- 112 -
Цзинь Янь, спрятавшись за диваном, выглянул из-за него и, пока Ли Нянь не видел его, два раза пролаял и спрятался снова.
Няня, не зная, смеяться ей или плакать, тихо сказала:
- Господин Сяо Цзинь, тебе же неудобно стоять на коленях. Принести тебе подушку?
Он покачал головой в ответ, не смея издать ни звука, и прополз на несколько шагов вперед, опасаясь раскрыть свое местоположение.
Ли Нянь не понимал, почему да-геге, который только что играл с ним, внезапно исчез. Снова услышав лай, он повернул голову и осмотрелся вокруг. Так никого и не увидев, он с тревогой схватил за руку Бай Йи и показал ему туда, откуда доносился лай.
Когда Ли Шу спустился вниз, Бай Йи как раз помог Ли Няню отыскать Цзинь Яня. Ли Нянь засмеялся и бросился к Цзинь Яню, и тот обнял его и ущипнул за пухлую щечку.
Ли Шу медленно подошел к ним и посмотрел на Цзинь Яня сверху вниз:
- Еще поползай немного, и можно будет не мыть пол.
Цзинь Янь со смущенным видом почесал в затылке и встал, взяв Ли Няня на руки. Бай Йи вцепился в штаны Ли Шу и, подняв голову, назвал его папой.
Ли Шу наклонился и, взяв его на руки, спросил няню, что дети ели сегодня на обед и приходил ли учитель Бай Йи, занимавшийся его дошкольным обучением. Няня ответила на его вопросы, и Ли Шу, взглянув на Бай Йи, спросил его, чему он научился сегодня.
Дошкольное образование Бай Йи началось в начале года. Учитель провел ряд тестов и сказал, что у него выдающиеся способности к обучению и потрясающая память, но он не очень любит общаться с людьми, поэтому он попросил их чаще побуждать его к разговорам.
После того, как Бай Йи ответил на вопрос, управляющий Сюй пригласил Ли Шу за стол. Ли Шу попросил няню занять детей и утащил Цзинь Яня с собой, чтобы они могли поесть вместе.
Цзинь Янь, только что объевшийся закусок, неохотно поплелся за ним в столовую. Он увидел на столе вареные креветки, морской огурец с тофу, свиные ребрышки, приготовленные на пару... здесь не было ничего, что не понравилось бы ему. Почувствовав аромат еды, он не удержался и сглотнул, а затем сел и взял палочки для еды:
- Ну ладно, дядя Ли, уговорил...
Увидев, как Ли Шу покосился на него, он сразу же сказал с серьезным видом:
- Я как раз хотел составить тебе компанию за столом.
Он уже столько лет провел рядом с Ли Шу и отлично научился подстраиваться под него, поэтому его слова лились очень плавно и без запинки.
Ли Шу сердито рассмеялся и поставив перед ним тарелку с едой, начал болтать с ним.
Через несколько минут пришел Цзо Минъюань со стопкой документов и направился прямиком в кабинет Бай Цзиня. Проходя мимо столовой, он выразил удивление, что Ли Шу ест только сейчас. Ли Шу сделал глоток супа и спокойно ответил:
- Спроси того, кто сидит в кабинете, он лучше знает, почему.
После этих слов Цзинь Янь поперхнулся ребрышком и, залившись краской, бросил на Цзо Минъюаня смущенный взгляд.
Цзо Минъюань сразу все понял и, страдальчески закатив глаза, бросился вон из столовой, словно за ним гнался призрак.
Ли Шу только закончил есть, когда пришла Фу Инь и привела с собой своих двойняшек.
Едва увидев его, дети сразу бросились к нему и, взяв его за руки, начали болтать с ним. Мальчик начал просить его привезти Ли Няня к ним домой, а девочка спросила, красивая ли у нее юбка и нравится ли ему ее заколка для волос, и в комнате сразу стало шумно.
Ли Шу не знал, кому из них ответить первым. Фу Инь оттащила от него своих отпрысков и сказала:
- Идите поиграйте со своим братом, отстаньте от крестного.
Цзинь Янь сразу вызвался отвести их в детскую.
- А где Вей Цзе? - спросил Ли Шу.
- У него сегодня операция, и он приедет вечером.
Фу Инь села на диван и, не увидев Бай Цзиня, спросила:
- А где твой?
- В кабинете.
Он ответил на вопрос так небрежно, словно позабыл об «уважительном отношении между супругами», которое выказывал Бай Цзиню раньше. Фу Инь невольно вздохнула и сказала с сожалением:
- У меня больше нет причин смотреть на красивых парней.
