Часть 10
- А я и забыл, какая ты соня.
Каталина впервые просыпается с улыбкой на лице. На краткое мгновение ей кажется, что она снова молода и беззаботна. Безумно влюблена в своего принца, с которым не расстается ни на минуту. Что в столовой их к завтраку ждут его родители, Агата и Август. И конечно же, Кристоф. Ее милый друг Кристоф. Но наваждение быстро рассеивается, оставляя горький привкус во рту. Привкус крови и пепла. Каталина открывает глаза, упираясь взглядом в потолок. В голове сразу же всплывает минувшая ночь. Долгий разговор с Эмилем. И то, как нежно он гладил ее по волосам перед сном.
Значит, она в его комнате.
Императрица поворачивает голову и встречается с теплым взглядом хозяина покоев. Эмиль уже переоделся, умылся и даже побрился. Он выглядит отдохнувшим, будто совсем иным человеком. Но они и есть теперь другие люди. Улыбка Каталины становится шире от осознания, что они снова вместе. Пусть и не до конца, но рядом. И она может без зазрения совести разглядывать его величественные черты лица, морщинки на лбу. Он так повзрослел с их последней встречи. Стал серьезным и опасным соперником. А она сама обрела жестокость. И все же это все равно они. Те самые Каталина и Эмиль, которые прошли долгий и тернистый путь. И умерли друг за друга.
- Который час?
Ее голос хриплый и бархатистый. Эмиль улыбается и поднимается на ноги.
- Десять. Утро в самом разгаре. И если мы хотим все успеть, то нужно поторопиться. Но сначала завтрак.
Эмиль выходит из комнаты, а Каталина смеется ему вслед. Даже в таких обстоятельствах он не изменяет своим привычкам. Это и нравится женщине в нем больше всего. Король Ламандии самый надежный и постоянный человек в ее жизни. Императрица быстро умывается, надевает темно-синее платье, красиво переливающееся в дневном свете, которое уже терпеливо ждет ее на кресле. Каталина улыбается, отмечая заботливую руку Лайи. Нужно обязательно отблагодарить подругу. Женщина наспех расчесывает волосы, оставляя их распущенными. На голову надевает свою любимую серебряную диадему, инкрустированную рубинами, а губы подводит алой помадой, принесенной вместе с платьем. Кидает оценивающий взгляд в зеркало и улыбается собственному отражению. Нужно быть готовой ко всему, ведь так?
В столовой их уже ждет привычная яичница с беконом и свежевыжатый апельсиновый сок. А запах только испеченного хлеба заставляет желудок болезненно сжаться. Каталина ест свой завтрак, почти не чувствуя вкуса. Она задумчиво смотрит в стену перед собой, игнорируя внимательный взгляд Эмиля. Что же принесет им сегодняшний день? Какой исход ждет их на этот раз?
- Ну что, идем?
Каталина поднимает удивленный взгляд на короля, который разделался со своей едой даже быстрей ее самой. Но она не протестует и с радостью отставляет свой недоеденный завтрак в сторону. К черту все трапезы, когда внутренности скручивает от волнения. Вместе они идут по одинаковым коридорам к залу совета. Но теперь Каталина иными глазами смотрит на весь дворец. Каждый шаг сопровождается счастливыми воспоминаниями. Улыбками, слезами радости и печали. Эмиль уверенно ведет свою спутницу вперед, зная, что найдет Миростаса на привычном месте.
Эмиль резко распахивает дверь в зал, застав советников врасплох. Мужчины взирают на своего короля с молчаливым благоговением, забыв даже поклониться. Но сейчас не время обращать внимание на пустые формальности. Одним властным движением Эмиль заставляет всех мужчин подняться со своих мест.
- Оставьте нас со старшим советником наедине.
Мужчины тут же принимаются исполнять приказ короля. Бросают гору документов на столе и скрываются за дверью. Миростас настороженно вглядывается в лица монарших особ, а затем тяжело вздыхает и медленно скручивает документ, который еще секунду назад изучал.
- Значит, луна сегодня ночью неспроста окрасила в алый? – мужчина едва заметно улыбается. – Вы все вспомнили.
- Старый плут, - добродушно откликается Эмиль, садясь на свое привычное место, - ты ведь с самого начала все знал.
- Я бы поспорил, кто из нас здесь самый старый.
Каталина улыбается, наблюдая за перепалкой мужчин, но уже в следующую секунду настроение в комнате меняется. Исчезает любой намек на веселье. Лица присутствующих принимают серьезное выражение. Мысли лихорадочно мечутся из угла в угол. Столько вопросов и так мало времени, чтобы все узнать.
- Как много ты знаешь, Миростас? – прямо спрашивает король.
- К сожалению, слишком много, - вновь вздыхает старший советник. – Я был пажом вашего отца, следовал за ним буквально попятам. И поэтому стал невольным свидетелем всего произошедшего. А в последствии и единственным, кто знает правду.
- Значит, ты знаешь, где хранится сила, которую так хочет заполучить созидательница? – Каталина подается вперед, пристально всматриваясь в мужчину с сединой в волосах и пытаясь сопоставить его с тем молчаливым и прилежным мальчиком, которого она знала шестьдесят лет назад.
- Знаю, но войти туда не могу. Единственный ключ хранится у Его Величества.
- Какой еще ключ?
- Этого я тоже не знаю. Король Август как-то сказал мне, что вы должны сами понять, как только увидите замок на двери в хранилище. Ведь вы сын своего отца. Охотник на магов до самых костей.
Эмиль задумчиво хмурится, размышляя над словами советника. Как же это похоже на его отца! Говорить сплошными загадками, чтобы заставить сына с раздражением искать ответы. Мог ли Эмиль уже видеть ключ от хранилища? И как он выглядит? Очевидная вещь, находящая перед глазами или спрятанная ото всех?
- Отлично, это сейчас не самое главное, - бесцеремонно врывается в мысли короля Каталина. – Важнее понять, кто помимо Созидательницы втянут в эту игру.
- Вы думаете, что в происходящем заинтересован кто-то еще? – скептически интересуется Миростас.
- Не знаю. Но факты говорят об очевидном: здесь замешан кто-то третий. Кто-то, кто создал Алую невесту и спрятал наши воспоминания от Созидательницы. И это не просто маг. Ни одна магическая семья не была способна на подобное заклятие.
Миростас хмурит брови и согласно кивает.
- Кому под силу создать древо, способное не только украсть воспоминания, но и защищать их столько лет? – вслух рассуждает Эмиль. – Да и кому это вообще нужно? Это точно не дело рук Созидательницы, иначе нас бы уже не было в живых.
- Никакого явного вмешательства в ход войны со стороны богов я не припомню, - отвечает Миростас. – Во всяком случае, этот бог или богиня заинтересован в вашей жизни.
Каталина резко встает со стула и принимается ходить из угла в угол. Руки нервно сжимаются в кулаки. В душе разрастается липкий страх. Что же происходит? Почему боги вообще решили вмешаться в ее скучную жизнь? Неужели, ей не хватило смерти матери и братьев? Каталина была такой же обладательницей магии, как и все остальные. Как и множество семей по всему миру. Только вот все они оказались в небесном царстве Созидательницы. Все, кроме нее и Агиллар.
- Это невыносимо! – взрывается Каталина. – Она никогда не оставит нас в покое! Я не могу жить в постоянном страхе за свою жизнь! Нам нужно что-то сделать.
- Для начала было бы хорошо понять, с кем мы имеем дело.
Миростас встает со своего места и решительно выходит из комнаты, оставляя монарших особ наедине. Оба молчат, не решаясь нарушить эту странную тишину. Сердце Каталины бьется так сильно, что приходится прижать руку к груди, чтобы не сбежало. Эмиль пальцами барабанит по деревянной столешнице, размышляя над ситуацией. Столько лет прошло, почему же Созидательница все еще жаждет возмездия? Так ли на самом деле ей нужна сила? Или это всего лишь месть за неверный выбор?
Каталина судорожно выдыхает и останавливается за спиной короля, кладя свои руки на его плечи. Мужчина вздрагивает всем телом, но молчит. Ему так приятны ее прикосновения. Он так жаждал их десять лет подряд, что сейчас просто не в силах нарушить столь хрупкий момент.
- Я до сих пор не понимаю, - шепчет императрица. – Как все так обернулось? Это была всего лишь война между охотниками и магами, в которой я не хотела принимать участия. Созидательница почему-то встала на сторону охотников. Она дала им силу, позволила уничтожить собственных детей. Всех, кроме льда и пламени. Но почему именно мы? И почему потом богиня выступила против охотников и всего человечества? Почему Агиллары предали нас и обратились к ней?
