Последний шанс
Прошло несколько месяцев.
Арес не оставлял попыток вернуть меня — он писал, приезжал к дому, спрашивал у Эйприл, звонил.Иногда молча стоял у ворот, даже не надеясь, что я выйду.Но всегда ждал.Я лежала на кровати, уставившись в потолок, и снова возвращалась мыслями к той одной ночи, после поцелуя с Патриком.Той, когда Арес приехал.Это было глубокой ночью, уже за полночь.Тихий стук в окно — не в дверь.
Он знал, что родители спят, и не хотел шуметь.
Я спустилась, босиком, в легкой майке и шортах, сердце колотилось.Открыла.
Он стоял под дождём.
Мокрые волосы прилипли ко лбу, губы сухие, взгляд — опустошённый.
Он выглядел так, что моё сердце сжалось в ком.
— Ария, — выдохнул он. — Только не уходи. Пожалуйста.
Я не могла ничего сказать.
Только смотрела, как капли скатываются по его лицу, словно слёзы.Он сделал шаг ближе.
— Я... не знаю, как жить без тебя, — прошептал он. — Я не спал. Не ел. Я просто... сгораю.
— Арес, — мой голос дрогнул. — Я не могу.
— Почему? — Он был на грани.
— Потому что я боюсь тебя... — вырвалось у меня.
Он застыл.
Как будто я ударила его ножом.
— Я боюсь, что ты однажды станешь, как мой отец. Что я снова буду ходить по дому на цыпочках, боясь тебя разозлить.
Он упал на колени прямо под дождём, взявшись за голову.
— Прости... я сорвался... я тогда обезумел, Элли... она снова взялась за наркотики, я думал, что теряю её. Я просто... больше не справляюсь. Я живу с этим адом в голове каждый день.
Он смотрел снизу вверх, измученный, без сил, будто не спал неделями.
— Просто... последний шанс. Один.
Он дрожал.
Я смотрела на него, сжав руки в кулаки.
И не смогла.
— Прости, Арес. Я не могу сейчас.
Я развернулась и ушла.И с тех пор мы не вместе.Уже два месяца.Два месяца, как я не вижу его смятого постельного белья по утрам.
Два месяца, как никто не называет меня «малолеткой» и «принцессой» с той особенной усмешкой.Два месяца без его запаха, без его рук на моей талии, без его «я люблю тебя» в полусне.
И мне с каждым днём всё хуже.Как будто дышу через трещины.Они зашли тихо, без лишних слов, как будто чувствовали — мне не нужно ничего, кроме их молчаливого присутствия.
Я лежала на диване, укрытая пледом, и делала вид, будто всё в порядке.Будто ничего не случилось.Будто не было того поцелуя с Патриком.
Он сел рядом, чуть ближе, чем нужно.
Его колено почти касалось моего.
Я чувствовала, что он ждёт...
Надеется.Что держится за хрупкую надежду, как за спасательный круг.Но я старалась вести себя так, будто ничего между нами не было.
Хотя сердце било тревогу — он всё ещё любит меня.
Патрик, словно почувствовав тяжесть в комнате, встал:
— Пойду за напитками. Что-нибудь холодное, — и вышел на кухню.
Я осталась с Эйприл.Она посмотрела на меня исподлобья.Ничего не говорила секунд десять, просто разглядывала.
Потом вздохнула:
— Ты дура, Ария, — сказала она без злобы, скорее с усталой заботой. — Я же вижу... ты страдаешь. Ты любишь Ареса.
Я прикусила губу.Сердце сжалось.
Да, люблю.Но не могу.Не должна.
— Я знаю, Эйприл... — прошептала я. — Но я не могу... Понимаешь? Я боюсь. Я себя потеряла в этой любви.
— Потеряла не любовь. Себя, — мягко поправила она. — Но ты могла бы себя вернуть... с ним. Вместе.
Я опустила взгляд.Плед сжался в пальцах.
— Эрни сказал... — она замолчала на миг. — Сказал, что он как тень. Ходит поникший. С работы еле волочит ноги.
— Он... — голос дрогнул. — Он всё ещё...
— Да, — твёрдо кивнула она. — У него проблемы с Элли, и это видно. Он почти не ест, не спит.
Она взяла меня за руку.
— Ария, он не просто потерял тебя. Он теряет самого себя. Я уверена... он ненавидит эту жизнь ещё больше, чем прежде. Особенно сейчас. Без тебя.
