Элементы Хаоса

Часть 4

Залтиса провели к резиденции лидера Вайнира — массивному каменному сооружению, возвышавшемуся поодаль от остальных построек. Среди элементалей её называли Сторожевой крепостью. Она не стремилась впечатлить красотой — только силой. Толстые стены, грубые линии, тяжёлые выступы, от неё исходило глухое давление.

Внутри царила строгая упорядоченность. На первом уровне находились бойцы и командиры. Они тренировались, отрабатывая техники земли — поднимали каменные пласты, ломали и заново собирали конструкции, испытывали новые формы контроля над стихией. Никто не обратил внимания на Залтиса. Или сделали вид, что не обратили.

Поднявшись выше, он оказался в более тихой части крепости. Здесь не было лишнего движения, только напряжённая тишина. У окна стоял Цероклис. Он не обернулся сразу — лишь когда почувствовал присутствие гостей. Медленно повернувшись, лидер встретил Залтиса тяжёлым взглядом светло-зеленых глаз.

— Давно не виделись, Залтис, — произнёс он низким, гулким голосом.

— Очень давно, — коротко ответил тот, остановившись в центре комнаты.

Зал был почти пуст. Ни украшений, ни лишних деталей — только грубый камень, плотная глина и ощущение холодной строгости.

Цероклис выглядел почти так же, как и прежде: высокий, широкоплечий, с густой каменной бородой и в одеждах с красно-белыми узорами, оставшаяся с момента когда он был в Материальном плане. Но теперь его тело выдавало изменения — кожа местами осыпалась, как пересохшая порода, а под ней проглядывали трещины. В нём ощущалась тяжесть и износ.

Одним движением ладони он изменил пространство. Камень поднялся, сформировав массивный стол и два тяжёлых кресла.

— Садись.

Они заняли места одновременно. Взгляды их встретились — без приветствия, без лишних слов. Цероклис коротко кивнул слугам у двери.

— Оставьте нас.

Когда дверь закрылась, в комнате воцарилась тишина.

— Я ожидал, что этот разговор состоится раньше, — начал Цероклис, скрестив руки. — Но стоило появиться чужакам, и ты сразу объявился.

— Разве не ты был против дальнейших разговоров? — спокойно спросил Залтис. — До недавнего времени у меня не было причин к тебе приходить, зная что наша встреча закончиться ничем. Но теперь, поменялись обстоятельства и я все же решился сюда прийти.

Он слегка наклонился вперёд.

— Гора Земес находится в критическом состоянии.

Цероклис едва заметно усмехнулся.

— Вот как? И когда ты это понял? Когда появились люди? Когда коррозия начала выходить из-под контроля? Или тогда, когда ты закрыл гору, проигнорировав мои слова?

— Это было общее решение.

— Общее? — голос Цероклиса стал жёстче. Он подался вперёд. — Не прикрывайся другими. Ты лучше меня знаешь, как это решение принималось. Они согласились потому что ты настоял. Потому что ты запугал их последствиями. А теперь даже они понимают, какую ошибку совершили.

Залтис не отвёл взгляда.

— Мы обязаны были это сделать. Коррозия — явление за пределами элементальной природы. Мы не понимаем её полностью. Но мы знаем достаточно, чтобы осознать: если бы она вырвалась наружу, пострадал бы не только наш план.

— И ты решил пожертвовать нами ради Материального плана? — холодно спросил Цероклис. — После всего, что с нами сделали?

— Материальный план не несёт ответственность за действия Порядка, — спокойно, но твёрдо ответил Залтис. — Не все там наши враги.

— Коррозия появилась сразу после того, как мы отбились от вторжения Порядка и его союзников. Напомнить тебе, кто правит Материальным планом?

Залтис замолчал. Ответ был очевиден.

— Магнум Ордо, — продолжил Цероклис, его голос стал тяжелее. — Звезда Порядка. Тот, кто нарушил договор. Тот, кто привёл войну в наш план.

Он медленно поднялся.

— И после этого ты продолжаешь защищать их?

— Я не защищаю Ордо, — спокойно сказал Залтис. — Но я дал слово Земниексу, что Землянной план не будет мстить Материальному плану за содеянное. И уж тем более не будет воевать с Порядком.

— Это абсурд, — резко бросил Цероклис.

— Но такова была его воля. Он понимал, что столкновение Хаоса и Порядка неизбежно. Единственное, чего он не предвидел — насколько скоро это произойдёт.

Цероклис встал, отвернулся и подошёл к окну чтобы посмотреть на своих людей. Залтис подошёл к нему ближе, остановившись рядом. Между ними повисло недолгое молчание.