- Как думаешь, для чего Созидательнице нужна сила, хранящаяся в моем дворце? – спрашивает Эмиль, вспоминая рассказы родителей. Они учили его быть охотником. Обращаться с антимагическим оружием, расставлять ловушки. Сохранять баланс. Но никогда не показывали силу, что скрывается в недрах Ламандии, только рассказывали о ней. Чтоб наследный принц знал, ради чего отдает свою жизнь. – Она боится. Ведь эта сила может уничтожить всю магию на континенте, если знать, как ее использовать. А воплощение Созидательницы на земле – это магия в чистом ее виде. И тогда она не сможет влиять на ход жизни людей на земле. А не будет вас, не будет и власти свыше. Либо... - Эмиль тяжело сглатывает, с силой выдавливая из себя слова. – Она хочет сама уничтожить всю магию на земле. И даже вас с Изабеллой. Вот только зачем?
Каталина обходит Эмиля и садится на край стола, внимательно вглядываясь в его лицо. Брови нахмурены, взгляд направлен прямо на нее. Они оба прекрасно знают, что делать какие-то выводы в отношении Созидательницы бессмысленно. Все может оказаться совершенно иначе.
- Я не знаю, - выдыхает императрица. – Но она не оставит нас в покое. А что, если... - Каталина подается вперед, сокращая расстояние между собой и Эмилем. – Можем ли мы использовать эту силу против самой Созидательницы? Уничтожить ее физическое воплощение раз и навсегда?
- Думаю, что да. По крайней мере, родители рассказывали мне об этой возможности. Эта сила очень опасна, и если использовать ее неверно, то можно обесточить весь континент. В той же теории можно в замкнутом пространстве воздействовать на определенный объект.
Каталина раскрывает рот, чтобы задать следующий вопрос, но останавливается. Слишком много мыслей в голове. Слишком много вопросов и новых деталей. И мало времени, чтобы во всем разобраться. Императрица чувствует, что ответный удар Созидательницы не заставит себя ждать. Каждый их шаг находится под бдительным контролем. Каталина прикладывает указательный палец к губам Эмиля. Его глаза расширяются от удивления.
- Держи мысли при себе до самого конца, Эмиль. Ты знаешь, с кем мы имеем дело.
Король согласно кивает. Конечно, из своего небесного царства Созидательница не способна им навредить. Но если быть неосторожными, то можно выдать все свои планы, чем богиня не преминет воспользоваться.
В зал совета стремительно влетает Миростас. В руках он держит большой пыльный талмуд. Каталина и Эмиль провожают его удивленными взглядами, но молчат, ожидая, пока советник заговорит сам. Мужчина тяжело опускает книгу на стол, шумно выдыхая. Обводит глазами своих собеседников и с предвкушением улыбается.
- Что ж, дамы и господа, кажется, у меня есть ответ на интересующий вас вопрос.
Миростас опускается на стул и деловито раскрывает книгу, принимаясь энергично перелистывать страницу за страницей. Никто не решается произнести и звука. Монаршие особы завороженно следят за движениями советника и ожидают продолжения.
- Вот! – указательный палец Миростаса упирается в изображение древних богов, кое висит во всех храмах Ламандии. – Поглядите-ка на это!
Каталина придвигается ближе, с интересом рассматривая рисунок. В одной из женщин она с легкостью узнает Созидательницу. Такую же властную и статную, какой она видела ее совсем недавно. А рядом с ней изображена миниатюрная девушка, воплощающая собой саму тьму. Волосы черные, как самая темная ночь, кожа бледная, словно снег, алые губы резко выделяются на лице. Черные глаза смотрят с презрением и превосходством. Закрытое платье девушки сшито из черной ткани, на которой рассыпались мириады звезд разных размеров. В руках она крепко сжимает серебряный лук, а из-за плеча выглядывает колчан стрел.
- Кто это? – первым подает голос Эмиль.
- Исидора Повелительница Ночи. – Отвечает Миростас, перемещая палец на страницу с текстом. – Та, кто правит ночью и поддерживает переход дня в сумерки. Она охотится на демонов, что лакомятся снами людей и насылают на них кошмары. А еще она дочь Созидательницы, которая сбежала из небесного царства, предпочтя жить среди тех, кого защищает. И, следовательно, главный враг богини. Никто точно не знает, что произошло между ними, но мать затаила обиду на дочь и с тех пор вход для Исидоры в небесное царство закрыт.
Каталина негромко ахает, невольно привлекая к себе внимание мужчин. Пару долгих мгновений она беспомощно открывает и закрывает рот. Где-то на краю сознания мелькают ранние воспоминания, которые императрица не может ухватить. Что-то важное, из времен смерти ее матери. Но Каталина точно может сказать, что уже видела эту богиню ранее. В детстве мама рассказывала маленькой принцессе сказки про богиню Ночи, предостерегая от необдуманных поступков. Когда Каталина получила силу, она тоже видела ее в своем сознании. Холодная рука Исидоры помогла ей подняться из пучины боли, тьмы и отчаяния после смерти матери. Именно взгляд ее черных глаз наполнил императрицу силой льда, которая теперь течет по венам.
- Я... знаю ее, - едва слышно произносит Каталина. – Я видела ее в своем сознании, когда умерла мама. Исидора подарила мне силу.
- А каким боком здесь затесалась Повелительница Ночи?
- Это вполне объяснимо, - отвечает Миростас, переворачивая страницу. – Исидора является прародительницей рода Алистер. В теории, все носители магии являются полубогами, но прошло столько лет, что едва ли в вас осталось что-то от сил Исидоры. Но факт остается фактом. Повелительница Ночи сама наделила свою первую дочь магией по настоятельной просьбе Созидательницы. Именно поэтому ваш род является таким приближенным к богине.
Каталина нервно смеется, привлекая к себе внимание. Что за чудеса! Почему же ей так повезло в этой жизни? Сначала умерла мать, оставив на плечах тринадцатилетней дочери целое королевство. Затем дядя, который безмерно любит свою маленькую племянницу, отравляя ее существование. Война, разделившая Каталину с любимым на шестьдесят лет. И теперь, когда все могло пойти своим чередом, она вновь встречается с Созидательницей. Все начинается с самого начала. Когда же в ее жизни наступит долгожданный мир? Когда Каталина Алистер станет незаметной и никому ненужной женщиной?
- Боюсь, что никогда, - отвечает Миростас на последнюю фразу, которую императрица невольно произносит вслух. – Судьба непредсказуемая вещь, и никто не может знать наверняка, что ждет его впереди. Но у вас есть за что бороться, Каталина.
Женщина переводит взгляд на Эмиля, который молчаливо восседает рядом с советником. В душе расцветает тепло, которое всегда сопровождает все мысли о короле Ламандии. Миростас прав, сейчас не время предаваться грустным мыслям. Ведь они оба знали, что сражаются с самой богиней. Каталина не желала быть безвольным оружием в руках безумной Созидательницы. Как однажды сказала ей мама? Если бросаешь вызов судьбе, будь готова идти до конца. И она готова. Бок о бок с тем, ради кого уже один раз умерла.
- Теперь, когда у нас есть столь важная информация, - продолжает советник, - можно разобраться в истоках этого странного противостояния. Мы, конечно, не в силах залезть богам в голову, но некоторые выводы напрашиваются сами собой. По фактам, изложенным в исторических книгах, можно сделать вывод, что Исидора и Созидательница никогда не были особенно близки.
- И это еще мягко сказано, - усмехается Эмиль.
- Да, именно их вражда и стала причиной магической войны. – Согласно кивает Миростас. – Возможно, в этой истории и кроется причина, почему богиня так решительно настроена добраться до вас. И почему она подослала Изабеллу Агиллар забрать силу Каталины.
- Но Созидательница и сама могла бы это сделать.
- Не могла, - произносит Каталина. – Для того, чтобы прийти на землю ей требуется слишком много энергии. И она не может делать это чаще, чем раз в пятьдесят лет.
Эмиль задумчиво трет подбородок, обдумывая слова императрицы. В его голове сам собой назревает план, но он настолько безумный и ненадежный. Значит, нужно обязательно им поделиться. Ведь именно так они решают все свои проблемы. Безумно, опасно и непредсказуемо.
- Если последний приход Созидательницы на землю состоялся шестьдесят лет назад, сразу после нашей смерти, то сейчас самое подходящее время, чтобы пригласить ее сюда вновь.