- Ты не боишься, что Вей Цзе будет ревновать?
Фу Инь подмигнула ему:
- А тебе не кажется, что это очень интересно, когда доктор Вей ревнует?
Ли Шу понял, что эта женщина, прикрываясь им и рассматривая красивых мужчин, на самом деле, просто дразнила своего возлюбленного, поэтому лишь с улыбкой покачал головой.
Пока они разговаривали, в детской послышался шум, и к ним прибежала Вей Цзисинь. Она потащила за собой Фу Инь:
- Мама! Вей Цзичень плачет!
- Что он там еще натворил?
- Он сделал малышу... вот так...
Сяо Цзисинь была очень взволнована и не знала, как объяснить, что значит «вот так». Немного подумав, она решила сама изобразить, как это было. Она приложила руки к щекам и сжала их, отчего ее губы сложились бантиком.
- И тогда младший брат толкнул его, и он упал.
Дети Фу Инь называли Ли Няня малышом, а Бай Йи - младшим братом. Ли Шу понял, что произошло и собрался пройти в детскую, но Фу Инь остановила его:
- Не волнуйся, Вей Цзичень всегда поднимает шум на пустом месте. Немного поплачет, и все будет в порядке.
- Я схожу посмотрю, Бай Йи уже не раз нападал на него.
Фу Инь лучше всех знала своего сына, они лишь закатила глаза:
- Если бы он не приставал к Ли Няню, Бай Йи даже не посмотрел бы в его сторону.
Ли Шу это немного позабавило, но каждый раз давать волю рукам тоже было неправильно. Нужно было заняться дурными привычками Бай Йи, поэтому он прошел в детскую вслед за Вей Цзисинь.
А тем временем, когда три человека закончили обсуждать дела в кабинете, Цзо Минъюань неожиданно спросил:
- Ты разве не собираешься уговорить его вернуться в компанию?
Ли Шу вложил более десяти лет напряженной работы в процветание компании семьи Бай. Не считая проведенных им переговоров и множества проектов, которые он вел, в настоящее время внутренняя система инвестирования и механизм обзора рынка были настроены им, и это избавило многих от необходимости использовать окольные пути. Было бы очень хорошо, если бы он захотел открыть свой бизнес и стать начальником, но, раз уж у него не было таких намерений, почему бы ему не вернуться?
Слова Цзо Минъюаня звучали красиво, но на самом деле, за ними крылся определенный интерес. Впрочем, его было не в чем упрекнуть, он просто хотел получить максимальную прибыль. По его мнению, не нужно было позволять Ли Шу работать на других, упуская свою прибыль.
- Это его дело, где ему работать и чем заниматься, - на лице Бай Цзиня появилось холодное выражение. - Не заговаривай при нем об этом.
- Я слишком разговорился, - Цзо Минъюань смущенно потер нос.
- На самом деле, дядя Ли просто не хочет обременять дядю, - внезапно подал голос Бай Хао, который сидел в сторонке и разбирал документы.
Он не стал ничего объяснять, но все и так всё поняли.
Ли Шу уже давно был не у дел, и, грубо говоря, вся выгода и интересы в компании были заново поделены и распределены между остальными. Если он вернется назад, кто-то неизбежно столкнется с потерями, и это приведет к возмущению и беспорядкам.
А в этом не было ничего хорошего ни для Бай Цзиня, ни для его компании.
Бай Хену так досталось от него, что он больше не смел поднять голову. Так неужели он может уходить и возвращаться, когда ему вздумается, словно у себя дома?
Хотя эту проблему можно было решить, однако, какой бы она ни была, большой или маленькой, над ней все равно пришлось бы поломать голову. Он не хотел, чтобы Бай Цзинь тратил на это свое время. Ему не хотелось создавать лишние трудности и вызывать огонь на себя.
Цзо Минъюань вздохнул про себя. Он сам не знал, какой Ли Шу был лучше - тот, который был полон отваги и энергии, когда только начинал работать, или тот, который мог видеть самую суть вещей и понимал, как нужно жить, не заботясь о выгоде и потерях.
После того, как вечером приехал Вей Цзе, они поужинали все вместе.
Раньше, приходя в этот дом, они понимали, что находятся на территории Бай Цзиня, поэтому держались вежливо и следили за манерами. Теперь же управляющий Сюй докладывал обо всех делах, больших и малых, непосредственно Ли Шу. Даже если в этот момент Бай Цзинь находился рядом, все равно всем распоряжался он. Что же касается Ли Шу, он не отказывался от этого и держался, как хозяин дома.