— Я действительно хочу, чтобы вражда между нами закончилась, Цероклис, — спокойно произнёс Залтис. — Чем дольше длится этот конфликт, тем быстрее наш народ исчезает. Мы все идём под знаменем Земли. Мы — её создания. Я знаю, о чём ты думаешь. Что Земниекс не принял бы такого решения. Но именно он начал перенос горы Земес в Материальный мир. Он хотел спасти нас от разрушения, просто не успел. А коррозия... если бы её не остановили, последствия затронули бы не только нас. И тогда уже мы стали бы причиной катастрофы.

Цероклис слушал молча, не перебивая. Когда Залтис закончил, он тяжело выдохнул.

— Я не виню Земниекса. Иногда лидеру приходится принимать решения, за которые потом платят все.

Он медленно прошёлся по комнате.

— Я знаю это лучше, чем кто-либо. Вайнир тоже стоял на грани разрушения. Элементали были в отчаянии, они потеряли связь с Элементальным планом, а это... медленная смерть для каждого из нас. Кризис, исчезновение Земниекса, перемещение Земеса. А теперь ещё и коррозия... Всё это ломает нас изнутри.

— Если бы мы знали её природу, — продолжил Залтис, — мы бы действовали быстрее. Единственный способ разобраться — спуститься в Недра и попасть в Мастерскую Земниекса. Но проход туда закрыт с момента его исчезновения. Никто из нас не может открыть ворота. И даже если бы смог... сама Мастерская защищена. Только творения Земниекса способны открыть её.

— Одни уничтожены, — мрачно отозвался Цероклис. — Другие пропали. Но один из них всё же появился.

Залтис резко посмотрел на него.

— Перкунас... он здесь?

— Пришёл вместе с людьми.

— «Почему они мне об этом не сказали...» — мелькнула в его голове мысль. — Мы должны заручиться его помощью, — сказал Залтис вслух.

— Помощь от предателя? — холодно усмехнулся Цероклис. — Когда он был нужен, его не было рядом. Все творения Земниекса остались защищать гору, кроме него.

— Ты сам знаешь, что его статус не позволяет принимать собственные решения.

— Зато теперь он служит Порядку. Ему здесь не место.

— Сейчас не время разбираться в старых обидах. Если он здесь — это наш шанс попасть в Мастерскую.

— У нас есть и другой вариант, — добавил Цероклис. — Твоя первая ученица.

Залтис напрягся.

— Декла...? — имя сорвалось само. — Нет... она не успела спастись.

Цероклис медленно повернулся к нему.

— Ты слишком рано хоронишь своих учеников. Она жива, но её аура нестабильна.

Залтис резко выпрямился.

— Откуда ты это знаешь?

— Благодаря этому.

Камень под ногами Цероклиса разошёлся, и он извлёк из-под земли тяжёлый сундук. Крышка раскрылась — внутри лежал крупный перламутровый шар, переливающийся всеми оттенками стихий. Хаос струился внутри него, связывая их воедино. Хаос Видение.

Залтис замер. Теперь всё стало на свои места.

— Ты выходил в Материальный мир, — тихо сказал он глядя на него со недовольным выражением. — Ты разрушил барьер, что сдерживал коррозию?

— Небольшая жертва на пути к моему плану.

— Жертва? — голос Залтиса стал жёстче. — Коррозия захватила стражей Аусеклиса. А если бы она уничтожила гору? Или затронула невинных?

— Не о том у тебя сейчас мысли. У нас в руках Элемент Хаоса, способный видеть скрытое. Я давно получаю видения. Земниекс всё ещё внутри горы, я слышу его. Он зовёт.

Его голос стал почти что одержимым. Залтис впервые увидел Цероклиса таким.

— Но коррозия скрывает его. И мне нужно было то, что сможет найти Земниекса. Я потратил десятки лет, чтобы выйти на след Хаос Видения. И когда узнал, что он у ундин — я забрал его.

— Ты понимаешь, к чему это приведёт?

— Люди уже используют Элементы Хаоса, — спокойно ответил Цероклис. — Ради власти. Ради выгоды. А я использую его, чтобы вернуть нашего Прайма. Разве это одно и то же?

Сила артефакта медленно разливалась по его телу. Каменная кожа трескалась чуть сильнее, а в глазах вспыхнуло странное, беспокойное свечение. Залтис это заметил и это ему не понравилось.

— Залтис, — продолжил Цероклис, уже спокойнее. Он опустил руку с артефактом. — Сейчас речь не о правоте. Речь о выживании. Кризис, через который мы прошли, оставил слишком глубокий след. Если мы не исправим всё сейчас, элемент Земли исчезнет.

Залтис молчал. Цероклис сделал шаг вперёд и протянул руку.

— Я предлагаю тебе союз. Плайдс и Вайнир прекратят вражду. Мы объединим силы, найдём Земниекса и восстановим наш мир.

Залтис смотрел на протянутую руку.

— Ты со мной?

Эти слова звучали не искренне от Цероклиса. Слишком много вопросов оставалось без ответа. Разве их Прайм жив? Где он? Что случилось с Перкунасом, Деклой? Эти вопросы были не просто личными для Залтиса, они принципиальные. Но важнее было другое. Он — или его народ?