Каталина наклоняется вперед, всматриваясь в лицо Эмиля. Он что, совсем рехнулся? Конечно же, императрица сразу поняла, что именно задумал мужчина. Но это безумство! Они могут просто не пережить эту встречу. В этот раз им может не повезти, и никто не воскресит их вновь.
- Что ты задумал, Эмиль Кавана? – угрожающе спокойно спрашивает Каталина.
Миростас складывает руки на груди, предусмотрительно не влезая в разговор двух монарших особ. Где-то глубоко в душе он рад их возвращению, ведь успел проникнуться уважением к двум молодым людям, стойко защищающим свою любовь. И потому сейчас он с наслаждением наблюдал за их проявлением чувств. В радужных мечтах старшего советника это значило, что в скором времени у Ламандии все же появится королева. Если она, конечно, переживет встречу с самой Созидательницей.
- Подумай сама, Кэт, в небесном царстве нам ее не одолеть. Она скорее просто отправит нас за грань.
- Да ее в любом случае не победить! Это же Созидательница! Она создала все сущее, ни один бог не в силах с ней тягаться!
- Я же не спорю, - примирительно поднимает руки король Ламандии. – Но если мы хотим избавиться от ее присутствия и облегчить себе жизнь, то должны что-то сделать. Ты же не зря спрашивала меня про силу, верно?
Каталина плотно сжимает губы, не найдясь с ответом. Да, она собственными руками подала ему столь безумную идею. Но в ней тогда говорило отчаяние!
- Твой план изначально провальный, - ворчит императрица. – Начать хотя бы с того, что должна быть веская причина, чтобы Созидательница явилась на землю.
- А она есть, - встревает Миростас. – Я все уже придумал. И связана она с вами двумя, теми, ради кого Созидательница пришла в этот мир шестьдесят лет назад.
Эмиль благодарно улыбается своему советнику, а Каталина закатывает глаза и вздыхает. Это уже не остановить. И даже если ей не нравится их план, другого не будет. На кону стоят не только их жизни, но и судьбы невинных людей, зависящих от короля Ламандии. Ведь в своей ярости Созидательница не различает своих и чужих. Она уберет любые преграды на пути к цели.
- А дальше? Что мы будем делать потом?
Эмиль и Миростас одновременно улыбаются. Когда они успели сговориться? Каталина чувствует, как страх сковывает сердце. Это точно ничем хорошим не закончится. Но разве есть у них путь назад?
- А дальше мы применим древнюю силу и самую мощную в мире пушку. Правда, Миростас?
- Истинно так, Ваше Величество.
Каталина качает головой, но не возражает.
- Тогда нам понадобится Изабелла Агиллар.
Тишина в комнате вовсе не удивляет императрицу. Она бы и сама не поверила, что когда-нибудь произнесет подобные слова. Еще недавно Каталина и слышать ничего не желала об этой девчонке, чья семья обманом захватила ее трон. Но сейчас у них нет выбора, а разбрасываться союзниками будет глупо.
- Зачем? – спрашивает Эмиль.
- Она единственная, кто может подобраться достаточно близко к Созидательнице. Именно Изабелла поможет нам выманить богиню на землю. Никто не справится с этим лучше ее.
- И как мы с ней договоримся? – скептически выгибает бровь король. – Если не забыла, она едва не убила тебя, и я изгнал ее из Ламандии.
Губы Каталины изгибаются в довольной улыбке. В этот момент императрица похожа на кота, готовящегося к охоте на мышь.
- О, в этом положитесь на меня. Я знаю, на что нужно надавить.
* * *
- Ты королева Рея? – удивленно переспрашивает Лайя. – Та самая Каталина Алистер, про которую ходят легенды после магической войны? Которая умерла за своего любимого...
Девушка на мгновение замолкает, недоверчиво разглядывая подругу. Картинки в ее голове слишком неожиданно складываются в одно целое. Кажется, до нее только сейчас доходит понимание всего, что происходило в Ламандии с их приезда. Все то, что раньше казалось бессмысленным или простым стечением обстоятельств. И странное поведение Каталины, и ее неожиданный интерес к королю. Ее стремление сбежать в родовой замок, а затем гонка со временем, чтобы помешать Эмилю жениться на Изабелле. А она-то наивно полагала, что это первая влюбленность императрицы!
Каталина скрывает улыбку за ладонью. Как же приятно наблюдать за такой разной реакцией Лайи. Она боялась, что разговор получится тяжелым и сложным. Что подруга не станет слушать или просто обидится, что узнает обо всем последней. Но стоило Каталине начать свой рассказ, как Лайя забыла, что нужно дышать.
- Погоди, получается, Эмиль и есть тот самый принц, за которого ты умерла?
- Получается, так.
Лайя удивленно открывает и закрывает рот, не в силах произнести и слова от нахлынувших эмоций. И Каталина не стремится ей помочь с этим справиться. Она сама испытывала схожие чувства, когда все вспомнила. И до сих пор сложно осознать произошедшее. Что они с Эмилем все еще живы. Что они сумели отыскать друг друга. И что оказались втянуты в семейные конфликты богов.
- Вот это да-а-а, - тянет девушка, принимая из рук Каталины чашку с чаем. - Кто бы мог подумать, что я окажусь на службе у такой великой женщины.
- То есть так ты думаешь? – с улыбкой спрашивает императрица. – Но я всего лишь женщина. Простая смертная, не сделавшая ничего стоящего.
- Ты что! – Лайя вскакивает с дивана, эмоционально размахивая руками. – Ведь благодаря тебе закончилась магическая война! Я обожаю эту историю и знаю, о чем говорю. Когда ты унесла с собой жизнь Розалинды Агиллар, божественные воины буквально рассыпались на части. Сила, которая давала им жизнь, исчезла. И все закончилось само собой. Ты спасла множество людей от верной смерти!
Каталина морщится от столь явного восхищения в словах подруги. Она бы никогда не подумала, что кто-то станет романтизировать ее неверные шаги. Это глупо и неправильно.
- Это не подвиг, Лайя. Я сделала много неправильных вещей, после которых лишилась почти всей семьи. Подвергла стольких людей опасности. Кто знает, может, если бы я сразу попыталась отговорить магов от участия в этой бойне, то все сложилось бы иначе. Я поступила, как настоящая трусиха. И не думаю, что случайное стечение обстоятельств достойно уважения.
Лайя смущается и опускает руки, ощутив недовольство подруги. Возможно, не стоило так воодушевленно доказывать свою точку зрения. Девушка присаживается на диван, складывая руки на коленях.
- Я не столько восхищаюсь твоими действиями, сколько стойкостью и решимостью ведь ты боролась за свою любовь до самой смерти! Ты умерла ради Эмиля, Кэт! Вы из разных королевств, которые ненавидели друг друга. Ты маг, а он охотник на магов. То, что вам позволили быть вместе, большое чудо. И то, что его родители приняли тебя... ваша история всегда пробирает меня до глубины души. Но когда мне становилось невыносимо больно на службе у короля, я закрывалась в библиотеке и читала ее раз за разом. Я поражалась тому, насколько нужно быть храбрым человеком, чтобы бросить вызов богине и пойти против ее воли. «И умерли они в один день ради великой любви». Ты спасла меня еще до того, как приехала в Антелл.
Каталина грустно улыбается, мыслями вновь уносясь в далекое прошлое. Она вспоминает, что ужасно боялась Созидательницу. Как не хотела участвовать в ее бессмысленной войне. И как потом возглавила армию в борьбе за жизнь. Эмиль всегда поддерживал ее, был рядом. И даже в самом начале, когда они терпеть друг друга не могли, он старался направлять принцессу Рея в нужное русло. Учил не держать все в себе. Быть тем, кто ты есть.
- Прости, - произносит Каталина, сжимая ладони подруги в своих руках. – Мне до сих пор больно об этом вспоминать. Я...
Дверь в комнату императрицы неожиданно распахивается без стука, являя подругам короля Ламандии, про которого и шла речь буквально пару минут назад. Сердце Каталины бьется быстрей, реагируя на появление Эмиля. Она тяжело сглатывает и чуть сильней сжимает руки Лайи. Служанка встает с дивана и почтительно кланяется королю.
- Ваше Величество, какой неожиданный сюрприз... Может, хотите чаю?
Эмиль переводит взгляд с молчаливой Каталины на ее служанку и улыбается ей в ответ.
- Нет, благодарю. Я хочу вашу госпожу.