Поэтому Вей Цзе мог попросить за столом все, что ему хочется, а подарки, принесенные Фу Инь, можно было немедленно разместить в гостиной. Цзинь Янь мог спокойно возиться с детьми, не боясь, как раньше, испачкать или повредить какую-нибудь вещь.
В это время Ли Шу получил видеозвонок от Сун Сяосяо.
Неизвестно, в какую экзотическую страну она укатила на отдых, но она лежала на балконе номера с видом на море, потягивая шампанское и наслаждаясь массажем. Рядом с ней в качестве штатива стоял Шень Вей, державший двумя руками телефон и добросовестно пытающийся найти наилучший ракурс для съемки, и выглядел он вполне довольным.
Сун Сяосоя сказала, что купила подарки всем четырем членам семьи Ли Шу и поблагодарила его за помощь. В конце она добавила:
- Но подарок для Бай Цзиня куплен между делом, пусть не ждет чего-то особенного. Пока...
Она послала Ли Шу воздушный поцелуй и отключилась.
Лицо сидевшего рядом Бай Цзиня помрачнело, а Фу Инь смеялась до тех пор, пока у нее не заболел живот. Она невольно вспомнила, как в последний раз они сидели вот так, когда все уговаривали Ли Шу сделать операцию. В то время даже если этот человек улыбался, его взгляд был холоден и мрачен. Он слишком небрежно относился к собственной жизни и смерти, и даже мог шутить, используя такое слово, как «поминки». Его душа, казалось, уже парила где-то в воздухе, безразличная к таким незначительным заботам.
Время летит так быстро.
Не успев и глазом моргнуть, он успел пройти по кромке между жизнью и смертью, и после множества сложностей он, наконец, вернулся в этот мир, наполненный запахом фейерверков.
Фу Инь смотрела на человека, который подкладывал Ли Шу еду, обращая внимание на каждое его движение, и в ее памяти внезапно всплыло воспоминание об одинокой фигуре... которая больше года, день за днем, оставалась в палате.
Атмосфера за столом была слишком хороша, чтобы вздыхать и печалиться. Фу Инь покачала головой и, подняв бокал за всех, сидевших за столом, она сказала с улыбкой:
- С Новым годом!
После ужина, когда настало время возвращаться домой, Вей Цзичень разыскал непонятно где мешок почти с него размером и натянул его на ноги Ли Няня, которого держала няня, заявив, что собирается забрать его к себе домой. После того, как Фу Инь конфисковала у него орудие преступления, его возмущенные вопли эхом разнеслись по всему дому.
Он не замолкал до тех пор, пока Ли Шу не пообещал ему привезти Ли Няня поиграть с ним. Только тогда он замолчал, продолжая жалобно всхлипывать. Когда его усадили в машину, он все еще тянулся к Ли Няню с криком:
- Малыш...
Няня Сюй, завернув Ли Няня в теплый плащ, вышла с ним на улицу, чтобы проводить их. Сидя с соской во рту, он помахал Вей Цзиченю своей маленькой ручкой на прощанье:
- Пока.
После того, как гости разъехались по домам, и детей уложили спать, Бай Цзинь с Ли Шу вернулись в комнату.
Приняв душ, Ли Шу взял свой телефон и улегся на кровати. Он настолько сосредоточился на чем-то, что даже не поднял глаз, когда Бай Цзинь вышел из ванной.
- Что ты там смотришь? - спросил Бай Цзинь и присел рядом с ним на кровать.
Ли Шу, пользуясь случаем, привалился к его груди и, бросив ему телефон, нетерпеливо сказал:
- Помоги мне выбрать.
Бай Цзинь заглянул в телефон и увидел официальный сайт иностранного бренда, выпускающего шлемы.
- Хочешь купить Цзинь Яню? - спросил он.
- Ммм, - лениво отозвался Ли Шу.
Он сказал, что в последнее время Цзинь Янь был одержим этим. Он не мог ездить на машине, поскольку для него это было опасно, поэтому он хотел купить ему шлем для забавы.
Цены на модели, которые он выбрал, едва ли могли польстить человеку. Но Бай Цзинь знал натуру Цзинь Яня - слишком дорогой подарок стал бы для него обузой. Он положил руку на затылок Ли Шу, ласково перебирая пальцами пряди его волос:
- Янь Вей раньше тоже увлекался этим, завтра спрошу у него.
Он также рассказал Ли Шу, что у молодых людей, таких как Цзинь Янь, есть любимые гонщики, и для них не обязательно покупать самый дорогой шлем, главное, чтобы он был такой же модели или был выпущен в той же серии.
Когда Бай Цзинь упомянул Янь Вея, Ли Шу вспомнил, что вчера случайно встретил его.
