- 85 -
Перед отъездом Ли Шу проконсультировался с врачом, чтобы убедиться в том, что его тело выдержит дальний перелет. Кто бы мог подумать, что Бай Цзинь приложит столько усилий и не только организует частный самолет семьи Бай, но также пригласит медперсонал для его сопровождения в дороге. Ли Шу терпеть не мог доставлять кому-либо хлопоты. Они с Бай Цзинем уже расстались, с чего ему теперь пользоваться привилегиями семьи Бай? Но Вей Цзе сумел убедить его:
- Просто считай, что он чувствует себя виноватым, и таким образом извиняется напоследок, после чего между вами будут закрыты все счета.
Ли Шу посмотрел на дело с этой стороны и не стал спорить с Бай Цзинем.
Сначала он думал, что они попрощаются в Цзиньхае, но Бай Цзинь последовал за ним до самого Луньтяна, где лично сходил к директору санатория и все устроил перед отъездом. Уезжая, он не сказал Ли Шу ничего особенного, и лишь пожелал ему скорейшего выздоровления, а также сказал, чтобы он не беспокоился о Ли Няне.
Как и сказал Вей Цзе, таким образом, он сделал все возможное, и больше мог не беспокоиться ни о чем. Ли Шу смотрел вслед уходящему Бай Цзиню, и ему показалось, что он вновь увидел того холодного и бесчувственного человека, которого он впервые встретил когда-то. Нет никого, кто смог бы опутать его по рукам и ногам, и никто не смог бы заставить его хоть немного замедлить свои шаги. Ли Шу невольно вздохнул. Вот и правильно, это был тот Бай Цзинь, которого он знал.
Впрочем, несмотря ни на что, у них настала мирная жизнь, как он и ожидал.
Единственное, что удивляло Ли Шу, это Бай Хао, который, приехав с ними, остался здесь и начал обустраиваться на месте рядом с Цзинь Янем.
С тех пор, как Ли Шу проснулся, его душевное состояние оставляло желать лучшего. Возле него постоянно были либо Бай Цзинь, либо Цзинь Ян, а на Бай Хао он не обращал особого внимания.
Откровенно говоря, он испытывал довольно противоречивые чувства к Бай Хао, и их нельзя было свести к одной лишь неприязни. Темная сторона Бай Хао возникла по вине семьи Бай, но Ли Шу никак не мог забыть того, что он сделал с Цзинь Янем. С другой стороны, он также помнил, как Бай Хао горько рыдал под дождем, когда узнал правду, точно также, как рыдал он сам, когда приехал домой и увидел лишь две урны. Он сам был почти таким же.
Глупый, эгоистичный, высокомерный, спесивый, он своими руками причинил вред близким людям... Он сам совершал те же ошибки, разве после этого он мог так сильно осуждать Бай Хао? Поэтому он не собирался никого прогонять, но и не мог вмешиваться в дела Бай Хао и Цзинь Яня.
Пройдя через столько испытаний, он сам напоминал себе старика, который считает, что «дети и внуки сами во всем разберутся». К тому же, любовь подобна питьевой воде для человека. Если его собственная история подошла к концу, он не может допустить, чтобы у Цзинь Яня все кончилось тем же под предлогом того, что желает ему добра.
Именно так и рассуждал Ли Шу, но через несколько дней он изменил свое мнение, поскольку эти два идиота так раздражали его, что он уже начинал выходить из себя.
Раньше, когда они были вместе, Цзинь Янь глаз не сводил с Бай Хао. И, если что-то было не так или он не мог принять решение, он подсознательно искал взглядом этого человека, глядя на него так, словно жить без него не может. Но теперь он всячески избегал Бай Хао и, случайно встретившись с ним взглядом, выглядел так, словно собирался убежать куда глаза глядят. Когда Ли Шу спрашивал его, что случилось, он лишь краснел и поспешно менял тему. Бай Хао выглядел немногим лучше, он лишь пристально смотрел на Цзинь Яня издалека, но не осмеливался приблизиться к нему, и выглядел при этом так, словно потерял свою душу.
Ли Шу больше не мог этого выносить и однажды вечером он попросил Цзинь Яня пройти в туалет и побыть там, пока не вернется Бай Хао.