Моё сердце сжалось.В груди закололо, как ножом.Арес...Ты всё ещё часть меня.Даже если я пытаюсь вырвать тебя с корнем.
Патрик вернулся с кухни, держа в руках три бутылки газировки и чипсы.
— Дамы, ваш заказ, — пошутил он, протягивая мне и Эйприл бутылки и сжимая губы в лёгкой улыбке.
Я взяла напиток, благодарно кивнув. Он старался. Всегда старался. И это делало только больнее.
— Что смотрим? — спросил он, усаживаясь рядом, как ни в чём не бывало.
— "Бумажный дом". Хочу пересмотреть, — ответила я, стараясь звучать живо.
— С удовольствием, миледи, — он щёлкнул пультом и запустил первый эпизод.
Я облокотилась на подушку, втянувшись в знакомую атмосферу красных комбинезонов, масок и нервных ограблений.
Патрик украдкой смотрел на меня. Я чувствовала. Его взгляд не был липким или навязчивым. Он был... бережным.
Таким, каким смотрит человек, боящийся даже дыханием разрушить чьё-то хрупкое спокойствие.
После двух серий он вдруг сказал:
— Сегодня гонки. Поехали?
— Что? — я приподнялась, не сразу поняв, о чём он.
Он усмехнулся, наклонился ближе и заглянул мне в глаза, словно проверяя мою реакцию.
— Ты давно там не была. А я сегодня участвую. Мне правда нужна твоя поддержка.
Я замялась, но он уже поднялся, протянул мне руку и добавил с напором:
— Ну же, миледи. Вспомни, как это — ветер, рев моторов, запах топлива. Ты всегда загоралась от этого. Разве не скучала?
Я молчала, но он не отступал.
— Ты же знаешь , я не хочу там появляться...
Он чуть улыбнулся, наклонив голову на бок, как делал всегда, когда хотел добиться своего.
— Пожалуйста. Всего один вечер. Я обещаю — не пожалеешь.
Я хмыкнула, пытаясь сохранить вид равнодушия, но рука потянулась сама — будто без моего ведома. Его ладонь была тёплой, уверенной, и стоило пальцам коснуться пальцев, как во мне что-то дрогнуло.
— Знал, что не устоишь, — довольно сказал он, помогая мне подняться.
Я закатила глаза, но губы предательски тронула улыбка. Он быстро схватил куртку, накинул её мне на плечи и почти торопливо подтолкнул к окну , словно боялся, что я передумаю.
— Поехали, пока ты не вспомнила, как умеешь отказывать, — бросил он с озорной искоркой во взгляде.
Через пятнадцать минут мы уже неслись по ночным улицам. Ветер рвал волосы из-под капюшона, фонари мелькали сплошной огненной лентой, асфальт дрожал под колёсами. Его смех перекрывал шум мотора, а у меня внутри снова оживало забытое чувство — смесь свободы, страха и сладкого азарта.
Дышала по-настоящему.Свободно.Без боли.
Патрик бросил на меня взгляд сбоку:
— Вот она — Ария, которую я знаю. Та, что всегда со мной.
Он сказал это почти шёпотом. Но я услышала.
Мы подъехали на место — знакомый асфальт, запах бензина и адреналин в воздухе. Люди уже начали собираться, музыка гремела из колонок, а в воздухе витала та особая энергетика ночных гонок, которую невозможно спутать ни с чем другим.
Я слезла с байка, стянула шлем и огляделась. Почти сразу ко мне подошли Лукас и Джеймс.
— Ого, кого мы видим! — протянул Джеймс, подмигнув.
— Принцесса гонок вернулась, — добавил Лукас, расплывшись в широкой улыбке.
— Рада вас видеть, парни, — я улыбнулась им, чуть приглушённо. — Участвуете сегодня?
— Конечно, — ответили они хором, даже не сговариваясь.
Я рассмеялась, ощущая, как немного теплеет внутри. Вот она, моя старая жизнь... И в этот момент я обернулась — и сердце ухнуло в пятки.
Он стоял в нескольких метрах.Арес.
Темные глаза, болезненно впалые щеки, щетина, будто он не брился днями. Куртка открыта, руки в карманах. Но в глазах — не злость. Там боль. Усталость. Мольба.