Видимо, Янь Вей принял близко к сердцу ту историю с Сун Сяосяо, поэтому не мог не сказать несколько добрых слов в адрес своего бро. Вцепившись в Ли Шу, он начал расхваливать любовь Бай Цзиня к нему, проговорившись, что однажды послал к Бай Цзиню одного мальчика, но Бай Цзинь прогнал его прочь. Решив показать, насколько тверд оказался Бай Цзинь перед искушением, он в отчаянии расписал в красках внешность своего любовничка, уверяя, что мужчины готовы плакать от одного только взгляда на него, а женщины вообще сходят с ума.
Ли Шу долго слушал его, не чувствуя ревности и не беспокоясь о глубоких чувствах Бай Цзиня, ему лишь было интересно, насколько этот любовничек был хорош собой.
Человек, который ожидал, что ему сейчас устроят допрос, был удивлен и разочарован его вопросом.
- Я не помню, - ответил он.
И он не обманывал Ли Шу, он действительно не мог его вспомнить. Если бы поведение и действия того человека не напомнили ему Ли Шу, он бы вообще не заметил его тогда.
Ли Шу этот ответ показался неинтересным и скучным. Немного подумав, он откопал в памяти высший стандарт красоты.
- Красивее, чем Нин Юэ? - спросил он.
Рука Бай Цзиня замерла, и он промолчал в ответ.
Заметив, как он поменялся в лице, Ли Шу на миг растерялся. Он упомянул Нин Юэ без задней мысли, в его сердце не осталось обиды, он просто хотел провести сравнение. Нин Юэ действительно был очень красив, и он не мог отрицать этот факт только потому, что в прошлом они были соперниками.
Он сел на кровати и, подумав о чем-то, спросил с серьезным видом:
- Ты все еще в ссоре с семьей Нин?
Бай Цзинь тоже сел прямо и, взяв Ли Шу за руку, подушечкой большого пальца начал поглаживать «полумесяцы» у него на ногтях. Вместо ответа он опустил глаза и вздохнул.
- Не забывай о дружбе между твоим дедом и старым господином Нин, - нахмурился Ли Шу, позволяя ему играть с его рукой.
В то время он слишком запутался, поэтому попался в ловушку Нин Юэ. Но теперь, думая об этом, он мог сказать, что все эти уловки были лишь проявлением ревности. Он взрослый человек, ему не пристало плакать перед Бай Цзинем, жалуясь на то, как его обидели и прося его отомстить за него.
Они все вращались в деловых кругах, и рано или поздно их дороги пересекутся. Не лучше ли им действовать сообща и вместе зарабатывать деньги, стремясь к взаимной выгоде и наилучшему результату? Ли Шу не видел чести в том, чтобы стать причиной разрыва между семьями. Поскольку ему было все равно, не нужно было ради него прерывать дружбу со старшим поколением.
Выслушав его слова, Бай Цзинь долгое время молчал, а затем сказал с усмешкой:
- Когда-то я мечтал, чтобы ты поменьше контролировал меня, но сейчас, похоже, тебе вообще нет до меня дела. Ты можешь так спокойно и трезво рассуждать, взвешивая все «за» и «против»... Но почему меня это совсем не радует?
Ли Шу на миг потерял дар речи. Он не пытался специально «трезво рассуждать», и из-за этого не смог ничего объяснить.
Когда они легли спать, Бай Цзинь обнял его сзади. Ли Шу долго не мог заснуть и посреди ночи захотел сходить в туалет. Но как только он убрал руки Бай Цзиня, тот немедленно проснулся и, сев на кровати, схватил его за руку.
Ли Шу посмотрел на него и, когда паника во взгляде Бай Цзиня немного улеглась, он сказал:
- Мне нужно в туалет.
Бай Цзинь немного поколебался и отпустил его руку.
Ли Шу думал об этом всю ночь и еще до наступления рассвета принял решение.
После завтрака, пользуясь тем, что сейчас был выходной, он попросил водителя подготовить машину и сказал Бай Цзиню, что хочет отвезти его в одно место.
По дороге он ничего не отвечал на вопросы Бай Цзиня о том, куда они едут. Когда они приехали на место, он вышел из машины и сделал несколько шагов, но Бай Цзинь все еще неподвижно стоял на месте.
В зимнее время, хоть здесь и было посажено много вечнозеленых деревьев, окружающий пейзаж все равно выглядел пустынным и холодным.
Ли Шу начал подниматься по ступенькам и, обернувшись, посмотрел на Бай Цзиня, поторапливая его.
- Мне тоже можно подняться? - удивился Бай Цзинь.