Лайя беспомощно раскрывает рот, а Каталина выгибает бровь. Каков наглец! Что этот мужчина о себе думает? Эмиль уверенно заходит в комнату и протягивает руку императрице. Каталина даже не задумывается о том, что делает. Да и разве есть у нее выбор? Она вкладывает свою ладонь в протянутую руку и послушно следует за королем Ламандии. Так же, как уверенно шла за ним когда-то давно. Неужели, за столь долгое время между ними действительно ничего не изменилось?
Каталина не знает, куда ведет ее Эмиль. Коридоры дворца погружаются во мрак, освещенные лишь тусклым светом свечей. Теплая рука мужчины крепко сжимает ее ладонь. На мгновение императрица переносится в далекое прошлое. Когда они были безумно влюблены и так же сбегали от лишних глаз из дворца, как можно дальше от родителей принца. И весь мир лежал у их ног. Эти приятные воспоминания поглощают Каталину так сильно, что она упускает из виду момент, когда они меняют направление и поднимаются вверх.
Холодный ночной воздух заставляет императрицу поежиться и вернуться в реальность. Женщина шумно выдыхает, силясь взглядом охватить бескрайнее небо над головой, усыпанное мириадами звезд. Эмиль широко улыбается и осторожно выводит свою спутницу на большой открытый балкон самого верхнего этажа. Здесь стоит небольшая кушетка, на которой с легкостью поместятся двое людей, и теплый плед. Каталина усмехается и призывает силу. Холод стремительно разливается по венам, а глаза вспыхивают голубым светом.
- Точно, как я мог забыть, что тебе вовсе не нужен плед и мое теплое общество, - негромко смеется Эмиль.
Его глаза так непривычно сверкают радостью, что Каталина заглядывается дольше положенного, забывая обо всем на свете. В этот вечер ничто не имеет значения, кроме их двоих. Ведь они так жаждали общества друг друга шестьдесят лет! Императрица улыбается в ответ и позволяет себе отпустить все мрачные мысли, опасения и сомнения прочь. Только сегодня. Только этой ночью она может отдаться на волю самого прекрасного мужчины на всей земле.
- Зачем мы здесь? – спрашивает Каталина, облокачиваясь на резные перила балкона.
Прямо перед ними бескрайний простор далеких полей, маленькие одинаковые домики, раскинувшиеся замысловатыми узорами по всей столице. Где-то там, на большой площади у границы города стоит одинокое голое дерево, что каждый год будет ублажать взгляды не только алыми листьями, но и белоснежными цветами. И люди сложат новые легенды и суеверия. Эмиль медленно подходит сзади, обвивая талию женщины своими руками. Он прижимается к ней всем телом, осторожно, но крепко. Словно боится, что она может снова исчезнуть. И на этот раз навсегда. Каталина ощущает, как сильно и беспокойно бьется его сердце. Почти так же, как в юности, когда наследный принц не смел даже смотреть в сторону возлюбленной своего младшего брата. На лице императрицы расцветает счастливая улыбка. Что бы ни случилось с ними дальше, что бы ни происходило с ними за эти шестьдесят лет разлуки, она больше не уйдет. Да, ей страшно. Но это все еще ее Эмиль. Ее маленький принц. И вопреки ожиданиям короля, Каталина не стремится вырваться из его объятий. Напротив, кладет свои холодные ладони поверх его сцепленных на ее животе рук.
Так они и стоят в полной тишине, наслаждаясь видом ночного города, в котором горят лишь одинокие фонари на безлюдных улицах. Их чувства ничуть не изменились. Возможно, стали сильней. Возможно, приняли иную форму. Но они так же прочны, как и раньше. Ровное дыхание Эмиля согревает шею Каталины и вызывает волны мурашек. Каждый нерв оголен и с предвкушением ждет следующего шага короля. Императрица не хочет признаваться самой себе, но если бы Эмиль решил зайти дальше объятий, то она была бы не против.
- Я так сильно скучал по тебе, Кэт, - шепчет мужчина. – Даже без памяти я чувствовал, что мне чего-то не хватает. Кого-то. Самой важной части во всех жизнях. Я безумно люблю тебя, моя Снежная королева. Сквозь века за тобой одной.
Каталина шумно выдыхает. Сердце уходит вскачь. По телу растекается приятное тепло. Как же она скучала по нему! На глаза выступают слезы. Как тяжело ей приходилось без него, без его тепла. Как хотелось иметь рядом человека, который знал бы ее достаточно хорошо, чтобы прижать к груди и подсказать правильный выход. Чтобы просто обнять и прошептать на ухо, что он рядом.
Эмиль отстраняется и осторожно поворачивает Каталину лицом к себе. Ласково заправляет непослушную прядь за ухо и улыбается. Он знает свою девочку лучше всех, и потому не удивляется, что ее глаза блестят. И что она так упорно молчит. В душе короля вновь вспыхивает пламя, которое даже он не в силах погасить. Ведь его разжигает прекрасная женщина, которую он любит всем сердцем. Да, они оба изменились. Выросли вдали друг от друга. Оба обладают властью и несут ответственность за многие жизни. Прошла добрая половина века! Но Эмиль уверен, что это досадная помеха, которую они с легкостью перешагнут. Ничто больше не встанет между ними. Даже сама смерть.
- Как думаешь, сколько времени тебе нужно, чтобы вновь мне поверить?
Каталина всхлипывает и едва не давится собственными слезами. Какой же он дурачок! Она делает уверенный шаг вперед, сокращая расстояние между собой и Эмилем. Ее губы накрывают его. Руки мужчины возвращаются на талию императрицы. Все чувства, что она держала в себе, вырываются наружу. И они оба не в силах этому помешать. Эмиль стонет сквозь поцелуй и подхватывает Каталину на руки. Она обвивает ногами его талию и откидывает голову назад, силясь вдохнуть немного воздуха. Но это не останавливает короля Ламандии. Он губами припадает к ее шее, получая столь желанный отклик. Лишь их тяжелое дыхание нарушает тишину. Ночь, кажется, становится еще темней, скрывая двух влюбленных от чужих взглядов.
Эта ночь становится особенной для них. Новым смелым шагом в совместное будущее. Эмиль опускается на кушетку, удобно устраивая Каталину на своих коленях. Он снова тянется к ее губам, но императрица перехватывает инициативу, заставляя мужчину смотреть себе в глаза.
- Не смей даже думать, что я когда-то тебе не доверяла. Шестьдесят лет ничего не значат. Я по-прежнему твоя Кэт, Эмиль. И я готова еще раз за тебя умереть.
Их лбы соприкасаются, затуманенные желанием взгляды встречаются, а дыхание сливается воедино. Они две половины одного целого. Так есть и будет всегда. Как она могла даже допустить мысль, что сможет держаться от него подальше? Эмиль довольно улыбается и снова притягивает женщину к себе, овладевая ее губами в страстном поцелуе. Температура воздуха повышается, он буквально пропитан электричеством, что искрится между ними.
И даже Созидательнице не под силу разрушить союз, предначертанный самой судьбой.
* * *
Утром королевский дворец Ламандии больше похож на муравейник. Слуги оживленно бегают по нижним этажам, исполняя срочные поручения. Придворные с любопытством толпятся у окон, наблюдая за тем, что происходит во дворе. Внезапный отъезд короля в компании императрицы Аурии всполошил всех: от самых приближенных советников до простых слуг. Эмиль буквально чувствует на себе множество внимательных взглядов. Он крепче сжимает руку Каталины, неспешно продвигаясь к конюшне. Они оба осознают, что стали самыми обсуждаемыми особами не только во дворце, но и по всей столице. Праздник Сердец, который порадовал горожан неожиданным чудом, не остался незамеченным. Слухи в Ламандии разносятся слишком быстро.
Каталина случайно подслушала, как служанки оживленно обсуждают их отношения с королем. Тогда императрица предпочла промолчать, смерив девушек грозным взглядом. Но сейчас по телу проходит дрожь. Почему она так волнуется? Ведь Эмиль не станет прислушиваться к тем, кто против их союза, верно? Это придворным и слугам следует волноваться. Ведь когда-то она станет их королевой...
Конюх выводит во двор двух лошадей для Эмиля и его спутницы. Одна из них черная, как самая темная ночь, с великолепной густой гривой. А вторая кажется слишком знакомой. С мощными ногами молочного цвета, которая так помогла ей в свое время добраться до Ламандии. Каталина улыбается и ласково гладит лошадь по холке. Та в ответ фырчит, но не отстраняется.
- Значит, вы уже знакомы?