Я инстинктивно развернулась, чтобы скрыться в толпе, но не успела сделать и пары шагов — он уже оказался рядом. Его рука аккуратно, но твёрдо схватила меня за локоть.
— Ари... — голос дрогнул. — Ты игнорируешь меня недели. Я... я схожу с ума. Мы можем поговорить? Пожалуйста?
Он стоял так близко, что я слышала, как дрожит его дыхание.Я не знала — бежать или остаться.Но часть меня всё ещё билась ради него.Мы отошли чуть в сторону — в темноту между двумя байками , вдали от грохота музыки и людского гула. Он остановился, посмотрел на меня так, будто боялся, что я снова исчезну.
— Я так скучаю по тебе, Ария, — прошептал Арес. — Мне кажется, ещё чуть-чуть... и я просто сорвусь в пропасть. Без тебя — всё теряет смысл.
Я тяжело выдохнула. Его голос дрожал, в глазах — тот самый человек, которого я любила... всё ещё люблю. Но за этими глазами была и боль. Боль, которую он сам мне причинил.
— Арес, пожалуйста... — я опустила взгляд. — Как Элли?
Он провёл рукой по лицу, сжал челюсть, не сразу ответив.
— Всё... даже... хуже. — Голос сел. — Я... я не справляюсь с ней, Ари. Я не справляюсь без тебя. Мне кажется, ты была единственным, что удерживало меня на плаву.
Внутри всё болезненно сжалось. Я ведь и правда всегда была рядом. Я держала его, даже когда сама падала. А теперь я ушла. Оставила его один на один с болью, с хаосом, с разрушенной сестрой и собственными демонами.Я уже собиралась что-то сказать — хотя бы что я понимаю — но в этот момент вся сцена оборвалась.Со спины к нему подбежала девушка — длинные тёмные волосы, короткий топ, мини-юбка. С яркой помадой и звонким голосом.
Она обняла его сзади, руки легли ему на грудь, будто это было для неё привычно.
— Арес, ты куда пропал? — капризно сказала она. — Я уже сделала ставку на тебя, ты сегодня должен рвать!
Я застыла.Мир рухнул.Грудь пронзила такая боль, что на мгновение я не могла вдохнуть. Я просто стояла, как вкопанная, глядя на это. Он вздрогнул от её прикосновения, обернулся — будто только тогда осознал, что она сделала.
— Ария, нет... это не... — начал он, делая шаг ко мне.
Но я уже отступила назад, как будто горячий ток ударил в сердце.
— Я всё поняла, Арес. Не нужно объяснять. — мой голос дрожал, но я говорила отчётливо. — Ты сказал, что сходишь с ума без меня. А сам... ты с ней?
— Ты кто вообще?! — вдруг резко выкрикнул Арес, отстраняясь от девушки. В его голосе было столько злости и непонимания, что я на секунду остановилась.
Девушка засмеялась.
— Арес, дорогой, ты что дурачишься? — кокетливо склонила голову, глядя на него снизу вверх. — Вчера ты был повеселее.
Его взгляд в тот момент был... ошарашенным. Он будто вышиб воздух из лёгких — глаза расширились, челюсть напряглась.
— Что?.. — выдохнул он. — Что ты несёшь?! Я не знаю тебя! Я тебя не трогал даже!
Но я уже развернулась и пошла прочь. Быстро. Почти бегом.Слёзы сжигали глаза.
— Ария! Подожди! — Арес бросился за мной, догоняя, его голос сорвался на хрип. — Ария, я не знаю, кто она! Клянусь! Я серьёзно!
Я резко обернулась, как ошпаренная.
— Не знаешь?! — выкрикнула я. — Зато она тебя прекрасно знает! "Арес, дорогой" — это она так со всеми?! Или только с теми, кто ей обещал рвать на гонках?!
Он схватился за голову.
— Она просто какая-то... байкерская девка! Я не знаю, почему она это сказала! Я даже не помню, чтобы...
— Вот именно, ты не помнишь! — перебила я. — А я помню! Всё, Арес. Больше ничего не надо.
Он попытался снова подойти, но я отступила назад, подняв ладонь.
— Не смей. — Мой голос был холодным, срывающимся, но сильным. — Ты говорил, что я удерживаю тебя на плаву. Но теперь ты тонешь. И топишь за собой всё, к чему прикасаешься.