- А ты думал, я привез тебя сюда полюбоваться пейзажем? - с сердитой усмешкой ответил Ли Шу.
С этими словами он снова начал подниматься по ступенькам, не заботясь о том, идет ли за ним этот человек или нет.
После своего возвращения в Цзиньхай, он приезжал сюда лишь однажды, чтобы рассказать о своем выздоровлении и рождении Ли Няня, но больше он ни о чем не сказал.
Он неподвижно застыл перед надгробиями, а шедший за ним человек все еще не решался подойти ближе.
- Даже если ты не нравишься им, и они не хотят, чтобы я был с тобой, они все равно не смогут обругать тебя, - нетерпеливо сказал Ли Шу. - Чего ты испугался? Подойди скорее!
Бай Цзинь, наконец, встал рядом с Ли Шу.
Он не боялся, но чувствовал, что у него нет права стоять перед Ли Веньчжо и Ли Веньин. Даже если сам Ли Шу уже успокоился на этот счет, но образ этого человека, сжавшегося в комок возле надгробий, словно клеймо, прочно запечатлелся в его памяти, и это воспоминание словно ножом, резало ему сердце.
Если духи и правда наблюдали за ними с небес, Бай Цзинь даже представить себе не мог, насколько Ли Веньчжо и Ли Веньин было тяжело смотреть тогда на Ли Шу.
- Папа, тетя, этот человек... вы уже видели его и знаете, что он с самого начала понравился мне, а я ему нет.
...................
- Но такие вещи должны происходить по обоюдному согласию. Я не могу сказать, что только он виноват в том, что я тогда не нравился ему. Но теперь мы вместе, и у нас все хорошо.
......
- Теперь я буду приходить с ним сюда каждый год. Возможно, он все время будет со мной, а, может, когда-то я приду сюда один, или с другим человеком... Но несмотря ни на что, со мной все будет в порядке, не волнуйтесь.
Бай Цзинь слушал слова Ли Шу, застыв на месте. После того, как Ли Шу замолчал, он, наконец, с трудом заговорил.
Сначала он обратился к ним также, как и Ли Шу, а затем нервно сжал пальцы и тихо сказал:
- Я... я больше никогда не допущу, чтобы он был один.
Помимо этого любые извинения и обещания были просто бессмысленны. Это были бы всего лишь пустые слова, от которых нет никакой пользы, и не было смысла произносить их. Только когда они с Ли Шу состарятся, у него появится право объясниться с ними и попросить у них прощения.
Изначально Бай Цзинь думал, что на этом все и закончится. То, что Ли Шу был готов привести его сюда и признать его перед отцом и тетей, это уже было невиданной роскошью, о которой он не смел и мечтать. Но в этот момент Ли Шу неожиданно достал из кармана коробочку и протянул ее ему.
Бай Цзинь резко поднял голову и уставился на Ли Шу широко открытыми глазами. Его губы слабо шевельнулись, но он не мог выговорить ни слова.
Ли Шу приподнял брови:
- Что? Не хочешь, чтобы я это надел? - спросил он, намереваясь забрать коробочку обратно. - Тогда забудь об этом.
Бай Цзинь мгновенно остановил его и в панике отобрал у него коробочку, после чего достал из нее кольцо. Его руки сильно дрожали, и ему пришлось сделать глубокий вдох, после чего он взял Ли Шу за руку и надел ему кольцо на безымянный палец левой руки.
Ли Шу вздохнул и тихо сказал:
- Теперь мы вместе, но не потому, что между нами есть какие-то долги, и один должен что-то компенсировать другому, поэтому тебе не нужно осторожничать со мной. Если это не равноправные отношения, они не продлятся долго. Твоя мать была права - любовь - это страдание и тяжкий труд, и я не хочу никого искать и снова трудиться... Бай Цзинь, ты понимаешь, что я имею ввиду?
Глаза Бай Цзиня покраснели, он опустил голову и поцеловал кольцо у него на пальце:
- Я... - у него сдавило горло, и он сжал губы, пытаясь успокоиться, а затем кивнул. - Я знаю... Шуйи, я тоже люблю тебя.
Ли Шу улыбнулся и, качнувшись вперед, с нежностью поцеловал уголок его губ и взял его за руку:
- Ладно, поехали домой.
Что в конце концов можно тут сказать?
О прошлом, настоящем и будущем.
Прошлое уже ушло, и его не вернешь. Вместо того, чтобы пережевывать ошибки прошлого и сожалеть о полученных ранах, лучше верить в настоящее и ждать ответа от будущего.
Впереди долгая жизнь, нужно лишь подождать, и тогда возможности и счастье, которых вы так ожидаете, непременно появятся.