Женщина переводит взгляд на короля, заговорщически подмигивая кобыле.
- Да. У нас с ней состоялось несколько приключений.
- Вообще-то, это моя личная лошадь, - качает головой Эмиль, пытаясь скрыть улыбку. – Но ты это и так знала, когда уводила ее из конюшни в прошлый раз. Надеюсь, ты с ней управишься.
Король ловко запрыгивает на спину своего черного коня и выжидающе смотрит на Каталину. Даже сейчас он четко осознает, сколько глаз следят за каждым его движением. Их мучают вопросы, один провокационней другого. Почему же король не подал руку женщине и не помог? Но он никогда не протягивал руку Каталине. Она ненавидит принимать помощь. Каждым своим шагом она стремится доказать, что тоже чего-то стоит. И Эмиль предпочитает не лезть, со стороны наблюдая за ее действиями. Императрица с легкостью запрыгивает в седло, медленно обведя взглядом все окна дворца, выходящие во двор. Эмиль невольно усмехается. Вот она, его девочка. Гордая и целеустремленная.
Они выезжают за пределы дворца и гонят лошадей вперед. Холодный ветер задувает под теплую меховую накидку, заставляя дрожать и съеживаться. Темные тучи над головой грозят разразить новым снегопадом. Глаза Каталины вспыхивают голубым светом, и Эмиль на мгновение испытывает зависть. Как легко ей переживать холодную зиму со своей магией!
Путь до Рея проходит в молчании. С каждым часом Каталина становится все мрачней. Она боится встретиться лицом к лицу со своим прошлым. С домом ее матери. С королевством, которое она, наследница Аурии, должна была вести вперед. Мысли неотступно крутятся вокруг ее счастливого детства, семьи. Она вспоминает трех старших братьев, которых не любила и одновременно обожала до дрожи в коленях. Маму Каталина почти не помнит. В сознании остаются лишь смутные очертания и ощущения тепла.
Границы Рея окружены огромной каменной стеной, которую Каталина и Эмиль замечают издалека. Женщина недовольно хмурится, разглядывая то, чего раньше здесь не было. Рей всегда был маленьким королевством. Ее мать боролась за то, чтобы границы всегда оставались открытыми. А Агиллары не только расширили земли, но и закрылись от всего мира, словно напуганные крысы.
- Кэт, - голос мужчины достигает ушей императрицы словно сквозь толщу воды, - говорить со стражниками буду я. Иначе нас могут не впустить вовсе.
Женщина крепче сжимает поводья своей лошади и кивает. Она знает, что он прав. С ее смерти столько воды утекло. Все изменилось: порядки, законы, уклад жизни, люди. Но Каталина все равно не может оставаться равнодушной, наблюдая, какие темные тучи нависают над ее родным домом. Она остро переживает потерю и никак не может отбиться от навязчивых воспоминаний. Но ее эмоции не должны все испортить.
Монаршие особы неспешно подъезжают к главным воротам, мрачно нависающим над путниками. Черное кованное железо переплетается в замысловатые узоры, острые пики устремлены вверх, внушая ужас всем, кто пожелает посетить Рей. Навстречу королю и императрице выходят стражники в черной броне с оружием наготове. Каталину охватывает раздражение, а глаза вспыхивают ярче. Кажется, еще немного, и она с легкостью превратит их в ледяные статуи.
- Добрый день, господа, - громко и уверенно произносит Эмиль. – Я король Ламандии Эмиль Кавана, а это императрица Аурии Каталина Алистер.
Лица стражников принимают взволнованное выражение, стоит лишь взглянуть в сторону женщины, чьи глаза пылают так ярко, что в ее личности не остается сомнений. Каталина хищно улыбается. Если уж они добровольно не пустят их внутрь, то всегда есть запасной план. Она может использовать свою силу, чтобы убрать любые преграды с пути.
- Мы приехали с визитом к королю Рея Дементию Агиллару.
Мужчины переглядываются между собой, будто умеют разговаривать без слов. Каталина ощущает, как в воздухе нарастает напряжение, и ее пальцы невольно двигаются, создавая небольшой шар света в ладони. Едва заметный, но способный устранить всех стражников разом. Эмиль многозначительно кашляет, напоминая о своем присутствии. Стражники все же решают пропустить незваных гостей внутрь. Ведь даже в случае отказа Каталина и Эмиль все равно войдут. Ничто не может помешать двум монаршим особам въехать в другое королевство. Только если им навстречу не выйдет сам король.
Железные ворота с громким скрипом открываются, освобождая путь для Эмиля и Каталины. Мужчина уверенно пускает свою лошадь вперед, а императрица молча идет следом. Она тяжело сглатывает, ощущая, как напряжение сковывает тело, а страх окружает сердце. Каталина не была здесь шестьдесят лет. Как сильно изменился Рей со времен ее правления? И сможет ли она смириться с этими изменениями? Эмиль замедляет шаг, равняясь с лошадью императрицы. Воспоминания об этом месте накрывают их одновременно. Юному наследнику Ламандии всегда нравился Рей. Это был островок спокойствия от множества скучных дел, внимательных взглядов и наставлений. Небольшой и уютный, словно совсем иной мир. А Каталина не видела других королевств, пока не познакомилась с Эмилем. Но ей и не хотелось знать ничего другого, ведь ее Рей был так прекрасен! Знакомая теплая пустыня, что щекочет ноги песком и скрывает от враждебных взглядов.
Но то, что представляется их глазам вовсе не тот прекрасный Рей, какой они знали. Небо затянуто темными тучами, что придают земле еще более мрачный вид. На многие мили вперед простирается безжизненное поле, покрытое примятой желтой травой. Черные вороны оглашают своим карканьем всю округу, нарушая затянувшееся безмолвие. По телу Каталины походит дрожь, заставляя кожу покрыться мурашками. Да, Рей увеличился в размерах за шестьдесят лет, но все новые земли являют собой поля, неухоженные и безжизненные. И нет больше той пустыни, которую Каталина так любила. В глубине души ворочается гнев, и законная правительница Рея крепче сжимает поводья. Лошадь под ней раздраженно фыркает и оглядывается по сторонам.
- Кэт...
- Не сейчас, Эмиль, давай быстрей уедем отсюда.
Каталина делает глубокий вдох и пришпоривает лошадь, которая с радостью выбивается вперед. Эмиль поджимает губы и следует за ней. Он разделяет ее чувства, но даже не представляет, что должно твориться в душе королевы, у которой силой забрали дом. Она выросла в этом месте и знала его совсем иным. Аурия сделала все, чтобы сохранить мир в своем королевстве и передать его детям. И Каталина отлично справлялась с сохранением гармонии и процветания. Пока однажды в ее дом не ворвались враги, погубив дорогих ей людей и уничтожив все, над чем семья Алистер так долго трудилась.
Они едут неспешно, с осторожностью продвигаясь вглубь королевства. Каталину одолевают самые мрачные мысли. Воздух в этом месте пропитан чем-то зловещим. Не видно птиц или диких лис. Да хоть кого-нибудь, кто показал бы, что Рей не безжизненная пустыня! Первые поселения попадаются путникам лишь через час. Каталина крепко сжимает поводья лошади, силясь не встречаться взглядом с мрачными лицами местных жителей. Их дома выглядят обветшало и заброшено, будто здесь и вовсе никто не живет. Императрица морщится, когда сердце откликается болью. Как за шестьдесят лет можно было привести все в такое запустение?
И чем ближе они подбираются к столице, тем мрачней становится Каталина. Она не желает бороться за свое королевство, прекрасно понимая, что не сможет встретиться со всеми своими кошмарами и воспоминаниями. Не сможет жить там, где когда-то жила ее большая семья. Не сможет привести в порядок все, что упустили Агиллары. Но и наблюдать за медленной смертью Рея просто невыносимо. Эмиль заводит пустой разговор о каких-то пустяках, изредка акцентируя внимание на чем-то хорошем. И Каталина благодарна ему за старания. Ведь ее так легко утянуть в круговорот мыслей.
В столицу они въезжают свободно. Стражники пропускают монарших особ без лишних слов и даже почтительно кланяются. Каталина с Эмилем обмениваются взглядами. Это даже к лучшему. Если король узнает об их приближении, то начнет паниковать. Тогда будет проще убедить его в ложной причине столь неожиданного визита. К тому же им нужен вовсе не Дементий, а его дочь, Изабелла.