- А? - обиделся Цзинь Янь.
Почему он должен идти в туалет и сидеть там? Ему совсем не хочется в туалет...
- Не закрывай дверь, оставь небольшую щель и не включай свет.
- А? Почему?
- Заткнись и уйди отсюда, - Ли Шу не стал ему ничего объяснять.
Цзинь Янь неохотно сделал, как ему было сказано. Хотя туалет каждый день дезинфицировался, и в нем не было неприятного запах, там было негде присесть, кроме унитаза. Сквозь небольшую щель проникало совсем немного света, и в туалете было довольно темно. Цзинь Янь просидел там несколько минут, умирая от скуки, и громко крикнул:
- Дядя Ли, когда уже можно будет выйти отсюда? Можно я хоть с телефоном поиграю?
Получив от Ли Шу нагоняй, он замолчал с жалким видом.
Ли Шу уже звонил Бай Хао и точно рассчитал время. Бай Хао вернулся через десять минут после прихода Цзинь Яня.
Ли Шу с Цзинь Янем изначально хотели поселиться здесь. Опасаясь, что Цзинь Янь после его ухода останется без опоры, при содействии И Тьяна он познакомился с одним проектировщиком и работал над устройством фермы. Благодаря этому человеку дела и по сей день шли отлично. Сейчас он все еще был ограничен в своих передвижениях, поэтому попросил Бай Хао навестить этого человека и поблагодарить его.
После того, как Бай Хао рассказал ему о своем визите, он осмотрелся вокруг и спросил:
- Дядя Ли, а где Цзинь Янь?
- Вышел прогуляться.
Узнав, что Цзинь Яня нет, Бай Хао сразу сник. Он положил на стол пакетик с арахисовыми конфетами, которые купил, и попросил его передать их Цзинь Яню. Он раньше слышал от Цзинь Яня, что есть такие арахисовые конфеты, которые особенно вкусны. Цзинь Янь с детства был лакомкой и любил сладкое. После того, как они переехали сюда, Бай Хао искал эти конфеты несколько дней, прежде ем сумел найти. Сначала он хотел сам отдать их Цзинь Яню, но теперь тот не хочет даже разговаривать с ним...
Ли Шу посмотрел на него и сказал:
- Присядь-ка, мне нужно кое-что спросить у тебя.
Бай Хао сразу занервничал. Он знал, что Ли Шу всегда недолюбливал его и боялся, что он прогонит его.
Когда Бай Хао сел, Ли Шу просто уставился на него, не говоря ни слова. Он смотрел так на Бай Хао, пока тот окончательно смешался, не зная, куда ему девать руки и ноги, а затем отвернулся и спокойно спросил:
- Скажи, что ты хочешь от Цзинь Яна?
Это был довольно неопределенный вопрос, и Бай Хао запнулся на несколько секунд прежде, чем ответить:
- Дядя Ли... я хочу быть с Цзинь Янем.
- Ты еще не забыл, что я тебе сказал год назад? - с усмешкой спросил Ли Шу.
- Не забыл, - Бай Хао немного помолчал и продолжил. - Дядя Ли сказал, что, если я не уверен в своих чувствах к Цзинь Яню, то не должен напрасно обнадеживать его. Я... на самом деле, в глубине души я знал, что это правильно. Поэтому за этот год я не осмелился ничего предпринять, я лишь хотел хорошенько позаботиться о нем и предоставить всему идти своим чередом.
На его лице вдруг появилась горькая усмешка:
- Но потом оказалось, что человеком, нарушившим естественный ход событий, был не Цзинь Янь, а... я.
Очень нелегко исповедаться перед другим человеком, обнажив свои сокровенные чувства, но Бай Хао знал, что, если он хочет быть с Цзинь Янем, ему необходимо получить одобрение Ли Шу.
Он опустил голову и сжал кулаки, с трудом выговаривая слова:
- Раньше я думал, что это Цзинь Янь тянется за мной и не может прожить без меня. Но за этот год у него появилась работа, сложился свой круг общения, он нашел друзей, и ради дяди Ли он даже осмелился вступить в конфликт с моим дядей... На самом деле, он вполне самостоятельный, он и сам все может... и совсем не нуждается во мне.
