Глава 37 - «Виноградинка»
Утро было на удивление тихим. За окном тянулся медленный дождь, такой ленивый и серый, будто сам хотел остаться под одеялом. Анфиса лежала, повернувшись к Антону спиной, и медленно моргала, не решаясь вставать. Где-то глубоко под рёбрами жгло волнение — не дикое, не резкое, а такое, что садится под кожу и делает её тоньше.
Антон уже начал просыпаться. Он шумно выдохнул, зевнул и притянулся к ней — привычно, как всегда. Тепло от его руки на талии немного отвлекло.
— Доброе, — пробормотал он, поцеловав в плечо.
— Доброе, — выдохнула она, пытаясь звучать спокойно.
Антон встал, направился на кухню. Он никогда не говорил «надо», но умел заботиться тихо: включал чайник, ставил её чашку, доставал из холодильника сыр и хлеб. Они позавтракали почти молча. Не ссорились, не молчали тяжело — просто как будто каждому было о чём подумать.
К двенадцати Антон стал собираться. На тренировку, как обычно. Он чмокнул её в висок, напомнил, чтобы она что-нибудь поела, и ушёл.
Анфиса осталась в тишине квартиры. Квартира будто опустела, как только за Антоном закрылась дверь. Щёлкнул замок, глухо стукнула входная. Анфиса стояла посреди кухни с чашкой в руках, из которой уже выдохся чай. Всё внутри как будто тоже выдохлось. Она поставила чашку в раковину, провела ладонью по лбу — голова с утра будто набухшая, странная.
Пошла в комнату, села на кровать. Прислушалась к себе. Опять это ощущение — тошнота неявная, как будто всё время на грани. Не сильная, не резкая, а просто... присутствующая. И вот опять тянет внизу живота — не как боль, а как будто что-то тихо напоминает: «Ты что-то забыла».
Анфиса потянулась к телефону и открыла календарь. Начала считать. Один день, второй, третий...
Пальцы остановились.
Задержка. Четыре дня.
Раньше такое бывало — стресс, смена режима, но сейчас... Сейчас всё складывалось как-то слишком в одну точку. Она вспомнила, как не смогла съесть рыбу. Как вспылила на отца. Как тошнило после ужина. Как быстро наворачиваются слёзы.
Она положила телефон на кровать, долго сидела, глядя в одну точку.
«Ну и что теперь?» — мысленно спросила сама себя. Ответ был внутри, не словами — скорее ощущением. И оно не было паникой. Оно было чем-то другим. Тихим. Настоящим.
Минут через пятнадцать она встала. Спокойно умылась, сделала лёгкий макияж — как обычно. Оделась аккуратно: простая рубашка, джинсы, хвост. Посмотрела на себя в зеркало. Вроде бы всё как обычно. Только глаза смотрели чуть внимательнее.
Она взяла сумку, надела кроссовки. Уже у двери достала из шкафчика страховой полис. Не сказала ничего вслух, но взгляд был решительным.
Анфиса вышла из дома около половины первого. Погода в Москве была тёплой, но не душной — один из тех августовских дней, когда город чуть притих, будто готовясь к
осени.
Врач приняла её без лишней суеты — женщина спокойная, сдержанная, будто настроенная не пугать, а слушать.
— Жалобы? — спросила она, не отрывая взгляда от электронной карты.
Анфиса села, сцепив руки в замок.
— У меня задержка. Четыре дня.
— Цикл раньше регулярный был?
— Очень. Почти по часам.
— Хорошо. Ещё?
Анфиса сглотнула.
— Последние пять дней тошнит. Особенно с утра. Не рвота, но чувство тяжести. Плюс запахи... не переношу. Даже рыбу — которую всегда ела — не могу теперь видеть. Настроение... скачет. Мелочи выводят. Плачу из-за пустяков. И ещё, голова кружится иногда.
Врач выслушала всё без комментариев, только кивала и делала пометки. Потом встала.
— Это может быть беременность. Всё, что вы описали, очень на это похоже. Сделаем тест. Потом УЗИ. При необходимости — кровь на ХГЧ.
Тест занял всего пару минут. УЗИ — чуть дольше. Анфиса лежала на кушетке, глядя в потолок, и старалась не думать о том, что её ждёт за дверью. Но мысли всё равно лезли в голову.
Когда врач снова пригласила её в кабинет, на лице уже читалось что-то определённое.
— Анфиса, поздравляю. Вы беременны. Срок около семи недель. Пока всё в пределах нормы.
Эти слова будто замкнули в голове невидимую цепь. Анфиса замерла. Потом выдохнула.
Радость — тёплая, тихая — сразу появилась где-то внутри.
Но рядом — тревога. Ответственность. Неопределённость.
Не паника — просто резкая осознанность.
— Семь недель... — повторила она вполголоса. — Это точно?
— Да, точно, — кивнула врач. — Поздравляю ещё раз. Вам нужно встать на учёт, начать наблюдение, витамины, всё по стандарту. Я дам направление. Но главное — вы уже знаете.
Анфиса кивнула. И на этот раз — с лёгкой улыбкой.
Она вышла из кабинета в тишине, в коридоре было почти пусто. Августовский воздух встретил её мягким теплом, но ей казалось, что дышится чуть иначе.
В животе — ничего не чувствовалось. Но внутри неё уже жила жизнь. Маленькая виноградинка.
И теперь всё было иначе.
Анфиса шла домой, медленно. Город шумел, но в её голове был только один звук — чёткое, ясное: «Вы беременны».