Я отвернулась и пошла прочь, оставляя его среди шума моторов, толпы... и той, что всё ещё стояла с недоумением.Арес стоял там, сломленный.А я — разбитая, но иду вперёд.
Я подлетела к Патрику как на автопилоте. Он сидел на байке, склонившись вперёд, обе руки на руле, взгляд сосредоточен на старте — но как только заметил меня, тут же выпрямился.
— Ари? Всё в порядке? — он даже не успел закончить, как я прыгнула в его объятия, вцепившись в него как в спасательный круг. Его руки тут же сомкнулись вокруг меня, обнимая крепко, почти защитно.
Именно в этот момент мой взгляд пересёкся с его.Арес.Он стоял чуть поодаль, почти у своего байка . Его тело будто застыло, а в глазах... боль. Настоящая. Прожигающая.
Но мой разум был отключён. Сердце — разбито.
Я резко впилась в губы Патрика.
Он замер лишь на долю секунды — будто не поверил.А затем...Словно сдерживаемый вихрь вырвался наружу. Он ответил на поцелуй — жадно, голодно, будто именно этого касания он ждал всю свою жизнь.Его ладонь легла на мою щеку, тёплая, почти дрожащая, пальцы провели по коже с такой нежностью, что сердце пропустило удар.Вторая рука крепко обвила моё бедро, притягивая меня ближе, как будто между нами не должно было остаться даже воздуха.Он целовал меня так, будто наконец-то разрешили дышать.Словно этот поцелуй — единственный способ выжить.Как будто я — его, и всегда была.Как будто он — мой, и никто не сможет это изменить.
И тут — крик.
— АРЕС! НЕТ! — голос Лукаса был как удар током. Я отстранилась от Патрика, и в этот момент увидела, как Арес бросился к нам, как дикий зверь, которого ранили.
Лукас встал на его пути и оттащил его назад, с трудом удерживая.
— Ты не понимаешь?! Она специально, Арес! Она провоцирует тебя! Стой, чёрт возьми!
Я застыла. Смотрела, как Арес вырывается, как Лукас держит его за куртку, а потом крепко обнимает за шею, удерживая, будто пытаясь встряхнуть его.
Он прижал лоб к его лбу, вплотную, будто пытаясь дотянуться до самого сердца.
— Ты не один, слышишь? — выдохнул он, сжимая Ареса за шею. — Мы рядом. Я рядом.
Арес дрожал. Стиснув зубы, он стоял, будто на грани — весь перекошенный от боли, и всё же не упал. Потому что Лукас держал.Как настоящий друг.Как брат
А дальше , я не слышала слов. Всё будто стало глухим — словно я стояла под водой.
Но глаза Ареса...Они были на мне.И в них был крик.
Я опустила взгляд. Повернулась.И вдруг... увидела Эйприл.Она стояла с Эрни в стороне. Её руки были скрещены на груди, лицо — жёсткое.Она качала головой.Смотрела на меня. Осуждала.
Мне стало стыдно.Жалко.Больно.
И в тот момент я сама себя не узнавала.
Патрик, всё ещё с рукой на моем бедре , наклонился ближе к уху и прошептал с той своей фирменной полуулыбкой:
— Миледи, ты просто сногсшибательная. Сегодня я выиграю гонку ради тебя.
От его слов по коже пробежали мурашки, но внутри всё... опустело. Я кивнула, не зная, что сказать. Казалось, будто весь вечер — это чья-то чужая жизнь, в которой я просто случайный персонаж.Что я наделала?..
Я молча отошла в сторону, оттолкнувшись от Патрика, чтобы вдохнуть немного воздуха, прийти в себя, хоть как-то.
И вдруг рядом появилась Эйприл.
Она подошла резко, уверенно. Взгляд её был таким, что я опустила глаза, не в силах выдержать.
— Ты жестокая, Ария. — её голос дрожал, но не от слабости — от разочарования. — Я не ожидала от тебя такого. Никогда.
Я не успела ничего сказать. К горлу подступил ком, как вдруг рядом появился Эрни.Он подлетел, вскинув руку, и ткнул в меня пальцем, глядя при этом на Эйприл:
— Милая, извини, но я больше не могу молчать.
Он повернулся ко мне. Лицо было перекошено от злости.
— Ария... ты сука.
— Эрни... — прошептала я, но он не дал договорить.