Змеиные глаза Залтиса медленно закрылись. От этого решения зависело будущее элементалей земли.

Часть 5

Никто уже не мог сказать, сколько времени прошло с тех пор, как Рио и остальных Искателей бросили в каменную клетку. Ощущение было такое, будто время растянули до предела — как натянутую нить, готовую вот-вот оборваться, но всё никак не рвущуюся.

Тревога медленно разъедала каждого. Маргарет переносила это тяжелее всех — она уже несколько раз срывалась на слёзы, и Лили терпеливо оставалась рядом, стараясь её успокоить.

Парням тоже не сиделось на месте. Шин, не выдержав напряжения, вспомнил о своей «тренировке»: каждый раз, когда его накрывали плохие мысли, он начинал делать отжимания. Он уже успел раз пятьдесят отжаться. Но ни Гато, ни Рио такого рода разминки не помогали. Оба стояли у решётки, внимательно изучая каждый выступ, каждую трещину, выискивая слабое место.

И тут камень дрогнул. В решётке один за другим вспыхнули знакомые нефритовые глаза. Следом раздался довольный смех.

— У меня для вас новости, дорогие заключённые! — протянул Йодс с явным удовольствием.

Маргарет резко подняла голову.

— Нас наконец-то выпускают?

— Ха! Нет! — отрезал Йодс, и надежда мгновенно угасла. — Об этом речи пока не идёт. Но один из охранников поделился со мной интересным слухом. Залтис заключил союз с Цероклисом. Плайдс и Вайнир объединяются. Что же вы не радуетесь?

— Мы будем рады, когда нас отсюда выпустят, — сухо ответил Шин, поднимаясь и подходя к решётке.

— Ваше освобождение зависит от переговоров, — лениво пояснил Йодс. — Пока Залтис не закончит — вы остаётесь здесь. Хотя... зная его «принципы», он, скорее всего, откажется от дальнейшего союза. А если согласится — тогда вы здесь застрянете ещё дольше. Забавная дилемма, не правда ли?

— В твоих словах нет никакой логики, — раздражённо буркнул Гато.

— Залтис обещал вернуться за нами, — добавила Лили, стараясь сохранить спокойствие.

Йодс тихо рассмеялся.

— Обещания... Людям дают их часто. А вот выполняют гораздо реже. Пока нашему народу грозит опасность, вы для него — расходный материал. Ничего страшного, если вы тут умрёте. Будто вас кто-то ждёт на поверхности, ХАХАХА!

Рио сорвался первым. Камень под его ногами треснул, когда он резко шагнул вперёд. Его кулак вспыхнул силой. Глухой треск «Каменного кулака», и один из глаз Йодса разлетелся, а часть решётки осыпалась, оставляя дыру.

— Ты что о себе возомнил?! — возмутился Йодс.

— Я пытаюсь выйти наружу, не мешай мне!

Рио вновь со всей силы ударил клетку. Второй удар. Третий. Камень крошился, но тут же начинал затягиваться обратно. Удары Рио были быстрыми, впрочем как и регенерация у этого элементаля.

Земля под ногами Рио взметнулся. Из пола вырвались тяжёлые каменные руки и схватили его за запястья, сжимая с такой силой, что даже его удары замедлились.

— Посмотрим, как ты будешь бить теперь.

В следующий момент из-под земли вырос плотный каменный манекен, словно кокон. Йодс резко швырнул Рио внутрь, камень сомкнулся.

— Я всё равно выберусь! — глухо донёсся голос изнутри.

— Попытку побега засчитываем, — Шин подошёл ближе и осторожно постучал по поверхности.

— ХАХАХА! — расхохотался Йодс. — Я же говорил — пока я здесь, никто из вас не выйдет! Ещё одна попытка, и вы все окажетесь в таких манекенах.

Гато и Шин уже пытались расколоть каменный кокон, но безуспешно — структура была слишком плотной. Побег провалился. Или нет?

— Эй... — насторожился Гато. — Вы слышите?

Из глубины пещеры донёсся странный звук. Сначала глухой удар, потом ещё один. Будто что-то катилось... и врезалось. Йодс резко повернул глаза в сторону прохода.

— Что там ещё?

Из темноты выкатилась каменная голова. Она остановилась у решётки и неловко качнулась. Это была голова одного из охранников.

— Йодс... у нас, кажется... вторженцы... — пробормотала она виновато.

Через секунду послышался ещё один грохот — и следом вкатилась вторая голова с фиолетовыми глазами.

Два камня резко вылетели из прохода и катались по всей каменной комнате. Они остановились перед единственной клеткой и приняли свои естественные формы.

— Та-да! — радостно объявил знакомый голос. — Проникновение в тюрьму противника успешно завершено!

Фил стоял перед ними, широко улыбаясь. Рядом с ним выпрямился Гнейс, медленно разминая каменные руки.