- Я возьму на себя короля, - произносит Эмиль, когда конюх забирает их лошадей. – Сыграю на неудавшейся свадьбе и «предательстве» дорогой невесты. Будем надеяться, это усыпит внимание Дементия, и он о тебе даже не вспомнит. А с Изабеллой ты справишься и одна.
- Конечно. – Каталина обхватывает ладонь Эмиля и переплетает их пальцы. – Будь осторожен. Мы не знаем, что из себя представляют нынешние Агиллары. И что им известно о нашем прошлом.
Эмиль резко притягивает к себе императрицу и целует ее. А затем с самым невинным выражением лица уходит вверх по лестнице во дворец Агилларов. А Каталина глупо улыбается ему вслед, вновь чувствуя себя семнадцатилетней девчонкой.
Императрица делает глубокий вдох и осматривает территорию. С первого взгляда немногое изменилось за долгие годы. Тот же огромный дворец из светлого камня с красной крышей. Только цвета кажутся блеклыми и безжизненными. Тот же сад, уходящий вглубь двора. При виде знакомых деревьев с голыми кривыми ветвями сердце Каталины сжимается. Она бы точно скрывалась там от вездесущих взглядов родственников.
Что-то настойчиво ведет Каталину в сад. Она вовсе не знает Изабеллу, но чувствует, что найдет ее именно здесь. Каталина проходит кованный забор, обозначающий границы владений садовников. Женщина судорожно выдыхает, оказываясь в своем царстве. Точнее, когда-то оно было ее. Но не теперь. Даже деревья выглядят иначе. Не так, как раньше. Знакомая обстановка возвращает императрицу в тот день, один из многих, когда она пряталась здесь от всего мира, не в силах совладать с собственными чувствами.
«Трава под ногами похрустывает в такт ее шагам. Дорога кажется размытой и извилистой из-за слез, застилавших взор. Всюду деревья, что так похожи одно на другое. Их так много, что Каталина не может сделать и шага, чтобы не врезаться в очередной ствол. Она не видит вытоптанной дорожки и бредет наугад. Дыхание сбивается от быстрого бега. Мокрые ладони сжимаются в кулаки, ногти больно впиваются в кожу. Девочка чувствует, как они разрывают кожу, но не обращает на это внимания.
Каталина слишком хорошо знает этот сад, чтобы потеряться и спрятаться от чужих глаз. Злость переполняет ее, заставляет идти вперед, безрассудно размахивать мечом, разрубая ветви и врезаясь в стволы деревьев. Сознание подергивается дымкой, и она уже не понимает, что происходит. Каков наглец! Да как смеет этот мальчишка обращаться так неуважительно с ней, наследницей Рея?
Каталина рычит и с размаху вонзает меч в очередное дерево. Она крепко сжимает рукоять в своих руках и тяжело дышит, выпуская в воздух облачко пара. Как же она его ненавидит! Как только Каталина станет королевой, Ламандии не уйти от ее праведного гнева! В сознании будто специально всплывает насмешливый взгляд зеленых глаза Эмиля Кавана. Его наглая улыбка, которая говорит больше, чем любые слова. Он считает ее пустышкой! Несмышленой девчонкой, которая выставляет напоказ то, чего не имеет. Как все девушки, окружающие наследного принца.
Нервный смех вырывается изо рта Каталины. Где-то над головой с громким криком взлетает ворон. Девочка поднимает голову, разглядывая серое небо, плотно затянутое тучами. А затем к глазам подступают слезы. Гнев вырывается наружу, неся с собой всхлипы и истерику. И Каталина не сдерживает эмоций. Как же все надоело! Почему ей всегда нужно делать то, чего она не хочет? Улыбаться принцам, кружиться в танцах под пристальными оценивающими взглядами. Как может она быть милой с Эмилем Кавана?
- Ты так ничему и не научилась, принцесса.
Его голос заставляет ее буквально подпрыгнуть на месте. Как он отыскал ее? И почему следует за ней попятам? Каталина крепче сжимает рукоять своего клинка и не поднимает головы, дыша глубоко и медленно. Он не должен видеть ее слез. Но Эмиль не спешит уходить. Иней под его ногами негромко хрустит, тень принца падает на ближайшее к ней дерево. Это вовсе не фантазия. Он пришел ее добить.
- Эти чувства разрушают тебя изнутри, Каталина. – Настойчиво продолжает Эмиль. – Научись обуздывать свою злость. Будущая королева Рея должна уметь держать себя в руках и с улыбкой отвечать на оскорбления.
Гнев вновь заполняет все ее тело, разливаясь по венам. Заставляя действовать. Разум накрывает пелена. Каталина не понимает, что делает. И не успевает понять, в какой момент с легкостью вытаскивает меч из дерева, делая выпад в сторону принца. Эмиль молниеносно уклоняется, будто этого и ждал. Его губы сжимаются в тонкую линию, а брови сходятся на переносице. Он удивлен, но ни за что этого не покажет. Сейчас важнее усмирить пыл Каталины. Иначе он окрасит своей кровью совсем свежий снег.
- Какого черта, Алистер?
- Заткнись, Кавана! – кричит Каталина, не переставая размахивать мечом. – Просто заткнись и исчезни с моих глаз навсегда! Я ненавижу тебя! Ненавижу всей душой!
Сердце Эмиля болезненно сжимается от ее слов. Он тоже в душе ее ненавидит, но почему-то слова принцессы ему неприятны. Принц может просто уйти, оставив ее наедине со своей яростью. Но не уходит. Просто не может бросить ее в таком состоянии. Эмиль ловко ныряет под руку Каталины и крепко держится за ее запястье. Меч замирает в воздухе, а принцесса беспомощно рычит. Она пытается вырваться, но хватка принца слишком сильна. Эмиль стоит за ее спиной, слишком близко. Ближе, чем должен. Его дыхание касается ее шеи, вызывая неприятную дрожь по телу.
- Ты всего лишь женщина, Каталина. И ты не сможешь ничего добиться в этом мире без мужчины. Только если не станешь достаточно сильной. Но ты не твоя мать.
Слова Эмиля звучат слишком жестоко и правдиво. Каталина морщится и судорожно хватает ртом воздух. Да как он смеет? Но ведь это правда. Жестокая реальность. Она слишком слаба, что быть самостоятельной, и потому прячется за спины братьев. Каталина никогда не станет похожей на свою мать. Пальцы принцессы расслабляются, и меч падает на землю. Злость покидает наследного принца Ламандии, сменяясь горьким осознанием собственной правоты.
- Чувства мешают тебе раскрыть глаза, - шепчет Эмиль, вызывая новую волну дрожи. – Чем ярче ты реагируешь, тем больше мне хочется тебя задеть. Не позволяй своему непослушному «я» портить тебе жизнь из-за подобных мелочей.»
Каталина усмехается, вспоминая тот странный разговор между ними. Она все никак не могла понять, почему Эмиль возится с ней, как с маленьким ребенком. Почему выводит из себя. И почему продолжает быть рядом, несмотря на все оскорбления, полученные в свою сторону.
Найти Изабеллу оказывается не сложно. Ее яркие рыжие волосы выделяются на фоне голых деревьев. Императрица Аурии ступает медленно и осторожно, останавливаясь на приличном расстоянии от принцессы. Что же сказать этой вспыльчивой девушке, которая ненавидит ее всем сердцем? Как уговорить участвовать в их безумной затее? Каталина делает глубокий вдох, запасаясь терпением и силами. Они ей точно пригодятся. А затем неловко кашляет, привлекая внимание принцессы.
Изабелла резко вскакивает с каменной скамьи и оборачивается на звук. Ее глаза расширяются от удивления при виде ненавистной императрицы. Каталина позволяет надежде просочится сквозь толстую стену и заполнить разум. Но в глазах Изабеллы вспыхивает пламя, что так же яростно горит в ее ладони. Принцесса Рея атакует Каталину огненными сферами, которые та с легкостью отводит в сторону.
- Снова ты! – кричит Изабелла, не переставая метать сферы.
- И я рада тебя видеть, Огонёк.
Каталина делает пару движений руками, и лед сковывает конечности принцессы. Ноги девушки прочно прикованы к земле, а ладони обвивают ледяные браслеты, расширяющиеся с каждой секундой. Принцесса рычит, не в силах растопить ловушку своим пламенем. Императрица медленно подходит ближе, на ее лице играет довольная улыбка, которая лишь больше злит Изабеллу.
- Тебе придется меня выслушать, дорогая. Хочешь ты того или нет.
- С какой стати? – выплевывает принцесса. – Ты пришла ко мне без приглашения, а еще что-то требуешь!
