов, остановилась. Она не оборачивалась, только с силой выдохнула. — Не делай так больше. Перестань.
— Не делать что? — голос Сириуса дрогнул, словно он и правда не понял.
— Перестань добиваться меня, — тихо произнесла Крауч, глядя на каменные ступени перед собой. — Я не изменю своего мнения. Ты знаешь, я упрямая.
Он шагнул ближе, и его голос стал мягче, чем она привыкла.
— Почему? Просто скажи причину – и я... я постараюсь, Джен. Я постараюсь ради тебя. Чтобы быть с тобой.
Она прикрыла глаза, и в её груди что-то болезненно сжалось.
— Но мы не можем. Разве ты не видишь? — её голос дрогнул, но она заставила себя говорить твёрдо. — Мы попытались. И ничего не вышло. Мы были обречены стать врагами с самого начала. С того самого момента, как увидели друг друга...
— Не говори так... — почти шёпотом, с мольбой.
— Но это правда! — сорвалась она, резко обернувшись к нему, и в её глазах блеснули слёзы. — Сириус, сколько бы я ни пыталась, сколько бы ни старалась, я всё время вспоминаю тот день. Я не могу просто так забыть его! Мне жаль. Забудь меня. Пожалуйста. И не вспоминай больше.
Она снова отвернулась, быстро зашагала к дому, поднимаясь по ступеням крыльца.
— Что если я тоже не могу?! — выкрикнул он ей вслед, и голос его сорвался, ударившись о стены переулка. — Что если я тоже пытаюсь забыть тебя, но не могу?! Ты засела в моей голове, в моём сердце, в моём теле. Ты всегда перед моими глазами, Дженнифер!
Она остановилась у самой двери. Рука дрогнула на дверной ручке. Несколько долгих секунд тянулись, словно вечность. Но она так и не обернулась.
Сдержав всхлип, Дженнифер рывком открыла дверь и скрылась внутри, оставив Сириуса одного посреди пустынной улицы.
Сириус всё ещё стоял у крыльца, словно закованный в цепи. Ночь обволакивала его, а тишина улицы резала сильнее любого крика. Он провёл рукой по волосам, не зная, что делать: кричать, стучать в дверь, броситься вслед... или просто уйти. Но ноги словно вросли в камни мостовой.
«Она сказала забыть. Но как... если она – всё, что у меня есть?»
Сириус стиснул кулаки и тяжело выдохнул. Его плечи опустились, и он впервые за долгое время выглядел не нахально уверенным, а сломленным. Он шагнул назад, ещё раз посмотрел на дверь, за которой скрылась Дженнифер, и, опустив голову, медленно побрёл прочь.
А внутри дома Дженнифер стояла, прислонившись спиной к двери. Она слышала его слова даже сквозь толщу дерева, слышала отчаяние в голосе. Но позволить себе поверить в него? Снова?
Слёзы предательски скатились по щекам.
— Зачем ты всё усложняешь, Блэк... — прошептала она в пустоту, обхватив себя руками.
Она поднялась к себе в комнату, бросилась на кровать, уткнулась лицом в подушку и наконец дала волю рыданиям. Сколько бы она ни убеждала себя, что ненавидит его, сердце упорно шептало обратное.
За окном ветер тихо колыхал шторы. Казалось, весь мир замер, слушая, как два упрямых сердца, разделённые гордостью и прошлым, бьются в унисон – но не находят дороги друг к другу.