Раньше он держался высокомерно и считал себя особенным, но на самом деле, Цзинь Янь был таким простым и искренним по отношению к другим людям, что мог с легкостью заводить себе друзей, где бы ни появился. Там в кофейне Цяо Юй и все остальные были очень добры к нему, и здесь он тоже нравился всем, будь то медсестра Шень Тун или доктор, который отвечал за его реабилитацию, или любой другой человек из медицинского персонала. А вот он сам обладал мрачным и испорченным характером, и он совсем не был достоин Цзинь Яня.
Ли Шу ничего не говорил и просто ждал, когда он продолжит.
Бай Хао молчал какое-то время, а, когда заговорил снова, его слова отдавали горечью:
- Он не нуждается во мне. Когда я это понял, у меня не возникло чувства облегчения, напротив, мне в голову пришла странная мысль. Я не хочу, чтобы Цзинь Янь покидал меня, я надеюсь, что он останется со мной. Даже если... - Бай Хао опустил глаза и сказал с некоторым смущением, - даже если он настолько дорожит своим дядей Ли, я... мне это не нравится.
Бай Хао только сейчас осмелился признать, что с тех пор, как он уехал заграницу, а Цзинь Янь без колебаний решил остаться с Ли Шу, это занозой осталось в его сердце. Ведь это же он взял к себе Цзинь Яня и заботился о нем, почему же он должен полагаться на Ли Шу? Если бы он до сих пор не смог осознать, что же это за пугающее желание владеть им единолично, он напрасно прожил эту жизнь.
Ли Шу смотрел на этого человека, который так нервничал, что даже не смел поднять голову, и его мысли унеслись на несколько лет назад.
Когда Бай Хао с Цзинь Янем были еще детьми, однажды он пришел навестить их и увидел Цзинь Яня, сидевшего возле Бай Хао с арбузом в руках. Он ложкой черпал красную мякоть и кормил ею Бай Хао, шмыгая носом и плача. Что же касается Бай Хао, он держал в руке ручку и, опустив голову, что-то писал. Ли Шу спросил, что у них происходит и узнал, что скоро начнутся занятия, и младший не выполнил свое домашнее задание, а старший ему помогает...
Ли Шу подумал, что у всего, в конце концов, есть причина и следствие. Если бы Бай Хао с детства не опекал и не защищал его, у Цзинь Яня не возникло бы такой сильной привязанности.
Если бы Бай Хао сегодня был бы таким же растерянным, как год назад, а его так называемая любовь сводилась бы лишь к «я дам ему все, что он захочет», Ли Шу снова не поверил бы ему. Но, судя по тому, что он только что сказал, Ли Шу впервые видел такого Бай Хао, который страдал от чувства собственничества.
Оставалось лишь сказать несколько слов Цзинь Яню, Ли Шу больше не нужно было допрашивать его. Ему просто было немного любопытно:
- Что ты сделал ему? Почему он начал прятаться от тебя?
Бай Хао растерянно взглянул на него и, смущенно кашлянув, сказал правду:
- ... Я поцеловал его.
Потрясенный Ли Шу оглядел его с головы до ног и спросил с едва заметной улыбкой:
- Поцеловал и всё?
Когда Бай Хао работал вместе с Цзо Минъюанем, и они в свободное время разговаривали о Ли Шу, Цзо Минъюань всегда говорил о нем «разные сплетни». Он говорил, что этот человек заносчив и несдержан, и, если кто свяжется с ним, тому все равно придется склонить перед ним голову. Раньше Бай Хао не верил в это, но сейчас, услышав, как Ли Шу подтрунивает над ним, он был так смущен, что у него покраснели уши. Он отвел взгляд и тихо ответил:
- ... Это был просто поцелуй.
В глубине души Ли Шу находил это забавным и бросил взгляд в сторону туалета, но затем выражение его лица вновь стало холодным, он повысил голос и сказал:
- Значит, если он нравится тебе, ты можешь делать все, что тебе захочется? А как же его мысли и желания? Что если он не хотел этого? Тебе не кажется, что ты поступил отвратительно?