Внутри было странное ощущение, будто она и плывёт, и тонет одновременно.
Не сказать, чтобы это было неожиданно — всё складывалось в слишком очевидную картину. Но теперь, когда это стало фактом, всё стало другим.
Она думала: они ведь не планировали. И тем не менее, это не вызывало страха. Было даже... приятно.
Страшно — да.
Непонятно — да.
Но как будто что-то давно-давно спрятанное внутри расправило плечи.
Квартира встретила её привычной тишиной.
Скинув обувь, она прошла в комнату, села на диван, провела рукой по животу, будто уже могла почувствовать крохотную жизнь.
Потом встала. На автомате пошла умыться, перевести дыхание, чуть привести себя в порядок. Посмотрела в зеркало — ничего не изменилось. Но знала: всё уже не так.
В голове — одно: Антон.
Он заслуживает знать. Но не сегодня. Она ещё сама не разобралась. Хочет пожить с этой новостью немного сама.
Как по расписанию, ближе к трем она пошла на кухню. В субботу всегда готовила что-нибудь простое, домашнее, чтобы вечером можно было только подогреть.
Рис отварился быстро, курицу она обжарила с лёгким соусом — как любит Антон. На кухне пахло вкусно, по-домашнему. Она даже чуть улыбнулась.
Впервые за день не думала.
Когда дверь щёлкнула, она уже расставляла тарелки.
— Я пришёл, — голос Антона с порога был низкий, усталый, как после тяжёлого льда.
Он появился в дверях кухни — лоб вспотевший, волосы слегка влажные, взгляд под уставший.
Подошёл к ней, быстро поцеловал в висок, обнял на пару секунд.
— Привет. Я сейчас, только руки помою.
Она только кивнула, провожая его взглядом. Сердце стучало часто, но по-другому.
Как будто в ней было двое, кто его ждали.
Антон вернулся, сел за стол и вдохнул запах еды.
— Ты как всегда, волшебница. Я умираю с голоду.
— Рис с курицей, — сообщила она с лёгкой улыбкой. — Ничего особенного.
Он начал есть быстро, с удовольствием. Анфиса молча села напротив. Подперла подбородок ладонью и просто смотрела.
Он ел, нахмурившись, сосредоточенно. Ей казалось, она видит каждую его ресницу, каждую складку на лбу.
Он будет отцом.
— Ты чего? — поднял на неё взгляд Антон, жуя. — Чего смотришь так?
Анфиса едва заметно покачала головой и отмахнулась.
— Просто. У тебя лицо милое, когда ты голодный.
Антон хмыкнул и продолжил есть, не придавая значения её настроению.
А она всё сидела, молча. Смотрела. И прятала в себе это новое чувство, которое уже занимало всё её пространство.
Антон допивал чай уже в гостиной, лёжа на диване в футболке и домашних шортах. Анфиса устроилась рядом, поджав под себя ноги, положив голову ему на плечо.
Телевизор работал фоном, но они не слушали. Просто были рядом.
— Слушай, новость забыл тебе сказать, — начал Антон, слегка потягиваясь. — Макеев, похоже, возвращается в тренерский штаб.
Анфиса приподняла голову.
— Серьёзно? Сергей Петрович?
— Ага, — кивнул он. — Сегодня на льду слышал от Андрея. Говорит, его видели на базе. Официально не подтвердили, но похоже, что вот-вот.
У Анфисы на лице появилась почти детская радость.
— Ой, ну с ним у вас прям лучше все шло. Он же вас с самого дна достал
— Есть такое, — усмехнулся Антон.
— Ну здорово, — мягко улыбнулась она.
— Хороший тренер.
Анфиса на пару секунд замолчала, потом осторожно:
— А у вас вообще в ближайшее время игры? Какие-то выездные намечаются?
Антон повернул голову, посмотрел на неё.
— Нет, вроде. Сезон только-только стартанул. Хотя... точно. Через недели две матч в Москве. Ничего серьезного.
— Поняла. — Анфиса кивнула. — Ну ладно. Я просто... так, спрашиваю.
Он прижал её к себе, чмокнул в висок.
— Всё хорошо. Никуда надолго не уеду. Я с тобой.
Анфиса выдохнула, почти не слышно.
Слишком многое хотела сказать. Но пока — не время. Пусть чуть позже.
Пока просто быть рядом — достаточно.
В квартире было спокойно. От плиты ещё тянуло остаточным теплом — еда давно убрана, посуда вымыта. Анфиса, переодетая в домашнее, поправляла волосы перед зеркалом: русые, чуть ниже плеч, мягкие после душа, ложились на тонкие лямки майки. Пальцы быстро прошлись по прядям, словно не столько ради причёски, сколько чтобы занять себя.
Антон стоял у входа в спальню, прислонившись плечом к косяку.
— Ну чё, идём? — спросил он просто, потирая глаза.
— Сейчас, только волосы подсушу, — ответила Анфиса.
Через пару минут они уже укладывались спать. Антон залез под одеяло и перевернулся на бок. Анфиса потушила свет, скользнула в постель, подтянула одеяло и устроилась рядом.
Он по привычке притянул её к себе, чмокнул в губы.
— Спокойной ночи, — пробормотал.
— Спокойной, — тихо ответила она.
Комната затихла. Было слышно, как за окном редкие машины катились по мокрому асфальту. Антон начал засыпать — дыхание стало ровным, тело расслабилось.