— У Ареса полный хаос в жизни! Элли, долг, бизнес, ночи без сна! А ты, чёрт возьми, ты была для него светом — и просто уничтожила его.
Он выдохнул, отвернувшись, будто не хотел на меня смотреть.
— Ты даже не представляешь, в каком он сейчас состоянии.
Я стояла, немая, с руками, сжатыми в кулаки, будто это могло остановить дрожь в груди.
Все взгляды были на мне. А внутри только один вопрос:Как я дошла до этого?..Толпа ревела от адреналина, моторы ревели, дым и звук сливались в одну картину.А я просто... ушла в самую глубь. Прочь от всех. Прочь от Эрни, от Эйприл, от их осуждающих взглядов. Прочь от Ареса. Даже от самой себя.
Гонка уже началась — я слышала грохот колес, оглушительный рев победы, крики.
Патрик выиграл.
Он победил, как и обещал. Ради меня. А вот Лукас, Джеймс, Эрни и Арес — уже уехали.
Без слов. Без прощаний.
Без меня.
Я выругалась себе под нос, закусив губу до крови.
— Черт... я просто дура.
Я подошла к Патрику, который вытирал пот со лба и улыбался мне, как будто ничего не случилось.
— Патрик... нам нужно уехать отсюда. Пожалуйста. Быстро.
Он только кивнул, не задавая лишних вопросов. Мы сели на байк, и я прижалась к его спине, уткнувшись лбом в его кожаную куртку, будто пытаясь спрятаться от всего мира.
Мы подъехали к дому. Я вышла, словно на ватных ногах, и жестом попросила его пойти за мной на задний двор. Там стояли старые садовые качели, и мы молча сели на них. Ветер раскачивал их мягко, как будто убаюкивая мои разорванные мысли.
Молчание длилось, пока я не сломалась.
— Патрик... прости. — голос дрожал, но я продолжала. — Я такая дрянь. Я второй раз целую тебя, зная, что... что мы не будем вместе. Я использую тебя. Я делаю больно Аресу, а теперь и тебе.
Я опустила голову, готовая к любой реакции. Но Патрик только взял меня за руку — мягко, бережно, будто я всё ещё заслуживала понимания. Его голос был спокойным, тёплым:
— Я всё равно люблю тебя, Ария. И... я готов ждать. Когда ты будешь готова — я буду рядом.
Я закрыла глаза, прижавшись к его плечу. Потому что не заслуживала этого, но это было единственное, что хоть немного грело меня в ту ночь.Патрик вдруг опустился на корточки прямо передо мной. Его глаза были полны тепла и спокойствия — он смотрел на меня так, будто видел не ту, что совершает ошибки, а ту, что просто устала, что потерялась.
— Ария... — тихо произнёс он. — Даже если весь мир будет против тебя — я за тебя. Всегда.
Моё сердце болезненно сжалось. Я не выдержала — наклонилась и обняла его крепко, как будто этот момент мог хоть немного залатать мою разбитую душу. Он прижал меня к себе, а затем мягко отпустил.
Я молча кивнула и пошла в дом, не вытирая слёз. Прошла через гостиную — и остановилась, когда увидела маму. Она стояла у кухонной стойки, с чашкой в руках. Увидев меня, она слегка нахмурилась, а я просто... прошептала:
— Мам...
И в следующую секунду впилась лицом ей в плечо, сдавленно рыдая. Мама сразу обняла меня, поглаживая по спине, как в детстве.
— Всё... всё, милая... говори.
Сквозь слёзы я рассказала всё: и про Ареса, и про поцелуи с Патриком, и про вину, и про то, как сердце рвётся пополам. Как я ненавижу себя и не знаю, что теперь делать.Мама не перебивала ни разу. Только крепче прижимала меня.
А потом сказала то, что мне было жизненно важно услышать:
— Детка... я люблю тебя.
— И я уверена, всё у тебя будет хорошо. С кем бы ты ни была — с Аресом или Патриком... Главное, помни: у тебя всегда есть я.
Я заплакала ещё сильнее. Но теперь — от облегчения. Потому что впервые за долгое время мне стало хоть чуть-чуть легче дышать.
Сейчас, как никогда раньше, я нуждалась в её поддержке — и мама дарила её мне полностью. Она была рядом, тихая и сильная, словно стена, на которую можно опереться в любую бурю.