Даже если бы Ли Шу ничего не спросил, Бай Хао и сам думал об этом. Действительно, почему он должен нравиться Цзинь Яню, если Цзинь Янь нравится ему? С чего он решил, что Цзинь Янь должен непременно откликнуться на его чувства? Но не успел он придумать, как ему ответить на этот вопрос, как позади него послышался грохот, и, прежде чем Бай Хао успел среагировать, кто-то бросился к нему в объятья и повис на нем, причитая:
- Нет, не отвратительно! Мне нравится молодой господин! Мне с самого детства нравился только он!
Ошеломленный Бай Хао, наконец, пришел в себя. Он поспешно встал и, обняв Цзинь Яня, опустил голову, целуя его волосы.
- Ты тоже нравишься мне... - прошептал он со слезами на глазах. - Ты нравишься мне с тех пор, когда мы были еще детьми.
У него от волнения перехватило дыхание.
Цзинь Янь крепко обнимал Бай Хао и плакал так сильно, что никак не мог взять себя в руки, он был ужасно расстроен. Все ругают его молодого господина, все говорят, что он плохой человек. Но его молодой господин тоже заслуживает жалости! Он же не сделал ничего плохого, а его родителей убили просто так! У него было так много родственников, но никто из них не заботился о нем. Его братья и сестры, которые были ему ровесниками, смеялись над ним и били его, и даже называли его потомком шлюхи... Все говорили, что его молодой господин сломал ему жизнь, но без него он уже давно бы умер! Если бы он потерял жизнь еще тогда, к чему говорить о той жизни, что была у него сейчас! Все, что он сделал, он сделал это по своей воле! Это был его выбор! Так к чему винить его молодого господина!
Ли Шу прислонился к кровати и, глядя как плачет Цзинь Янь, злился и забавлялся одновременно. Он подумал про себя, что толку растить такого ребенка, уж лучше бы вырастил поросенка. Уж и слова не скажи, совсем не умеет сдерживаться.
Бай Хао был не глуп, он быстро понял, что происходит. Он был очень взволнован и, глядя на плачущего Цзинь Яня, взял его за руку, переплетая их пальцы между собой. Он повернулся к Ли Шу и сказал серьезным тоном, который тот никогда от него не слышал раньше:
- Дядя Ли, то, что я сейчас сказал, было сказано от чистого сердца. Мне нравится Цзинь Янь, я хочу быть с ним и всегда буду хорошо обращаться с ним. Прошу, поверь мне и дай мне еще один шанс.
Ли Шу посмотрел на Бай Хао и, слушая, как он говорит, невольно замер. Почему он раньше не замечал, насколько Бай Хао похож на Бай Цзиня? То, как он говорил сейчас, почему-то сразу вызвало в его памяти образ двадцатилетнего Бай Цзиня.
Просто он ждал много лет, но так и не дождался этих слов. К счастью, Цзинь Янь дождался.
Ли Шу отогнал эти мысли и сердито сказал:
- Если я не поверю тебе и не дам тебе шанса, разве станет Цзинь Янь следовать за мной? - он закрыл глаза, словно ему надоело смотреть на них. - Кыш, кыш, кыш, катитесь отсюда.
- Дядя Ли, я... - никак не унимался Цзинь Янь.
Но Ли Шу лишь отмахнулся от него, больше не обращая на него внимания.
Бай Хао вытер его лицо от слез и повел его с собой, уговаривая на ходу:
- Хватит плакать, пойдем лучше съедим что-нибудь вкусное, хорошо?
Цзинь Янь уже почти пришел в себя, но, глядя на то, каким Бай Хао был нежным и заботливым, почувствовал, как у него в сердце смешались горечь и сладость, и из его глаз снова хлынули слезы.
......
Ли Шу долго ждал, пока они уйдут и, наконец, открыл глаза и посмотрел в окно. Ночное небо, усыпанное звездами, и правда было очень красиво. Подавив переполнявшие его грудь эмоции, он смахнул слезы с глаз и, едва заметно улыбнувшись, тихонько вздохнул. К счастью, Цзинь Янь дождался.