— Что это? Вы кто такие? Как вы вообще победили этих идиотов? — Йодс в панике, явно не ожидал появление других элементалей.

— Мы пришли спасать наших товарищей. Гнейс, сломай клетку!

Элементаль бросился вперёд. Йодс попытался среагировать, но не успел — гигант схватил его за решётчатое тело и с силой вырвал из конструкции. Клетка задрожала и распалась. Искатели мгновенно выскочили наружу.

Тем временем Йодс отчаянно сопротивлялся — его тело пыталось собраться обратно, камень тянулся к камню, восстанавливая форму. Но Фил не давал ему ни секунды. Его рука преобразилась в тяжёлый каменный молот, и он с размаха бил по отрастающим частям Йодса, разбивая их снова и снова. Каждый удар сопровождался треском и осыпающимися осколками.

Гнейс, не дожидаясь восстановления, сжал остатки тела Йодса обеими руками и с силой швырнул их в сторону. Камень разлетелся по полу.

Фил быстро подошёл к каменному манекену, внутри которого всё ещё был зажат Рио. Он сразу понял, кто внутри — изнутри доносились приглушённые оскорбления и явное недовольство в адрес Йодса.

— Гнейс, сломай эту штуку!

Гнейс без лишних слов шагнул вперёд. Ему хватило одного короткого, но мощного замаха — каменный корпус треснул и рассыпался, будто был сделан не из твёрдой породы, а из сухой глины. Рио буквально вывалился наружу, резко вдохнув каменный воздух

— Думал, задохнусь... спасибо, — выдохнул он, приходя в себя.

— Операция по спасению товарищей успешно завершена! — с гордостью объявил Фил и хлопнул Гнейса по ладони. Тот довольно кивнул.

— ЭЙ! — раздалось снизу. — Вы про нас не забыли?!

Фил и Гнейс переглянулись и подошли к краю ямы. Внизу, среди грязи и обломков, сидели Ханна, Эдгар... и ещё одно существо, на которое оба элементаля уставились с явным недоумением.

— Сейчас исправим, — бодро сказал Фил.

Он подпрыгнул, и в тот же момент мощный толчок снизу поднял двух людей вверх. Ханна и Эдгар с глухим звуком приземлились рядом с остальными.

Их внешний вид говорил сам за себя.

— Вам бы помыться, — тихо пробормотал Шин, не скрывая выражения лица.

— Сама знаю, — буркнула Ханна, стряхивая с себя грязь. Лили тут же помогла ей, аккуратно смывая остатки с помощью своей силы.

— Как вы здесь оказались? Это Залтис вас прислал? — Рио сразу подошёл к Филу и Гнейсу, не скрывая удивления.

— Нет-нет, — замотал головой Фил. — Залтис ничего не должен об этом знать... Нам помог один старый знакомый Гнейса.

Большой элементаль согласно покачал головой. Рио нахмурился, явно не понимая, о ком идёт речь, но спросить не успел. Земля под ногами резко дрогнула.

Из-под камня, словно выстрелив, вырвались жёсткие каменные прутья и мгновенно обвили всех — Шина, Гато, Лили, Ханну, Эдгара — сковав движения. Свободными остались только Рио, Фил и Гнейс.

Камень перед ними вспучился и разошёлся. Йодс поднялся — но уже не в виде клетки. Теперь перед ними стоял искажённый каменный гигант. Его тело напоминало Гнейса, но было вытянутым, неправильным. Несколько длинных, тонких рук извивались за спиной, словно отдельные существа, а нефритовые глаза горели злобой по всей поверхности его тела.

— Ни один заключённый ещё не сбегал от Йодса! — прогремел он, его голос отдавался эхом по всей пещере. — А вас, мелкие негодники, я заставлю плавать в лаве!

Гнейс тут же рванулся вперёд, но Йодс резко выбросил одну из своих рук, перегородив ему путь. Удар отбросил гиганта назад, тот тяжело рухнул на камень.

И в этот момент, с глухим взрывным звуком в Йодса врезался массивный каменный блок. Удар был такой мощи, что его тело впечатало в стену. Не успел он восстановиться, как следом прилетел второй. Потом третий. Каменные глыбы летели одна за другой, словно выпущенные из невидимой катапульты. Осколки разлетались по всей пещере, а другие стражники поспешно откатывались в стороны, чтобы не попасть под удар.

Камнепад оборвался так же резко, как и начался. Пыль медленно оседала. И из этого облака, шаг за шагом, вышла фигура человека.

— Квэйк! — с явным облегчением воскликнул Рио.

Тот остановился, стряхивая с плеч каменную пыль и спокойно поправляя плащ.

— Простите, что тогда оставил вас, — сказал он ровным голосом. — Надеюсь, никто не пострадал?