- Я могла бы вернуть себе трон и власть над Реем за считанные минуты, - нарочито спокойно произносит Каталина. От нее не укрывается удивление, проскользнувшее на лице Изабеллы, которое сменяется недоверием. – Думаешь, народ станет за вас бороться? Нет. Люди помнят Аурию Алистер, которая сделала для них все, что могла. Помнят меня. Но, как видишь, я не предпринимаю никаких попыток. И поэтому ты спокойно выслушаешь все, что я хочу тебе сказать.
- Значит, ты все вспомнила?
Изабелла выглядит разочарованной. Она не ожидала увидеть Каталину живой. Принцесса полагала, что сумела справиться с тем единственным заданием, которое поручила ей Созидательница. Но вот императрица стоит здесь, живая и здоровая. И с магией, которую когда-то даровала ей богиня. Лицо Изабеллы недовольно морщится, а в ладонях вспыхивают искры в тщетных попытках растопить лед.
- На твое несчастье, да. И теперь я еще лучше осознаю, какую власть имею в своих руках. У тебя был шанс меня уничтожить и избавиться от соперницы. А теперь я могу одним щелчком пальцев уничтожить тебя и весь этот сад. Но не сделаю этого.
- И я должна тебя благодарить? – недовольно восклицает Изабелла.
Гнев внутри принцессы достигает предела. Тело девушки вспыхивает алым пламенем. Глаза горят ярче прежнего, словно тоже могут извергать огонь. Ледяные оковы плавятся под натиском пламени. Изабелла довольно улыбается и медленно идет навстречу Каталине. И огонь в ладонях принцессы заставляет императрицу отшатнуться назад.
- Ты растоптала мою репутацию! Разрушила хрупкое доверие ко мне Созидательницы! Отняла у меня мужа и королевство! И я должна благодарить тебя за то, что ты явилась в мой дом?
Голос Изабеллы с каждой секундой становится все громче, а пламя горит ярче. Каталина призывает силу, и с неба сыпется пушистый снег. Температура вокруг принцессы опускается, заставляя пламя потускнеть. Императрица выпускает в воздух облачко пара, напряженно следя за каждым движением Изабеллы. Она проделала столь долгий путь не для того, чтобы вновь сойтись в схватке с принцессой. Это ни к чему не приведет. Они не смогут победить друг друга.
- Эмиль никогда не смог бы стать твоим мужем, Изабелла, - Каталина поднимает правую руку, на безымянном пальце которой блестит простое кольцо с гравировкой. – Мы помолвлены и связаны прочной нитью. Разве Созидательница не рассказала тебе о таких важных вещах перед тем, как посылать в Ламандию?
Изабелла хмурится, недоверчиво разглядывая соперницу, но больше не пытается сжечь ее в своем пламени. Каталина судорожно выдыхает. Пора менять тактику и поговорить по душам.
- Ты хотя бы имеешь представление, кого собиралась убить? Или богиня воспользовалась тобой, как оружием? Отправила маленького несмышлёного котенка на верную смерть?
- О, конечно же, она рассказала, кто ты такая, - отвечает девушка. Ее настрой ничуть не меняется, оставаясь все таким же враждебным. Снежная королева просто пытается заговорить ей зубы! – Ты предательница. Богиня многое рассказала мне о тебе. Она подарила тебе свою благосклонность, силу и влияние. А ты в ответ предала ее доверие!
- Да что ты об этом знаешь, глупая девчонка! – взрывается Каталина.
Императрица отводит руку в сторону, и земля под ее силой взрывается ледяными осколками. Глаза женщины горят ярче прежнего, но вовсе не от магии. А от злости, обиды и боли. Как может Изабелла рассуждать о подобных вещах, даже не подозревая, что ей пришлось пережить в прошлом? Не зная, какую ношу она несет в своем сердце. И как сожалеет о каждом неверном шаге. Воспоминания волной накрывают Каталину, заставляя раскрыть душу перед той, кто едва не увел у нее любовь всей жизни.
- Созидательница убила нас. И меня и Эмиля. Мы сражались за мир, за возможность дать людям лучшую жизнь! – с жаром произносит императрица, невидящим взором глядя куда-то за спину Изабеллы. Туда, где когда-то была ее комната, окна которой выходят прямо в сад. – Богиня разрушила мою жизнь ради собственных идиотских страхов. Не я начала эту войну. Но я ее закончила. Мы пролежали без сознания пятьдесят лет, а когда очнулись, даже не вспомнили друг друга, Изабелла! Ты даже не представляешь, какого жить с пустотой внутри, которая день за днем пожирает тебя изнутри! Заставляет искать то, чего нет! Каждый день меня терзает страх, что Созидательница придет за нами. Одно ее желание, и мы все перестанем существовать.
Каталина трясет головой, отгоняя настойчивые воспоминания прочь, и переводит взгляд на Изабеллу. Огонь в руках девушки продолжает пылать, но она тут же его тушит. В глаза принцессы не остается ярости, она кажется заинтересованной. Все это время она полагала, что Снежная королева не знает, что такое эмоции. Что она холодна и бездушна. Всего лишь бессердечная машина для убийств. Но теперь... Изабелла видит в ее глазах слезы, а на лице явственно отражается боль потери. Это меняет дело. По крайней мере, ее стоит выслушать.
Каталина судорожно выдыхает, удивленная собственной реакцией. Это родной дворец так на нее действует? Место, полное счастливых воспоминаний или тот факт, что она десять лет ничего не чувствовала, кроме пустоты? Неважно, если это заставляет Изабеллу смягчить гнев и оставаться на месте, чтобы позволить женщине довести дело до конца.
- Все мы лишь пешки в игре Созидательницы, - слова льются из Каталины сплошным потоком. Все заготовленные заранее фразы вылетают из головы, заставляя говорить сердце. Она вовсе не ненавидит Изабеллу. Ей бесконечно жаль бедную девочку, потерявшуюся во лжи богини. Поэтому Каталина и решила к ней обратиться. – Тебя используют так же, как и меня когда-то. Откажется одна, всегда найдется другая. Но теперь у Созидательницы нет иных вариантов, остались только мы вдвоем. Она не сможет уничтожить всю магию в этом мире, если ты мне поможешь.
Изабелла хмурится, но молчит. Она начинает понимать, в какую сторону заходит разговор, и чего Каталина от нее хочет. Но это слишком опасное дело, а девушка даже собственной силой не умеет управлять! И она ничего не сможет противопоставить Созидательнице, в чьих руках сама жизнь. Ее просто раздавят, словно блоху.
- Шестьдесят лет назад нас было больше, - продолжает Каталина. – Магия являлась частью этого мира. По всей земле были разбросаны магические дома, правящие королевствами, простые придворные и люди, тщательно скрывающие свою силу. Мы собирались раз в год, чтобы обсудить насущные дела, встретиться с богиней и не забыть о своей связи. Все было хорошо до тех пор, пока Созидательница не столкнула нас с охотниками на магов. Это была бессмысленная война. Признаюсь, я сбежала. Спряталась в Ламандии под крылом семьи Кавана. Просто не хотела в этом участвовать, хоть богиня и возлагала на меня надежды. Но она не остановилась. Продолжила уничтожать магов, пока в живых не остался только один дом помимо меня. Агиллар. Розалинда встала во главе нового войска, которое жаждало уничтожить саму жизнь на этой земле. У нее была магия Созидательницы. Розалинда управляла этой армией. Впрочем, ты и сама должна знать эту историю. Я больше не могла скрываться за прочными дверями Ламандии. Мои братья погибли при осаде Рея, защищая дом нашей матери до самого конца. А позже мы с Эмилем стали центром сопротивления. Только теперь все приняло иные обороты. Охотники объединились с простыми людьми. У нас было оружие, способное сдержать божественных воинов. А потом... мы вышли на бой с Розалиндой. Я до последнего надеялась убедить ее встать на нашу сторону. Но она предала и меня. Божественный воин убил Эмиля ударом в спину. Кинжал вошел ровно в сердце. Меня охватила агония, и сила вырвалась из-под контроля. Я успела задушить Розалинду, но ее черное заклинание оборвало мою жизнь.
Каталина крепко сжимает ладони, вспоминая свой последний день. Они с Эмилем были так молоды и наивны. Надеялись спасти целый мир только вдвоем. Хотели жить долго и счастливо. Вот только Созидательница разрушила их планы. Алистеры и Агиллары никогда не ладили, ведь лед и пламя не могут быть союзниками. Им суждено стоять по разные стороны. Но что, если это и была их главная ошибка? Может, стоило побороться за Розалинду и ее силу? Возможно, вместе они бы сумели что-то сделать. Каталина не желала совершать ту же оплошность еще раз, и потому сейчас готова на многое, чтобы заручиться поддержкой Изабеллы. Даже если она все еще ненавидит ее.