Он прошёл вперёд, быстрым взглядом оценивая состояние каждого. Видимых ран не было — только усталость, напряжение... и толстый слой грязи на Ханне и Эдгаре.

— Рио, а это и есть тот самый знакомый Гнейса. Его зовут... — начал было Фил, но Квэйк мягко, но уверенно положил руку на его шипастую голову, останавливая его.

— Они меня знают. Мы уже пересекались, — спокойно сказал он.

— Оу... ладно, — без обиды отступил Фил.

Квэйк перевёл взгляд на Гнейса и чуть прищурился.

— Удивлён, что ты всё ещё держишься. Массу не потерял... но до меня тебе ещё далеко.

Гнейс что-то недовольно пробурчал и демонстративно напряг каменные мышцы.

— «Придёт день — и я тебя одолею», — перевёл Фил с явным удовольствием.

— Не сомневаюсь, — сухо ответил Квэйк и, не задерживаясь, направился к остальным. Он быстро окинул всех взглядом, словно оценивая ситуацию. — Где сейчас Залтис и Цероклис?

— Всё ещё ведут свои «переговоры», — ответил Шин, выделив последнее слово с лёгкой иронией.

Квэйк едва заметно усмехнулся.

— Тогда они зря тратят время. Я знаю их обоих, к единому решению они не придут. — Он сложил руки на груди. — Уже одно то, что Хаос Видение находится у Цероклиса, делает любой союз невозможным. Для нас сила Хаоса — не инструмент. Это нечто большее. И те, кто используют её ради своих целей, приравниваются к богохульникам. Но Вайнир, похоже, уже сделал свой выбор. Цероклис готов пойти войной, если потребуется. И Залтис ему нужен как проводник.

— В Недра? — уточнила Лили.

— Именно, — кивнул Квэйк. — Только есть одна проблема: сам Залтис не сможет пройти туда, куда надо Цероклису. У него нет доступа к тому месту.

— Тогда зачем ему Залтис? — нахмурился Рио.

— Чтобы попытаться открыть путь, — спокойно пояснил Квэйк. — Но Цероклис ищет не «что», а «кого».

— Он ищет Земниекса. И будет искать, пока не найдёт, — уловил его мысль Рио.

— Я до конца не понимаю его план, — продолжил Квэйк, — но знаю одно: сейчас в Недрах сосредоточена основная масса Коррозии. Если проход откроют — она вырвется наружу. И тогда пострадают все.

— И что нам делать? — спросил Фил, подходя ближе.

Квэйк не колебался ни секунды.

— Сначала — забрать у него Хаос Видение. В руках Цероклиса оно опасно. Остальное решим по ходу.

Он развернулся к выходу. Искатели едва успели сделать несколько шагов, как из камня перед ними вырвались трое стражей. Их тела собирались прямо на глазах — свежие, ещё неустойчивые оболочки. Но Квэйк уже среагировал.

Первый элементаль не успел даже поднять руки, его тело разлетелось на части от прямого удара. Второй попытался атаковать, Квэйк перехватил его движение и вбил в пол, расколов оболочку. Третий отступил, но это не спасло — один точный удар, и он рассыпался так же быстро, как появился.

Из разрушенных тел вырвались их истинные формы — сгустки элементальной энергии. В панике они бросились врассыпную.

Остался лишь один небольшой зелёный шар — Йодс. Квэйк перехватил его в воздухе и поднёс ближе к лицу.

— Попробуешь сбежать или позвать помощь — смешаю с пустотой, — произнёс он спокойно, но так, что спорить не хотелось.

— Понял! Понял! Только пощади! — голос его звучал уже без прежней дерзости.

Квэйк разжал ладонь, Йодс тут же исчез под землю. Квэйк обернулся к остальным.

— Следующий разговор будет уже с Цероклисом. Идём!

Часть 6

Покинув подземелья Вайнира, Искатели Хаоса во главе с Ёрсквэйком двинулись прямым ходом к Сторожевой крепости. Они не скрывались и не искали обходных путей, наоборот, их путь был прямым и неумолимым. По дороге им встречались стражи-элементали. Некоторые пытались остановить их, скорее по долгу, чем по собственной воле. Но каждый такой бой заканчивался одинаково быстро. Квэйк не ускорял шаг, не делал лишних движений — он просто проходил вперёд, а те, кто вставал у него на пути, оказывались отброшены в стороны.

Жители города реагировали иначе. Стоило им заметить его силуэт, как по улицам начинал расползаться тихий, глухой страх. Разговоры обрывались. Взгляды прятались. Некоторые элементали буквально уходили под землю, лишь бы не встретиться с ним взглядом. Его пустые, неподвижные глаза не выражали ни злобы, ни гнева — и от этого становилось только хуже.

Команда молча следовала за ним, наблюдая, как он в одиночку прокладывает путь. В его действиях не было ни ярости, ни наслаждения боем. Перед каждым столкновением он коротко предупреждал: «отойдите в сторону или будет хуже». Но его не слушали.