Изабелла делает глубокий вдох. Эта история знакома ей слишком хорошо, но с другой стороны. Именно ее рассказала ей Созидательница, пытаясь уговорить принцессу пойти на сделку. Но слова Каталины отличаются от услышанного ранее. Кто же из них врет? В сознании принцессы всплывает яркий образ матери. Кроткой, благородной и бесконечно красивой. Она единственная раскрыла дочери истинную историю Розалинды о ее предательстве. Бабушка не должна была идти против своих. Не должна была слушать лживых заверений Созидательницы. Но она хотела власти. Сила огня – это один большой соблазн. Пламя своенравно, упрямо и беспощадно. Как и все его обладательницы. Но только мама Изабеллы сумела совладать с этой магией, сдерживая ее глубоко внутри себя и почти не используя. Хватит ли сил Изабелле, чтобы пройти тот же путь с достоинством? И стоит ли сейчас довериться Снежной королеве?
- Почему я должна тебе поверить? – спрашивает Изабелла. – Вдруг это ловушка?
- Я не смогу заставить тебя пойти на это, - отвечает Каталина, непринужденно пожимая плечами. – С тобой или без тебя, но мы найдем способ избавить от гнета Созидательницы. Но подумай вот о чем. Хочется ли тебе всю жизнь быть пешкой в руках богини? Хочешь ли закончить так же, как Розалинда?
Принцесса Рея вздрагивает, что не укрывается от внимательного взгляда императрицы. Эта девчонка настоящий кремень, но и Каталина не первый день стоит у власти. Большой опыт в завоевании приходится ей как раз кстати. Ведь она знает, на что нужно надавить, чтобы подтолкнуть Изабеллу к правильному выбору.
- Эмиль будет в этом участвовать? – для отвода глаз спрашивает принцесса.
- Конечно, без него никуда.
Каталина улыбается, наблюдая за тем, как быстро меняется выражение лица Изабеллы. Да, легко с ней точно не будет. Но это лучше, чем проиграть и лишиться жизни второй раз, верно? Вместе они сумеют разгадать планы Созидательницы и обеспечить себе будущее.
* * *
- Эмиль, ты здесь?
Каталина осторожно входит в комнату, которую им так любезно предоставил король Дементий. Императрица останавливается в центре небольшой спальни, вслушиваясь в тишину и осматривая каждый уголок.
- Что ж, здесь его тоже нет.
Каталина недовольно упирает руки в бока, размышляя, где еще ей стоит поискать своего спутника. В библиотеке? Нет, в свое время они успели изучить королевскую библиотеку вдоль и поперек. Может, в саду? Нет, не в столь холодное время года. Да и Эмиль никогда не был любителем бродить среди деревьев. Только если окунуться в далекие воспоминания. Каталина шумно выдыхает и выходит в гостиную, не включая свет. Садится на диван и откидывается на спинку, складывая руки на груди. День выдался ужасно сложным. Ей стоило огромных трудов уговорить Изабеллу помочь. Рассказать ей всю историю, убедить в своих мотивах. Сам дворец Рея навевает воспоминания на каждом шагу. Каталина сопротивляется им, как может, но это источает ее силы.
Женщина на мгновение прикрывает глаза. Станет ли жизнь для нее проще? Будет ли она искренне счастлива? Все эти вопросы кажутся такими нелепыми. Но только не для нее. Она не обычный человек. Она – Снежная королева.
Стоит лишь мрачным мыслям подползти непозволительно близко, как глаза Каталины накрывают чьи-то теплые руки, приятно отдающие мандаринами. Императрица улыбается, ни секунды не сомневаясь в том, кто стоит позади. Пока она бегала по всему дворцу в поисках Эмиля, он спокойно дожидался ее здесь. Хитрец. Каталина накрывает руки короля своими и сжимает.
- А я все это время был здесь. Смотри внимательней в следующий раз, принцесса.
Эмиль обходит Каталину и протягивает ей руку. И она ни секунды не раздумывает. Императрица пойдет с ним хоть на край света. Умрет за него еще тысячу раз. Такой мужчина стоит всех потраченных усилий и жертв. Эмиль улыбается, словно знает, о чем думает его возлюбленная. Он молча ведет Каталину в соседнюю комнату, где их уже ждет накрытый на двоих стол, загадочно мерцающий в тусклом свете нескольких свечей. Императрица негромко смеется, присаживаясь на заботливо подставленный стул.
- Так вот чем ты занимался все время, пока я рисковала своей жизнью, разговаривая с Изабеллой?
Эмиль хитро улыбается и откупоривает бутылку вина, разливая алую жидкость по бокалам. Каталина рассматривает стол, на котором стоит чаша с нарезанными фруктами, два стакана воды и тарелки с едой. Но все ее внимание сосредоточено не на мясе, что так привлекательно пахнет, а на мужчине, который в неярком пламени свечей выглядит более загадочным, чем обычно. Сердце Каталины бьется быстрей, когда он отвечает на ее взгляд улыбкой. Она готова утонуть в его зеленых глазах. И никогда больше не встречаться с реальностью, в которой их еще ждут тяжелые испытания.
- Вовсе нет, - произносит Эмиль, делая глоток вина. – Я честно строил из себя оскорбленного жениха, который требует возмездия. И, кажется, в какой-то момент Дементий даже проникся.
Каталина в ответ смеется. В этот краткий миг счастья ей кажется, что она парит где-то высоко-высоко в небе. Нет никаких угроз и насущных проблем, что преследуют ее на каждом шагу. Настолько легко императрица чувствует себя рядом с Эмилем. Даже спустя шестьдесят лет.
- И на чем вы сошлись?
- Пока ни на чем, - пожимает плечами мужчина, энергично орудуя вилкой и ножом. – Король обещал поговорить со своей дочерью и уверял меня, что ничего не знает о том, что произошло на свадьбе. Думаю, он не врет. Изабелла провернула все это за его спиной. Кстати, как все прошло у тебя?
Каталина отправляет в рот кусок мяса, на мгновение прикрыв глаза от наслаждения. Как вкусно! Хорошо прожаренное мясо буквально тает во рту, оставляя приятное послевкусие специй. И только когда первый кусок исчезает с языка, отправляясь в желудок, Каталина понимает, насколько голодна. День выдался настолько волнительным и трудным, что она даже забыла, когда последний раз видела еду. Эмиль с довольной улыбкой наблюдает за реакцией женщины, не торопя ее с ответом. Ведь он знает, как важно поднять настроение своей принцессе.
- Меня не убили и на том спасибо, - отвечает императрица после некоторой паузы. – Но Изабелла согласилась помочь... после того, как я рассказала ей о нашем прошлом.
- Бедная девочка, - нарочито серьезно качает головой король. – Я околдовал ее своим очарованием.
- Не выдумывай. Просто ты ей менее противен, чем я.
Повисает напряженная тишина. Взгляд Каталины невольно обращается к окну, за которым ярко светит убывающая луна. Безоблачное небо усыпано мириадами звезд. Как же так получилось, что в мире, полном магии, остались лишь она и Изабелла? Чего на самом деле хочет Созидательница?
- Кэт, - рука Эмиля накрывает сжатую ладонь императрицы, заставляя ее вздрогнуть. – Прошу, не думай сегодня об этом. Давай притворимся, что все хорошо. Хотя бы этой ночью.
Каталина согласно кивает, не проронив и слова. Просто боится, что голос подведет ее. Но с Эмилем и не нужны никакие слова. Они прекрасно понимают друг друга даже в тишине.
- Как думаешь, когда все это закончится, я сумею выполнить свое обещание? – спрашивает король, задумчиво поглаживая кольцо на пальце Каталины.
Женщина улыбается, ощущая, как по телу разливается приятное тепло. Столько лет прошло, но даже простая мысль об этом приводит ее в восторг! Как долго мечтала Каталина о совместной жизни с Эмилем? Слишком долго, чтобы отказаться от своих намерений.
- Думаю, сможешь, - негромко отвечает императрица, подаваясь ближе к королю.
Их губы сливаются в поцелуе. Легком, нежном и бесконечном. Кажется, этот вечер ничто не способно испортить. Ведь они наконец могут остаться вдвоем и полностью отдаться на волю своих чувств.