Никто из Искателей до конца не понимал, что именно происходит. Стражники в тюрьме испугались его и сбежали. Теперь же даже обычные элементали избегали его, словно они чувствовали, что за ним скрывается что-то жуткое. Внешне Квэйк оставался спокойным и собранным. Но Рио заметил деталь, которая выбивалась из этого образа. Его шаги. Они стали тяжелее.

Каждый его шаг отдавался в земле глухим толчком, словно глубины горы откликались на его присутствие. Камень под ногами едва заметно дрожал, и этот ритм постепенно заполнял пространство, задавая свой темп всему вокруг.

Когда они подошли к входу в крепость, стража уже была готова. Перед ними вспыхнули зеленые камни — защитные артефакты, мгновенно выстроились в преграду. Из их глубины вырвались сгустки плотной, нестабильной энергии земли, направленные прямо на Квэйка.

Он даже не остановился. Каменные щиты выросли перед ним почти без движения — плотные, массивные. Удары энергии разбивались о них, рассыпаясь искрами. Когда атака иссякла, Квэйк просто сдвинул руку — и щиты с глухим грохотом врезались в источник, дробя камни на части.

Путь был открыт.

Внутри крепости элементали уже собрались. Их было много — воины, командиры, защитники. Они выстроились в зале, перекрывая проход. Когда Квэйк вошёл, он остановился между ними и Искателями. И просто посмотрел. Никто не шевелился.

Они держали строй, но в их неподвижности чувствовалось напряжение. Никто не решался сделать первый шаг. Тогда Квэйк медленно выдохнул и выпустил силу. Она не взорвалась и не ударила — она разлилась. Тихо и неумолимо. Пронзила пространство, прошла сквозь каждого, кто стоял в зале. Не ранила — но заставила почувствовать его внутреннюю силу.

И этого оказалось достаточно. Стойкость элементалей дрогнула. Кто-то невольно сделал шаг назад. Взгляды, ещё мгновение назад твёрдые, теперь наполнились настороженностью.

— Последний раз предупреждаю... — произнёс Квэйк негромко, но каждое слово прозвучало твердо.

Рио замер. Он никогда не видел своего учителя таким. Даже в самые тяжёлые моменты, даже когда сам доводил его до предела — Квэйк оставался другим. Сейчас же в нём ощущалось нечто иное — сдержанное, но на грани.

Даже без дара эмпатии Рио понимал: Квэйк сейчас был зол.

Элементалям не понадобилось больше слов. Один за другим они начали отступать, расступаясь перед ним. Никто не возразил, никто не попытался остановить их.

Когда проход освободился, все до единого склонили головы, зная что дальнейшее сопротивление бессмысленно.

***

Пока за пределами крепости нарастал хаос, внутри зала это почти не ощущалось. Цероклис и Залтис продолжали разговор, словно всё происходящее снаружи было лишь далеким эхом. Цероклис медленно вращал перед собой Хаос Видения, внимательно изучая переливы света внутри камня, тогда как взгляд Залтиса метался между ним и артефактом.

— Так что же ты выберешь? Перемирие и спасение... или погибель всех нас? — вновь надавил Цероклис.

Залтис на мгновение закрыл глаза, собирая мысли, а затем заговорил спокойно, но твёрдо:

— Первое правило, которое завещал нам Земниекс, когда мы обрели форму: все элементали земли должны держаться вместе...

На лице Цероклиса появилась короткая, почти удовлетворённая улыбка — но она тут же исчезла, стоило Залтису открыть глаза и взглянуть на него с холодной решимостью.

— ...И ты нарушил его, забрав Хаос Видения.

Цероклис тяжело вздохнул, будто заранее знал этот ответ.

— Я надеялся, что ты поймёшь меня. Но, похоже, твоей упрямости ничем не помочь, — его голос стал жёстче. Он резко вытянул руку, и камень послушно сформировался в острый клинок, покрывший его предплечье.

— Решил поднять на меня оружие? — настороженно спросил Залтис, его глаза вспыхнули ярким жёлтым светом.

— Нет, — Цероклис повернулся к выходу. — Твои спутники уже здесь.

В этот момент по залу прокатился мощный толчок. Камень под ногами отозвался глухим эхом, и в воздухе разлилась плотная, нестабильная энергия. Залтис замер на долю секунды — он узнал её.

Каменные двери распахнулись. В проёме появился Ёрсквэйк, за ним — Искатели Хаоса. Появление группы само по себе было неожиданным, но ещё сильнее Залтиса поразило присутствие Квэйка.

— Надеюсь, не помешал вашим «переговорам», — спокойно произнёс он, делая шаг вперёд.

Цероклис мгновенно напрягся. Его клинок с тихим скрежетом повернулся в сторону Квэйка.

— У тебя хватило наглости вернуться, после своего предательства, Перкунас.

— Называй это как хочешь, — ровно ответил Квэйк. — Но то, что делаешь ты, куда ближе к предательству. Отдай Хаос Видения. Тогда, возможно, всё закончится без лишних потерь.

Ответа не последовало. Цероклис сорвался с места.

Каменный клинок с хрустом врезался в лицо Квэйка — удар был резким, без предупреждения. На коже мелькнула трещина, но исчезла так же быстро, как и появилась. Даже для него атака оказалась неожиданной.

— Никого не отпускать! — резко приказал Цероклис.

Снаружи, словно по сигналу, элементали вновь ринулись в бой. Но в зале всё внимание уже было приковано к двум фигурам. Цероклис взял Квэйка на себя.

Квэйк ответил первым — быстрый, прямой удар, рассчитанный на пробитие защиты. Но перед Цероклисом мгновенно выросла плотная каменная стена. Удар глухо отозвался в ней, не дав трещины. Не замедляясь, Квэйк продолжил — второй, третий, четвёртый удар. Ритм был жёсткий, нарастающий, но каждый из них натыкался на точную защиту.

Цероклис не двигался лишний раз. Его защита поднималась там, где это было нужно, словно он заранее знал траекторию атак. Камень отзывался на его волю быстрее, чем удары достигали цели. Обычно атаки Квэйка либо были непредсказуемые, либо их невозможно выдержать. Но сейчас — ни того, ни другого.

И в этот момент Квэйк понял, что именно даёт Цероклису такое преимущество. Хаос Видения в его руке не просто сиял — он направлял его. Артефакт позволял улавливать намерение удара ещё до того, как тот становился движением, словно приоткрывая следующий шаг боя. Квэйк не стал медлить и сменил тактику: его атаки перестали быть последовательными. Он бил с дистанции, тут же сокращал расстояние, затем вновь отступал, ломая ритм, пытаясь найти брешь не в защите, а в реакции.

Но Цероклис держался. Его движения оставались точными, выверенными до предела. Он встречал каждую атаку с ожиданием, ведь знал какой будет удар. Когда Квэйк попытался сбить его с ног подсечкой, позади него мгновенно выросли каменные шипы, и Квэйку пришлось менять траекторию прямо в движении, отбивая их на ходу. Стоило ему вновь перейти к дистанционному давлению, как Цероклис сам сократил дистанцию — резко, без предупреждения, и вонзил клинок в грудную клетку.

Удар прошёл глубоко. Квэйк успел вырваться в последний момент, прежде чем лезвие закрепилось, но трещина разошлась по его телу, как паутина. Она затягивалась, но не сразу.

Тем временем Искатели Хаоса с трудом удерживали напор элементалей Вайнира. Их становилось всё больше. Водяные атаки Лили сдерживали лишь часть натиска, размывая и замедляя противников. Клинок Шина оставлял на их телах лишь поверхностные трещины — недостаточные, чтобы остановить.

В бой вмешался Залтис. Всплеск его силы прошёл по залу, и вокруг группы вспыхнул прозрачный барьер — плотный, как стекло, но живой, наполненный энергией земли. Он мгновенно отделил бойцов от тех, кто не мог сражаться. А в следующую секунду из-под земли вырвались змеиные формы. Они прорезала ряды противников, разбрасывая их в стороны, ломая строй.

Залтис держал сразу два фронта — защита и атака — и это требовало колоссальной концентрации. Рио и Гато прикрывали его, не давая быстрым элементалям обойти с флангов, сбивая тех, кто пытался прорваться за спину.

Квэйк держался. Он уже был покрыт трещинами, следами от клинка Цероклиса, но стоял так же твёрдо. На его лице не было ни боли, ни усталости — только нарастающее раздражение. Цероклис же выглядел иначе. Уверенность в его движениях только усиливалась. Он чувствовал контроль над боем.

И он заметил, что Квэйк все это время сдерживается.

Это было не сразу очевидно. Его удары были точны, но не предельны. В них не было того давления, которое должно было ломать защиту. Цероклис начал давить сильнее, провоцировать, ускоряться, навязывать темп, вынуждая его выйти за предел. Но Квэйк продолжал держать себя в узде.

Бой начал заходить в тупик. Пока регенерация работала, Квэйк мог принимать удары и возвращаться в строй. Но и пробить Цероклиса он не мог — каждый его шаг читался, каждая атака встречалась заранее.

И тогда что-то изменилось. Взгляд Цероклиса на мгновение соскользнул в сторону — к широкому каменному окну, откуда открывался вид на город. Его лицо напряглось. Где-то глубоко внутри горы прошёл глухой толчок. Почти незаметный, но не для него.

Его чувство пространства, отточенное годами, уловило это сразу. Что-то двигалось внизу. Слишком неестественно.

Квэйк тоже остановился на долю секунды. Он закрыл глаза, словно прислушиваясь — и почувствовал то же самое. Волна прошла по земле, и в ней было что-то чужое.

— Сюда кто-то идёт... — тихо произнёс он, почти себе под нос. — И очень быстро.

Не прошло и минуты, как по всему городу прокатилось тяжёлое сотрясение. Оно не было резким — наоборот, глубоким и давящим, будто сама гора начала проседать под собственным весом. По центру Вайнира с глухим треском разошлась земля, образуя широкую трещину. Она стремительно росла, разрывая улицы, ломая постройки, раскалывая массивы стеклития. Камень крошился, конструкции оседали, и элементали, потеряв опору, в панике пытались уйти от разлома, который продолжал расползаться.

Из глубины трещины показалось движение. Сначала тени, затем — фигуры.

Элементали поднимались из разлома один за другим, но в них уже было что-то чужое. Их тела были опутаны тёмно-фиолетовой аурой, а по поверхности камня растекалась чёрная масса, будто живая, медленно заполняющая трещины их форм.

— Коррозия... она здесь! — выкрикнул кто-то из элементалей. Паника начала распространяться быстрее, чем сама трещина.

Разлом добрался до крепости. Каменные стены затрещали, пол под ногами пошёл волнами, часть перекрытий начала осыпаться. Несколько элементалей не удержались и сорвались вниз. Из глубины донёсся глухой, искажённый крик — почти сразу его заглушило что-то вязкое и тянущееся.

И затем она вышла. Чёрная масса поднялась из разлома не как поток, а как нечто управляемое. В ней начали проступать очертания — вытянутые формы, подобие рук, которые двигались согласованно, направляя потоки тёмных нитей. Эти нити устремились вперёд, цепляясь за всё на своём пути, но их движение было не хаотичным. Они тянулись к Цероклису.

Квэйк среагировал первым. Он шагнул вперёд, перехватывая удар, разрывая нити, сбивая их с траектории. Камень под его ногами треснул, когда он приблизился к источнику, намереваясь прорваться к самому эпицентру.

И в этот момент он замер. Среди чёрной массы, в самом её центре, он увидел фигуру — элементаль. Не такой, как остальные.

Этого мгновения хватило. Чёрная масса ударила в ответ. Удар пришёлся в Квэйка, отбрасывая его назад. Он удержался, но потерял темп — и этого оказалось достаточно, чтобы нити достигли цели.

Цероклис отбивался до последнего. Его клинок рассекал потоки, каменные барьеры вспыхивали и рушились, но давление нарастало. Одна из тёмных нитей обвилась вокруг его руки — той, в которой он держал Хаос Видения. Резкий рывок и артефакт вырвало из его хватки.

Чёрная масса мгновенно отступила с добычей, растворяясь в потоке других форм. Рука Цероклиса уже была наполовину поглощена — тёмное вещество быстро поднималось выше, проникая внутрь. Он не колебался, одним резким движением отсёк руку и отступил, срываясь прочь, пока пол под ногами окончательно не ушёл вниз.

Крепость больше не держалась. Залтис действовал без промедления. Его тело вытянулось, приняв змеиную форму, и он стремительно обвил Искателей и Квэйка, подхватывая их, закрывая от обрушений и чёрных потоков.

Они вырвались наружу в последний момент.

Часть города осела, другая продолжала разрушаться. Маргарет, Эдгар, Фил и Гнейс, успевшие выбраться раньше, стояли на расстоянии, наблюдая, как город теряет форму и осыпается внутрь разлома. Среди пыли и обломков на мгновение вспыхнул жёлтый свет — и из него вырвался Залтис.

Он вынес их к открытым полям и только там остановился, осторожно опуская всех на землю. Его форма вернулась к человеческой, дыхание стало тяжёлым, прерывистым. Но главное — все были живы. Квэйк пришёл в себя быстрее остальных. Он поднялся, помогая другим, но его взгляд сразу вернулся к городу.

Вайнира больше не существовало. Там, где ещё недавно стояли улицы и стены, теперь тянулась разорванная земля, из которой продолжала подниматься чёрная масса. Коррозия распространялась медленно, но неотвратимо, покрывая остатки построек и поглощая всё, к чему прикасалась. Выжившие элементали бежали — кто куда мог.

Искатели уже видели разрушения раньше — Гелиодор, Долину Клевера. Но это было иначе. Здесь разрушение происходило на глазах, не в прошлом, а сейчас. И от этого ощущение было тяжелее.

— Цероклис... — тихо произнёс Квэйк.

Залтис покачал головой.

— Он выжил. Я видел. Но ушел без руки.

Это означало только одно — артефакт оказался у тех, кто вышел из глубин. Но оставался вопрос — кто направлял их.

Квэйк молчал дольше остальных. Перед его глазами всё ещё стоял тот силуэт в центре коррозии. Чёткий. Осознанный. Он не был уверен, что увидел правильно, но и забыть это уже не мог.

Им не оставалось ничего, кроме как отступить. Без ответа и без артефакта.